Летние каникулы пролетели.

Поначалу на меня давили застывшие на месте оценки, стресс копился, и порой казалось, что дни тянутся бесконечно. Но стоило нашему с Уми учебному лагерю завершиться, как время понеслось вскачь, словно пытаясь наверстать упущенное.

Тот лагерь (совмещённый, как и в прошлом году, с поездкой на горячие источники) мы провели вдвоём с Уми на праздник Обон. И, забегая вперёд, скажу: вышло просто потрясающе.

Днём мы усердно зубрили, а в сумерках, когда солнце пряталось за горизонт, выбирались из гостиницы на свидания. Возвращались, неспешно нежились в горячих источниках, смывая усталость, а ночью… ночью всё становилось ещё интереснее.

Я сбросил накопившееся напряжение — и душевное, и телесное, — не без помощи Уми, конечно. Это было чудесно... Я отлично восстановил силы, уж поверьте.

И теперь второй триместр — самую важную пору для абитуриента — я встречаю полным энергии.

— Маки, начнём с базовых слов... improve.

— Улучшать.

— Угу. Тогда nurture.

— Воспитывать... кажется.

— Хорошо. Теперь наоборот. ...Поле.

— Поле — это... э-э, margin?

— Правильно. Раз уж это твой любимый предмет, такие вещи нужно знать назубок.

— В грамматике и идиомах я всё ещё плаваю... Уми, neat.

— Аккуратный, так? Полная противоположность моему брату-оболтусу.

— В точку... хотя Рику-сан в последнее время взялся за ум.

Мы шагали в школу, уткнувшись в словарик по английскому, и по очереди проверяли друг друга.

После лагеря мы с Уми постоянно занимались вместе, и я не только перестал пасовать перед нелюбимыми предметами, но и подтянул сильные, которые раньше невольно забрасывал.

До недавнего времени мои баллы либо топтались на месте, либо ползли вниз, поэтому пробные экзамены меня пугали. Но теперь во мне проснулся азарт: не терпелось проверить свои силы.

...Раз так пошло, надо было просить Уми о помощи гораздо раньше.

Наверное, тогда во мне взыграла глупая гордость.

«Впредь не буду упрямиться и стану больше доверять людям», — решил я про себя. И тут за нашими спинами раздался звонкий голос.

Столь же яркий, как палящее солнце, а улыбка под стать расцветшему подсолнуху.

К нам подбежала Амами-сан в компании Нитты-сан.

— Уми, Маки-кун! Доброе утро!

— Доброе утро. Амами-сан, давно не виделись.

— Доброе утро, Ю. И Нина заодно.

— Эй, я вам не бесплатное приложение!

Мы с Уми (и, скорее всего, Нитта-сан) с головой ушли в учёбу, а у Амами-сан прибавилось уроков и мало-помалу появилась работа, поэтому вчетвером мы не собирались уже больше месяца.

Летом даже мы отдалились друг от друга — хотя раньше постоянно гуляли по выходным вместе с Нозому, которого сейчас с нами не было. Легко представить, что весной, после выпуска, наши дороги разойдутся, и мы будем видеться от силы пару раз в год.

Я знал, что рано или поздно так случится, и вроде бы морально готовился... но в школе мне ещё не приходилось прощаться с друзьями, так что я не понимал, что делать с этим щемящим чувством в груди.

— О, кстати, Ю, я видела свежий выпуск журнала. ...Ты там выглядела как настоящая знаменитость.

— Эхе-хе, пока только в уголке страницы. К тому же я так тряслась перед первой съёмкой, что утащила с собой Нину-чи. Скажи, Нина-чи?

— Угу. К ней вроде бы приставили толкового менеджера, но Ю-чин жутко разволновалась на публике, так что пришлось идти. ...И народ на площадке почему-то стал расспрашивать меня о моих планах на будущее.

— Фу-фу, было дело. Нина-чи так мило паниковала, уткнувшись в смартфон! Жаль, Уми и Маки-кун этого не видели.

Так как моя мама работала редактором этого журнала, я успел заглянуть на нужную страницу чуть раньше. Широко улыбающаяся на фото Амами-сан держалась в кадре так уверенно, что ничуть не уступала профессиональным моделям.

Айдол, актриса или шоу-звезда — не знаю, в каком амплуа Амами-сан покорит мир, но не сомневаюсь: скоро она начнёт появляться на обложках сольно.

Конечно, я сужу предвзято, ведь она — моя дорогая подруга... но даже без этого Амами-сан казалась ярче остальных.

Она стремительно прокладывала свой путь, опережая всех нас.

— Уми, кстати, мама мне рассказала... Ты передумала поступать в университет К вместе с Маки-куном? Правда, что ты пойдёшь по рекомендации в женский университет SS?

— В SS? А? Ю-чин, серьёзно? Асанаги, это правда?

— Да. Я решила отказаться от К и поступить в женский университет при академии Тачибана. Санаэ и девочки сказали, что в нашей школе туда есть квоты по рекомендации, и это поможет на экзаменах при устройстве учителем. ...Простите, я хотела рассказать об этом раньше.

После учебного лагеря мы обсудили всё с моей мамой и семьёй Асанаги, и Уми призналась, что хочет вернуться в родные пенаты. Если всё пройдёт гладко, она будет учиться с Нитори-сан и Ходзё-сан — они тоже туда поступают.

А на подготовительных курсах она перевелась в класс «А», и теперь мы вчетвером слушаем лекции вместе.

Решение было смелым. И моя мама, и родители Уми — Сора-сан и Дайчи-сан — поначалу опешили, но, поняв, что Уми всё тщательно взвесила, с готовностью её поддержали.

Ради её будущего. И чтобы активнее помогать мне, который метит в университет К, как в учёбе, так и в быту.

— Вот как... Но я уверена, из Уми выйдет отличный учитель! Удачи тебе!

— И отличная жена для старосты, да?

— Нина, вечно ты лезешь с комментариями. ...Ну, я и так собиралась, могла бы не уточнять. Да, Маки?

— ...Э-э, я буду стараться.

Теперь, когда Уми официально сменила планы, груз ответственности стал тяжелее. Но, в отличие от ситуации до лета, теперь Уми всегда рядом, так что я справлюсь.

Моих способностей пока маловато, но с поддержкой Уми я обязательно...

— В общем, у меня пока как-то так... Ю, на всякий случай спрошу: ты сделала летнюю домашку? Надеюсь, ты не отлынивала, пока я возилась с Маки? Тебя это тоже касается, Нина.

— ...

— Ну и чего вы замолчали? Сделали домашку? Или нет? Одно из двух.

— Э-э, эхе-хе~.

— ...Маки, прости. Составишь нам компанию сегодня?

— Фу-фу, без проблем. До сдачи ещё неделя, если навалиться, успеем с запасом. ...Амами-сан, Нитта-сан, раз уж такое дело, давайте постараемся, хорошо?

— ...

Я сказал это обыденным тоном, но девочки вытаращили глаза.

— А? Вы чего так смотрите?

— ...С-слушай, Нина-чи, Маки-кун как-то...

— ...Ага. Заразился от Асанаги. Прямо «Вторая Асанаги».

— Что за... хотя, раз я становлюсь похожим на Уми, может, оно и к лучшему?

— ...

— Д-да не бойтесь вы так...

Попав под влияние Уми и став чуточку взрослее (?), я шагнул в третью осень своей школьной жизни.

В последнюю осень, которую я проведу в стенах школы с дорогими друзьями и бесценной любимой.

※※※

Когда за летними каникулами приходит сентябрь, даже самые беспечные ученики меняются в лице и берутся за ум. Кто-то усердно зубрит английские слова, кто-то корпит над сборником задач — этаж третьегодок мало-помалу пропитывается нервозной атмосферой.

Какие результаты тестов, стоит ли менять вуз, как дела у тех, кто идёт по рекомендации... Пока эти перешёптывания доносились со всех сторон, я...

— Маки, как результаты пробного в университет К? Ты ведь ходил на прошлых выходных. Письмо уже пришло?

— Да, вот оно. Я ещё не распечатывал, хотел посмотреть вместе с тобой.

— Понятно. Если что, я позабочусь о твоих останках.

— Давай без этого, а?

— Эхе-хе.

Обменявшись привычными утренними колкостями, я аккуратно вскрыл конверт.

— А? О, Маэхара-кун, что это у тебя? Кажется, что-то интересненькое. Эй, Рёко, иди сюда~.

— Мио, вообще-то, неприлично так совать нос. ...Ну что, Маэхара-кун, как баллы?

— Хаякава-сан, тебе ведь тоже любопытно... Впрочем, мне скрывать нечего, так что давайте посмотрим вчетвером.

Под пристальными взглядами Уми, Накамуры-сан и Хаякавы-сан я медленно развернул сложенный втрое лист.

— Так, баллы... О, весьма недурно! Средний балл высокий, значит, вопросы попались не самые сложные. Но ты здорово вытянул математику, хотя и не любишь её.

— Ага. Это всё ещё уровень «вызубрить перед сдачей», но благодаря Уми я хотя бы могу побороться.

Раньше кривой пятиугольник на графике способностей заставлял меня лишь вздыхать, но сейчас выглядел куда ровнее. По математике я чуть-чуть недотянул до среднего балла, зато отыгрался на любимых предметах, и в итоге перешагнул порог в шестьдесят процентов — проходной минимум.

Баллы — это одно, но куда важнее оценка шансов на поступление.

Раньше я получал «D», а в самые паршивые времена скатывался до «E», но в этот раз...

— ...

Мы вчетвером впились взглядами в бумагу, чтобы не ошибиться и не обрадоваться раньше времени.

— ...Оценка «C».

Моя первая «С».

Шансы на поступление — около 40–50%. Знаний всё ещё маловато, но...

Я так рад, что не опустил руки и продолжал зубрить.

— ...Маки, у тебя получилось.

— Да. Кажется, я наконец-то пробил эту стену.

Понимаю, что баллов всё ещё не хватает, но я достиг заветной «С», до которой раньше не мог дотянуться при всём старании. И это давало мощный психологический толчок.

Я на собственной шкуре убедился: оценки растут пропорционально вложенным усилиям. Теперь мотивация взлетит до небес.

Говорят, что всё решает один хороший толчок. И моим «толчком», без сомнения, стала моя любимая Уми.

Кстати, Уми больше не сдавала пробные в К, ведь она сменила цель.

— И всё-таки Асанаги-чан сделала смелый ход~. Наш классный руководитель, кажется, был в шоке. Да, Рёко?

— Ещё бы. Занимайся она как обычно, точно бы поступила в К. Представляю, как родители удивились.

— Аха-ха... Ну, мне не привыкать резко менять курс.

Сейчас Уми вместе с классным руководителем готовилась к собеседованию и писала эссе для поступления по рекомендации, а всё свободное время тратила на мою учёбу.

Я был ей безмерно благодарен.

— ...Уми, полагаюсь на тебя и впредь.

— Оу! Предоставь это мне, Асанаги Уми-сэнсэй с самопровозглашённым показателем успеха сто процентов (в планах).

— Звучит жутко подозрительно.

— ...Фу-фу.

Мы переглянулись и рассмеялись.

Прошёл почти месяц с тех пор, как мы решили идти к одной цели. И раз уж результаты стали настолько очевидны, никто из окружающих больше не лез к нам с советами.

Казалось, объединив силы, мы с Уми преодолеем любые преграды.

...А Накамуре-сан и Хаякаве-сан оставалось лишь криво усмехаться, глядя на нашу сладкую парочку.

— Классно~, Асанаги-чан и Маэхара-кун воркуют даже сейчас... Я бы тоже не прочь понежиться с Содзи, но он на полном серьёзе заявил: «Мио-сэмпай, тебе ведь нужно готовиться к экзаменам?», так что я сижу на сухом пайке с самых каникул.

