Глава 50. Трудности

Можно ли старшекласснику заходить в комнату к старшекласснице?

С юридической точки зрения, да, конечно, это нормально.

Если они не делают ничего странного и не мешают другим, то это не проблема.

Но…

Здравый смысл говорит об обратном.

Если бы мы были не одни, а пошли в комнату всей группой друзей, то это было бы нормально. Но совсем другое дело, когда речь заходит о паре: парне и девушке. Тогда другие могут подумать, что между ними более глубокие отношения. Говоря словами Нострадамуса, это очень плохо.

[п/п: нужно вам это или нет, но Нострадамус был французским астрологом, врачом и известным провидцем, который наиболее известен своей книгой Les Prophéties, сборником из 942 поэтических катренов, предположительно предсказывающих будущие события]

Если кто-то из той же школы заметит, как вы идёте к девушке домой, то вы можете быть уверены, что вашей спокойной школьной жизни пришёл конец. Поскольку старшеклассники по природе своей полны страсти, они постараются подстроить эту историю под свои интересы, чтобы она звучала интереснее. Не говоря уже о том, что вам пришлось бы объясняться перед ними снова и снова, чтобы пресечь распространение неприятных слухов.

В моем случае все было бы еще хуже, поскольку мать Арины была матерью-одиночкой. Сомневаюсь, что ей понравится, что какой-то чудноватый парень находится с её дочерью наедине. А еще есть вопрос их прошлого. Я не хочу случайно коснуться горького прошлого их семьи посреди разговора.

По этой причине я не хотел принимать приглашение Арины, но я обещал ей помочь, поэтому не мог отступить. В конце концов, я согласился идти с ней.

Итак, я вышел из школы вместе с Ариной.

На душе было неспокойно. Конечно, после школы мы много чего делали вместе, но чтобы вот так, бок о бок, идти домой - это впервые. Вдобавок, ситуация была будто из ромкома, что тоже напрягало.

Мы шли в полной тишине.

Шум машин и шелест ветра на заднем фоне казались мне неестественно громкими, но, возможно, причиной тому была моя нервозность.

— Чего ухмыляешься?

— Я не ухмыляюсь! У меня такое лицо, когда я паникую… В конце концов, я собираюсь войти в комнату девушки, это естественная реакция!

— Ты никогда раньше не заходил в комнату девушки?

— Нет, входил. Много раз.

— Э?

Она широко раскрыла глаза и надулась. В последнее время спектр её эмоций сильно расширился.

— Ты о комнате… Ш-широны?

— Ты дурочка? Конечно, я говорю о комнате моей сестры.

Да. Моя сестра – девушка. Если кто-то скажет обратное, я сожгу его на костре. Я не шучу, я правда так поступлю.

Я уже сбился со счета, сколько раз я туда ходил, ведь она часто звала меня. Поэтому я и сказал ей «много раз», не уточняя конкретного количества.

А комната Широны... Конечно, я там никогда не был, зачем мне вообще туда ходить? Я в ужасе покачал головой. Сразу после этого довольно сильная сила ударила меня в лицо. Арина метнула в меня сумку, словно молот.

Правда, удар оказался слабее, чем я ожидал.

— Я не хочу, чтобы ты упал, поэтому сдержалась, – сказала она, когда я восстановил равновесие.

Ну и цундере.

Кстати, был случай, когда я вошел в комнату сестры без ее разрешения. Внезапно всё в ее комнате перевернулось вверх дном. Книжный шкаф, стол, кровать и даже вещи на ковре перевернулись. Травм я не получил, но оправиться от такого потрясения было очень тяжело. С того дня я поклялся никогда больше не входить в ее комнату без ее разрешения.

После этого мы с Ариной долго гуляли, пока не сели на поезд до ее дома. Сойдя с поезда и пройдя немного пешком, мы наконец добрались до дома семьи Хива.

Ее дом выглядел обычным, но от того, что это был ее дом, у меня свело живот.

— Давай быстрее, а то я вызову полицию.

— Боюсь, рано или поздно ты и правда их вызовешь.

— Просто заткнись и входи.

Я нерешительно вошёл в дом семьи Хива.

Запах не моего дома казался таким чужим, но в то же время приятным. Сказав: «Извините за вторжение», я снял обувь. Помимо туфель Арины, я заметил еще одну пару обуви. Я решил, что это обувь ее матери.

— Арина, подожди.

Я позвал ее тихим голосом.

— Что?

— …Твоя мама сейчас дома?

— Да. Она не работает сегодня.

Я не был готов к этому.

Я думал, что мы будем ждать, когда ее мама вернется домой, прежде чем начнем с ней разговаривать, но, видимо, дело обстояло иначе. Из-за этого я занервничал еще больше.

