Как будто у них в мозгах был переключатель, члены семьи Кроллот небрежно отбрасывали свою совесть и человеческие принципы в зависимости от ситуации.

Граф и графиня, добрые на первый взгляд, на самом деле являлись коррумпированными лордами, которые были бестолковыми из-за богатства.

А что насчёт Джонатана, улыбающегося так дружелюбно перед Рейной?

Он был сумасшедшим, не считавшим человеком никого, кроме своей семьи.

Будет ли оригинальная Рейна, выращенная в подобной семье, другой?

После перерождения ей пришлось со спокойным выражением лица выслушивать супружескую пару из округа, делящуюся советами по уклонению от уплаты налогов, чтобы избежать ненужных подозрений.

«Каким бы извращённым ни был их характер, похищение ребёнка - перебор!»

— Рейна, похищение? — спросил Джонатан, выглядя огорчённым. — Это один из бродячая сирот. Я просто подобрал его на южном береге.

«......Южном береге?»

Рейна снова посмотрела на мальчика.

Чёрные волосы и налитые кровью глаза.

Хрупкое телосложение, практически жалкое.

И...

«Бродячая сирота по южному побережью».

«Не может быть».

Лицо Рейны стало таким же бледным, как и лицо мальчика.

— Рейна, — Джонатан ласково позвал ее; она не могла отвести взгляд от мальчика. — Тебе будет не так одиноко, если рядом будет этот ребенок. Он человек, так что проживёт дольше кота.

Надеясь, что Рейна воспользуется этим мальчиком, чтобы компенсировать отсутствие брата, Джонатан удовлетворенно ухмыльнулся.

— Су...

— Да?

Поскольку голос Рейны был слишком тих, чтобы его можно было услышать, Джонатан наклонился к ней, и в этот момент,

— Сумасшедший! Ты спятил, брат?!

Рейна начала бить Джонатана по спине двумя руками.

И вопрос был в том, кем был тот мальчик, которого привёл Джонатан?

«Это Каликс!»

Каликс, болезненный младший брат Люциуса Ингерсолла, также известного как «герцог-монстр империи».

Рейне хотелось плакать.

«Теперь Люциус полностью уничтожит дом Кроллот!»

Вскоре после того как Джонатан отправился в военно-морскую академию, Рейна наткнулась на имя Люциуса в имперской газете.

Великий герцог Люциус Ингерсолл был отправлен в районы конфликта с соседними государствами под командованием императора.

Только тогда Рейна наконец вспомнила роман, в который она переселилась.

Оригинальная история началась с того, что героиня спасла Каликса, потерявшегося сироту.

Героиня только и делала, что заботилась о нем всем сердцем, пока он не умер, но затем оказалась в опасной ситуации.

Злодей романа, Люциус, потерял своего брата и сошёл с ума, объявив войну семье героини.

«Потому что Люциус обвинил героиню в похищении и смерти Каликса.»

Рейне стало жаль героиню, которой предстоял трудный путь.

Но это было всё. Это было не её дело.

Семья Кроллот, к которой принадлежала Рейна, в оригинальной истории даже не упоминалась.

Другими словами, Рейна не была ни злодейкой, которая понесёт наказание за свои поступки, ни второстепенным персонажем, который умрёт несправедливо.

Если бы главная героиня и главный герой остались одни, они бы объединились и имели бы достаточно сил, чтобы победить злодея, как в оригинальной истории.

Что касается Рейны, все, что ей нужно было сделать, это мирно прожить свою вторую жизнь.

Чтобы добиться этой мирной жизни, ей просто нужно было постепенно отдалиться от своей семьи, которая в любой момент могла попасть в тюрьму.

«Так оно должно было быть!»

Однако Джонатан вернулся домой после долгого отсутствия и внезапно бросил неожиданную бомбу замедленного действия в её мирную жизнь.

— Рейна.

Джонатан схватил Рейну за запястье.

С тобой что-то не так.

Ой.

Задыхаясь, Рейна поняла, что непреднамеренно проявила волнение в такой неожиданной ситуации.

Джонатан считал, что Рейна была из тех, кому нелегко раскрывать свои эмоции.

Реакции удивления и гнева было достаточно для того, что бы вызвать у него подозрения.

«Это не хорошо».

Рейна вспомнила инцидент, с которым она столкнулась через месяц после своего переселения. Что произошло, когда она отругала супружескую пару графства за то, что они были слишком суровы к ошибке слуги?

Их ласковые взгляды в одно мгновение стали ледяными, и они начали подозревать, что у неё серьёзные проблемы с психикой.

Всё закончилось тем, что её чуть не затащили в подозрительное и опасное место - которое даже не было настоящей больницей - под названием «Больница для исправления душевнобольных».

— В отличие от прошлого...

Джонатан внимательно наблюдал за Рейной.

— Ты стала мягче?

— ...Что?

— Раньше ты давала мне пощечину.

Каждый раз, когда Джонатан злил Рейну, она давала ему пощёчину. Он скучал по ощущениям, как её ногти оставляют следы на его лице. Он был расстроен, зная что его спина получила бессильные удары.

