Приглашение Системы звучало небрежно, словно шутка, но в нем чувствовался оттенок неодобрения отказа. Это неодобрение не действовало на людей с легким характером или чистым сердцем — например, на коротышку Джонни, Куну, Шаву, Ван Сяолянь, Маленькую бабочку Ауру или одержимого играми Бисли. Но на тех, кто обладал тонкой душевной организацией — Чжан У Цзи, Чжан Цина, Ван Гана, а теперь и Шэнь Гунбао, — указания Система действовали безотказно. Шэнь Гунбао хотел отказаться, но не смог набраться смелости. Он чувствовал, что это же ощущение возникало у него только в присутствии бывшего и нынешнего учителей. Это укрепило его в мысли, что Систем, по крайней мере, обладает силой Святого, и что Святой школы Золотого Банана в Великом Хаосе — это, скорее всего, он.

Почувствовав колебания Шэнь Гунбао, Систем покачал головой, допил чай и с помощью [Квантовой Телепортации] перенес их всех на место проведения мероприятия.

На самом деле, он хотел взять с собой Ван Сяолянь и Куну, но девочка в последнее время полюбила школу, а жена пристрастилась ходить в цветочный магазин жены золотого бессмертного Не Шэна, У Ли. С кем поведешься, от того и наберешься. Почему Куна постоянно общается с женщинами, которые не знают «Трех покорностей и четырех добродетелей» [1]? В общем, женщины — существа нелогичные, и Систем не стал с ней спорить.

Нефритовый город в небесах, двенадцать башен и пять крепостных стен. [2]

Систем перенес Шэнь Гунбао и остальных в огромный город, полный павильонов и беседок, пропитанный древним духом и энергией бессмертных. Этот город, названный Нефритовой Столицей, он спроектировал его по мотивам земных мифов. Здесь должно было располагаться Небесное Правление, создаваемое Ван Ганом, будущее место работы богов и бессмертных. А в центре Нефритовой Столицы возвышалось двухсотметровое здание в современном стиле, совершенно не вписывавшееся в антураж, Донат-небоскреб. Он был построен три дня назад, но Систем, занятый важными делами, так и не принял работу.

«Да, Небоскреб здесь смотрится чужеродно. Позже я его снесу и построю на этом месте пагоду из глазурованного кирпича, там будет мой кабинет», — Систем погладил подбородок и повел всех к смотровой площадке для вознесения неподалеку.

Там его подчиненные, очевидно, ждали уже давно. Хотя Нефритовую Столицу построили в спешке, работа была выполнена неплохо. Систем сел на свое место. Шэнь Гунбао, Бисли и Са Ша последовали за ним и встали в строй. У края площадки Ван Ган, докуривавший три сигареты, затушил окурки. Поправив одежду и ленту на голове, он подошел и поклонился:

«Докладываю Верховному Жрецу: подготовка к вознесению мира культиваторов и созданию Небесного мира полностью завершена. Но у меня есть одно незрелое предложение».

«Несравненно прекрасный господин Система, миры: мир культиваторов №1, мир культиваторов №2, мир культиваторов №3, мир буддийской практики №1, мир демонической практики №1 — Мировые Воли пяти подчиненных миров готовы. Окукливание миров готово. Можно активировать в любой момент для полувознесения и создания Небесного мира».

Система кивнул и жестом велел Ван Гану продолжать.

«Верховный Жрец, два дня назад я получил одного одаренного бессмертного. Возможно, в процесс создания Небесного мира стоит внести небольшие изменения».

С этими словами перед Системом на колени опустился свирепого вида чернолицый мужчина с силой Великого Золотого Бессмертного.

«О? Какие изменения?»

«Видите ли, Верховный Жрец…» — Ван Ган начал объяснять.

Оказалось, что у этого чернолицего мужчины было сильное желание принести пользу миру и создать колесо перерождений. Благодаря «Фэншэнь Яньи» он получил должность Владыки Мира Мертвых, что соответствует должности главы Десяти Дворов Королей Преисподней. Ван Ган предложил воспользоваться моментом создания Небесного мира и организовать не только Нефритовую Столицу для Небесного Правления, но и Ад с Миром Мертвых, чтобы осуществить перерождение всех живых существ.