— Такизава-кун просто переживает за тебя, Мио. Он ведь метит в университет Т.

— Но у меня за пробные в Т всегда «А», понимаешь? С огромным запасом! Так что сделать «это» с парнем раз в месяц — ничего страшного, правда же? Да, Асанаги-чан?

— Твоя манера речи не меняется... И вообще, не вгоняй меня в краску такими вопросами.

Судя по поведению Накамуры-сан, их отношения с младшеклассником Такизавой-куном тоже перешли на новый уровень.

...Такизава-кун и сам рассказывал мне об этом, пусть и осторожно.

Как бы там ни было, здорово, что всё складывается удачно.

И учёба, и работа, и любовь.

Я хотел, чтобы у дорогих мне людей всё и дальше шло как по маслу, чтобы они были счастливы.

Интересно, не слишком ли эгоистично с моей стороны желать подобного?

※※※

Пришла осень. Пора браться за поступление всерьёз, поэтому моя привычная жизнь начала понемногу меняться.

Первым делом пришлось пожертвовать подработкой, где я трудился ещё с зимы первого года старшей школы.

Летом я не брал смены, но по просьбе менеджера и Эми-сэмпай числился в штате. Однако, решив, что так я лишь доставляю всем лишние хлопоты, я официально уволился — пусть и временно.

— Менеджер, я убрал кухню и вынес мусор.

— Спасибо. И спасибо за всё, что ты делал для нас.

Я сдал чистую форму и кепку менеджеру — он не раз выручал меня с графиком и всему научил, — и мы напоследок пожали друг другу руки.

Я устроился сюда лишь для того, чтобы заработать Уми на подарок, но мне здорово повезло с первым местом работы.

Именно благодаря клиентам «Pizza Rocket» я перестал дичиться людей и научился общаться. Разные возрасты, разные судьбы, разные взгляды на жизнь... Поначалу я держался настороже, но все — и менеджер Сакаки-сан, и Эми-сэмпай, и остальные ребята — отнеслись ко мне с теплотой.

— Ни пуха на экзаменах. Кажется, ты целишься в университет К?

— Да. Если всё получится, стану кохаем Эми-сэмпай.

— Вот как... Глядя на неё, я вечно забываю, что она и правда студентка К. Честно говоря, от этого диссонанса мозг кипит.

— Аха-ха... простите, но я вас прекрасно понимаю.

— Я вернулась с доставки~! ...Ой, что стряслось, менеджер? И ты, Маки, здесь.

— Да так, ничего... О! Кажется, клиент! Я за кассу! Маэхара-кун, оставляю вас!

— Эй, менеджер!..

Проводив взглядом сбежавшего Сакаки-сана, я повернулся к Эми-сэмпай. Она сверлила меня недовольным прищуром.

Надо срочно, срочно менять тему...

— О, точно! Эми-сэмпай, вы ведь выпускаетесь весной? Как успехи с поиском работы?

— ...Маки, неужели ты пытаешься так топорно уйти от темы?

— Ч-что? О чём вы?

— Подозрительно... ну ладно, сегодня прощаю. ...Значит, мои планы на будущее?

— Да. Вдруг я тоже пойду по вашим стопам, хочется прикинуть варианты.

— Хвалю за рвение. ...Только я не ищу работу.

— А?

— Я иду в магистратуру. Так что мы останемся сэмпаем и кохаем.

— Это где учатся ещё два года?

— Ага. Не ожидал, да?

Для меня окончание университета всегда равнялось выходу на работу, но ведь есть и такой путь.

Эми-сэмпай такая активная, я думал, она с ходу устроится в какую-нибудь крутую компанию, так что её слова меня искренне удивили.

— Я ещё не знаю, пойду ли в докторантуру. Просто в последнее время втянулась в исследования... Ну и хочется подольше побыть студенткой. Да и парень со старшего курса приглянулся... В общем, причин хватает. Эхе-хе.

— ...Верните моё уважение. Я ведь только-только им проникся.

Впрочем, это в духе Эми-сэмпай.

Серьёзные мотивы пополам с корыстными... у каждого свои причины, и это нормально.

— А ты, Маки? Что будешь делать, когда поступишь в К? Есть мечта или цель? Или найдёшь её в процессе, как я?

— Скорее второе. Мечта-то у меня есть, но она не связана с карьерой.

Моя главная цель — создать счастливую семью с Уми. Но как я буду зарабатывать на жизнь... в отличие от Уми, тут у меня пока сплошной туман.

Пойти в госслужащие ради стабильного дохода? Устроиться в частную компанию или вообще открыть своё дело?

Главное, чтобы Уми улыбалась, а кем работать — дело десятое. Наверное, из-за таких мыслей мне и сложно выбрать профессию.

— Понятно. Ну, с дипломом университета К без работы ты точно не останешься, так что пока просто вкалывай ради экзаменов. ...Маки, весной снова поработаем тут вместе?

— С радостью. Получу права и буду гонять на доставке вместе с вами.

— О, звучит супер~. Но если будут мало платить, смело ищи другое место. Полно контор с условиями получше.

— С-сэмпай... менеджер же услышит.

— Я на это и рассчитываю. ...Ну, бывай, Маки. Береги себя.

— До встречи.

Крепко пожав руку Эми-сэмпай, я вышел из «Pizza Rocket» через служебную дверь.

— ...Спасибо за всё.

Отойдя на расстояние, с которого здание было видно как на ладони, я низко поклонился своему первому месту работы.

Вернусь ли я сюда после экзаменов или найду что-то новое — пока не знаю.

Но на днях обязательно закажу у них доставку.

Пусть я и уволился, «Pizza Rocket» останется главным спонсором наших выходных в доме Маэхара.

※※※

Начался октябрь. Прошёл уже месяц с начала триместра. До общего теста, первого серьёзного испытания для абитуриентов, оставалось три с половиной месяца, и ученики понемногу начинали закипать от стресса.

И тут, как по расписанию, грянуло событие.

Культурный фестиваль академии Дзёто. «Дзёто-сай». В прошлом году мы проводили спортивный фестиваль, так что для нас это первый культурный фестиваль за два года. И последний в школьной жизни.

Третьегодкам не до веселья — на носу экзамены, поэтому участие считается добровольным. Но это последний шанс создать школьные воспоминания, так что отсиживаться никто не желал. Огромные мозаики из фотографий, комнаты страха, мейд-кафе и фуд-корты — все с головой ушли в подготовку.

Наш 11-й не стал прикрываться статусом «продвинутого класса» и тоже решил оторваться по полной.

— Итак, решено большинством голосов: наш одиннадцатый класс ставит спектакль на главной сцене спортзала! Желающих много — клуб лёгкой музыки, духовой оркестр, другие классы... Но не волнуйтесь! Я задействую все свои связи бывшего президента студсовета и выбью нам место!

— Мио, не стоит кричать об этом на весь класс.

С тех пор как во втором триместре пост президента перенял Такизава-кун, у Накамуры-сан появилась уйма свободного времени. Теперь она загорелась энтузиазмом.

Она взвалила на себя обязанности режиссёра, сценариста и постановщика, выплёскивая накопившуюся энергию.

Хаякава-сан помогала ей в исполнительном комитете, а мы с Уми — просто по-дружески.

...Впрочем, сама суета оказалась весёлой и отлично отвлекала от учёбы, так что никто не жаловался.

— Накамура-сан, можно вопрос?

— Внимательно слушаю, милашка.

— Мила... нет, я Асанаги. ...Так вот, спектакль — это здорово, но вы уже придумали сюжет? От него зависит, сколько времени мы убьём на костюмы и декорации.

Театр — не стенд клепать, тут всё серьёзнее. Как сказала Уми, если выберем фэнтези, придётся шить костюмы, готовить реквизит, а актёрам — зубрить текст.

— Фу-фу, об этом не волнуйся. Я уже нашла всё необходимое.

— В смысле? Накамура, ты уже всё провернула?

— Ага. Каэдэ из соседнего класса поможет с пошивом, а декорации... ну, они у нас перед глазами.

— Перед глазами?

Накамура-сан многозначительно постучала по учительской трибуне. Хаякава-сан, явно посвящённая в план, криво усмехнулась.

...Кажется, я догадываюсь.

— Маки, ты понял?

— Ну... Накамура-сан, ты собралась ставить школьную драму?

— Бинго! Сеттинг школьный, жанр — романтическая комедия!

Это и впрямь экономило кучу времени и денег, но актёрам от этого легче не становилось.

Сейчас начнётся самое интересное... У меня уже нехорошее предчувствие.

Ромком по сценарию Накамуры-сан... действие наверняка разворачивается в школе, до боли похожей на нашу... и, зная её характер, про себя она писать точно не станет. Значит...

— Итак, выбираем троих на главные роли. Главный герой и две героини. Начнём с героя — Накахары Масаки...

— Я протестую!

— Чего тебе, Маэхара-ши? Мы же только что всё утвердили.

— Понимаю, но имя у этого парня до боли знакомое...

— Н-фу-фу, тебе мерещится. Так, на роль главной героини Юнаги Соры и второй героини Асами Ёру-чан...

— Стоп! Накамура-сан, ты просто буквы переставила! Это уже не совпадение!

Встряла Уми. Ежу понятно, кто прототип этой комедии.

...Конечно, сюжет выдумывать не придётся, а раз играть будем мы — оригиналы, то и текст выучим в два счёта.

Но пусть это и спектакль с долей вымысла, для посвящённых всё сведётся к банальной реконструкции нашей жизни.

— Всё нормально, мне просто было влом придумывать имена. Сюжет полностью оригинальный! К тому же, если бы я втупую скопировала ваши отношения, у нас были бы проблемы с цензурой. Возрастной рейтинг и всё такое.

— Кх... У нас всё прилично! Скажи, Маки?

— Ага. Ну... мне хочется в это верить.

Сейчас, когда мы связаны телом и душой, дела обстоят иначе. Но два года назад мы были просто «друзьями». Тогда наша история была верхом невинности.

...Впрочем, даже если к сценарию не придраться, я ни капли не горел желанием играть самого себя из прошлого.

Однако в нашем спокойном 11-м классе желающих потеснить нас — очевидных прототипов — не нашлось.

— Маэхара-ши, Асанаги-чан, выручайте! С меня огромный должок. Денег нет, так что отплачу натурой!

— Опять ты за своё... Маки, что скажешь?

— Хм... Текст зубрить та ещё морока, но если моей партнёршей будешь ты, Уми... я в деле.

— Раз Маки согласен... Слушай, Накамура-сан. Уточню на всякий случай: ты ведь не насовала в сценарий ничего лишнего? Вроде поцелуев и воркований на публику?

— Обижаешь! И поцелуи, и воркования — всё включено по высшему разряду!

— Я же сказала: вырезай!

Кажется, сценарий ждёт жёсткая редактура. До самого фестиваля об учёбе придётся забыть.

В любом случае... скучать не придётся.

— Значит, главные роли уходят Маэхаре-ши и Асанаги-чан... Утверждено. В таком случае, Рёко, роль второй героини твоя.

— Я так и знала... Ладно, уговорила. Не бросать же Маэхару-куна и Асанаги-сан вдвоём.

— Хе-хе, спасибо, Рёко~. Обожаю тебя~.

— ...

— Эй-эй, не смотри на меня так, будто лимон проглотила...

Разобравшись с главными ролями, массовкой, светом и звуком, мы взялись за подготовку к спектаклю.

— Накамура-сан, мне нужно вычитать сценарий. После уроков собираем основной состав. Маки, Рёко-сан, вы свободны?

— Ага.

— Поняла.

— Ещё надо обговорить детали, так что жду по одному человеку от звука и света. Реквизиторы пока отдыхают... На сегодня всё, расходимся!

Уми перехватила инициативу у Накамуры-сан и принялась раздавать чёткие указания.

