Исследователи выложили Руджеру всё, что знали о происходящем здесь.

«Ода Стали» была проектом по созданию ужасающего стратегического оружия: боевых автоматонов.

Суть заключалась в том, чтобы вселить человеческую душу в идеальную механическую куклу, наделив её способностью к живому мышлению и разумом, но заставив при этом беспрекословно подчиняться приказам хозяина.

Подобный проект, разумеется, держался в строжайшем секрете. Исследователям грозила смерть, если бы они проболтались посторонним. Однако сейчас перед ними стояло чудовище, перебившее всю охрану в лаборатории, и, спасая свои шкуры, учёные были вынуждены говорить.

Ничто не было важнее собственной жизни.

Конечно, нашлись и те, кто из одной лишь преданности делу отказался отвечать. Их Руджер тут же безжалостно казнил. Увидев его жестокие методы, остальные исследователи выложили даже то, о чём он не спрашивал.

— Это всё?

— Да-да-да. Больше нам решительно ничего не известно…

— Понятно. Судя по данным, которые я изъял, вы ничего не утаили.

Выслушав рассказы, Руджер удовлетворённо кивнул.

— Ну что ж, тогда…

— О да. Вы рассказали всё, что меня интересовало, так что я обязан вас отблагодарить.

На лицах выживших исследователей мелькнула надежда.

— Но прежде я задам последний вопрос. Если ответите, я оставлю вас в живых.

— Д-да!

— Как звали детей, которых вы похитили для экспериментов? Вы помните их имена?

Лица исследователей, ещё мгновение назад полные надежды, начали медленно вытягиваться.

— Ч-что? Что вы имеете в виду?

— Вы не знаете даже их имён?

Под тяжёлым взглядом Руджера учёные молчали.

— Никто не знает? Совсем?

— Ну, это…

— Предупреждаю: я не люблю ложь. Вы видели, что случилось с тем, кто соврал мне пару минут назад.

Исследователи, которые пытались обмануть Руджера, тоже превратились в холодные тела на полу лаборатории.

— Ну же! Вспоминайте! Вспоминайте!

— Чёрт! Это вы должны это помнить! Я вообще-то только жизненные показатели снимал!

— Бесполезные вы сошки!

В панике учёные тыкали друг в друга пальцами, осыпая бранью. Никто из них всерьёз не пытался вспомнить имена детей, над которыми ставили опыты. Потому что не хотели помнить. Потому что не считали нужным. Потому что им было всё равно, даже если те умирали.

Они думали, что это не важно.

— Ах…

— Н-ну…

Осознав своё положение, исследователи побледнели и подняли на Руджера глаза, полные ужаса.

Мужчина сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и холодно улыбался.

— Благодарю вас…

В его голосе слышалась жуткая, ледяная усмешка.

— …за то, что не помните имён этих детей.

Мгновение спустя гигантская тень поглотила исследователей, заглушив их отчаянные крики.

***

Ганс вошёл в залитую кровью лабораторию, морщась от разбросанных вокруг тел. Стараясь не наступать на них, он широкими шагами приблизился к Руджеру.

— Всё кончено?

— Да.

— Но разве не стоило оставить парочку в живых? Я думал, они нам понадобятся, чтобы продолжить эксперимент.

— Нет нужды.

Руджер обернулся к Гансу.

— Я сделаю это сам.

— …это возможно?

— Материалы их исследований здесь.

Руджер развернул данные, которые изъял у учёных. Это были исследования по переносу человеческой души в автоматон.

Проект «Ода Стали» находился лишь на начальной стадии реализации, но мужчина был уверен, что теперь сможет восполнить пробелы и довести дело до конца.

— Исследователи похищали детей, потому что детскую душу легче вселить в автоматон.

— А как же взрослые?

— Их тела погибали, когда душа отделялась от тела, и та рассыпалась без следа. С детьми такого не происходит. Они ещё малы и духовно гибки, а главное — чисты.

К тому же, вселяя душу и накладывая на неё некое подобие печати, они хотели создать оружие, которое безоговорочно подчинялось бы приказам.

Для этого душа должна была легко поддаваться контролю. Души детей подходили для этого идеально.

— Эксперименты с детьми тоже долго не удавались, но недавно, кажется, получили завершённый образец.

