Пока Бэк Ю Соль продолжал манипулировать энергией Двенадцати Божественных Лун на борту самолета, Серебряная Осенняя Луна тихо исчез на заднем плане.

Он вернулся к своей истинной форме и начал продвигаться к западной окраине континента.

«Храмы Божественных Лун...»

В мире было девять Храмов Божественных Лун, каждый из которых управлялся разными нациями.

Хотя они и назывались храмами, они были не более чем руинами, утратившими свое предназначение после исчезновения Божественных Лун из мира.

Люди верили, что существует только девять храмов, но это было не так.

Было еще три храма, два из которых были разрушены и утрачены во времени.

А последний оставшийся...

Дороти, последний рай на западе.

Когда-то Дороти было местом, где можно было найти все счастье мира, но теперь оно стало настолько загрязненным, что люди больше не могли туда входить. Тем не менее, последний храм находился именно там.

— ...Это место не изменилось.

Прибыв в Дороти, где почти не было следов присутствия людей, Серебряная Осенняя Луна с сожалением щелкнул языком и спустился на землю.

Дороти была известна отсутствием низких зданий, с сотнями тонких, высоких сооружений, напоминающих столбы, устремленные в небо.

Теперь большинство из них были разрушены и разбиты, больше не демонстрируя своего былого величия. Но в памяти Серебряной Осенней Луны это место все еще оставалось раем, утопией.

Когда-то.

Люди, жившие здесь, поклонялись Двенадцати Божественным Лунам как богам.

Благодаря этому они унаследовали божественную силу Божественных Лун, став единственной расой, способной манипулировать стихиями.

Благодаря этому они построили загадочную цивилизацию, отличную от магического общества, но в человеческом обществе «отличаться» часто означало «быть неправым».

Их подвергли остракизму.

За то, что они управляли стихиями, а не использовали магию.

И поэтому...

Даже когда на них напали темные маги, они не получили помощи от людей.

Серебряная Осенняя Луна ничего не мог сделать, когда они кричали от боли и умирали.

Он мог только смотреть.

Потому что он не мог вмешиваться в мир.

...Прошло сотни лет, но его исключительная память не позволяла ему забыть ни одного момента того дня.

Долго блуждая по улицам Дороти, Серебряная Осенняя Луна наконец-то добрался до Храма Божественных Лун.

Этот храм должен был превратиться в руины без ухода, но, в отличие от других, он остался нетронутым, таким же, каким был сотни лет назад.

— ...Великие Двенадцать Божественных Лун

— Я смиренно преклоняюсь перед вашим величием.

Конечно.

Потому что с того дня, сотни лет назад, те, кто захватил храм, защищали его.

Темные маги.

Они не напали на это место без причины.

Они завидовали силе Божественных Лун и хотели научиться у них, но были отвергнуты.

Темные маги — это звери.

Они — существа без разума, и когда они хотели обрести разум через обучение, им было отказано. Таким образом, они заплатили цену.

Темные маги, вероятно, верили в это.

— Не припомню вас.

Серебряная Осенняя Луна недовольно нахмурился, и темные маги сделали шаг назад, глубоко склонив головы.

— Вы все еще охраняете это место?

— Да. Наш долг как существ, рожденных на этом континенте, — служить Двенадцати Божественным Лунам.

— Нам не нужны никакие поклонения.

— Это наше желание. Если мы поверим в вас и последуем за вами... разве мы не обретем таинственную силу и мудрость?

Верно.

Сила и мудрость.

Это было все, чего искали темные маги в своей жизни.

Сильные становились королями, и если темный маг мог обрести мудрость, сохранив свою силу, он становился высшим существом.

Даже в наше время многие темные маги научились сохранять разум, не теряя мудрости, но их жажда власти и более глубокой мудрости осталась.

— Отойдите в сторону. Мне нужно идти.

Но Серебряная Осенняя Луна не собирался их слушать.

Темные маги послушно отошли в сторону и сказали:

— Наш король всегда тосковал по вам.

Серебряная Осенняя Луна проигнорировал их и прошел мимо.

Не было нужды слушать слова этих отвратительных существ, которые напали на Дороти.

Направляясь в подземелье храма, Серебряная Осенняя Луна высвободил свою энергию, чтобы открыть массивную каменную дверь, которая была плотно запечатана.

Дверь была покрыта шрамами, вероятно, от попыток открыть ее с помощью магии и грубой силы, но магию Мага-прародителя не так легко сломать.

Скрип...

Когда дверь открылась, Серебряная Осенняя Луна вошел в каменную комнату.

Многие маги и темные маги, вероятно, ожидали найти здесь какой-то великий божественный артефакт, но на самом деле здесь не было ничего необычного.

В этой комнате... были только картины. Картины, покрывавшие стены и потолок.

Тысячу лет назад Маг-прародитель хотел передать свою волю будущим поколениям, но в то время еще не было единого языка.

В то время царил хаос: языки смешивались, появлялись новые, и никто не мог быть уверен, что язык, на котором говорили тогда, будет понятен через сто лет.

Поэтому Маг-прародитель выбрал картины. Картины, наполненные магической силой, сохранившиеся навечно.

В девяти храмах, которыми управляли человеческие народы, тоже были картины, но они оставались нерасшифрованными.

Они были заполнены непонятными символами и изображениями.

Солнце и гигантский дракон.