Совмещать это с учёбой будет непросто, но организаторские таланты Уми, когда она берётся за дело всерьёз, по-прежнему восхищали.

В груди потеплело от ностальгии — словно мы снова вернулись в ту самую осень первого года.

— Маки, ты чего? Чего уставился и лыбишься?

— Да так... Просто подумал, какая ты классная, Уми.

— Просто «классная»?

— Конечно, нет. Ещё ты невероятно милая и красивая.

— Правда? Ну, тогда ладно.

До фестиваля придётся попотеть, но раз уж мы ввязались в эту авантюру, я оторвусь по полной.

В конце концов, до того как превратиться в измученных абитуриентов, мы остаёмся обычными старшеклассниками.

※※※

После уроков мы отправились на совещание в ближайший семейный ресторан. Для простой встречи я бы без проблем предложил свой дом, но чтобы не мешать маме, мы согласились на вариант Уми.

Этот ресторанчик давно облюбовали ученики нашей старшей школы Дзёто. К нашему приходу зал уже пестрел знакомой формой — видимо, многие тоже собрались обсудить грядущий культурный фестиваль.

Фестиваль проходит лишь раз в два года, и каждый по-своему предвкушал это событие.

— О! Маки-кун и девчонки! Э-эй!

— Амами-сан... и Нитта-сан.

— Здаров~.

Заметив нас, Амами-сан и Нитта-сан замахали руками. За их столиком сидели Араэ-сан с Ямашитой-сан, а также, судя по всему, недавно примкнувшие к их компании Ситино-сан и Кага-сан.

— Слушай, Уми, а ваш класс что готовит на фестиваль?

— С подачи Накамуры-сан ставим пьесу. А вы?

— Жуткая банальность, но у нас мейд-кафе! Кага-сан и Яма-чан сошьют нам миленькие костюмы горничных~. Скажи же, Нагиса-чан?

— Я уже говорила: не надену я это…

— Ещё как наденешь! Нагиса-чан такая милая красавица, из тебя выйдет идеальная горничная! Правда, девочки?

— Ага. Это называется «найти своё призвание», Араэ-чи.

— Во-во, Нитта-чан дело говорит! Послушай, Араэ-сан, я ведь сто раз повторяла: нам позарез нужна эксклюзивная горничная-янки[1]! Разнообразие превыше всего!

[1]: Горничная-янки обслуживает клиентов с неохотой, может грубить, смотреть на посетителя свысока.

— Слышь, Каэдэ~, можно я гитару притащу?

— Аха-ха... Наги-чан, может, в этот раз просто смиришься?

— ...

— Араэ-сан, можешь сверлить меня взглядом сколько угодно, но решение обжалованию не подлежит...

Раньше на неё наседала одна Амами-сан, но теперь в классе нашлись девчонки и понапористее. Перед таким напором спасовала даже Араэ-сан. Я уже сбился со счёта, сколько раз она недовольно цокнула языком, но в итоге всё равно сдалась. В этом и кроется суть её «цундэрэ» — и именно поэтому к ней так тянутся люди.

...Как бы там ни было, они веселятся, и это главное.

— Оставим эту шумную компанию и вернёмся к нашим делам, — произнесла Уми. — Накамура-сан, сценарий готов?

— Угу. Я заранее выпытала у Содзи расписание фестиваля и потихоньку писала в перерывах между занятиями... Вот, держите.

— Посмотрим...

Накамура-сан достала планшет, положила его на середину стола, и мы склонились над экраном.

На первый взгляд — типичный школьный ромком. Сюжет строился вокруг главного героя, парня по имени Маки... то есть Масаки, который не смог влиться в коллектив и одиноко отсиживался в углу класса. Героиня Уми... то есть Сора, случайно знакомится с ним, и между ними завязывается общение. Роль второй героини досталась Ёру, лучшей подруге Соры. Само собой, не обошлось без любовного треугольника: Ёру тайно вздыхает по главному герою...

...Как ни крути, возникало стойкое чувство дежавю. Именно это и происходило с нами в прошлом. Хотя по меркам романтики сюжет и впрямь банален.

Мы бегло пробежались по тексту. Первой вердикт вынесла Уми.

— Накамура-сан.

— Что, нашла расхождения с историческими фактами? Ну-ка, просвети...

— Без комментариев. ...Я о другом: написано на удивление складно. Да и сцены прописаны вполне целомудренно.

— А, ну так это версия с цензурой. Есть ещё режиссёрская версия 18+, скинуть почитать?

— Вот здесь, на двадцать восьмой странице… Целоваться в губы на сцене чересчур, давай заменим хотя бы на поцелуй в щёку. Эй, Рёко, видала? Асанаги-чан меня так виртуозно проигнорила.

— Неудивительно. Слушай, Мио, эта Ёру-чан на редкость напористая, да? Мне играть её так, будто она всерьёз намерена отбить главного героя?

— М? Да, я решила, что так зрителям будет понятнее. Хоть лично мне такой подход не очень по душе.

Раз уж мы выступаем на просторной сцене спортзала, то и реплики, и жесты придётся утрировать.

Мы ещё не утвердили сценарий окончательно, но... видимо, придётся засунуть смущение куда подальше и выложиться на все сто — не только вызубрить текст, но и отыграть на совесть.

— Учитывая характер Ёру-чан, без плотного тактильного контакта не обойтись... Маэхара-кун, можно тебя на секунду?

— А?

— Оп... ля.

— П-подожди, Рёко-сан!..

Выслушав наставления Накамуры-сан, Хаякава-сан вдруг обвила мою руку и крепко прижалась ко мне. Она, конечно, любит подурачиться, но мне всегда казалось, что она прекрасно видит границы. Поэтому мы с Уми опешили.

— Э-эм...

— Ой, прости, что напугала. Просто подумала: лучше сразу отрепетировать прикосновения, чтобы на сцене не выглядеть деревянными. Я ведь тоже впервые играю одну из главных ролей...

— А, вон оно что.

Значит, в ней просто взыграла актёрская ответственность. По её невинному лицу читалось, что никаких скрытых мотивов тут нет, и меня это немного успокоило. Вот только...

Мой свободный бок уже с минуту нещадно болел.

— Эм, Уми-сан?

— Чего тебе.

— Мой бок... э-э, не могла бы ты щипать не так сильно...

— Я тоже репетирую. Вживаюсь в роль.

— В сценарии нет сцены, где главного героя исподтишка щиплют за бок...

Уми, у которой впервые за долгое время зашкалил радар ревности, откровенно надула щёки и пронзила меня обвиняющим взглядом.

А за соседним столиком эту атмосферу моментально просекли Амами-сан с Ниттой-сан — и теперь ехидно на нас поглядывали.

— М-м, у вас там тоже весело, везёт~... Слышь, Накамура-сан, дай мне тоже какую-нибудь роль! Хоть в массовке постоять~.

— Тогда почему бы не переделать всё в гаремный ромком с безумным сюжетом? Добавим Ю-чин, меня, Араэ-чи, а заодно Яму-чан, Кагу-сан и Ситино-сан.

— О, гениально! А пьесу назовём «Бесславный конец гаремного ублюдка Маэ... то есть Накахары-куна»!

— Ничего гениального!

Мы с Уми в один голос осадили Накамуру-сан, готовую на кураже перекроить весь сценарий.

Раз уж организацией занимался дуэт отличниц — Накамура-сан и Хаякава-сан — я до последнего момента не переживал. Но учитывая, что Накамуру-сан вечно заносит, а Хаякава-сан порой витает в облаках... Кажется, нам с Уми, как и два года назад, придётся взять весь класс в ежовые рукавицы, чтобы не допустить катастрофы.

— Эх... опять мы возвращаемся к тому же, Маки.

— Что ж, поработаем в связке ещё разок.

— Угу.

— Ага.

Глядя на Накамуру-сан и девчонок, которые подняли гам, втянув в обсуждение Амами-сан с соседнего столика, мы с Уми переглянулись и криво усмехнулись.

Как и на первом году, нам снова предстояло тащить на себе львиную долю работы. Но сейчас мы точно справимся.

Ведь теперь нас связывали крепкие узы — мы были вместе.

Школьный фестиваль был полон воспоминаний. Именно он стал поворотным моментом, превратившим нас из друзей в возлюбленных... И в этот раз я тоже выложусь на полную, чтобы всё прошло идеально и все остались довольны.

※※※

Совещание продолжилось. Мы утвердили рабочее название «Небо и ночь Накахары-куна» и приступили к полноценным репетициям.

Раз уж я играл протагониста, текста мне досталось в разы больше, чем обеим героиням вместе взятым. А из-за элементов мюзикла добавились ещё и вокальные номера. Мой первый в жизни спектакль... да ещё и главная роль — задачка не из лёгких.

После уроков мы втроём — исполнители главных ролей — вместе с Накамурой-сан зашли в наше привычное караоке: репетировать песни и привыкать к публичным выступлениям. Шли мы исключительно ради тренировки, ни о каком развлечении и речи не шло, однако...

— Та-а-ак! Первой выступает Амами Ю! Погна-а-али!

— Е-е-е, давай, Ю-чи-и-ин!

— Во даёт, настоящая звезда!

...Видимо, произошла утечка информации, потому что за нами увязались Амами-сан, Нитта-сан, Ямашита-сан и ещё пара человек из десятого класса.

— Слушай, Накамура-сан, зачем ты притащила Ю и остальных? — шепнула Уми. — Маки же так нормально не отрепетирует.

— Я решила: чем больше народу, тем крепче станут нервы Маэхары-ши. Чтобы петь перед толпой, нужна не техника, а стальные яй... кхм, смелость.

— Ух... логика в этом есть, но...

Помимо спектакля на фестивале будет куча стендов и киосков, так что неизвестно, сколько школьников и гостей придёт в спортзал. Но репетировать действительно стоило с расчётом на десятки устремлённых на тебя глаз.

Петь перед кем-то кроме Уми было всё ещё дискомфортно... но само пение не вызывало у меня отторжения. Да и Накамура-сан обещала контролировать актёрскую игру, так что мне оставалось лишь слушать её команды.

Как только Амами-сан закончила и в кабинке стало жарко от оваций, микрофон всучили мне.

— Эхе-хе, держи, Маки-кун!

— А, ага. Спасибо...

Раз уж мы тренировали вокал и подачу, репертуар подбирала Накамура-сан. Песен было несколько, в основном из мюзиклов.

— Маэхара-ши, просто бубнить текст с экрана мало. Лови ритм, отыгрывай эмоции — не только голосом, но и телом. Уяснил?

— Сложно... но я постараюсь.

Я бросил мимолётный взгляд на Уми. Заметив это, она мягко улыбнулась и одними губами прошептала: «Удачи».

Эх, вот бы здесь были только мы вдвоём.

Но на меня смотрела не только Уми со своим тёплым, ободряющим взглядом. Амами-сан и остальные тоже во все глаза пялились на меня в ожидании чуда. Я собрался с духом и запел.

— ────

Выбросив из головы всех присутствующих, я попытался спеть так, будто мы с Уми сидели в караоке совершенно одни.

Голос у меня неплохой (по крайней мере, так говорит Уми), так что проблем быть не должно.

— О-о...

— Надо же, а ты хорош.

Я допел первый куплет и припев. Кажется, Амами-сан и Нитта-сан оценили.

А Уми, исподтишка корчившая самодовольную рожицу, глядя на их реакцию... выглядела просто невероятно мило.

— Маэхара-ши, выдай больше экспрессии в припеве! Выдели контраст между куплетом и распевкой.

— П-понял, господин режиссёр... Вот так?

— Недурно, но ты всё ещё зажат. Вспомни те эмоции, когда ты по-настоящему добивался Асанаги-чан!

— Я, конечно, признавался ей в любви, но до таких страстей дело не доходило...