— Поэтому они снова начали похищения— чтобы увеличить количество автоматонов по отработанной схеме…

— Да.

Руджер кивнул, изучая данные.

Автоматон, который можно было считать успешным, имел кодовое имя. На данный момент единственным удачным экземпляром была Бета.

Все имена, начиная с Гаммы, были перечёркнуты красным — это были провалы.

Значит, Салли…

Руджер покачал головой, не давая себе углубиться в эти мысли. Сейчас главное — спасти Арте.

Не медля ни секунды, мужчина аккуратно поместил тело мальчика в экспериментальную капсулу и захлопнул крышку, нажав на несколько рычагов на корпусе. Когда механизм заработал, капсула полностью наполнилась зелёной жидкостью.

Ганс, наблюдавший за безжизненно дрейфующим телом мальчик, тихо спросил:

— Брат, ты уверен? Этот ребёнок ведь уже мёртв.

— Да, его тело мёртво. Но душа ещё здесь. Он не умер окончательно.

— Но даже так…

Ганс помедлил, раздумывая, стоит ли говорить, но всё же решился:

— …ребёнок, который откроет глаза, уже не будет тем, кого ты знал.

— Я знаю.

Руджер был к этому готов.

Душе Арте предстояло перенестись в единственный автоматон в лаборатории — прототип «Альфа». Руджер не стал бы накладывать на душу печать, как местные учёные, но сам процесс переноса неизбежно изменил бы её.

И даже если бы перенос прошёл успешно и автоматон открыл глаза, это существо уже не было бы прежним Арте.

Душа принадлежала ему, но если она изменилась. Тогда кто это был — его прежнее «я» или уже нечто новое?

Руджер не стал искать ответа. Он просто хотел верить.

«Пусть этот ребёнок снова откроет глаза».

— Что нам делать сейчас?

— Наблюдать. Полный перенос души требует времени. Механизм работает автоматически, так что пока нам здесь делать нечего.

— Тогда, наверное, стоит пока оставить его.

— Когда всё закончится, я уничтожу установку. А до тех пор нужно заняться другими делами.

Руджер вспомнил имена из исследовательских материалов: тех, кто поставил на них свои подписи, организации, к которым они принадлежали, и другие многочисленные тайные лаборатории и заводы.

Выслушав эти сведения, Ганс брезгливо поморщился.

— Сумасшедшие. Я думал, слухи о подготовке к войне — просто слухи, а они оказались правдой.

Времена были неспокойные. Соседние державы жаждали захватить новые земли и ресурсы, и только и ждали подходящего момента.

Однако их силы были примерно равны, к тому же рядом существовала огромная Империя, которая сдерживала всех остальных, поддерживая в мире шаткое равновесие. Но когда одна из сторон втайне копила такую мощь, ситуация менялась.

Если с этими ресурсами Делика развяжет войну, силовой перевес будет на её стороне.

— Подумать только, они пытались создать армию автоматонов, которые не знают страха и намного сильнее обычных солдат.

Рыцари, безусловно, были сильнее, но на их подготовку уходили огромные средства и время. С автоматонами же всё было проще. Ресурсы, конечно, тоже были нужны, но их можно было производить массово и немедленно пускать в ход. И при поломке они могли почти сразу же вернуться обратно в строй.

Проект «Ода Стали» был способен изменить правила игры на поле боя.

«Если бы он удался».

Но теперь тайная лаборатория оказалась в руках Руджера.

Конечно, долго скрывать это бы не удалось: если бы отчёты перестали поступать вышестоящим, они заподозрили бы неладное и прислали кого-нибудь проверить.

— Ганс, на принятие решения у нас есть неделя.

— Неделя? Не слишком ли мало?

— Возможно. Но если мы создадим немного больше шума и привлечём внимание, это выиграет нам время. Слухи быстро распространятся.

Если проект, который тщательно скрывали в тени, будет раскрыт, заинтересованные лица попытаются замять дело. Но если информация выйдет на поверхность без возможности скрыть её, им придётся действовать открыто.

— Теперь всё решает скорость. Кто успеет первым: мы — рассказать миру, или они — всё спрятать.

— У них будет преимущество. Мы же играем на их поле.

— Но первыми ход делаем мы. К тому же у меня есть сильный союзник.

Руджер на секунду замолчал, подумав о Кэйси Сэлмой.

