*Семь лет спустя, территория Гербон*

Семь лет назад Рене всего за три дня своего пребывания здесь завершила процесс заключения брака Адель и Итана.

А на рассвете третьего дня барон Миллиум уже собрал рыцарей семьи и приехал в поместье Гербон, чтобы забрать Адель. Среди людей было много желающих завязать связи с семьей, которая вскоре станет родственниками императорской семьи по материнской линии, поэтому при их поддержке набрать рыцарей для Миллиумов не составило труда.

Однако Макс Миллиум не смог по своему желанию забрать дочь, которая уже дала брачные клятвы.

Адель ничего не могла сделать, кроме как тихо задыхаться, издалека наблюдая за ссорой отца и сестры. В конце концов, отец покинул Гербон с пустыми руками, за ним последовала и Рене.

А на следующий день после отъезда Рене в столицу отправился и Итан.

Адель была не настолько молода, чтобы не знать, что он покинул территорию, чтобы избежать ее, хоть Итан и оправдывался, объясняя, что в столице он сможет пополнить свои знания.

Через шесть лет, когда Адель достигла совершеннолетия, Итан вернулся в поместье для проведения свадебной церемонии. И вот прошел год с тех пор, как пара поженилась.

Сегодня Адель в легком наряде прогуливалась по особняку. И еще она знала, что Сьюзен смотрит на нее тревожными глазами.

— Вы уверены, что сможете справиться сегодня?

Чтобы не лгать, Адель по старой привычке отказалась отвечать на неблагоприятные для нее вопросы.

— Вы не забыли, какой сегодня день?

«Как я могла забыть?»

Конечно, называть этот день «днем союза» — слишком громко, но в знатных семьях существовали определенные дни, когда два-три раза в месяц полагалось спать с собственной женой.

Последний год или около того, всякий раз, когда наступал этот день, Итан придумывал разные отговорки. Иногда он работал допоздна, а однажды на рассвете отправился в дорогу, чтобы осмотреть владения, и вернулся обратно только на следующий день.

Ночь их свадьбы была единственной ночью, когда они спали вместе, но и она стала лишь воспоминанием, к которому Адель не хотелось возвращаться из-за Итана, который был настолько пьян, что не мог себя контролировать.

Ради своего мужа, который не хотел этого делать, Адель первой стала придумывать отговорки, чтобы не спать вместе. Однако теперь у обоих больше не оставалось никаких оправданий. С выражением беспомощности на лице она оставила сообщение, чтобы он ждал ее вечером в своей комнате, и отправилась на небольшую охоту.

— Вы должны позаботиться о том, чтобы сегодня на вашей коже не осталось ни царапины.

— Нет. Я решила заняться стрельбой из лука.

— С кем?

— С кем же еще?

Адель часто посещала места, где тренировались рыцари семьи.

Двое рыцарей, охранявших вход в гостиную в тот день семь лет назад, когда к ним приехала Рене, к настоящему моменту стали близкими друзьями Адель.

Один из них, рыцарь по имени Седрик, в течение нескольких лет даже был ее учителем по фехтованию. В те времена Седрик казался Адель таким высоким, что она считала его намного старше себя, но на самом деле ему оказалось всего семнадцать. Седрик был рыцарем, который только что закончил обучение.

— Я вернусь позже. Постараюсь не опаздывать.

Адель старалась вести себя как обычно, но на самом деле все ее мысли весь день крутились около одного и того же.

Однажды в детстве Адель спросила Итана, каков его идеал женщины. Сначала он просто улыбнулся, но когда она повторила вопрос, юноша на мгновение уставился вдаль, а затем произнес: «Женщина, которая ступает, как воздух, говорит, как бабочка, и улыбается, как цветок — вот мой идеал женщины».

С тех пор как она впервые услышала эти слова, Адель каждый день повторяла их в своем сердце. Сама она никогда не смогла бы ступать, как воздух, или говорить, как бабочка, но она хотела стать женой, которая будет ему нужна.

Однако Итан не знал, что Адель была из тех, кто галопом скачет на лошади и стреляет из лука или ходит на рынок и умеет находить общий язык с людьми.

Но теперь, спустя столько лет, сердце Адель опустело, словно дерево, сгнившее изнутри, от которого осталась одна только кора.

— Какая жалость. Если хотите, сегодня я сделаю ваши волосы еще более мягкими и шелковистыми.

— Хорошо.

— Правда?

— Да.

— А как насчет того, чтобы намазать ваше тело медом?

Раз Адель была сегодня настолько сговорчивой, то Сьюзен никогда бы не упустила такого случая и постаралась бы сделать для своей хозяйки все, что захочет. Пусть даже она и говорит, что ей это не нравится, но все это только сегодня...

— Да, сделай это.

— Да?

Несмотря на то, что сердце Адель было пусто, она не хотела, чтобы ее обвинили в том, что она не прилагает особых усилий в качестве жены.

Раньше Итан не задерживался в Гербоне, поэтому давление на них практически не оказывалось, но вот прошел уже год с тех пор, как он вернулся в поместье. И теперь избежать давления со стороны семьи по поводу наследника Итан уже не мог.

Вскоре Адель была вынуждена отмокать в сладко пахнущей ванне.

Пока Сьюзен удалилась для приготовления всего необходимого к ночи, Адель еще раз обдумала место для системы акведуков. Поместье Гербон было более подходящим для жизни по сравнению с другими населенными пунктами, однако следует сказать, что окружающая среда здесь была довольно неблагоприятной.