От меня требовали воспроизвести то, чего никогда не было, и заставили спеть ещё несколько раз. Прошло от силы полчаса, а я вымотался так, будто вагоны разгружал.

— Хм... ну, для первого раза и для Маэхары-ши весьма недурно. Ладно, следующая — Рёко, давай. Маэхара-ши, пока поучи текст с Асанаги-чан.

Передав микрофон Хаякаве-сан, я плюхнулся на своё законное место рядом с Уми. Как только заиграла музыка и внимание толпы переключилось, Уми невзначай обхватила меня за руку и прижалась плечом.

— Маки, ты молодец. Держи улун.

— Спасибо. ...Ну, как я справился?

— От меня тебе сто баллов... но для сцены надо ещё потренироваться.

— Согласен. Вроде петь будем в ручные микрофоны, так что зал нас услышит, но...

Ещё во время песни я понял: у меня не выходит петь на опоре. Да и с актёрской игрой беда, придётся попотеть.

Вроде и выкладывался на полную, но всё равно косился на зрителей и зажимался.

Преодолеть этот барьер до фестиваля — вот моя главная задача... К счастью, прямо перед нами сидел человек, который мог дать идеальный совет.

— А? Вы чего так смотрите?

Амами-сан, поймав наши взгляды, перебралась на наш диван и придвинулась вплотную.

«Что-то случилось? Я внимательно слушаю! Ну же, спрашивайте!» — её привычка ластиться, словно щенок, никуда не делась, даже когда она подалась в шоу-бизнес.

— Слушай, Ю, я всё хотела спросить... как ты справляешься со смущением? Вас ведь часто фотографируют для журнала прямо на улице?

— Ага. У нас в городе это довольно известный журнал, так что на улице вечно пялятся девчонки из других школ или просто прохожие. Часто фоткают исподтишка. Честно говоря, когда приходится позировать, в душе я жутко стесняюсь.

Оказывается, глубоко внутри Амами-сан переживала то же самое. Но по её журнальным фото этого ни за что не скажешь.

На них блистала всё та же «Амами Ю», которую мы знали.

— Не знаю, поможет ли вам это... но на съёмках я стараюсь быть обычной «собой». Не «моделью Амами Ю», не «айдолом», а той Ю, которая гуляет с Уми, с Ниной-чи, с Маки-куном или Нозому-куном. Фотографы меня за это часто хвалят, говорят: «Отлично, выглядишь как настоящая старшеклассница».

— Играть... саму себя...

Обычного себя.

Те утренние часы, когда Уми заходит за мной, и мы лениво собираемся в школу.

Минуты, когда мы пересекаемся с Амами-сан и Ниттой-сан по дороге и болтаем о всякой ерунде.

Вечера после уроков, когда мы с Уми дурачимся у меня дома.

В такие моменты нет ни чужих взглядов, ни смущения.

— Накамура-сан давала мне почитать сценарий. Прототипы главных героев — это ведь вы, да? Тогда зачем пытаться кого-то из себя строить? Просто покажите всем, какие вы на самом деле!

— Обычных...

— Нас...

Наверное, для настоящих актёров это неправильный подход, но для нас — дилетантов — это отличный выход.

Что бы я почувствовал и как поступил, окажись я в подобной ситуации?

Если не пытаться натянуть на себя чужую шкуру, останется лишь перебороть страх сцены.

— Ну вот, видите? Так ведь гораздо проще!

— Нет, ни капли не проще, — хором ответили мы.

— Э-э?! А я-то гордилась, что выдала такую мудрую мысль! Это же был критический успех!

— Промах! Атака Ю прошла мимо!

— Да ну вас, звучит как в игре... М-м-м.

Надув губы, Амами-сан стиснула Уми в объятиях.

Её совет не так-то легко воплотить в жизнь, но задача стояла предельно ясная. Если мы прошибём эту стену, то справимся с чем угодно.

Определенно стоит попробовать.

— Так-с! Я немного переживала, но Рёко держится молодцом. Что ж, под занавес выступает Асанаги-чан! Просим на сцену: ас девичьей половины профильного класса!

— Опять ты со своими дурацкими титулами... Рёко-сан, перехватываю микрофон.

— Ага. Позволь мне поучиться у тебя истинно девичьим чувствам.

— Рёко-сан, ну и ты туда же, — обречённо вздохнув, Уми взяла микрофон и поднялась. — Маки, смотри внимательно, как я пою, договорились?

— Ага. Выжгу этот момент на сетчатке глаз.

— Хе-хе, ну что ж, я постараюсь.

Под одобрительный гул толпы Уми встала перед экраном и набрала в грудь воздуха.

— Асанаги-чан, это песня о безответной любви! Постарайся вжиться в роль. Представь, что Маэхара-ши начал встречаться с Амами-чан... ну, или вроде того.

— ...

Не знаю, насколько живо она это представила, но Уми едва не расплакалась.

Пусть это и ради тренировки, но со стороны Накамуры-сан было жутко бестактно бросаться такими словами.

Все присутствующие мгновенно одарили её уничтожающими взглядами.

— Ой... А-Асанаги-чан? Слушай, это ведь чисто гипотетически, да? Пожалуйста, не делай такое лицо, будто сейчас разрыдаешься.

— ...Маки — дурак.

— Эй, а мне-то за что прилетело?..

Так или иначе, раз Уми способна настолько погрузиться в эмоции от одной лишь выдумки, с актёрской игрой у неё проблем не возникнет. Накамура-сан, видимо, устыдилась своих слов, поэтому мучить Уми не стала — после первой же песни репетиция свернулась.

— ...Маки, я вернулась.

— С возвращением. Э-э, если тебе станет легче, можешь использовать меня в качестве антистресса.

— ...Угу.

Уми крепко обняла меня, всем своим видом демонстрируя, что никому меня не отдаст.

И ей было абсолютно плевать на умилённые взгляды окружающих.

Мне казалось, после прошлого Рождества приступы ревности у Уми сошли на нет. Но, похоже, у неё тоже обнаружился свой скрытый актёрский талант, не хуже, чем у Амами-сан.

...Впрочем, применять его она сможет лишь в очень специфических ситуациях.

※※※

Подготовка к культурному фестивалю — репетиции, работа за кулисами и прочая суета — шла своим чередом, пусть и не без мелких накладок. Но мы, конечно, не забывали и о главной обязанности старшеклассников.

Основная волна вступительных экзаменов стартует в январе, но отборы по рекомендациям начинаются уже в ноябре. В некоторых частных вузах результаты объявляют ещё до Нового года, так что в школе постепенно появляются те, кто уже определился с будущим. И меня эти разговоры касались напрямую.

— Маки, заждался? Прости, из-за предыдущего ученика график немного съехал.

— Ерунда. Ну как, репетиция собеседования прошла удачно?

— Угу. В студсовете я не состояла, во внеклассных делах не блистала, так что тут у меня слабые места. Но зато оценки отличные, поэтому мне сказали, что волноваться не о чем.

Сентябрьский внутришкольный отбор Уми уже прошла, осталось лишь блеснуть на самом экзамене. Но расслабляться рано. Репетировать спектакль, зубрить свои предметы и, главное, поддерживать любимую девушку перед скорым поступлением... Похоже, в следующем месяце мне будет о чём поразмыслить.

Я дождался Уми, и мы вместе отправились на подготовительные курсы. Раньше, когда я тщетно бился головой о стену оценки «С», ходить сюда было сущей пыткой. Но теперь, когда мы с Уми пробили эту преграду и мои баллы медленно, но верно ползут вверх, я шагал на занятия с лёгким сердцем.

— Санаэ, Манака.

— О, Уми-чан! И Маэхара-сан тут.

— Приветик~.

Стоило нам войти в аудиторию класса «А», как Нитори-сан и Ходзё-сан, уже занявшие нам места, замахали руками.

Девочки сдают экзамены в те же дни, что и Уми, но поскольку они идут из школы при университете, квоты у них разные. Делить им нечего, так что атмосфера в их троице царит самая дружелюбная.

...В отличие от Хачиги-сан. Она почему-то уселась на наше место и откровенно дулась, всем своим видом выражая недовольство.

— ...Так нечестно! Бросили меня одну. Мне одиноко, я тоже хочу веселиться и болтать!

— Мидори, ты же метишь в университет Т, тут уж ничего не поделаешь. К тому же на недавнем национальном пробном экзамене ты уступила первое место по стране... той самой Накамуре-сан, верно? Разве тебе не стоит учиться ещё усерднее?

— Н-ну и пусть! Я на втором месте, отстаю всего на один балл! Мой дух не сломлен!

— Капитан, раз ты так отчаянно хорохоришься, не значит ли это, что ты уже проиграла~?

Раньше Хачига-сан безраздельно правила на вершине рейтинга и никого к себе не подпускала. Поэтому даже крошечный отрыв, с которым её обошла Накамура-сан, наверняка больно ударил по её самолюбию.

Кстати, Накамура-сан с Хаякавой-сан ходят на другие курсы. Говорят, это какое-то частное заведение. А раз Накамура-сан внезапно вырвалась в топ, преподаватели в нашей подготовительной школе только о ней и шепчутся.

Да и вообще, эта девчонка... Она вроде бы передала дела новому президенту (Такизаве-куну), но всё равно торчит в студсовете под предлогом помощи. А на культурном фестивале так и вовсе взвалила на себя обязанности режиссёра, сценариста и постановщика, наслаждаясь школьной жизнью на всю катушку. Когда она вообще успевает учиться? Её энергия даже пугает.

— М-м-м... Маэхара-а, завязывай строить гарем и давай уже поднимайся ко мне в класс «S»~. Сейчас в моде отношения один на один, чистая любовь, сечёшь?

— Увы, всю свою чистую любовь я без остатка отдаю своей драгоценной девушке.

Но раз уж я целюсь в университет К, мне и правда пора переходить на лекции посложнее. Уми по-прежнему не отходит от меня ни на шаг и помогает с учёбой, но с моими нынешними баллами на душе всё равно тревожно. Помимо мощной поддержки Уми, мне нужны наставления опытных преподавателей. И не помешает соперник, который учится лучше меня — пусть и не такого заоблачного уровня, как Хачига-сан.

На последнем пробном экзамене я прыгнул выше головы. А раз кто-то — вроде Уми — меняет планы на полпути, то при удачном стечении обстоятельств местечко в классе «S» для меня может и освободиться. В любом случае, сейчас мне нужно просто брать и делать то, что должен. Шаг за шагом. Я верю: если не сдамся, дорога откроется сама.

— О! У вас же скоро культурный фестиваль? Что готовит ваш класс, Маэхара-кун?

— Ну, мы вроде как ставим спектакль под руководством Накамуры-сан... Эм, может, заглянете к нам?

— Ещё бы! В позапрошлом году я собиралась пойти с Нитори и Ходзё, но не вышло по семейным обстоятельствам. Так ведь?

— Д-да.

— Точно, было дело... аха-ха.

Видимо, вспомнив свой визит двухлетней давности, Нитори-сан и Ходзё-сан откровенно стушевались. Тогда я оставил их с Амами-сан и рванул за Уми на крышу, поэтому так и не узнал, чем закончился их разговор... Наверняка Амами-сан высказала им всё, что думала. Да, сейчас они полностью помирились, но память о временах, когда между ними и Уми пролегала пропасть, никуда не делась.

— Эй, мы же договорились больше это не обсуждать? Санаэ, Манака, приходите веселиться и выбросьте всё из головы.

— У-угу. Спасибо, Уми-чан.

— Обязательно придём посмотреть, как вы с Маэхарой-саном играете главные роли~.

— Эй, Асанаги-сан, а про меня забыли? Вы ведь и меня радушно встретите, да?

— ...Вход на фестиваль свободный для всех желающих.

— М-м-м... Что Маэхара-кун, что Асанаги-сан... почему эта парочка вечно обдаёт меня холодом...

