Была уже полночь к тому времени, когда Юна вернулась в свою комнату и её наконец оставили одну.

Несмотря на то, что она вернулась, это был в первый раз, как Юна вошла в эту комнату. Это было чрезмерно большое и роскошная комната, в которую с лёгкостью бы вместилось пара домов Юны. Было также много предметов, которых она не знала, расставленных вокруг комнаты, на покупку которых у её семьи бы ушло сотни лет работы. Если бы она была той самой Юной, она бы блуждала в восторге, но в данный момент у неё не было энергии, чтобы чувствовать себя радующейся. Юна бросилась на мягкую кровать с балдахином и очень тяжело вздохнула.

(Устала ... Я так устала ...)

Усталость была неизбежной в данной ситуации, когда она дне могла отличить лево от права. И осознание того, что это будет повторяться каждый день, заставило её почувствовать ещё более нагнетающую усталость. Она начала чувствовать ностальгию по тому времени, когда она была обычной деревенской девочкой без забот.

(Ах, но я больше не могу вернуться к той жизни, потому что Юна мертва. Как только настоящая душа Целиастины вернется в своё тело, я отправлюсь в загробный мир. Я.…исчезну… из этого мира.)

Юна думала, что это жестоко. Вот если бы она умерла сразу в тот момент... Подумав об этом, она начала испытывать некую ненависть к этому свету. Ей стало жалко себя и то как она должна будет проживать дни, будучи мучимой от страха медленной и постепенно приближающейся смерти. Но теперь, когда дело дошло до смерти, ей придётся жить, всегда думая о приближающейся смерти. Она никак не сможет перестать об этом думать. Она умрет… Она умрет, в ближайшем будущем ...

Так же было грустно, что она не сможет увидеть своих родителей. Как только текущая ситуация немного успокоится, возможно, она тайно выйдет на улицу. Но когда она подумала про все обстоятельства, она сразу же покачала головой. Юна была уверена, что ее родители оплакивали ее смерть. И она хотела их увидеть? Сидящим с выражением горечи? Ах, верно, было нелепо, что она умерла раньше своих родителей. Она же не имеет права встречаться с ними смерти?

Независимо от того, о чём она думала, она просто впадала в депрессию всё глубже и глубже.

Юна вяло подняла голову и осмотрела большую комнату; в углу стояло зеркало в полный рост, что напоминало ей, о том, что она еще не проверила свой внешний вид. Подумав об этом, Юна тихонько встала с постели и робко подошла к зеркалу. Она стояла перед зеркалом, нервничая, и медленно подняла голову.

И тогда Юна была поражена.

Что это такое? Это, по-вашему, вид обычного человека?

Там стояла до безумия красивая женщина. Бледная полупрозрачная кожа и наикрасивейшие фиолетовые глаза. Бледно-светлые волосы, которые тянулись прямо к ее талии выглядели так, будто они мерцали. Маленькие и стройные губы, которые сейчас слегка дрожали. Ее длинные ресницы, которые дрожали каждый раз, когда она моргала, явно привлёк бы внимание любого. И затем, на ее шее был символ святой, «Святая марка», который был явно хорошо высечен.

«У-Уау...»

Конечно, она слышала слухи о красоте святой Целиастины и о том, как её красота превзошла любые сокровища этого мира. Но она считала, что это просто сладкие слова, чтобы хвалить святую. Она осознала, что была неправа. Это были не просто льстивые слова. Она никогда раньше не видела такую красоту. Йодель, которую она только что встретила, тоже была прекрасна, но Целиастина была еще более прекраснее. Само собой разумеется, всё в Целиастине было устроено таким образом, что Юна не могла найти ей подходящее сравнение.

«Это ... леди Целиастина».

Юна вспомнила выражение презрения, которое было у молодого человека, стоящего перед этой ангельской женщиной.

Одна лишь эта красота заставила бы любого преклонить колени, но он же ненавидел ее. Почему?

(- Ааааа, я продолжаю думать об этом. Перестань, перестань. Во всяком случае, надо поспать, на сегодня всё. Завтра будет такой же сложный день.)

Покачав головой, она подумала о чем-то другом. Да, завтра будет тяжело. Прямо сейчас, Юна не знала никого и все её окружающие знали ее. Рано или поздно люди вокруг нее начнут смотреть на нее с подозрением. Но однажды Целиастина обязательно вернется. Юне придётся сделать все возможное, чтобы быстро ознакомиться с этим местом, чтобы к моменту возвращения Целиастины не было ничего подозрительного. Это было её миссией.

Всё что связано с её жизнью до этого момента – закончилось. И вот, началась новая жизнь. Девушка, которая когда-то была Юной, закрыла глаза и твердо приняла этот факт.