«Я так рада, что он сумасшедший».

Рейна молча с облегчением высвободила свою руку из его хватки.

— Зачем ты вообще поехал на южное побережье?

Действительно, почему Джонатан, который не был героиней, привёл Каликса?

— Я заехал перед возвращением домой. Я остановился там с некоторыми из моих одноклассников, которым по совпадению пришлось остановиться на южном побережье, прежде чем отправиться обратно.

Рейна была ошеломлена.

Поскольку собралась толпа мужчин в кадетской форме, это, должно быть, произвело глубокое впечатление на умы людей.

«И если ты остался там со своими друзьями и привёл Каликса...»

С таким количеством свидетелей, было вопросом времени, когда Люциус отправится на поиски семьи Кроллот.

— Южное побережье славиться как курортная зона. Мои одноклассники вернулись первыми, но я хотел остаться ещё немного и насладиться ощущениями, поэтому я остался один. Я даже оделся удобно, что бы было ощущение, что я путешествую.

— Значит... ты встретил ребёнка когда был один?

Джонатан кивнул.

Тело Рейны слегка расслабилось от облегчения, что худшего удалось избежать.

— Я встретил ребёнка на утёсе недалеко от пляжа в ночь перед отъездом.

Джонатан бросил быстрый взгляд на Каликса, а затем снова на Рейну.

— Когда я увидел ребёнка, одиноко стоящего на утёсе посреди ночи, то вспомнил о тебе. Глаза ребёнка были похожи на твои, когда я видел тебя в последний раз.

«Он подумал обо мне, когда увидел Каликса? Что за бред?»

— Я не преувеличиваю, говоря, что у меня болит сердце, когда я думаю о том дне, когда я уехал. Ты внезапно лишилась дара речи и выглядела грустной. Поскольку мы были практически друзьями, насколько тебе, должно быть, было грустно?

Джонатан нежно положил руку на плечо Рейны.

Для Рейны, у которой было слабое тело и она не могла свободно выходить на улицу, Джонатан был её единственным компаньоном.

Он понимал, как одиноко, должно быть, чувствовала себя Рейна после его ухода, даже если она этого не показывала.

— Даже после поступления в военно-морскую академию твоё лицо всегда было у меня в голове.

«Не говорите мне что...».

Рейна спокойно слушала его и вдруг открыла рот от удивления.

— Может быть, именно поэтому я почувствовал, что если оставлю этого ребёнка, это будет все равно, что оставить тебя там одну.

«Итак, теперь...»

«Ты хочешь сказать, что привёл Каликса сюда, потому что я была тихой?»

Рейна не находила слов.

Что она могла сделать после того, как её сбил самосвал и перенёс в мир книги? Как бы она ни была сбита с толку, она решила быть максимально молчаливой, пока не выяснит, в какую книгу она переселилась.

«Действия, которые я предприняла, чтобы избежать ошибки, которая могла повлиять на исходную историю... В итоге я добилась именно такого результата!»

Рейна чувствовала себя сбитой с толку и разочарованной.

— Когда я предложил взять его с собой, он послушно последовал за мной. Он не ответил, но определённо кивнул головой, — как он вспоминал, Джонатан посмотрел на Каликса.

— Теперь, когда я думаю об этом, я не слышал, чтобы он говорил. Разве он не может говорить?

Джонатан тихонько прищелкнул языком.

— Ну, если он не умеет говорить, он может быть идеальным котом.

Он пожал плечами и продолжил:

— Рейна, я приготовил этот подарок, чтобы сделать тебя счастливой, но если он тебе не нравится, ты не обязана его принимать.

Рейна, потерявшаяся в осознании того, что она была единственной причиной искажения оригинала, вернулась к реальности.

— Ты собираешься отправить ребёнка обратно туда, где ты его нашёл?

— Это было бы слишком хлопотно. Я просто передам его работорговцу или кому-то ещё.

У Рейны закружилась голова. Независимо от того, оставила ли она Каликса при себе или передала его работорговцу, Люциус пришёл бы мстить.

«Люциус сделает всё возможное, чтобы развязать войну».

Он был не просто обычным злодеем в оригинальной истории. Он притворился, что начал войну из-за скорби по поводу смерти своего младшего брата, но его брат был всего лишь инструментом.

Его настоящий мотив начать войну был скрыт глубоко внутри.

«Возможно ли загладить вину, если я верну Каликса туда, где он был изначально?»

Рейна посмотрела на ребёнка, и в тот момент, когда Каликс поднял голову, их взгляды встретились.

Когда она увидела его тёмные, впавшие красные глаза, у неё не нашлось слов.

Она была так поглощена сложившейся ситуацией, что не обратила достаточного внимания на чувства Каликса по поводу того, что его назвали подарком или рабом.

Когда её губы задрожали, не зная, что сказать, потрескавшиеся губы ребёнка приоткрылись.

— Не буду...

Молчавший все это время Каликс наконец заговорил.

— Я ничего не буду слушать, я ничего не увижу и я ничего не скажу. Так что...

Его голос слегка дрожал, когда он продолжил:

— Пожалуйста, просто позвольте мне остаться здесь.