— Скажи спасибо своему поведению, Мидори.

Как бы то ни было, трое гостей из академии Тачибана нам обеспечены. И как принимающая сторона я просто обязан их развлечь.

Зубрёжка, школьные праздники, посиделки с друзьями — для обычных школьников это рутина, но я познал такие радости лишь в старших классах. Дни казались суматошными и напряжёнными. Но при этом — свежими и невероятно веселыми. У каждого свой темп, но я чувствовал, что живу полной жизнью.

※※※

Пролетело больше десяти суматошных, насыщенных дней. До культурного фестиваля оставались лишь ближайшие выходные, и школа постепенно пропитывалась праздничной атмосферой. Наш этаж, ещё недавно наэлектризованный приближением экзаменов, взял передышку и впервые за долгое время зашумел как обычный муравейник старшеклассников.

— Послушай, Масаки... почему ты так добр ко мне? Я ведь хитрая, трусливая, эгоистичная и жутко ревнивая... Ёру гораздо лучше меня.

— Это неправда. Сора, может, ты сама этого не замечаешь, но у тебя полно прекрасных черт.

— ...Правда? Тогда перечисли их все прямо сейчас. Расскажи, чем я так хороша.

— Угу. Конечно...

С прошлой недели нас пустили репетировать на главную сцену. Режиссёр Накамура-сан и ребята, отвечающие за свет и звук, выкладывались на оставшихся прогонах так, словно это уже премьера.

— Так, окей! Вы оба заметно прокачались. Текст отлетает от зубов, а актёрская игра на восемьдесят процентов идеальна. ...Результат ваших тайных тренировок наедине, а?

— Никаких тайн у нас нет... Скажи, Маки?

— Ага, ну...

Мы и правда запирались у меня в комнате под предлогом «интенсивных тренировок». Но по вечерам мама всегда дома, так что ничего из того, что нафантазировала себе Накамура-сан, мы не делали.

...Хотя, помнится, пару раз мы всё же тайком целовались, когда чувства брали верх над искусством.

Как бы там ни было, репетиции шли как по маслу. Заучивать текст мне не в новинку, а в плане игры здорово выручил совет Амами-сан: теперь я не переигрывал и чувствовал себя естественно. Огромное спасибо и Накамуре-сан — она подстроила характеры персонажей под нас, чтобы мы могли оставаться самими собой.

Оставалось лишь отрепетировать всё на сцене, отточить движения и набраться смелости, чтобы на премьере не зажаться и выдать тот же уровень... И вот это было самым сложным.

Получив от режиссёра небольшую передышку, мы с Уми пошли за соком, а заодно решили пошпионить за другими классами. Как и два года назад, на фестивале будут раздавать Гран-при и призы зрительских симпатий, так что все наверняка лезли из кожи вон.

Первым делом мы заглянули в десятый класс к Амами-сан и её команде с их мейд-кафе.

— Привет, Ю.

— Как успехи, Нитта-сан?

— О! Явился дуэт главных героев~. Девчонки, враг пришёл на разведку~, прячьте всё, прячьте~!

— Ю-чин, а разве тебе не стоит для начала снять форму горничной, которую ты уже успела нацепить?

— Ой, точно! Просто наряд такой миленький, что я не удержалась... эхе-хе, ну как вам? Мне идёт?

Похоже, форма для фестиваля уже была готова, и сияющая Амами-сан с удовольствием нам позировала.

Платье пошили Ямашита-сан и Кага-сан. Поскольку Амами-сан выступала «лицом» заведения, её костюм походил скорее на наряд айдола: пастельные тона, белые рюши и пёстрые ленты. Он идеально подчёркивал её жизнерадостную улыбку. Но девчонки не обделили и остальных: для Нитты-сан, Араэ-сан и прочих горничных костюмы шились по индивидуальным меркам. Мы с Уми были просто поражены таким размахом.

Меню блюд держалось в строжайшем секрете — «Сюрприз для премьеры ♡», так что подробностей я не выведал. Но чутьё подсказывало, что там готовится знатная обдиралов... то есть, полёт фантазии. В любом случае, в день фестиваля в кафе гарантированно будет аншлаг из парней, включая гостей из других школ.

— Эй, Амами, Нитта! Хватит лясы точить с посторонними, дуйте сюда. Яма и Кага зовут обсуждать еду.

— А, бежим~. Ну, вы двое, удачи с репетициями! На премьеру обязательно приду.

— Бывайте, дурацкая парочка.

— Мы не дурацкая парочка. ...Маки, пойдём?

— Ага.

Распрощавшись с новоиспечёнными горничными, мы пошли просматривать другие классы. Наш спектакль стоял в расписании на вторую половину дня, а всё утро мы будем заняты прогонами и подготовкой. Спокойно погулять по фестивалю не выйдет, поэтому мы решили урвать кусочек атмосферы свидания прямо сейчас.

— М-да... У второгодок сплошные комнаты страха да лабиринты. Но декорации, по-моему, стали на порядок круче, чем в наше время.

— Сейчас в интернете можно нарыть кучу идей. Не просто белые простыни, а настоящий хоррор или городские легенды.

Из-за незаконченного «ремонта» внутрь классов нас не пустили, но гулять по коридорам всё равно было весело. Наблюдая за суетящимися, смеющимися, а порой и ноющими от усталости кохаями, мы с Уми украдкой переглядывались. И с ностальгией вспоминали нашу собственную подготовку два года назад.

— Маки, у нас ещё есть пара минут. Выйдем во двор?

— Давай. Заодно посмотрим на инсталляции кохаев.

Покинув здание, мы направились во внутренний двор, где полным ходом возводили киоски и монтировали гигантские стенды.

Два года назад такие стенды разрешали ставить где угодно — нужно было лишь подать заявку. Но в этот раз их согнали в одну зону, чтобы гостям не приходилось наматывать круги по всей школе. Да и куча гигантских инсталляций в одном месте создавала впечатляющий масштаб (идея, естественно, принадлежала Такизаве-куну).

И работы стали куда разнообразнее. Огромные картонные динозавры, масштабные панно из фотографий и пустых банок... Пока они были готовы процентов на шестьдесят, но в завершённом виде наверняка соберут вокруг себя толпы зевак.

Но больше всего наше с Уми внимание привлекла мозаика из банок — прямо как та, что два года назад связала нас вместе. Какая картина из неё выйдет, мы узнаем лишь на самом фестивале. Однако, наблюдая за работающими ребятами, я заметил кое-что тревожное.

— ...Маки, как думаешь, они справятся?

— Сомневаюсь. Судя по галстукам, это первогодки, но... они слишком сильно отстают от остальных.

Поскольку собирать мозаику можно как в классе, так и на улице, судить было сложно, но то ли у первогодок отсутствовал лидер, то ли они вообще не распределили обязанности. Некоторые, вместо того чтобы работать, залипали в телефоны или просто пинали пустые банки. Даже с большой натяжкой нельзя было сказать, что у них всё идёт гладко.

Конечно, мы были всего лишь зрителями и не собирались лезть с советами или помогать... Но как люди, прошедшие через то же самое, мы невольно начали переживать за чужой проект.

По правде говоря, мы с Уми просто любим совать нос не в своё дело.

— По идее, они уже должны были собрать черновую версию и возиться с мелкими деталями. Но... банок как-то маловато. Может, основная часть в классе или где-то ещё?

— Хотелось бы верить... А ещё есть наш старый добрый склад.

— Наш ностальгический склад, да?

— У-угу.

Вспомнив те дни, я слегка покраснел.

Тогда мы отчаянно барахтались в проблемах и совершенно не контролировали ситуацию. Мы ещё даже не встречались, но Уми уже тайком обнимала меня со спины, а я раз за разом выдавал пижонские фразочки... Юность била ключом.

И благодаря этому сейчас мы вот так крепко держимся за руки и прижимаемся друг к другу. Даже сильнее, чем раньше.

Как же здорово, что тогда я набрался смелости и позвал Уми с собой.

Оглядываясь назад, понимаешь: возможно, это и было нашим признанием.

— ...Отлично. Я написала Накамуре-сан: «Дай нам ещё немного времени», так что можно не торопиться. Маки, ты ведь уже всё решил? Наше коронное вмешательство.

— Как всегда читаешь мои мысли, Уми-сан. Спасибо за предусмотрительность. ...Ну, надеяться будем на лучшее, но проверить стоит.

Судя по бардаку во дворе, верилось с трудом, что в других местах кипит работа.

С нехорошим предчувствием мы направились к складу у учительского корпуса, куда сносили пустые банки. И...

...Он был там.

Одинокий первогодка старательно мыл пустые банки и расфасовывал их по пакетам, сортируя по цветам.

— Совсем один, да? Кажется.

— ...Подойдём?

— Ага. Жалко смотреть, как он тут корячится.

Объём работы не шёл ни в какое сравнение с тем, что проворачивали мы вдвоём. Чем, чёрт возьми, занят весь остальной класс... Отложив возмущение до лучших времён, мы подошли к кохаю, чтобы помочь.

— Эм-м.

— !

Услышав мой голос, он вздрогнул и медленно обернулся.

— Эм... ч-что такое?..

— Прости, что напугал. Банок тут немерено. Неужели ты собрался перемыть всё один?

— Ну, вроде того. Я за это отвечаю. ...Вы ведь сэмпаи, да? Третьегодки.

— Ага. Я Асанаги из одиннадцатого класса, а это Маэхара, мой одноклассник. Приятно познакомиться. ...Но это лирика. Где остальные? Класс ведь большой.

— Наверное, в кабинете. ...Они увлеклись болтовнёй, вот я и решил пойти поработать, чтобы не терять время.

Я так и думал: склад оказался передовой. И если он не врёт, то большая часть класса состоит из лентяев или тех, кому вообще плевать на фестиваль.

...Если так пойдёт и дальше, они и к утру не закончат. А если чудом и успеют, то качество мозаики будет плачевным. На фоне других, вылизанных до блеска инсталляций, их поделка будет смотреться жалко — ребята просто опозорятся.

Бог с ними, с лентяями, но я не хотел, чтобы этот парень, который сейчас так старался, прошёл через подобное унижение.

— Давай мы поможем. На первом году мы делали то же самое, так что опыт есть. Просто моем банки и сортируем по цветам, так?

— А, да. Чертёж у меня с собой, так что останется только нанизать их на проволоку по схеме, и как-нибудь...

— Понял. Уми, бери на себя вон те маленькие банки.

— Замётано. Слушай... называть тебя просто «кохай-кун» как-то неловко. Как твоё имя?

— А, э-э... Мидзуно. Сэйта Мидзуно.

— Отлично, Мидзуно-кун. Поработаем немного вместе.

— Д-да... спасибо?..

От неожиданности Мидзуно-кун слегка завис, но по мере того, как мы слаженно работали, он расслабился и начал уверенно раздавать указания.

...Думаю, за такое крошечное вмешательство нас простят. Спина Мидзуно-куна, казавшаяся такой сгорбленной от одиночества, постепенно распрямилась и приняла нормальный для его возраста вид.

С того фестиваля прошло много времени, но мне по-прежнему больше по душе вот так — незаметно, но верно двигать дело в тени, чем блистать на сцене.

Эта незаметная, но жизненно важная роль опоры, без которой не было бы главных героев...

Вот бы и мне стать таким человеком. Настоящим взрослым.

— Эм, Маэхара-сэмпай. Если вы знаете... вот тут на чертеже нужен цвет, которого у нас нет...

— А, этот цвет? У меня есть связи, попробую достать. Думаю, нам не откажут.

— Ого, у вас и связи есть... э-э, огромное спасибо, сэмпай!

— Аха-ха... пустяки.

Я скромничал, но играть роль крутого сэмпая оказалось на редкость приятно.

