Ли Сяоцин и остальные девушки знали, что Су Юэ выходит замуж, и каждой из них было чрезвычайно грустно. У Сяосяо даже обняла подругу и начала всхлипывать.

— Юэюэ, зачем ты выходишь замуж? Мне так плохо, что ты уходишь. Тебе совсем меня не жалко…

Су Юэ не знала, то ли ей смеяться, то ли плакать. Она ткнула Сяосяо в лоб, легонько, словно ребенка, и ответила:

— Я знаю, ты будешь тосковать по моей вкусной еде, да?

Мысли Сяосяо были внезапно разгаданы, и она печально захлюпала носом, смущенно заморгала и тихо пробурчала:

— Ну ведь я же привыкла к твоей вкусной еде. Как в поговорке сказано: к хорошему быстро привыкаешь, а вот отвыкать потом можно годами. Теперь мы уже не будем есть твою еду, а когда я ем то, что сама приготовила, кажется, что и кусок в горло не лезет.

— Ты уж слишком преувеличиваешь! — засмеялась Су Юэ. — Тогда вам следует хорошенько поучиться кулинарному мастерству, чтобы самим готовить вкусную еду, и тогда вам все будет нипочем.

Теперь и Ли Сяоцин захотелось погрустить и она вздохнула:

— Улучшить свои кулинарные навыки еще можно, но как же возможно точно так же вкусно готовить, как ты? В этой жизни это невозможно.

Все трое были убеждены, что, как бы они ни старались, все равно по сравнению с Су Юэ это будет далеко от идеала.

Су Юэ подмигнула им и, улыбаясь, спросила:

— Ну, в таком случае, мне не выходить замуж? Давайте я останусь здесь с вами.

У Сяосяо очень хотелось утвердительно кивнуть в ответ, чтобы Су Юэ не выходила замуж, но она не осмелилась:

— Если ты не выйдешь замуж, и твой родненький Хань Айго узнает, что это из-за нас, то нам точно не жить. Он такой здоровенный, что одной рукой нас всех порешит.

Мао Линь вздохнула:

— Так и есть, как мы можем заставить тебя не выходить замуж. Ладно, уж ладно, давай, выходи замуж. Мы не будем брать на себя ответственность из-за твоего отказа.

Весь этот их разговор прямо-таки развеселил Су Юэ. Она и не думала, что они так робели перед Хань Айго. Ведь он же совсем не злой.

Хотя им всем и правда было очень грустно расставаться, все же девушки помогли Су Юэ собрать вещи. С их помощью багаж был быстро упакован, и затем Хань Айго отнес его прямиком в дом Хань.

Меньше двух дней оставалось до дня свадьбы, поэтому Су Юэ не пошла на работу и готовила дома сладкое.

Хотя в эти времена каждая семья жила бедно, но на свадьбу, чтобы, как говориться, не ударить лицом в грязь, для угощения всегда покупали разные сладости и семечки.

Но в эти времена купить сладости было непросто. Не то чтобы их невозможно было купить, просто они стоили ужасно дорого, поэтому Су Юэ решила сделать их сама, чтобы не беспокоить госпожу Хань.

У нее было много дополнительных продовольственных талонов. Су Юэ сбегала в город, чтобы купить побольше белого и коричневого сахара, и еще банку сухого молока. Вернувшись, она взяла из домашних запасов кукурузу и арахис и приготовила из них козинаки в сахарном сиропе, и еще наделала ирисок и карамелек. Она обернула их снаружи в покупную масляную бумагу, а каждую обертку смастерила в виде звездочки. Хотя у нее и не было специальной упаковочной бумаги для заворачивания конфет, но так тоже смотрелось красиво.

Су Юэ дала немного сладостей У Сяосяо, чтобы та поделилась с остальными, оставила еще чуть-чуть себе, а остальное отправила с Хань Айго госпоже Хань для свадебного праздника.

Сладости, приготовленные Су Юэ, по вкусу походили на современные. Они были очень вкусные и ненамного отличались от того, что готовили в то время. Ли Сяоцин и остальные просто впились в эти сладости, облизывая их со всех сторон.

