Когда я открыл глаза, то увидел над собой белый потолок. Не сразу вспомнил, где нахожусь. Тусклый солнечный свет проникал под ролл-ставни. Я осторожно присел и выглянул наружу.

Облачная погода сменилась приятным солнечным светом. Снег больше не падал, но на земле его было много. Я вытянул руку, пытаясь опустить ролл-ставни до конца, но что-то мешало. Огляделся и увидел, что товары не давали ставне опуститься. Сильно прижавшись лицом к металлу, затащил товары обратно. Ставня с легким скрежетом опустилась. Я почувствовал себя в большей безопасности.

Потер лицо, чтобы собраться. Голова еще болела, но нельзя было медлить. Я огляделся. Товары стояли нетронутыми. Выжившие, похоже сюда не добрались, так как далеко идти. Проверял коробки, открывая каждую. Нашел бутылку воды и разом выпил половину, а остальное плеснул на лицо.

Холодный воздух ходил по магазину, сгоняя остатки усталости. Я продолжил открывать коробки. Здесь товаров много. А значит, на складе ещё больше. При мне была только сумка, и я сразу пожалел, что пришел один. Еда, вода, предметы первой необходимости. Ничего не тронуто.

Хотел положить консервы, но подумал, что их много не поместится, поэтому стал собирать пачки с крекерами и печеньем. Я немного успокоился, глядя на почти доверху набитую снеками сумку.

Сбалансированное питание тоже важно. Подумал, что фрукты будут полезны, и взял несколько банок консервированных фруктов. Занимают много места, но ничего не поделать. Также поискал какие-нибудь витамины, но ничего не нашел.

Сумка уже трещала по швам, но моя жадность не уходила. Взял нитки и привязал к наружной стороне сумки пакеты с вяленой говядиной. Я сделал все возможное, чтобы взять максимальное количество продуктов. Чуть не упал, пока тащил сумку. Конечно, крекеры и бисквиты не были такими тяжелыми, но вес все равно был. Под конец я набил карманы шоколадками и собрался уходить. Начинаю скучать по Че Ён.

Подкрался к двери, чтобы приподнять ставни и на соседней увидел замок с всунутым ключом. Похоже, владелец в спешке забыл его. Я протянул руку и стер пыль с замка. Он был целым. Медленно приподнял ставню и вылез наружу. Снаружи был такой же замок. Я опустил ставни и закрыл его. Теперь никто не сможет сюда войти. А попытка сломать ставни только привлечет тварей. Теперь я хозяин магазина. Конечно, это плохо, но я почувствовал себя более уверенно.

Снега навалило по щиколотку, а дыхание белым паром вырывалось изо рта. Я присел за ближайшей машиной. Монстры бродили неподалеку, но от солнца их движения стали более ленивыми.

Схватил поудобнее тяжелую сумку и пошел прочь. Когда твари проходили мимо, прятался за машинами, с усмешкой чувствуя себя этаким тараканом. Вот так я выбрался из Силлим-ро 11. Дорога, вчера казавшаяся длинным препятствием, с восходом солнца оказалась не такой уж и долгой. Перешел мост Хваранг, вышел к ручью Доримчхон. Холодный речной ветер обдувал лицо и уши.

Мои следы уже засыпало снегом, но я заметил еще цепочку следов на мосту Хваранг. Похоже, это кто-то из выживших. Следы ровные, от ботинок. Может быть, человек переходил мост, когда снег прекратился.

Иногда мне казалось, что мы остались одни в этом городе, но это оказалось не так. В серых бетонных джунглях еще оставалась какая-то жизнь.

От сильного переживания я чувствую себя больным. Тело дрожало от холода и усталости, а пронизывающий ветер забирал остатки тепла. Но я не жаловался. Просто нужно набраться терпения и дойти до "дома".

Вышел на Силлим-ро 8 по уже знакомой дороге. Прошел офис, вспоминая события прошлой ночи. Снег окончательно стер все следы крови. Я зажмурился, надеясь, что снег сотрет и мои воспоминания.

