Это было на следующий день после соревнований по игровым видам спорта. Я, как обычно, сходил в школу, отработал смену в Café Mares и теперь стоял на платформе, дожидаясь поезда домой. Вдруг кто-то легонько ткнул меня в плечо.

Кто это? Я обернулся.

За спиной, перекинув через плечо чехол с гитарой, стояла Серика и показывала мне знак мира.

— Доброе утро.

— Уже вообще-то ночь, — тут же ответил я.

— Зато у нас на подработке все сейчас говорят: «С добрым утром».

— Ну, на работе ладно... Стоп, ты тоже только что закончила? — предположил я. Другого объяснения тому, что она торчит здесь в такой час, хотя сегодня у неё не было клубных занятий, просто не находилось.

Серика покачала головой.

— Я ходила на экзамен. Ну... точнее, скорее на прослушивание. Наверное, так.

— Прослушивание? — переспросил я. — Куда это? Ты что, в другую группу собралась?

— Ага. — Она кивнула с тем же непроницаемым лицом. — Меня туда позвали уже давно, но там все музыканты очень сильные, и, кроме меня, все уже взрослые и работают. Тогда я струсила... но раз уж подвернулся шанс, решила всё-таки попробовать.

Ничего себе. Серика тоже умеет нервничать? Да, очень вежливая мысль.

— И как прошло?

— Взяли. Ура, — без тени выражения сообщила она и лениво шевельнула пальцами, всё ещё сложенными в знак мира.

Ну, с её-то уровнем её, конечно, возьмут. Взрослая группа наверняка совсем не нашего масштаба... хотя, если без предвзятости, Серика и сама уже играет почти на профессиональном уровне.

— Круто. Поздравляю.

— Угу. Они такие вещи играют, будто вообще не напрягаются, так что это будет очень хорошая практика. Только поспевать за ними тяжело, — сказала Серика с каким-то отстранённым видом.

Раз уж даже она так говорит, значит, там и правда монстры. Я за неё рад. Правда рад... Но тогда что будет с нашей группой?..

— Я думаю играть в обеих, — будто прочитав мой вопрос, сказала она. — Они все взрослые, так что собираться могут только по выходным, а по будням я всё равно хочу репетировать. И с вами тоже хочу играть. На следующем школьном фестивале я тоже хочу выступить.

— Ты уверена? Это же будет очень тяжело.

— Дома я всё равно только и делаю, что играю на гитаре.

Она сказала это так буднично, будто речь шла о пустяке, но я даже представить не мог, насколько тяжело на самом деле тянуть сразу две группы.

— Я хочу стать лучше как гитарист. И играть хочу в обеих. Тут я уступать не собираюсь. Просто выложусь на полную и там, и там. Вот и всё.

Наверное, потому что она только что вернулась с прослушивания, в её словах сегодня особенно остро чувствовался жар.

— Ну что, поможешь мне? — спросила она.

Да разве я мог ей отказать? С того самого дня, как впервые услышал, как играет Серика, я был её поклонником. Мне было бы всё равно, даже если бы я оказался для неё всего лишь ступенькой к тому, чтобы расправить крылья и улететь дальше.

— Конечно.

Я поднял кулак, и Серика легко стукнулась в него своим.

— Тогда нам надо найти нового барабанщика.

От мысли о новом старте у меня внутри стало горячо. Почти то же самое я чувствовал тогда, когда у нас только появился `mishmash leftovers`.

— Насчёт этого всё в порядке. Я уже нашла барабанщика, с которым мы точно сойдёмся. Сейчас познакомлю вас.

Серика подозвала девушку, которая всё это время ждала чуть поодаль.

— А, так ты была не одна?

— Ага. Она ещё только в третьем классе средней школы, но собирается поступать в нашу старшую.

Девочка подошла ближе. Невысокая, аккуратная, с чуть детским, ещё не оформившимся лицом. Большие круглые глаза, каре, у которого кончики волос чуть завивались наружу. На ней была форма средней школы. Той самой, в которой когда-то учились мы с Миори.

Она резко вскинула руку к виску и бодро отрапортовала:

— Давно не виделись, Хайбара-сэмпай! Я Ямано Сая! Очень рада вас видеть!

Как она и намекнула, мы уже были знакомы.

---

Прошла неделя после турнира по игровым видам спорта. Был обеденный перерыв, и, закончив есть, я просто убивал время. Сначала наш класс ещё какое-то время жил на волне недавней победы, но теперь всё уже вернулось к привычному спокойствию.

— А? Миори сегодня нет? — нахмурился я, услышав это от Хикари.

— Ага. Говорят, она не ходит в школу ещё с тех самых соревнований, — ответила она.

Мы вшестером стояли у окна в классе. Все сразу переглянулись.

— Рейта, ты что-нибудь слышал? — спросил я.

— Я писал ей в RINE, но она не ответила. Надеюсь, с ней всё в порядке, — сказал он, глядя в экран телефона с заметной тревогой.

— Я слышала от учителя, что она простыла, — вставила Ута.

— Что-то слишком долго для обычной простуды, — заметила Нанасе.

Может, Серика знает больше, они ведь в одном классе.

— Я схожу спрошу у Серики, — сказал я.

Когда я вышел из класса, сразу почувствовал на себе кучу взглядов. Что такое? Как-то это странно.

Ученики из первого класса почему-то все как один смотрели на меня. Я заглянул к ним в кабинет, но Серики там не было. Может, она во второй музыкалке? Времени у меня ещё хватает, так что можно туда зайти. И вообще, Миори почти никогда не болеет. Дураки ведь простуду не хватают. Хотя... сезон гриппа как раз начинается. Может, по дороге домой заскочить к ней и проверить, как она там?

С этими мыслями я проходил мимо женского туалета, когда услышал голоса.

— Слушай, а этот слух про Мотомию правда?

— Что она крутит сразу и с Сиратори-куном, и с Хайбарой-куном? Похоже, да. Кто-то вроде видел это своими глазами.

— Говорят, она в парке обнималась с Хайбарой-куном.

— Фу, как низко. А ведь строит из себя невесть что только потому, что смазливая.

— И ещё всё время твердила, что Хайбара-кун для неё просто друг детства. Будто хвасталась. Какая же она дрянь. Жалко даже Сиратори-куна и Хошимию-сан.

Выходит, я случайно подслушал, как девчонки из первого класса перемывают Миори кости.