Горящий человек и гигант, спящий в айсберге.

Эльф, переворачивающий землю копьем, и гигантская гора, спящая с закрытыми глазами.

Серия непонятных изображений.

Даже Двенадцать Божественных Лун не могли их понять.

Серебряная Осенняя Луна тоже не имел представления, что Маг-прародитель имел в виду, создавая эти картины.

Особенно картины в этом храме были еще более странными и особенными.

Потолок последнего храма, оставленного Божественными Лунами.

Там Маг-прародитель оставил свою последнюю картину перед исчезновением.

— ...Теперь, когда я смотрю на нее, я думаю, что понимаю.

В то время как потолки других храмов были густо покрыты многочисленными картинами, этот был другим.

Потолок украшала только одна огромная картина.

Один человек, протягивающий руку.

Два дракона, один белый, другой черный.

Вихревой водоворот из двенадцати ослепительных цветов радуги, с символом инь-янь из черного и белого, кружащимся на конце.

— Понятно, действительно...

Почему он не догадался об этом раньше?

О том, что произойдет, когда все цвета Двенадцати Божественных Лун смешаются.

Когда цвета смешиваются, они становятся мутными и в конце концов чернеют. Это означало бы... разрушение.

Но как насчет света?

Если смешать свет, он не станет мутным, а наоборот, станет ярче и сильнее.

В этом был ключ.

«Когда все цвета смешаются, станут ли они черными... или белыми?»

Серебряная Осенняя Луна поднялся в воздух и осторожно коснулся символа инь-янь на потолке.

Возможно, Пепельная Павшая Луна знал об этом с самого начала.

Поэтому он и не торопился.

Ему было все равно, кому достанутся Двенадцать Божественных Лун, поэтому он не пытался силой их отнять.

Ведь в конце концов, результат смешивания всех цветов решит все.

Серебряная Осеняя Луна сжал кулак и нахмурился.

— Бэк Ю Соль... Я надеюсь, что этот ребенок станет светом*.

п.п: в анлейте есть имеется в виду цвет (белый), но звучит не очень. Также хочу отметить, что имя Ю Соля в дословном переводе будет означать <белый> или <чистый снег>.

Равнины Хаоя*, гостиница «Лотос».

п.п: ранее Равнины убывающей луны.

Джелиэль, которая проснулась рано, чтобы подготовиться к деловой поездке, уже была готова сесть в самолет в простом платье, когда получила тревожную новость.

— По всей равнине обнаружены следы темных магов?

— Да. Племена не могут справиться с ними, поэтому просят поддержки у нас.

Сотрудник, сообщавший об этом, выглядел совершенно озадаченным.

— Мы же не Магическая Башня, а они просят военной поддержки...

— Помоги им.

— Что?

— Окажи поддержку. Вложи деньги в Магическую Башню, чтобы нанять магов и собрать всех наемников, которых сможешь.

— Вы... вы серьезно?

Джелиэль обратила свой холодный взгляд на сотрудника, который испуганно вскрикнул и сделал шаг назад.

— Слушай внимательно. Если Равнины Хаоя погибнут, погибнет и «Звездное облако». Если равнины выживут, выживет и «Звездное облако».

Это верно.

Хотя никто никогда не говорил об этом вслух, «Звездное облако» по сути было правящей монархией Равнин Хаоя.

На протяжении сотен лет «Звездное облако» завоевывало доверие всех воюющих племен Равнин Хаоя, полностью блокируя внешние вторжения и создавая финансовую рыночную систему. Если это не монархия, то что же это?

Они просто не могли называть себя монархией, потому что были торговой компанией.

Другими словами, Джелиэль была практически дочерью короля, правившего этой обширной землей, и она была обязана заботиться о своем народе.

— Я не знаю, почему темные маги снова создают проблемы, но если мы оставим их в покое, они начнут приползать снова и снова.

Она не могла допустить этого.

— Поймайте и убейте их всех.

— Будет сделано.

Джеллиэль откинулась на спинку кресла и задумалась. До вылета самолета оставалось еще около 10 минут.

«...Что в последнее время происходит с темными магами?»

С тех пор, как они напали на фабрику, она чувствовала, что что-то не так, но не могла понять, что именно.

Темные маги, которых она схватила и убила, были все низкого ранга, поэтому они не знали многого.

Но цель определенно была.

То, что темные маги действовали так систематично, означало, что ими командовала более крупная сила, и они обладали интеллектом, сравнимым с интеллектом человеческих архимагов, что делало их силой, с которой нужно было считаться.

«Если это так, то их действия на равнинах должны иметь цель...»

Но даже если они создадут проблемы, многие темные маги погибнут.

Есть ли действительно выгода, ради которой стоит пожертвовать столькими жизнями? Чего они хотят, что готовы столькими пожертвовать?

Когда она закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями, сотрудник, который ушел ранее, вбежал обратно, заставив ее открыть глаза.

— М-мисс!

— ...Что еще?

Если он так торопился, то дело, должно быть, серьезное. Джелиэль спросила с суровым выражением лица, и сотрудник запнулся.

— На равнинах... по всей равнине одновременно открываются Врата Персоны!

— ...Что?

Джелиэль побледнела, услышав новость о катастрофе, разворачивающейся по всем равнинам.

Это был крупномасштабный инцидент, с которым даже с ее знаниями она не могла справиться.