Твари стояли неподвижно, таращась в небо и что-то мычали. Жуткое зрелище. Что, чёрт возьми, они бормочут?

Прошел мимо магазина, стройки. Наконец, вышел к подножию горы. Радость от предвкушения встречи с Че Ён меня взбодрила.

Но тут я остановился, как вкопанный.

Впереди виднелись цепочки следов. Я крепко сжал пистолет в руке и сглотнул. Может, это просто выжившие, которые шли мимо? Но напряжение не покидало. Я пошел по нашей тропе. Следы вели вперед. Группа из десяти человек точно. Я ускорил шаг, а потом уже несся, как бешеный. По дороге бросил в кусты тяжелую сумку.

Они следили за мной? Кто эти люди и зачем они пришли сюда?

Я бежал с пистолетом. Задыхался, но бежал. "Че Ён! Че Ён! Че Ён!", бил в голове колокол.

Наконец я увидел наше убежище. Здесь было тихо. Спрятался за каким-то сарайчиком, сняв пистолет с предохранителя. Поправил висящий на поясе меч и высунул голову.

Четверо солдат в военной форме. Женщина в белых одеждах. А неподалёку еще пятеро военных. Кто это? Зачем припёрлись сюда? Медленно перевёл взгляд, глядя как женщина в белом разговаривает с людьми, укутанными пледами.

Пригляделся и увидел, что она разговаривала с братом и сестрой. А остальные где? Это спасатели? Ещё раз поискал глазами и увидел Кан Су Рен, которая держала Че Ён на руках, и тревожно бродила неподалёку.

Я медленно вышел из укрытия. Спасатели здесь. Был лишь один вопрос, почему Кан Су Рен встревожена, но я отбросил его. Искренне надеялся, что нас спасут.

Че Ён может уйти в безопасное место. К другим детям. Не нужно плакать от голода и страха. Мне самому хотелось плакать. Когда я появился, солдаты быстро наставили на меня оружие.

Остальные люди удивленно посмотрели в мою сторону.

— Пистолет бросил!

Положил оружие на землю дрожащими руками, а сам спросил:

— Вы спасатели?

Я поднял руки. Они увидели, что я не собираюсь нападать и опустили стволы. Один из военных утвердительно кивнул на мой вопрос. И только я радостно крикнул: "Я знал! Спасибо", как раздался другой голос:

— Он убил солдата!

Это была Ли Хе Ин. Военные тут же вскинули оружие.

Кан Су Рен врезается в меня. Че Ён плачет и тянет ко мне руки. Женщина закрывает меня собой и кричит:

— Нет, вы не так поняли! Пожалуйста...

Звук её воя закладывает уши. Я чувствовал, как погружаюсь в бездну отчаяния. Самоуничижение рвётся из меня наружу.

Ненависть к Ли Хе Ин захлестывает. Нет, даже эта ненависть превращается в отвращение к самому себе. Я даже не мог выговорить предлог для убийства, чтобы защитить нас. Солдат не стрелял в меня, хотя у него были пули.

Если есть спасательная команда, значит есть еще нормальное общество. В этом нормальном обществе я был всего лишь преступником. Выбравшись из серых джунглей, я стал в их глазах другим человеком. Кто-то, кто отличается от них, тот, у кого нет этики.

В их глазах я убийца.

Это неприятно. Несправедливо. Но даже эта несправедливость казалась трусливой. Слезы текли по щекам, и я ничего не мог сделать, кроме как плакать, и пистолет был направлен на меня.

Один из солдат выстрелил. Звук стрельбы оглушил, а ухо пронзила острая боль. Я медленно терял рассудок. Между звуковым шумом в ушах я мог видеть плачущую и кричащую Кан Су Рён и людей, презрительно смотрящих на меня.

Че Ён плакала и смотрела на меня такими же глазами, как и в тот день, когда умерли её родители.

В глазах темнеет.

— Кто стрелял?

— Один из новобранцев.

Солдат опустил пистолет. Я мутными глазами смотрел на плачущую Кан Су Рен.

— Давайте, уходим!

Меня накрыла тьма.