Глава 37. Дежурство

Возможно, лучшее блаженство, скрытое в повседневности, - это бездумно смотреть на экран телевизора, словно ты мертвец. Только недавно я начал это понимать.

Остановка размышлений в мозге и бездумное впитывание визуальной информации – это лучшее расслабление. ­Я отчасти понимал, почему мой разум получает такое удовольствие, смотря за тем, как работает мозг под влиянием техники.

Чувства субъективны. Каждое чувство неповторимо, его нельзя изменить, что бы кто ни говорил. Невозможно ощутить «чувства» другого человека. Это так же нелепо, как пытаться заглянуть в глаза этому человеку.

— Братик, двигайся.

Моя сестра Угин постучала мне по ноге, лежавшей на диване.

— Мама-а-а. Угин собирается ампутировать мне ногу.

— Да-да.

Мама просто кивнула и продолжила мыть посуду.

— Я принесу пилу, Бра~тик.

— Не будь дурой. Говоришь, прям как моя знакомая.

— Хе-хе. Завтра у братика культурный фестиваль, да?

— Да, но…

— Я приду.

— А? А как же школа?

— Завтра суббота, а клубные собрания по воскресеньям, так что всё в порядке.

— Да, конечно. Повеселись.

— Братик, с кем пойдёшь?

— Ни с кем. Я буду дежурить.

— Один?

— Нет, с Ариной.

— Так значит, ты пойдешь на фестиваль в паре с Ариной?

— Нет, это не…

— Шутишь? Ты, должно быть, счастлив, да?

Сестра смеялась над моими отношениями с Ариной. И было уже поздно пресекать ее подозрения.

— Я холостяк.

— Конечно, холостяк. Ты же ещё маленький, чтобы жениться.

— …Всё, что я хочу делать до конца своих дней – это пить томатный сок. Вот и всё.

— Ты сменил тему. Тебе нравится томатный сок из-за меня, да ведь?

— Интересно. Я пью томатный сок с тех пор, как Угин сказала мне, что он полезен, но теперь я пью его, потому что он вкусный.

— Гех. Бред какой-то. Я ненавижу томатный сок. Не могу его пить.

— Ты упускаешь 80% жизни.

— Мне такой жизни не надо.

Будет неприятно столкнуться с Угин на дежурстве с Ариной. Я никак не могу повлиять на это, поэтому на один день я готов уверовать.

Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы завтра я не столкнулся с Угин.

***

Наступил день фестиваля.

В отличие от обычного угрюмого утра, в этот раз я ощущал нечто вроде надежды в своём сердце.

Воздух был переполнен энергией, которая, казалось, поглощала меня.

Еще до начала утреннего собрания мои одноклассники были заняты своими делами. В 9 утра мероприятие откроется для посетителей, поэтому было уже полно людей в косплее. В частности, в моем классе царил настоящий хаос. Декорации, созданные людьми разных возрастов и мировоззрений, и к которым я тоже приложил руку, были идеальными.

Макото так и остался кентавром. На нем были шорты, рубашка «алоха» и маска лошади. Возможно, правильнее было бы назвать его перевернутым кентавром. В данный момент маска была не нужна, но он все равно ее надел. Кажется, она впилась ему в кожу, став частью тела.

— Привет, перевёрнутый кентавр. Как дела?

— Чувствую себя как никогда прекрасно. Такое ощущение, что сейчас взорвусь.

— Если чувствуешь, что сейчас взорвёшься, то иди в ванную.

— Хорошо. Мне понравится.

Какого хрена? Он безнадёжен.

После собрания мои одноклассники разошлись по своим делам. Скоро двери школы будут открыты для всех.

Торопливо выйдя из класса, я направился в студсовет.

По дороге  я встретил Арину.

— Йо.

— Сегодня твоё лицо еще ужаснее.

— Не говори так. Я рассчитываю на тебя сегодня.

— Мм.

Она ответила мне с таким же безразличным выражением лица.

Но я-то знаю.

По дороге в школу Арина несла большую сумку.