Большинство особняков аристократов оснащены водопроводом, но людям, живущим в закоулках поместий или у гор, приходилось целыми днями ходить за водой. В течение последних нескольких месяцев Адель посвятила немало времени и сил этому проекту.

Она не только помогла вырыть все водоводы на территории флигеля, но и целыми днями пропадала у фонтана в задней части особняка, говоря, что что-то изучает.

Кроме того, при нынешней технологии водопроводов было трудно обеспечить бесперебойную подачу воды.

Однако совсем недавно они придумали способ использовать разницу в давлении, чтобы безопасно направлять воду на некоторое расстояние. Если бы не помощь Хэнка, Адель бы не справилась с этой задачей.

Сьюзен же находилась вне себя от радости и весь день весело щебетала, словно жаворонок, попутно укладывая светлые волосы Адель.

Когда солнце начало садиться, все попытки сосредоточиться на делах оказались тщетными.

Это была ночь, на которую Адель неустанно надеялась в прошлом, но теперь она ее не хотела. Той Аделаиды, которая любила только одного этого человека, больше не существовало.

Мужчина остался прежним, но Адель за эти годы выросла из ребенка в женщину.

— Давай на этом закончим с бумажной волокитой, — сказала Адель, отложив бумаги на стол.

— Да? О, хорошо.

Как только Адель перевела взгляд на Сьюзен, несущую лампу, она вспомнила, что вернувшись в дом, услышала необычный шум.

Вскоре появился дворецкий Бен.

— Пришел гость...

— Гость? Кто?

Когда в дом кто-нибудь приезжал, в обязанности дворецкого входило сказать, кто это. Однако сейчас Бен медлил и не сумел раскрыть личность человека, поэтому Адель почувствовала зловещее беспокойство.

— Это кто-то из моей семьи?

— Нет.

Адель встала со своего места и отряхнула юбку от грязи и пыли, так как еще не пришло время переодеться в более комфортную одежду. Она могла бы еще раз спросить, кем был гость, но, заметив ошеломленное лицо Бена, решила не делать этого и просто отправилась в гостиную. По дороге дворецкий тихо сообщил, кем является гостья.

— Она горничная, которая раньше работала в этом особняке. Ее зовут Аннастон Лоуэлл. — Затем Бен чуть помедлил, видимо, посчитав, что имя горничной прозвучало слишком формально, — другие горничные называли ее просто Анна.

Адель замерла на месте. Это имя было для нее тем, что никак не удавалось забыть. В первую брачную ночь Итан был настолько пьян, что назвал это имя на ухо Адель и повторял его снова и снова. Это имя, прошептанное Итаном, подобно звону в барабанных перепонках, самовольно гулко отдавалось внутри.

{Анна, Анна, моя Анна...}

Ей было трудно дышать от постоянного повторения этого голоса в ушах, поэтому Адель сделала глубокий вдох, чтобы справиться с собой.

— Вам не по себе?

— Ох, ерунда. Давайте пойдем.

Когда дверь гостиной открылась, ее внимание привлекли женщина и мальчик.

При появлении Адель женщина встала с дивана и медленно двинулась к Адель. Адель же подумала, что походка этой женщины, идущей с прямой спиной, очень красива.

— Приветствую графиню.

Женщина, говорившая тихим голосом, похожим на шепот, быстро и нежно улыбнулась.

— Я Аннастон Лоуэлл.

Воистину, это была женщина, которая ступала, как воздух, говорила, как бабочка, и улыбалась, как цветок.

* * *

От такого происшествия у всех перехватило дыхание, однако Адель постаралась спокойно принять ситуацию.

Она повернула голову и посмотрела на мальчика, стоявшего у дивана. Кажется, ему было около девяти? Но в первую очередь ее внимание привлекли голубые глаза ребенка, синие, как морские глубины.

Заметив взгляд Адель, Аннастон подошла к мальчику, взяла его за запястье и подвела к себе.

— Он сын графа.

— Сын, значит?

От холодного голоса графини, которого она давно не слышала, Сьюзен вздрогнула. Адель, с ее медовыми светлыми волосами и прекрасными розовыми щеками, оказалась гораздо более рациональной и холодносердечной, чем думала служанка.

— Ах, да.

— Возраст?

— Ему восемь лет.

И все же ощущение, когда приходится спрашивать возраст ребенка и мысленно отсчитывать годы назад, было болезненным и каким-то мучительно отстраненным. У ребенка были голубые глаза Итана и каштановые волосы женщины. Выражение его лица было нежным и мягким, но опущенные глаза имели остроту, точно такую же, как у Итана.

— Имя?

— Рвайн, Рвайн Дебрян.

Женщина выплюнула фамилию, вызывающе глядя прямо в глаза Адель. Она никогда не позволяла этой женщине сравнивать себя с ней. Тем не менее, на лице незнакомки появилось странное чувство победы. Аннастон смотрела на нее такими глазами, словно пыталась заставить Адель почувствовать свое поражение.

— Лорд скоро придет, — бросив эти слова, Адель не стала присаживаться и просто отвернулась.

Она не собиралась поддаваться на эту детскую провокацию.

Затем снаружи раздался громкий стук, и дверь гостиной распахнулась.

Единственным человеком, который мог вот так без разрешения распахивать двери, был Итан Дебрян, хозяин этого дома.

На мгновение Адель показалось, что ее глаза встретились со взглядом Итана. Она была полна решимости спокойно выслушать его и поступить так, как он захочет. Однако...

— Анна!

Итан, словно не заметив Адель, подлетел к женщине. Он вцепился в нее и без раздумий заключил в объятия.

— Куда, черт возьми, ты пропала? Ты знаешь, как долго я тебя искал?