«Прошу прощения за опоздание.» — сказал Эдвард, входя в свой кабинет. «Мне нужно было поговорить с отделом исследований, а затем перепроверить расчёты прибыли по проекту "Мы - мир" с бухгалтерией.

Он пожал руку Серене и Чарльтону, после чего сел за свой стол. Они решили встретиться именно в офисе Эдварда, поскольку обед в ресторане был бы не лучшей идеей. Серена и Чарльтон были слишком популярны, и это могло привлечь ненужное внимание.

«Всё в порядке, мистер Эдвард. Может, сначала пообедаете?» — спросила Серена. Было уже 13:15. Она и Чарльтон успели поесть раньше, когда один из сотрудников Эдварда сообщил им, что он задерживается, и проводил их в обеденную зону.

Эдвард покачал головой:

«Я уже перекусил, так что пока обойдусь. И, кстати, перестаньте звать меня мистер. Мне кажется, мы уже достаточно близки для того, чтобы обойтись без формальностей. Просто Эдвард.»

Серена улыбнулась и кивнула:

«Хорошо, тогда и вы зовите меня просто Серена.»

Эдвард согласно наклонил голову.

«Отлично. А теперь к делу. У меня здесь свежие расчёты доходов за последние две недели.» — сказал он, протягивая каждому из них копию отчёта.

«Честно говоря, я даже перепроверял цифры, потому что они оказались невероятными. В прошлый раз продажи составляли 500 тысяч, причём прибыль от этой суммы около 75%, так как все диски были распроданы. На этой неделе производство увеличилось, так как наши машины полностью сосредоточились на выпуске только этой записи, приостановив все остальные. И на сегодняшний день мы уже заработали 900 тысяч. То есть за две недели общая прибыль превысила миллион. Это рекордный показатель, он уже обошёл все наши предыдущие релизы, кроме ваших двух последних песен. Причём доход уже достиг более половины от каждой из них.»

Серена, просматривая отчёт, широко улыбнулась, результаты действительно впечатляли.

Чарльтон же, сидя напротив, смотрел на неё рассеянно, погружённый в свои мысли. Он пытался понять, как завести разговор с Эдвардом, чтобы не показаться грубым. Хоть он и был благодарен за помощь, но не мог не задуматься о мотивах его доброжелательности.

Когда Чарльтон начал глубже вникать в политические интриги при дворе, у него возникли сомнения насчёт Эдварда. Возможно, он действительно просто хороший человек, но всё казалось слишком уж идеальным. У него было предчувствие, что за всем этим скрывается нечто большее. И если это хоть как-то связано с радикальной фракцией, он не мог позволить Серене в этом участвовать.

«Чарльтон, ты уже подумал над моим предложением?» — спросил Эдвард, внимательно наблюдая за ним.

Чарльтон не успел ответить, потому что Серена с воодушевлением его перебила:

«Конечно, он согласится! Но только если вы подпишете меня тоже. Не могу поверить, что вы предложили это ему, даже не спросив меня!»

Чарльтон вздохнул. Ну вот, теперь у него не осталось выбора, нужно прояснить ситуацию.

Эдвард рассмеялся:

«Конечно, я думал о тебе. Но ты же пишешь тексты в основном для своих песен…Хотя, если ты хочешь участвовать, то…»

«Простите, но прежде чем мы продолжим, мне нужно прояснить один момент.» — вдруг серьёзно сказал Чарльтон.

Серена удивлённо посмотрела на него и замолчала.

«Надеюсь, ты не воспримешь это как неуважение, Эдвард. Я благодарен за всё, что ты сделал для нас, и за эту возможность. Но дружба строится на доверии и честности. Ты для нас уже не просто партнёр по бизнесу, а близкий человек. Поэтому я обещаю, что всё, что будет сказано в этой комнате, останется между нами.»

Эдвард внимательно смотрел на Чарльтона, а затем улыбнулся. Он был доволен. Это означало, что его усилия не были напрасны. Чарльтон оказался именно тем человеком, на которого он рассчитывал.

«Что именно ты хочешь узнать?» — спокойно спросил он.

«Твои истинные мотивы.» — твёрдо ответил Чарльтон, встретив его взгляд.

Серена, наблюдая за этим обменом репликами, задумалась. [О чём говорит Чарльтон? Что он имеет в виду?]

После их недавнего разговора о будущем она тоже начала размышлять о положении дел. В её памяти всплыли события книги, но она вдруг осознала, что роман вообще не затрагивал тему политики. [После того как её персонаж исчез из истории, Эмили получила свободу быть с Джеффри, а дальше следовало лишь краткое описание итогов для всех героев.]

[Но теперь, судя по тому, что рассказывал Чарльтон, всё обстояло гораздо сложнее. Он хотел завоевать доверие нейтральных членов совета, чтобы обрести политический вес. После этого он мог бы принести клятву верности Королю, а затем, возможно, просить у него разрешение на брак с Сереной.]

Звучало слишком сказочно, но это был их лучший шанс.

Она рассматривала и другие варианты, но самый мирный из них, накопить денег и сбежать. [Однако, как говорил Чарльтон, на бегах их любовь не сможет расцвести. Они станут изгнанниками, всегда в страхе быть пойманными. А когда захотят создать семью, что тогда?]

[Тем более их лица уже были слишком узнаваемы. Сейчас, возможно, только в их Королевстве, но вскоре они станут известны и за его пределами.]

Она должна отдать должное Чарльтону. Он продумал всё до мельчайших деталей ещё до того, как решил снова быть с ней. А она, взрослая женщина с сознанием из будущего, даже не задумывалась о таких вещах.