Госпожа Хань очень обрадовалась, когда получила сладости от Су Юэ. Ей с трудом удалось купить некоторое количество конфет, но их было совсем немного. Настолько мало, что она даже не хотела давать их детям, так как боялась, что к свадьбе сладостей не хватит для угощения всех гостей и тогда это станет «потерей лица»*. В конце концов, свадьба — это такой праздничный день, поэтому никак нельзя скупиться. Каждого, кто придет на свадьбу, следует угостить несколькими конфетами, чтобы у всех настроение было радостным.

П. п.: «Потерять лицо» — по-китайски это будет звучать так: 丢面子 diū miànzi или 丢脸 diū liǎn. «Потерять лицо» равносильно нарушению правил и становлению изгоем среди своих. Эта «потеря» может обернуться утратой статуса, поддержки, уважения и даже связей. Культ лица формировался в течение всей китайской истории и прочно засел в сознании каждого китайца. Многие непонятные поступки китайцев можно оправдать стремлением сохранить свое лицо. Аналоги в русском языке: сесть в лужу, попасть впросак, опозориться, оказаться в неловком положении, осрамиться и так далее.

Но она не ожидала, что Су Юэ подумает об этом заранее и пришлет ей так много сладостей, благодаря чему ее проблема теперь была полностью решена.

Матушка, сияя от радости, сказала Хань Айго:

— Можно считать, что ты вырос счастливым. В одном тебе точно повезло больше, чем другим, — ты нашел самую лучшую жену. Теперь матери больше не нужно волноваться о тебе. У тебя есть такая жена, теперь у тебя будет хорошая жизнь.

В глазах Хань Айго мелькнула улыбка.

— Давайте-ка, ребятки, и вы попробуйте сладости, приготовленные вашей старшей невесткой.

Госпожа Хань раздала всем по одной сладости, а затем, с довольным счастливым видом, взяла еще одно угощение для себя и положила его себе в рот. Откусив кусочек, она тут же пришла в неописуемый восторг.

О, господи, да это же так вкусно!

Не удержавшись, она сказала, вздыхая:

— Эти конфеты просто неописуемые, они очень-очень вкусные. Я, старуха, никогда раньше не ела таких вкусных конфет. Они намного лучше, чем те, что я приносила раньше.

Третья невестка Хань первая сунула конфету себе в рот и тоже сказала:

— Ой, мамочки мои, что за конфета! Она такая вкусная!

Второй и третий сын Хань, глядя на все это, несмотря на то, что собирались отдать свои конфеты детям, теперь не могли не попробовать их, а попробовав, тоже сошлись на том, что это сладкое угощение чрезвычайно вкусное.

Хань Айго улыбнулся, молча развернул бумагу и тоже засунул конфету в рот, слегка прищурив глаза.

После того, как госпожа Хань доела конфету, то сразу же пошла за своей специальной банкой для еды и сложила в нее угощение.

— Нет, нет, сладости, приготовленные старшей невесткой, слишком вкусные. Я предполагаю, на них было истрачено немало хороших продуктов, поэтому мы не можем их так просто раздать. Как придет время, мы каждому в семье раздадим по две-три штуки, а остальные получат те, что купила я.

Дети, увидев, что бабушка собирается спрятать сладости, забеспокоились. Сяолэй и Маомао подбежали к ней и, ухватив за ноги, стали тормошить:

— Ба, ба, дай нам еще, дай еще одну.

Двое детей чуть не повалили госпожу Хань. Она хлопнула каждого по попе и пригрозила:

— Ах вы два маленьких ненасытных мальца, стоит вам увидеть что-то вкусное, так вы просто с ума сходите!

У обоих детей была настолько сильная страсть к сладкому, что они были готовы требовать это невзирая на то, что им могут хорошенько наподдать. Маомао обхватил ее ноги и просто сидел на них.

— Ба, ну дай мне еще немного! Иначе я не отпущу тебя.