Выслушав, Систем кивнул: «Неплохая мысль. Сколько времени тебе понадобится, чтобы создать Мир Мертвых и Ад?»

«Докладываю Верховному Жрецу: Город Теневых Демонов из мира демонической практики идеально подходит для создания Мира Мертвых. Я уже перестроил его за последние два дня. Теперь это полноценный город Подземного мира. Верховный Жрец может немедленно отправиться на осмотр».

Систем не стал смотреть лично — несколько раз глянул на экран монитора и кивнул.

«Прекрасный и благородный господин Система, построение [Цифрового Интерфейса] для Города Подземного мира уже началось. Ориентировочно через пять минут базовый каркас будет готов. Полная перестройка завершится через тридцать минут».

Как только он согласился на предложение Ван Гана, Маленькая М тут же дала ответ.

«Тридцать минут — не так уж долго».

Система кивнул: «Хорошо, ровно через тридцать минут активируем окукливание миров и создадим Небесный мир. Что касается бессмертного мира, мира будд, мира демонов и прочих — следи за ними в оба. Если возникнут неожиданности, решай сама. По возможности меня не беспокой».

Ровно через тридцать минут, как и было обещано, в пяти малых мирах, похожих на мир культиваторов, начали бушевать стихии. Хотя миры не объединились напрямую, между ними установилась особая связь. Их Мировые Воли слились воедино, образовав один общий мир. Небо над всем миром стремительно заволокло тучами. План по эволюции мира культиваторов в Небесный мир пришел в движение.

Из темных небес над смотровой площадкой засверкали бесчисленные молнии, но, направляемые Маленькой М, они не наделали много бед. Бушевавшие ливни под контролем переместились в безлюдные области. Вскоре под воздействием силы окукливания мира огромный город, где находилась смотровая площадка, содрогнулся и с грохотом отделился от земли, превратившись в настоящий парящий Небесный Двор. Его подъем не прекращался. По мере того как мир культиваторов постепенно эволюционировал, Систем заметил, что Небесный Двор поднимается все выше и выше.

Так, двенадцать часов спустя Небесный Двор наконец остановился. Вскоре после этого Небесный мир полностью завершил свое формирование. И тут Систем услышал знакомый гул — Мировая Воля Федерации Золотого Банана, проспавшая много лет, наконец пробудилась.

[1] — «Три покорности и четыре добродетелей» (三从四德, Sān cóng sì dé)

«Три подчинения» впервые упоминаются в древнем ритуале «Или» («Церемонии и этикет») , в комментарии Цзы Ся (ученика Конфуция) к главе «Траурные одежды». Там, обсуждая сроки траура, говорится:

«У женщины есть долг "трех подчинений", нет возможности действовать по своей воле. Поэтому, не выйдя замуж — подчиняется отцу, выйдя замуж — подчиняется мужу, овдовев — подчиняется сыну»

«Четыре добродетели» впервые встречаются в «Чжоули» («Ритуалы Чжоу»), в разделе о воспитании женщин при дворе. В «Чжоули» говорится о том, что женщин обучают «женской добродетели, женской речи, женской внешности и женскому труду».

Впервые «три подчинения» и «четыре добродетели» были объединены в единый комплекс требований к женщинам знаменитой женщиной-историком Восточной Хань — Бань Чжао (班昭) (45–116 гг. н.э.), автором трактата «Наставления для женщин» (女诫, «Нюй цзе»).

Эти нормы служили для поддержания патриархального уклада и стабильности семьи в древнем Китае. Женщинам отводилась строго домашняя сфера, их главными обязанностями были служение мужчинам и воспитание детей.

[2] — «Нефритовый город в небесах, двенадцать башен и пять крепостных стен» (天上白玉京，十二楼五城) — это поэтическая строка, описывающая небесную обитель бессмертных, которая служит для обозначения утопического, священного и возвышенного места.

Эта фраза происходит из классического стихотворения великого китайского поэта эпохи Тан Ли Бо (Ли Бая).