Из кохаев у меня был только Такизава-кун, да и тому я годился лишь в советники по любовным делам. А сейчас я наконец-то почувствовал себя настоящим старшим товарищем.

...И тут я поймал на себе ехидный взгляд Уми.

— ...Н-фу-фу~.

— ...Что такое, Асанаги-сан?

— А ты крут. Маэхара-с-э-м-п-а-й?

— Н-ну и что? Я ведь и правда сэмпай.

— Фу-фу, глядя, каким статным мужчиной ты стал, эта старушка не может сдержать слёз умиления.

— Попрошу не записывать себя в старушки раньше времени.

— Эхе-хе~.

— Хватит паясничать, работай давай.

— Есть~.

Вдоволь поиздевавшись, Уми вернулась к банкам.

Я вроде как пришёл помогать кохаю, а вышло так, будто нашёл повод помиловаться с девушкой... Впрочем, с годами наша сущность «дурацкой парочки» лишь крепнет, тут уж ничего не попишешь.

— Эм, сэмпай...

— Прости, Мидзуно-кун. Мы случайно...

— Нет-нет, работа кипит, я не жалуюсь. Но... эм, Асанаги-сэмпай и Маэхара-сэмпай, вы случайно не...

— Ага. Мы встречаемся. С зимы первого года.

— Вот как. ...Нет-нет, я ничего такого про Асанаги-сэмпай не подумал... просто, эм, немного завидую вам.

— А, понятно. Вон оно что.

Я не собирался лезть в душу, но, кажется, у Мидзуно-куна тоже кто-то есть в классе.

Просто одноклассница? Подруга? Или, как у нас с Уми когда-то — всё ещё хрупкие отношения на грани дружбы и любви, когда признание ещё не прозвучало?

Как бы там ни было, искренне желаю, чтобы у него всё сложилось удачно... но вмешиваться в такое было бы уже чересчур.

Мы с Уми уловили романтические флюиды, исходившие от Мидзуно-куна, и деликатно промолчали, продолжив мыть банки. И тут...

— Мидзуно, так ты здесь.

— А, Танака... сан.

— Можешь звать Каной. Никого же из наших нет.

К нам подошла одноклассница Мидзуно-куна.

Длинные пышные каштановые волосы, яркая аура. Куча заколок, сверкающий маникюр, резинка для волос на запястье... В общем, типичная гяру.

— ...Эм, а кто это с тобой? Третьегодки?

— А, да. Это Маэхара-сэмпай и Асанаги-сэмпай, они помогают мне мыть и сортировать банки.

— Я Маэхара. Увидел, что ему тяжело одному, вот и решил подсобить.

— А я Асанаги. Прости, Танака-сан, мы как раз собирались уходить, как только закончим.

— А-а, нет-нет, это вы простите, сэмпаи. Наш парень доставляет вам столько хлопот. Меня зовут Кана Танака. Я, типа, напарница этого интроверта.

— Не называй меня интровертом... она со мной в исполнительном комитете. Да и только.

— Аха-ха. ...Ну да, типа того.

Для «и только» они слишком легко перешли на имена, значит, общаются довольно тесно.

Они в хороших отношениях, но скрывают это от класса... типичная история.

Раз уж мы с Уми прошли через то же самое, мне хватило одного взгляда, чтобы всё понять.

Ясно. Те самые хрупкие отношения.

— Кстати, Мидзуно, раз уж пошёл вкалывать, мог бы и меня позвать. Вечно ты всё втихаря делаешь.

— Ну... ты так весело болтала с девчонками, я подумал, что влезать будет неловко... Думал, ты и сама потом подтянешься.

— А если бы не подтянулась? Если бы повелась на болтовню одноклассников, забила на тебя и ушла домой?

— Тогда... я бы сделал всё сам.

— ...Господи, какой же ты интроверт.

Наверняка Танаке-сан хотелось, чтобы Мидзуно-кун подошёл и позвал её. Даже если они скрывают отношения, они оба в оргкомитете — к такому никто бы не придрался.

Я, конечно, понимаю чувства Мидзуно-куна: он был уверен, что она придёт сама, и поэтому начал работать в одиночку, полагаясь на их незримую связь.

Но именно из-за такой мнимой близости и возникают мелкие недопонимания.

И из-за такой ерунды может образоваться пропасть.

— Бесишь. Мидзуно, у меня всё настроение пропало, я домой.

— А? А как же мозаика...

— Ты ведь и без меня справишься? Успеешь? Значит, я тебе не нужна.

— Я такого не говорил...

— Пока. ...Интроверт несчастный, а сам слюни на красивую сэмпайку пускаешь, придурок.

— А, погод... Кана!

— Не смей называть меня по имени, дурак Сэйта! ...И завтра со мной не разговаривай.

Танака-сан резко вырвала руку, которую попытался схватить Мидзуно-кун, и, не скрывая раздражения, зашагала обратно к классу.

— Эм, Мидзуно-кун?

— А... простите, сэмпаи. Что вам пришлось наблюдать эту сцену.

— Ерунда. ...Важно другое: Кана-чан, так ведь? Не хочешь её догнать?

— ...Думаете, стоит?

— Ещё бы! Я не знаю, что между вами, но если ты сейчас её не догонишь, всё полетит в тартарары, точно тебе говорю! Маки тоже так считает!

— Я, вообще-то, ещё ничего не сказал...

Впрочем, я был полностью согласен с Уми.

Судя по реакции Танаки-сан, даже если Мидзуно-кун сейчас за ней побежит, она всё равно на него накричит и, возможно, будет какое-то время игнорировать.

Но если он хочет сохранить отношения, у него нет другого выхода, кроме как бежать за ней.

Даже если стыдно признаться в своих чувствах. Даже если класс всё узнает и начнутся сплетни.

Если Танака-сан ему дорога... если он её любит.

— Мидзуно-кун. Оставь банки на нас и беги.

— А? Но как же мозаика...

— Чертёж у нас, справимся без тебя. В отличие от вашего класса, мы настоящие «сэмпаи». Да, Маки?

— Ага. И по возрасту, и по опыту работы с мозаикой.

Судя по чертежу и объёму работы, вдвоём мы с Уми тут бы и слегли. Но у нас есть надёжные союзники.

Такие же «друзья», которые обожают совать нос в чужие дела и не могут пройти мимо чужой беды (особенно любовной). Стоит только свистнуть — сбежится целая толпа.

— Так что давай, беги. Если промедлишь, Танака-сан и правда уйдёт домой.

— Мидзуно-кун, когда помиритесь с Каной-чан, приходите на спектакль одиннадцатого класса. Мы играем главные роли.

— ...Если не выйдет, я приду один.

— Мог бы и промолчать.

Горько усмехнувшись словам Мидзуно-куна, мы тёплым взглядом проводили кохая, который наконец-то сорвался с места и побежал.

...Кажется, мы слишком сильно влезли в чужие дела, да ещё и подписались на гору работы. Но я ни о чём не жалею.

— Ну что, матушка Уми, как нам одолеть эту кучу?

— И то верно, дедушка. ...А если серьёзно: сначала пишем Накамуре-сан. Потом зовём Ю, Нину и заодно Сэки — пусть помогают.

— Хороший план. ...А если откажутся?

— Сделаем предложение, от которого они не смогут отказаться.

— Фу-фу, я так и думал.

Раз уж мы ввязались, надо действовать.

Последний фестиваль в нашей школьной жизни... раз так вышло, давайте оторвёмся на полную катушку!

※※※

Дни подготовки пролетели в мгновение ока, и наконец настал культурный фестиваль — первый за два года. В отличие от прошлого раза, теперь мы расклеили плакаты и афиши по всей округе: в общественных местах, супермаркетах и соседних школах. Так что гостей со стороны ожидалось как никогда много.

Подготовка выдалась изматывающей, но главное испытание ждало нас сегодня.

— Маки, ваш спектакль ведь в два часа? Я позвала Сору-сан, так что пойдём смотреть вместе.

— Хорошо, только сидите тихо. И никаких фото и видео.

— Даже страстную сцену поцелуя с Уми-чан?

— Ничего нельзя! И вообще, нет там такой сцены!

— Тётушка Масаки, там будет чмок в щёчку.

— Уми, не болтай лишнего!

— Фу-фу, есть!

— Значит, Маки, поцелуй с Уми-чан всё-таки будет?

— Мама, ты невыносима.

Рано утром мы втроём привычно позавтракали и пораньше вышли в школу. После финального прогона спортзал для нас закроют, поэтому мне нужно намертво вбить в голову текст и тайминги, чтобы не облажаться.

— Маки, до выступления всего пара часов. Волнуешься?

— Ещё бы. А ты, Уми?

— Тоже. Но раз мы вместе, мне уже не так страшно.

— Вот и мне тоже.

За время репетиций я выучил реплики за нас двоих. Если кто-то от волнения забудет текст, мы легко подстрахуем друг друга. Так что предвкушение в итоге перевешивало мандраж.

— Уми~, Маки-кун~, доброе утречко~!

— Доброе~. Чего вы в такую рань?

— А вы сами-то? Неужто проблемы возникли?

— Не-а. Просто я ещё со вчерашнего дня так ждала фестиваля, что уснуть не могла. Вот и решила прийти пораньше и начать подготовку. Да, Нина-чи?

— Ага. Ну, у меня в этот раз были ещё и личные причины. ...Слушай, староста, как думаешь, кохаи успеют доделать мозаику?

— Мы подготовили для них почву, так что, наверное, всё обойдётся?

Инсталляция класса Мидзуно-куна, которая до нашего вмешательства стояла мёртвым грузом, благодаря всеобщей помощи вроде бы поспевала к открытию.

Как только мы отправили Мидзуно-куна мириться с Танакой-сан, мы с Уми тут же сели за телефоны.

Мы позвонили Амами-сан и Нитте-сан — те откровенно скучали, ведь в их мейд-кафе всё давно было готово, — а также Нозому и остальным ребятам с опытом сборки мозаик. Следом мы связались с президентом студсовета Такизавой-куном, обрисовали ситуацию и выбили продление часов работы. В итоге подтянулись Араэ-сан с Ямашитой-сан, которых притащила Амами-сан, да ещё и Накамура-сан с Хаякавой-сан мигом прознали о суматохе. В общем, вместе с нами набралось больше десятка человек.

С подачи Такизавы-куна, выступавшего не только президентом, но и главой оргкомитета фестиваля, мы заставили кохаев наконец-то взяться за ум и включиться в процесс.

А затем и мы, третьегодки, засучили рукава и навалились на работу вместе с ними.

Само собой, для тех первогодок, кто не знал всей подоплеки (то есть для всех, кроме Мидзуно-куна), наше вторжение стало шоком. Но присутствие Амами-сан — школьного айдола во плоти — и пугающей Араэ-сан, безжалостно сверлившей взглядом любого лентяя, заставило их хотя бы для вида имитировать бурную деятельность.

Так что, каким бы ни вышло качество, они точно доведут мозаику до ума.

И если меня что и волновало, так это смогли ли Мидзуно-кун и Танака-сан — настоящие члены оргкомитета — помириться после той ссоры.

Но пусть это останется сюрпризом до нашего спектакля.

Пока множество ребят, примчавшихся спозаранку, суетились перед открытием, мы вышли во внутренний двор, где стояли все инсталляции.

— О! Маки, смотри туда.

— Ага.

Пока остальные стенды тихо ждали своего дебюта, с крыши спускали последний ряд огромной мозаики из пустых банок.

Наверху, держась за ограждение, стояла Танака-сан с растрёпанными волосами — видимо, после бессонной ночи за работой. А рядом с ней виднелся знакомый силуэт Мидзуно-куна.

— Народ~, ну как~?!

— Окей~!

В тот же миг двор взорвался радостными криками собравшихся учеников.

