Хо Шаохэн был военнослужащим. И в данный момент его не было в городе С.

Месяц тому назад он взялся за секретную миссию, вскоре после чего покинул военную базу города С. И никто не знал, куда он направился.

Перед отъездом он доверил Гу Няньчжи Чэнь Ле, поручив ему присматривать за ней.

Но кто мог знать, что она окажется в беде, как только он оставит ее?

Чэнь Ле вспомнились холодные, властные глаза Хо Шаохэна и методы его наказаний. От одной мысли об этом он почувствовал, как его сердце подскочило, застряв где-то в районе горла.

Сжимая в руке телефон, Чэнь Ле украдкой бросил взгляд на Гу Няньчжи, которая извивалась и стонала на диване. "Ну, - подумал он, - разве это не вопрос жизни и смерти?"

Чэнь Ле вспомнил о телефонном номере, который дал ему перед уходом Хо Шаохэн. Обычно Шаохэн приходил и уходил, когда ему вздумается, ни о ком не заботясь, но на этот раз он и правда оставил номер, по которому его в любое время можно было найти.

Естественно, Хо Шаохэн не раз предупреждал Чэнь Ле, что тот не должен звонить по нему, только если это не вопрос жизни и смерти.

Вот и он. Сейчас или никогда.

Чэнь Ле набрал специальный четырехзначный номер и уставился на экран телефона, взволнованно бормоча:

- Давай же, ответь! Ответь! Ответь!

Когда Чэнь Ле позвонил ему, Хо Шаохэн уже завершил свою миссию и находился в столице империи, он как раз стоял за дверью Сената, ожидая, когда подойдет его очередь.

Согласно своей текущей миссии, он должен был убедить Сенат профинансировать недавно созданный Шестой Военный Округ.

Но пока что он еще не успел войти в зал.

Хо Шаохэн стоял в конце коридора снаружи зала ассамблеи, зажав сигарету пальцами затянутой в белую перчатку правой руки. Его левая рука была опущена в карман брюк. Он спокойно и безучастно взирал на расстилавшийся за большим застекленным окном пейзаж, и его мысли явно были где-то не здесь.

Неподалеку от него терлось несколько стажерок ассамблеи, все они были красивыми женщинами из видных семей. Они упорно продолжали смотреть в его сторону, но ни одна из них так и не решилась подойти и завязать с ним разговор.

Хо Шаохэн сегодня был при полном военном обмундировании. На нем была темно-синяя армейская куртка, сшитая из тонкой шерсти, на которой поблескивал ряд медных пуговиц, доходивших вплоть до его стройной шеи. На эполетах можно было разглядеть сосновую ветку и одинокую звезду, сиявшую золотом в свете люстры.

На талии у него был повязан широкий армейский пояс из кожи носорога. Ниже виднелись темно-синие форменные брюки из той же тонкой шерсти с безупречно ровными строчками. Ноги ниже колен были затянуты в сапоги для верховой езды.

Он был примерно шести футов ростом, а в сапогах - еще выше. Он был не только высок, но и крепкого телосложения, с широкими плечами и грудью. Военную карьеру он начал еще в 15 лет, а до этого занимался боевыми искусствами. Стоя там, он казался внушительным, словно гора.

Военная форма плотно облегала его талию, после чего свободно ниспадала вниз. Ниже пояса его ноги казались просто бесконечными.

Одной его высокой, крепко сбитой фигуры было достаточно, чтобы заставить множество сердец учащенно забиться, но, как будто этого оказалось мало, лицо, которое прилагалось к этому телу, было настолько красивым, что каждый. кто видел его, начинал чувствовать отчаяние от собственной неполноценности.

К счастью, мир был не полностью несправедлив. Достойный зависти внешний вид этого человека уравновешивался тем, что никто не осмеливался к нему приблизиться. Его исключительно прекрасное лицо вечно оставалось суровым и невозмутимым, и любой, на кого падал его взгляд, чувствовал себя придавленным его тяжестью. Его глаза, такие холодные и отчужденные, казалось говорили - по крайней мере, так описывала его Гу Няньчжи - вы все ничтожества.