— Что мы будем делать?

— Искать пути обеспечения. Это лаборатория скрыта под заброшенной угольной шахтой, но та не подходит для того, чтобы обеспечивать такую большую лабораторию. Недалеко должно быть что-то ещё.

— Что ты имеешь в виду?

— Шахта, где добывают редкие металлы.

Ганс припомнил, что видел нечто подобное.

— Ты говоришь о том старом руднике? Но я слышал, его закрыли из-за истощения запасов.

— Это обман. Ресурсы там всё ещё добывают и используют для производства автоматонов.

— Тогда странно. Как ни крути, слухи об этом обязательно бы просочились наружу. Неужели они смогли так тщательно всё скрыть?

Одними лишь силами нескольких человек такой объём материалов было не добыть. Нужна была масштабная рабочая сила, а контролировать столько людей и при этом скрывать информацию было практически невозможно.

— Для добычи они используют не людей.

— Тогда…

— Да, верно.

Руджер закончил мысль, которая возникла у Ганса:

— Они незаконно поработили другие расы и заставляют их работать в этой шахте.

***

Увидев своими глазами рудник, который, по слухам, был крупнейшим в Королевстве Делика, Ганс помрачнел. Информацию он получил от подосланных мышей.

— …Вот это да. Я проверил — внутри полно народу. Большинство — другие расы. Много суинов и гномов.

— Скорее всего, их похитили и обратили в рабство.

— Они что, с ума посходили!? Рабство отменили десятилетия назад!

— Если бы их заботили такие вещи, они бы не похищали людей и не ставили бы на них биологические эксперименты.

— И то верно. Чёрт возьми. Не могу поверить, что такое творится в государственных масштабах. Чем они отличаются от тёмных магов?

Ганс с досады пнул ближайшее дерево.

На своём веку он повидал много того, что обычным людям и не снилось, но похищать детей и ставить на них опыты — это было одно из самых отвратительных.

— И что ты собираешься делать?

— В смысле? Ты ведь и так знаешь.

— Знаю. Только на этот раз, в отличие от лаборатории, здесь слишком много вооружённой охраны.

В заброшенной на вид шахте оказалось на удивление много людей.

Большую часть составляли рабы, но стражников, которые следили за ними и предотвращали бунты, было больше, чем ожидалось.

— Как будешь действовать?

— Сначала проникнем внутрь. Нужно понять, что ещё там происходит.

Приняв решение, Руджер и Ганс спустились в шахту.

Снаружи всё выглядело так, будто вход был завален и шахта была заброшена. Но те, кто уже знал о существовании тайного прохода, не купились на эту дешёвую уловку.

Долгий путь привёл их к обрыву — дальше дороги не было. Перед ними открылась огромная пропасть.

— Там внизу.

Используя магию левитации, они медленно спустились вниз.

В глубине шахты их окружала непроглядная тьма, ничего не было видно. Но вскоре откуда-то издалека послышался слабый звук.

Ганс, уловивший звон металла о камень, указал в ту сторону:

— Брат.

— Да, это там.

Они бесшумно двинулись на звук.

По мере приближения впереди начал проступать свет. Вскоре они увидели огромную подземную нишу.

Внутри люди с ружьями наблюдали за рабами, которые из последних сил молотили кирками по горной породе.

— Их много.

Ганс не мог скрыть изумления от открывшихся масштабов.

Рабы — это одно, но только охранников здесь было под сотню.

— Да. И это не просто солдаты.

Острый взгляд Руджера заметил в стороне мужчину в широком балахоне. На поясе у того висела палочка. Это был маг.

— Похоже, будет непросто.

Ганс растерянно переводил взгляд, а Руджер посмотрел в другую сторону.

— Хм?

Его внимание привлёк раб, который сильно выделялся на фоне остальных массивных и крупных братьев по несчастью. Это была молодая гномиха, одетая в старый изношенный комбинезон.

Она усердно орудовала киркой, одновременно пряча в карман добытые попутно примеси. Действовала она так ловко, что даже стражники не замечали. Но Руджер был другим.

— Ганс.

— Да, брат.

— Кажется, я нашёл нам помощницу.

— Что?

Ганс обернулся к Руджеру, не понимая, что тот имеет в виду.

— Здесь есть кое-кто любопытный.