Успеть в срок при таком жёстком графике, разрываясь между учёбой и клубами, было адски сложно. Но когда видишь готовый результат, эмоции просто зашкаливают.

Тот восторг, который я испытал два года назад, до сих пор живо отзывается в сердце.

— Здорово вышло, Маки-сэмпай?

— Х-хватит издеваться. ...А то мне уже стыдно.

— Ты был таким крутым, Маки-кун-сэмпай~?

— Староста-сэмпай?

— Уми, и вы обе туда же...

Так или иначе, всё обошлось, и нам тут делать больше нечего.

Раз кохаи так выкладываются, мы, как сэмпаи, тоже должны показать себя во всей красе, чтобы не ударить лицом в грязь.

Ещё немного, и начнётся последний в нашей школьной жизни культурный фестиваль.

※※※

— Итак, всем оторваться сегодня на полную катушку, вплоть до финальной уборки! Культурный фестиваль старшей школы Дзёто, проходящий раз в два года — «Дзёто-сай» — объявляется открытым!

С приветственной речью Такизавы-куна фестиваль наконец стартовал. Первый за два года и, без преувеличений, последний в нашей школьной жизни.

До открытия ворот для гостей оставалось около получаса. Ученики разом разбежались по своим постам: по кабинетам, во двор, к киоскам у входа.

Мы же остались в спортзале вместе с ребятами из закулисья для последней сверки перед премьерой.

— Маэхара-ши, прямо перед открытием учителя придрались к парочке фраз. Давай ты здесь выдержишь паузу подольше, чтобы выровнять хронометраж. С финальной сценой поступим так же.

— Понял.

— Асанаги-чан, что до сцены с поцелуем в щёчку — придётся ограничиться имитацией. Тут тоже вмешалась неведомая сила цензуры с вердиктом «возмутительно».

— Аха-ха. Ну, в зале ведь будут гости со стороны. Это не кино, мы не пустим по низу экрана бегущую строку: «Внимание, эти двое встречаются по-настоящему».

— ...А если написать это на здоровенном ватмане и таскать по сцене?

— Рёко-сан, ну ты даёшь... мы же так всю драму разрушим. Хотя... раз у нас ромком, может, и прокатит?

— ...

— П-почему вы обе на меня уставились?

— Да так, просто.

— Накамура-сан... тут от актрис поступило предложение.

Я с мольбой покосился на режиссёра Накамуру-сан, но та вдруг серьёзно задумалась.

— Хм... решено, эту миссию я беру на себя. Эй, реквизиторы! Найдётся лишний ватман? Белый, розовый — без разницы.

— ...Так и знал, что этим кончится.

Я нутром чуял: мы либо сорвём овации, либо с треском провалимся. Но раз уж это наш последний дурацкий школьный порыв, я махнул рукой. Мы в срочном порядке прогнали изменённые сцены, на ходу правя реплики и мизансцены.

Сам сценарий был отличным, так что оставалось лишь не запороть всё на сцене и эффектно отыграть финал.

— На этом пока всё. Маэхара-ши, Асанаги-чан, объявляю перерыв до полудня. Можете сбегать на мини-свидание или перекусить. ...И умоляю: хотя бы сегодня не лезьте в чужие проблемы и возвращайтесь без приключений.

— Сами знаем. Маки, идём сначала к Ю?

— Ага. А если останется время, заглянем и в другие классы.

Выбив себе целый час свободы, мы с Уми взялись за руки и нырнули в праздничный школьный гвалт. Раз уж выпал шанс побыть вдвоём, мы не собирались терять ни минуты. Настоящее фестивальное свидание началось.

Первым делом мы решили перекусить и наведались в мейд-кафе десятого класса, где заправляла Амами-сан с девчонками.

Как я и думал, коридор перед кабинетом уже забила толпа. Ещё бы — Амами-сан в костюме горничной лучилась энергией и зазывала клиентов так, что пройти мимо было невозможно.

— О, наконец-то вы пришли! Добро пожаловать, господин~! Шучу, эхе-хе~.

— Ты просто пышешь энтузиазмом, Ю. Придётся отстоять очередь?

— А, первые полчаса после открытия мы пускаем только своих, так что проскочите. Эй, Нина-чи~, столик на двоих найдётся~?

— Прости, только что всё забили... О, а я гадала, кто там. Староста и Асанаги. Чего так рано?

— Режиссёр только сейчас отпустила на перерыв... Если надо ждать, мы зайдём попозже.

— Не, у нас ещё есть блатные места. Араэ-чи, проводи гостей~!

На зов Нитты-сан подошла Араэ-сан, как раз закончившая обслуживать клиента.

В отличие от милых цветастых платьиц Амами-сан и Нитты-сан, на ней красовалась классическая чёрно-белая форма горничной, перешитая на бунтарский лад.

...И, как ни странно, ей чертовски шло.

— У вас такие лица, будто ляпнуть что-то хотите.

— Да нет, ничего... Правда, Уми?

— Ага. Я, конечно, догадывалась, но тебе очень идёт. ...Какая милашка, А-ра-э-сан.

— ...Тц. Ваши места здесь.

Цыкнув в ответ на подначку Уми, она отвела нас за ширму в углу класса. Табличка гласила: «VIP-места». По идее, сюда пускали только учителей и оргкомитет по специальным пригласительным. Но раз никого из «важных персон» ещё не было, нас посадили в виде исключения.

Впрочем, весь этот VIP сводился к тому, что нас спрятали от чужих глаз. На особое обслуживание мы не рассчитывали.

— ...Итак, что заказывать будем? Держите меню.

— Спасибо. Ого, а выбор богаче, чем я думала. Маки, что будешь?

— Для начала классический омурайсу. И чёрный кофе. А ты, Уми?

— Я возьму крем-соду. Попросим две трубочки и попьём вместе. Слушай, Араэ-сан, раз мы берём омурайсу, ты сделаешь то самое? Ну, знаешь, «моэ-моэ-кюн»[2]?

[2]: Популярная фраза-заклинание, которую традиционно произносят горничные в японских мэйд-кафе, чтобы сделать еду или напиток «вкуснее». «Моэ» — сленговое выражение чувства сильного умиления, а «кюн» — звук сжимающегося от симпатии сердца.

Я промолчал, но все знают: если берёшь омурайсу в мейд-кафе, горничная обязана прочитать над ним «магическое заклинание».

И правда, выглянув из-за ширмы, я заметил, что остальные девчонки старательно выводили пассами рук «стань вкусным» над тарелками гостей. Но...

— ...Чёрта с два я это сделаю.

— Э-э? Но тут же внизу чёрным по белому написано: «На выбор доступно три вида заклинаний»? Кага-сан, Ямашита-сан, я ведь права?

— Ага!

— Ах вы ж!..

В щель из-за ширмы за нами подглядывали два «штабных офицера». Девчонки решительно вскинули большие пальцы вверх — похоже, даже грозной Араэ-сан отмазаться не светило.

Мне-то было всё равно... но Уми сегодня поймала кураж и вовсю развлекалась.

— В общем, рассчитываем на тебя.

— ...Слушаюсь.

Смирившись со своей участью, Араэ-сан скрылась на кухне.

При всей своей показной колючести и нежелании сотрудничать, Араэ-сан в итоге всегда выполняла то, о чём её просили. Это было так в её духе, что мы с Уми не сдержали смешок.

— ...Весело, скажи, Маки?

— Ага. Жаль только, что у нас всего час.

Хотя, помнится, два года назад наше первое фестивальное свидание длилось примерно столько же. В этот раз мы носились, готовясь к спектаклю, а тогда — пытались разрулить ссору Уми с Амами-сан.

Но в этом весь наш школьный фестиваль.

Тогда мы были «друзьями». А сегодня — незаменимыми «партнёрами».

Пока я могу просто быть рядом с девушкой, которую так люблю, любые неприятности превращаются в счастливые воспоминания.

Я предавался ностальгии, когда к столику с шумом подоспели горничные.

— Заждались~! Ваш омурайсу и напитки!

— Здаров, дурацкая парочка.

— Спасибо... ой, Амами-сан, Нитта-сан?

— Ю, Нина, вы разве не на смене?

— Яма-чан с девочками нас подменили. Эхе-хе, раз уж вы заглянули, мы решили вместе сотворить для вас «заклинание». ...Давай, Нагиса-чан, не стесняйся!

— Араэ-чи, мы тебя поддержим.

— ...Вот блин.

Ради нас Амами-сан и Нитта-сан бросили свой пост зазывал у входа и присоединились к Араэ-сан. Концентрация людей за нашим маленьким столиком резко зашкалила.

— Маки-кун, какой рисунок кетчупом бахнуть? Проси что хочешь.

— Да мне без разницы... давай по классике? Сердечко.

— Напиши: «Я о-о-очень люблю Маки-куна ♡», Ю-чин.

— Н-фу-фу, Ни-и-на-а~?

— Ой... простите, Асанаги-сан, что-то меня занесло.

— ...Слушайте, кончайте цирк, давайте быстрее. У нас дел по горло.

Под недовольное ворчание Араэ-сан нам торжественно нарисовали на рисе большое красное сердце.

— Ну что, Нина-чи, Нагиса-чан, погнали!

— О-о!

— ...Делаю это в первый и последний раз.

— Стань вкусным. Моэ-моэ-кюн!

Амами-сан с искренним восторгом, Нитта-сан за компанию, а Араэ-сан — сгорая от стыда и покраснев до корней волос.

Такие моменты — главная прелесть школьных фестивалей. Уми, конечно же, не упустила шанса заснять эту троицу на телефон. Надо будет потом пересмотреть.

Кажется, тот памятный фотоальбом, что Уми подарила мне на день рождения, скоро разрастётся до второго тома.

※※※

Не знаю, сработала ли магия горничных... но омурайсу показался мне вкуснее обычного. Подкрепившись, мы покинули мейд-кафе десятого класса и неспешно пошли во внутренний двор.

Раз уж примерно в это время должны были подойти девочки с подготовительных курсов, нам нужно было их встретить. У нас всего час свободного времени, а дел, как оказалось, невпроворот.

По словам Уми, Нитори-сан и Ходзё-сан ждали у ворот. Если Хачига-сан не станет носиться туда-сюда, как обычно, мы без труда их найдём.

Мы быстро заметили троицу в белых блейзерах, выделявшуюся даже в пёстрой толпе гостей. Самопровозглашённый лидер группы, Хачига-сан, тут же нас увидела и замахала рукой.

— О, Уми и Маки! Я пришла, как и обещала~!

— Смотрю, ты опять без предупреждения перешла на имена... Впрочем, я уже смирился.

Мы с Хачигой-сан не то чтобы сильно сблизились, но в последнее время часто пересекались на курсах. Наверное, в её глазах я занял примерно то же место, что Нитори-сан и Ходзё-сан.

Хотя моё прохладное к ней отношение от этого не изменится.

— Здравствуйте. Спасибо, что пригласили.

— После обеда обязательно придём на ваш спектакль~.

В отличие от первого года, теперь они отлично ладили с Уми, так что наверняка оторвутся на фестивале по полной. Уми, болтая с девочками, тоже радостно смеялась.

Привычная троица в белых блейзерах... вот только сегодня к Хачиге-сан и её подругам присоединился кое-кто ещё.

Маленькая девочка. Она вцепилась в спину Хачиги-сан и с тревогой озиралась по сторонам.

Хачига-сан и сама была миниатюрнее Уми, Нитори-сан и остальных, но эта малышка казалась совсем крохой — наверное, младшие классы начальной школы.

— Ну же, Аой, хватит прятаться за спину сестрёнки. Где твои манеры?

— ...

— Ну, Аой-чан, не бойся, всё хорошо. Эти братик и сестричка — наши друзья.

— Ага, они совсем не страшные~.

— ...Угу.

Послушав Нитори-сан и Ходзё-сан, девочка робко подошла к нам и кротко поклонилась.