Он заслужил репутацию "единорога" Сил Специальных Операций, недосягаемого цветка, растущего на вершине горы, до которого никто не мог дотянуться. Он был идеальным образчиком, которым жаждали обладать все, но которым можно было только любоваться издалека.

Хо Шаохэн смотрел на темно-синее ночное небо, что виднелось за окнами, выдыхая тонкие колечки сигаретного дыма. Про себя он перебирал строки речи, которую вскоре собирался представить Сенату.

Внезапно в его беспроводной гарнитуре раздался звонок.

Кто-то звонил ему по личному, зарезервированному исключительно для военных, сверхсекретному номеру. Он дал этот номер только Чэнь Ле и сказал звонить ему только в том случае, если Гу Няньчжи окажется в ситуации на грани жизни и смерти.

Выходит, что-то случилось с Гу Няньчжи?

Хо Шаохэн взял себя в руки, выбросил сигарету в мусорное ведро и ровным тоном сказал:

- Говори.

Его гарнитура тут же переключилась на частную линию, предназначенную лишь для военных. Глубокий, наполненный спокойствием голос Хо Шаохэна прорвался через соединение и проник в ухо Чэнь Ле, который был на другом конце.

Чэнь Ле испустил долгий вздох облегчения, словно наконец смог сбросить со своих плеч тяжкую ношу. Он быстро рассказал, что случилось с Гу Няньчжи.

Густые, наклоненные брови Хо Шаохэна нахмурились:

- Афродизиак? Ты звонишь мне по этой линии из-за такой чепухи? Просто дай ей антидот! - хотя его голос оставался тихим и безразличным, Чэнь Ле точно знал, что Хо Шаохэн раздражен.

- Да, у меня имеется несколько антидотов от стимуляторов сексуального влечения. Но это был акт саботажа. Некто явно пытался ее погубить, поэтому я подумал, что ты, как ее опекун, захочешь узнать об этом. К тому же это был не обычный афродизиак! У него крайне сильное действие, и даже я не знаю, смогу ли его нейтрализовать... Вот, просто послушай ее, - Чэнь Ле приложил свой телефон к щеке Гу Няньчжи и сказал: - Это господин Хо, твой опекун.

Как будто луч солнца проник в затуманенный и запутавшийся разум Гу Няньчжи. Собрав все оставшиеся силы, она позвала:

- Господин Хо... - после чего сразу же потеряла сознание.

"Господин Хо" - эти два слова получились нежными и мурлыкающими. Шаохэн почувствовал себя так, словно новорожденный котенок протянул к нему свою пухлую лапку и игриво погладил его ладонь.

Хо Шаохэн был торжественным и сдержанным человеком, стоявшим в наполненном величием и достоинством месте. Он всегда воспринимал Гу Няньчжи как маленького ребенка, находящегося под его опекой. И все же, несмотря на все это, он почувствовал, как по его коже побежали мурашки от звука голоса Гу Няньчжи.

Что-то здесь было не так.

Хо Шаохэн тут же спросил:

- Как долго она продержится?

Чэнь Ле посмотрел на Гу Няньчжи, которая как раз сейчас металась и ворочалась на диване, пытаясь сорвать с себя всю одежду.

- Не знаю, - ответил он, чувствуя, как пульсирует кровь в висках. - Я дам ей антидот. Но должен сразу предупредить, я не знаю, что было в том афродизиаке, поэтому не могу гарантировать, что он сработает... О, нет, мне нужно идти, не могу говорить, она раздевается...

Хо Шаохэн приподнял бровь, но когда заговорил, его голос по-прежнему звучал ровно:

- Свяжи ее и заткни кляпом рот. Просто воспринимай это как тренировку для Сил Специальных Операций.