Я знал.

Там была вся её одежда.

Она пыталась сделать вид, что она не хочет этим заниматься. Но её поступки говорят об обратном. Похоже, та личность Арины, которая делает то, что просто необходимо сделать, всё ещё жива.

Придя в студсовет, я взял свою повязку.

На ней было написано «Public Morals».

Я надел её на левую руку.

— Эй, а почему надпись на английском?

— Не знаю, но это довольно неудобно.

— Было бы лучше, если бы надпись была обычная. Это была прихоть президента?

— Кажется, наш президент довольно глупый.

— Дурак, он тебя слышит.

Я перекрыл его голос своими криками. Наверное, со стороны я был похож на пещерного человека.

Это культурный фестиваль, так что, пусть всё пройдет мирно.

За окном виднелось много людей.

Судя по тому, что посетители начали проходить через ворота школы, наступило 9 часов утра.

Сигнал к началу фестиваля подал клуб радиовещания, который эхом разнесся по всей школе.

«Фестиваль начался!»

Студсовет начал готовиться к церемонии открытия.

Нам тоже было пора переходить к работе.

— Ладно, пойдём сначала в спортзал.

— Ты хочешь сходить на открытие?

— Да, во время церемонии открытия в школе почти никого не будет, так что смысла тут находится, нет. Пошли в спортзал.

— Хорошо. Пойдём, насекомое.

Мне было лень шутить с ней, поэтому я пропустил мимо ушей её оскорбление.

Сакаки Суи и Хива Арина стали настоящими божествами-хранителями школы, расхаживая по коридорам с надписью «Public Morals» на плечах.

Может, это и казалось крутым, но со стороны всё выглядело так, словно нам заняться нечем.

Честно говоря, мне повезло, что я избежал косплея. Это была та ещё заноза в заднице.

Энтузиазм в спортзале был на запредельном уровне.

Люди толпились в помещении, защищённом от солнечных лучей черными занавесками.

На освещённой сцене клубы показывали свои представления, чтобы прорекламировать себя.

Ученики тоже были в приподнятом настроении и кричали всякий раз, когда кто-то на сцене что-то говорил. Энтузиазм, которого я обычно не испытывал, был просто ошеломляющим. Некоторые из них даже держали в руках светящиеся палочки. (Потом я узнал, что они называются циалум)

Во время представления клуба бадминтона Макото был в маске лошади. Ничего не понял. Для него уже слишком поздно снимать маску, он стал другим человеком. Члены клуба бадминтона засмеялись. Арина язвительно отметила: «Думаю, я бы предпочла сашими* из лошади».

[П/П: Японское блюдо сашими представляет собой кусочки мяса, рыба или морепродуктов. Филе нарезают небольшими ломтиками, которые употребляют в сыром виде. Для подачи используются разнообразные соусы, специи и добавки, например, васаби, соевый соус, листы сисо и дайкон]

Мы с Ариной прислонились к стене, наблюдая за открытием. Казалось, она устала от толпы.

— Ты хочешь участвовать?

— Всё в порядке.

Надеюсь, так и есть.

Что касается меня, я надеялся, чтобы показ мод Арины прошёл без происшествий.

Я подумаю, что можно предпринять, чтобы всё прошло хорошо.

Лучший способ поквитаться с ней - это занять место впереди. Арина определённо не хотела, чтобы я смотрел её выход. Уверен, заметя меня, она упадёт. И тогда я подхвачу её и отнесу на руках на сцену целой и невредимой!

У студсовета, кажется, дела идут отлично. Церемония открытия проходила чётко по графику. Как человек, имеющий к нему отношение, я имел неплохое представление о том, как обстоят дела.

Иначе говоря, церемония открытия удачно подходила к концу.

Церемония завершилась выступлением музыкальной группы. Затем на сцену вышел президент студсовета Секи Дзюн и объявил о начале фестиваля.

— Нам пора идти?

— Да.

И во имя безопасности школы мы стали божествами-хранителями фестиваля!