Госпожа Хань совсем рассердилась, и гневно крикнула своему третьему сыну:

— Побыстрее забери от меня своего сына. Этот попрошайка чем дальше, тем больше капризничает.

Третий сын Хань торопливо обхватил Маомао руками и отвесил ему несколько шлепков, и тут же раздалось рыдание.

Третья невестка Хань почувствовала жалость к сыну. Она стала вырывать Маомао из рук мужа, надувшись и бормоча себе под нос:

— Матушка, вы своим внукам не хотите дать этих сладостей, зато другим готовы раздать, это вы называете щедростью? Вот и дали бы их своим родным внукам, или вы их просто не любите?

— Тьфу, только ты так можешь!.. — госпожа Хань плюнула в сторону невестки, но все же снова открыла банку и достала еще пригоршню, затем раздала каждому из четырех детей по две конфеты.

— Все! Теперь достаточно. Если кто опять придет просить, так и знайте, того прибью.

Снова заполучив сладости, дети заулыбались, больше не приставая к бабушке.

Старая госпожа Хань спрятала банку в свой шкаф, а все остальное угощенье, которое предназначалось для гостей, заперла в шкафу. Так она не будет беспокоиться о том, что дети прокрадутся и стащат сладости, пока взрослых не будет рядом.

Вот так незаметно пролетели два дня и настало 15-е число, день свадьбы Хань Айго.

Госпожа Хань рано утром подняла всю семью. За работу на кухне отвечали вторая и третья невестки Хань и еще несколько замужних женщин, которые пришли помочь. Второй и третий сын Хань отвечали за обустройство двора, четвертый сын, Хань Айминь, был у всех на побегушках и присматривал за детьми в доме. А госпожа Хань сама лично принимала гостей, которые пришли в этот день поздравить семью.

Хань Айго сегодня был в статусе новобрачного, и ему предстояло выполнить наиважнейшее дело — забрать и привезти жену. Сегодня он был одет в военную форму и казался еще выше и стройнее, на его груди красовался красный цветок, сделанный из бумаги, что придавало его внешности еще больше воодушевления и одухотворенности. Его внешний вид вызвал одобрение у женщин, которые пришли помогать на кухне.

Как только подошло назначенное время, Хань Айго прикатил велосипед, на котором спереди тоже был прикреплен большой красный цветок, и отправился в студенческое общежитие забирать невесту. За ним шли три его брата и несколько других относительно достойных по меркам деревни юношей. Вся эта большая компания молодых людей бойко и весело зашагала по улице на встречу к невесте.

Су Юэ сегодня была одета в коротенький жакет с цветочным узором, который ей дала госпожа Хань. На ногах — пара утепленных туфель с цветочным принтом. Ее иссиня-черные волосы были заплетены в две большие косы, что было очень модно по тем временам, и свисали на груди. А еще У Сяосяо нанесла ей на лицо макияж. Хотя наряд Су Юэ выглядел несколько простым, но ее лицо казалось совершенно безупречным. Ее и без того красивое лицо теперь выглядело еще более очаровательным и прелестным. Пришедшие из любопытства посмотреть на выкуп невесты местные зеваки просто глаз не могли от нее оторвать.

— Вот это да! Хань Айго сотворил что-то невероятное. Да это же просто небесный ангел! Вот это удача!

— Айго, поторопись забрать жену к себе домой. Такая красавица жена, и теперь твоя! — с улыбкой пошутила следовавшая с ними вместе женщина, которая выступала в роли свахи.

Все вокруг засмеялись, развеселились и присоединились к ее словам.

— Скорее забирайте невесту, жених больше уже не может ждать!

Хань Айго, улыбаясь, смотрел и смотрел на Су Юэ, шаг за шагом подходя к ней все ближе. Подойдя, он слегка наклонился, обхватил ее руками, поднял с кровати и широко зашагал к выходу к воротам.

Люди вокруг вовсю веселились и смеялись.

Хань Айго донес Су Юэ прямо до велосипеда и усадил на заднее сиденье, затем, придерживая руль, повел велосипед. Медленно шагая чуть впереди и слегка прихрамывая, он повез свою невесту домой.