- Я понимаю, но у меня здесь нет ничего полезного нет под рукой... - Чэнь Ле огляделся по сторонам. - Эй, у тебя есть веревки на вилле?

- Они должны быть в кладовке. Хватит терять время. Как можно скорее отвези ее в свою клинику на военной базе, - сейчас на висках Хо Шаохэна можно было заметить проступившие вены. Сбросив звонок, он снова закурил сигарету. Сделав длинную затяжку, он медленно выдохнул, и дым рассеялся в сумерках.

Чэнь Ле уставился на свой телефон. Затем отбросил его в сторону и поспешил в кладовку. Отыскав там веревки, он скрутил ими Гу Няньчжи как китайскую пельмешку из рисовой муки.

Теперь Гу Няньчжи была накрепко связана, но исходящие от нее жалобные, протестующие стоны, даже при всей его медицинской подготовке, были чересчур для Чэнь Ле, поэтому ему пришлось заткнуть ей рот марлей. Вынеся ее из дома, он направился на подземную парковку виллы. Здесь он хорошенько закрепил ее на сидении машины, после чего выехал из заполненного виллами Дэсиня, направившись к базе Сил Специальных Операций города С.

На лице Хо Шаохэна оставалось спокойное и собранное выражение, но в душе он начинал беспокоиться. Это был всего лишь афродизиак, а не яд. Жизни Гу Няньчжи ничего не угрожало. Не было никакой нужды торопиться домой.

Но... кто мог знать наверняка?

Проверив время на часах, он подозвал своего адъютанта, Фань Цзяня:

- Пусть подготовят для меня военный самолет. Как только встреча закончится, я возвращаюсь на базу. Мне нужен самый быстрый самолет, Серая Тень. И это не обсуждается. Скажи им, что это для испытательного полета.

Серая Тень был новейшим двухместным сверхзвуковым истребителем, созданный отделом военных исследований и разработок и все еще находящийся на стадии тестирования.

Но Хо Шаохэна это ни капли не беспокоило. Он прошел обучение на летчика-истребителя, и его навыки пилота не имели себе равных во всей армии.

Его адъютант, Фань Цзянь, сразу же встал по стойке смирно:

- Так точно, сэр! - сказал он и поспешил зарезервировать для него самолет.

Хо Шаохэн только закончил отдавать распоряжения, как из зала ассамблеи вышла красивая женщина с точеной фигурой:

- Генерал-майор Хо, сейчас ваша очередь.

Хо Шаохэн торжественно вошел в зал, при этом его лицо было самим воплощением собранности и хладнокровия.

Главный зал ассамблеи имперского Сената был построен наподобие гигантской раковины, где места для сенаторов напоминали раскрытый веер. У тех, кто сидел впереди, были самые низкие места, а позади - самые высокие. С каждого ряда все помещение прекрасно просматривалось, и никто не загораживал никому обзор.

Трибуна для докладчика располагалась в самом центре, как раз в той точке, где сходился веер.

За трибуной находился массивный электронный дисплей: он был настолько огромным, что занимал всю стену.

Хо Шаохэн поднялся на трибуну и щелкнул каблуками, отдавая честь сидящим внизу сенаторам. Он начал с того, что представился:

- Я - Хо Шаохэн, генерал-майор имперской армии, а также командующий Силами Специальных Операций, действующими под непосредственным руководством военного командования. Я нахожусь сегодня здесь, чтобы просить Сенат выделить средства на поддержку 6-го Военного Округа в течение следующих десяти лет.

В зале воцарилась тишина.

А секунду спустя заговорил сидевший в первом ряду седовласый сенатор, и тон его голоса прекрасно передавал его скептицизм:

- Генерал-майор Хо, в нашей стране есть лишь пять Военных Округов: Восточный, Южный, Западный, Северный и Центральный. Где находится Шестой Военный Округ, о котором вы говорите?