— Мы пойдём к ней прямо сейчас?

— Да, но…

Дорогая Арина. Для тебя она - твоя мама, с которой ты можешь легко поговорить, а для меня - просто незнакомка. Подумай, если в комнату, где живут две женщины, ворвется неизвестный мужчина, разве он не почувствует себя неловко? Арина, ты можешь мне доверять, но будет ли доверять мне твоя мама?

— Арина, сначала представь меня своей маме. Просто скажи ей, что я твой друг. Я не хочу ее пугать.

— Напугать? О чём ты?

— Не обращай внимания. В любом случае, просто познакомь нас, пожалуйста.

Она кивнула, но, похоже, не была убеждена, хоть я и пытался говорить искренне.

Арина провела меня в гостиную. Там сидела ее мама и читала газету.

С первого взгляда я сразу понял, что это мама Арины. Они были очень похожи. Ее красота завораживала меня. Как человек может выглядеть так красиво?

— Мам, я дома.

— С возвращением… А это кто?..

«Арина! Скажи ей, что я твой друг», – отправил я ей послание через радиоволны. Впрочем, со стороны всё выглядело так, словно я просто хмурюсь.

— Это мой друг, Сакаки Суи. Он тот еще чудак.

— Подожди, Арина, что ты говоришь?!

— Разве я не права?

— Нет, но… можно же было представить меня получше, да?

Ничего хорошего от неё я не ждал, и по итогу не напрасно. Она всё испортила.

Но её мама, похоже, смеялась. Так что, возможно, всё вышло не так уж и плохо?

— Привет, Суи. Я мама Арины.

— Извините, что заставил вас ждать моего представления. Я Сакаки Суи, очень приятно познакомиться. Простите, что пришёл так внезапно и с пустыми руками.

— Всё в порядке. Тебе не нужно так напрягаться, расслабься.

Мама Арины была очень красивой. Элегантная, она сидела в точности как Арина. У нее был заостренный нос и красивые глаза, похожие на драгоценные камни. Наверное, это правда, что у красивых женщин рождаются красивые дочери.

Я слышал, что мама Арины работала моделью. Ей подходит такая работа. Атмосфера вокруг неё и внешность были подходящими, чтобы расположиться на обложке журнала или появиться на телевидении.

— Ты, наверное, парень Арины?

— Нет, нет, нет, нет! Я просто друг, вот и все!

Я не сделал ничего плохого, но всё равно почувствовал от кое-кого желание убивать. Она ничего не сделает при матери, но обязательно зарежет меня, как только я выйду из дома. Мне хотелось прожить ещё хотя-бы двадцать лет, но похоже, моя мечта не сбудется.

— Мама, мне нужно с тобой поговорить.

Арина сказала это серьезным тоном. За считанные секунды атмосфера из беззаботной превратилась в серьезную. Мама, почувствовав настроение, отложила газету.

Арина поставила сумку и села напротив мамы. Она пригласила меня сесть рядом с ней, я послушался её и сел. На душе было не по себе. Как будто я в телевизионной драме, в которой парень просит руки девушки у её родителей. Домой хочу.

Её мама, наверное, подумала, что разговор пойдёт о наших с Ариной отношениях. Мне этого жуть как не хотелось. Она бы приняла меня за «парня, который пришёл отнять мою дочь» и стала бы относиться ко мне настороженно. Мне не хотелось этого.

— Пожалуйста, не удивляйся, мама...

— Что-то случилось, Арина?

Это «не удивляйся» звучит очень странно… Впрочем, может, я слишком много думаю.

— Вообще-то, я…

Я знал, что она собиралась сказать. Что-то вроде «я не та Арина, которую ты знаешь, мама» или «у меня раздвоение личности».

Я хотел подбодрить ее, но в то же время мне было трудно говорить. Лицо матери казалось мрачным. Вероятно, она думала о том, что между мной и ее собственной дочерью могло что-то произойти. Не помогал и тот факт, что она не знала, зачем я вообще здесь.

«Вообще-то, я беременна».

Может быть, мама и ожидала, что она скажет именно это. Но я невинен, дорогая мама, не поймите меня неправильно! Арина, пожалуйста, сделай все возможное, чтобы доказать мою невиновность.

— Арина, всё хорошо.

Ну же, скажи это! Быстрее! Мне тоже тяжело. Встревоженный взгляд мамы Арины пронзал моё сердце.

Арина положила руку на грудь и глубоко вздохнула. Пожалуйста, говори быстрее, Арина.

Я прошептал ей тихим голосом: «Все в порядке, ты ничего не потеряешь».

Она подняла голову и посмотрела прямо в глаза матери. Похоже, она решилась.

— Нынешняя я – не та, которую ты знаешь, мама. Сейчас я другая… у меня раздвоение личности…