Видимо, это младшая сестра Хачиги-сан. Но в отличие от шумной старшей сестры, выглядела она на редкость тихой и серьёзной.

— Хачига Аой. Первый год начальной школы.

— Какая вежливая. А я Маэхара Маки. Приятно познакомиться.

— А я Асанаги Уми. Буду рада, если станешь называть меня сестрёнкой Уми, договорились?

— Ух!..

Ей явно было тяжело общаться с незнакомцами. Молча поклонившись, она тут же юркнула обратно за спину сестры.

Вцепившись в Хачигу-сан, Аой-чан опустила взгляд. С этими покрасневшими щёчками она выглядела невероятно мило.

— Божечки, какая прелесть~! Хачига-сан, это правда твоя младшая сестра? Вы же совершенно не похожи — ни внешне, ни по характеру.

— Уми, вообще-то это звучит грубо. А ну, присмотрись! Разрез глаз у нас просто копия, разве нет? Впрочем, в нашей семье это у всех.

Сравнив их лица, я убедился: глаза и брови у них действительно похожи, как и положено сёстрам.

Напористая, самоуверенная Мидори-сан и спокойная, не по-детски серьёзная Аой-чан... Надо же, родные сёстры, но из-за характеров воспринимаются совершенно иначе.

— Помнишь, я говорила, что на первом году собиралась пойти на ваш фестиваль вместе с Нитори и Ходзё, но не вышло? Это потому, что у Аой подскочила температура, и мне пришлось за ней ухаживать. Сейчас-то она окрепла, так что я могу спокойно таскать её за собой повсюду.

— А, и не волнуйтесь: сегодня Аой-чан никто ничем не заражал и не мучил... Да почему я вообще должна каждый раз за это оправдываться?!

— Хе-хе, ты меня всегда выручаешь, вице-капитан. Рассчитываю на тебя на Зимнем кубке!

— ...Лучше бы я ушла из клуба ещё летом.

Как и пробормотала Нитори-сан, в этом году баскетбольную команду Тачибаны во главе с Хачигой-сан прозвали «золотым поколением». Они играючи выиграли региональные отборочные и прошли на зимний национальный турнир.

Выдерживать суровые ежедневные тренировки, зубрить билеты к экзаменам и показывать блестящие результаты на матчах... О Хачиге-сан и говорить нечего, но Нитори-сан и Ходзё-сан, уверенно шагающие с ней бок о бок, тоже вызывали искреннее восхищение.

— ...Сестрёнка, я в туалет хочу.

— Ой, прости, Аой, я заболталась... Ладно, делегация Тачибаны пойдёт гулять сама по себе. А вы наслаждайтесь своим фестивальным свиданием!

— Уми-чан, Маэхара-сан, до встречи.

— Увидимся~.

— Счастливо. ...Пока, Аой-чан.

— !..

Наши взгляды вроде бы пересеклись, и я попытался попрощаться, но лишь напугал малышку — она снова отвернулась.

Я думал, что поднаторел в общении с детьми благодаря Рэйдзи-куну, поэтому заговорил с ней в той же манере... Но, похоже, при первой встрече не стоит быть таким фамильярным.

...Отношения с людьми — та ещё головоломка.

Проводив четвёрку взглядом, мы снова остались вдвоём. Уми, всё это время наблюдавшая за мной, тихо пробормотала:

— ...Маки.

— А?

— Тётя Масаки была права: ты постепенно становишься похож на отца в молодости. Я про Ицуки-сана, конечно.

— Я? На отца?

— Ага.

— Да ладно... И в чём же?

— ...Маки — дурак.

— Это вообще не ответ...

※※※

Остаток перерыва мы бродили по школе вдвоём, но... даже когда пришло время возвращаться, Уми продолжала дуться, смешно надув щёки.

«Маки, ты ни в чём не виноват, так что выброси это из головы», — сказала она, но осадочек остался.

Наверное, стоит как-нибудь порасспрашивать родителей об их молодости. Сдаётся мне, в их историях кроется ключ к тому, как выстроить идеальные отношения с Уми.

Когда мы вернулись к Накамуре-сан и остальным ребятам, готовящимся к спектаклю, время понеслось вскачь.

Один номер, затем другой — и вот уже подошла наша очередь. Одиннадцатый класс, дневная программа.

Честно говоря, до идеала нам было далеко. Текст мы, конечно, выучили, но то и дело спотыкались, а из-за рассинхрона между действиями и репликами то и дело повисали неловкие паузы.

Но, наверное, в этом и заключается магия сцены. Бывает, вылижешь всё на прогонах до блеска, а на премьере порешь косяк за косяком. А порой на репетициях всё валится из рук, зато перед зрителями вдруг ловишь кураж, и спектакль проходит как по маслу.

Поэтому нам оставалось лишь одно: выложиться на полную и показать всё, чему мы научились.

— Эй, народ, раз уж такое дело, давайте встанем в круг!

По команде Накамуры-сан все, кто был за кулисами, обняли друг друга за плечи. В нашем классе в основном тихие ребята (за редким исключением), но в нужный момент мы умели сплотиться, так что с командной работой у нас всё было в порядке. Видимо, сказывалась репутация профильного класса.

— Главный герой, толкни речь!

— А? Я? С чего бы это...

Очередная бредовая затея Накамуры-сан. Но раз уж мне выпало быть «лицом» класса на сцене, отвертеться не получится.

Уми и Хаякава-сан тихо прошептали: «Давай!», явно ожидая от меня боевого клича.

— ...Ну, если устроит что-нибудь банальное.

— Угу. Просим, Маэхара-ши.

Все взгляды устремились на меня.

Нервы и так были натянуты как струна, а через пару минут мне предстояло выступать перед целым залом. Так что мямлить не годилось. Настоящая проверка на прочность.

— Ребята, спасибо вам. Несмотря на то, что у всех на носу экзамены, вы согласились потакать капризам нашего режиссёра. Давайте выложимся на все сто в эти тридцать минут... а заодно и экзамены весной порвём!

— Маэхара-ши, с каких это пор экзамены стали идти «заодно»?

Колкость Накамуры-сан разрядила обстановку, и по толпе пробежал смешок.

С таким настроем мы выйдем на сцену с правильным, здоровым волнением.

Я обвёл взглядом одноклассников и напоследок посмотрел на Уми.

Она энергично кивнула и ободряюще улыбнулась. От одного этого взгляда внутри всё зажглось.

Девушка, которую я люблю, ради которой готов горы свернуть, будет не где-то за кулисами, а прямо рядом со мной, в роли главной героини. Я просто не имею права ударить перед ней в грязь лицом.

— Одиннадцатый класс, мы сделаем это!

— Да-а-а!

Предыдущая группа покинула сцену, занавес опустился, и ребята-декораторы мигом расставили парты и стулья.

— Маэхара-ши, как только поднимется занавес, на тебя сразу направят прожектор. С этого момента начинаешь говорить. Всё как на репетиции.

— Понял. Как на репетиции.

Пока на сцене царила суета, я осторожно выглянул в зал.

Там сидели Амами-сан и Нитта-сан, прибежавшие прямо в форме горничных.

Нозому и Томоо-сэмпай — его сестра, студентка университета К.

Троица из Тачибаны и Аой-чан, младшая сестра Хачиги-сан.

Моя мама и Сора-сан.

Президент студсовета Такизава-кун со своей командой.

...А ещё Мидзуно-кун, которому мы помогали с мозаикой, и Танака-сан. Кажется, они всё-таки помирились.

Все они заняли места в первых рядах и ждали начала спектакля.

Конечно, это не сравнить с толпой на концерте рок-клуба, но я не собирался давать себе поблажек.

— Удачи, Маки. Я скоро выйду.

— Ага. Буду ждать.

Мы стояли друг напротив друга и держались за руки. Почувствовав тепло её ладоней, я глубоко вздохнул и шагнул в центр сцены.

— Выступает одиннадцатый класс третьего года обучения. Пьеса «Небо и ночь Накахары-куна».

Под голос диктора в полной темноте занавес медленно пополз вверх.

Сердце колотилось как сумасшедшее. «Тук-тук, тук-тук». Я дождался, пока на меня, как и обещала Накамура-сан, не упал свет прожектора.

...Ну, поехали.

— Я всегда был одиночкой. И вот впервые в жизни у меня появились те, кого я мог назвать друзьями. И по иронии судьбы обе оказались девушками.

Вроде бы в самом начале я слегка запнулся, но это мелочи. Главное — текст из головы не вылетел, значит, дальше всё пойдёт как по маслу.

— Они — абсолютные противоположности. И только я знаю, какие они на самом деле. В школе их считают недосягаемыми идеалами, но это чушь. Они обычные девочки, такие же, как все.

Прожекторы выхватили из темноты две фигуры по обе стороны от меня.

— Это Юнаги Сора. В классе она строит из себя серьёзную отличницу, но со мной часто ведёт себя как ребёнок. Наши отношения мы пока держим в тайне.

— ...

Уми в костюме школьницы-матроски и бутафорских очках молча посмотрела на меня и озорно улыбнулась.

Ситуация до боли напоминала реальность, но сейчас не время об этом думать.

— А это Асами Ёру. Душа компании, её обожают и парни, и девчонки. Она увлекается косплеем, и мы сдружились, случайно столкнувшись на одном фесте. Ёру общается со мной совершенно открыто. Ей всё равно на чужое мнение, так что о нашей дружбе знает вся школа.

— Эй-эй, Накахара! Фотки с прошлого сета вышли просто отпад! Я тебе потом скину в личку, заценишь, лады?

Для Хаякавы-сан это был полный разрыв шаблона, но она блестяще вжилась в роль энергичной девчонки.

По залу даже прокатился удивлённый гул (скорее всего, от кохаев из клуба кендо) — настолько разительным был контраст с её обычным поведением.

Что ж, старт получился отличным.

— Мне сказочно повезло встретить их обеих. Но у меня есть один огромный секрет. Дело в том, что...

— Накахара-кун...

— Накахара!

— Наши отношения — это тайна, ясно?

— Ни Сора, ни Ёру... не догадывались, что я общаюсь с ними обеими.

И спектакль перешёл к основной части.

Сценарий Накамуры-сан «Небо и ночь Накахары-куна» хоть и нагонял порой серьёзности, в душе оставался классическим подростковым ромкомом.

Первая половина строилась на комедии: главный герой Масаки Накахара паниковал, пытаясь разрулить отношения сразу с двумя напористыми героинями. А во второй, когда правда всплыла наружу, начиналась драма: герой мучительно выбирал, с кем остаться, и пытался разобраться в собственных чувствах.

Так как Накамура-сан писала сценарий с нас, многие детали и черты характеров слегка отличались от реальности. Но как самостоятельное произведение история работала безупречно, тут уж не поспоришь.

Зрители то и дело взрывались хохотом, так что задумка Накамуры-сан удалась на все сто.

По ходу действия меня окончательно отпустило, и я всё органичнее вживался в роль Накахары.

...Хотя, учитывая, что играл я, по сути, самого себя, ничего удивительного в этом не было.

— Ты уверен... что хочешь выбрать меня? Ёру-чан намного милее, красивее, её все любят... Мне с ней ни за что не сравниться.

— Мне плевать, что думают другие. Важно лишь то, что чувствую я сам. ...Сора, ты для меня дороже всех на свете. Поэтому я здесь. Вот и всё.

— ...Дурак ты, Накахара-кун...

Кульминация. Сцена признания.

Герой честно отказывает Ёру и мчится к дому Соры, чтобы выложить всё как на духу прямо у порога.

— Сора, я люблю тебя. Если я тебе не противен... давай встречаться.

— Угу... угу...

Сора (Уми), плача от счастья, принимает признание Накахары (меня) и целует меня в щёку.

По сценарию мы должны были лишь «сделать вид», но за эти полчаса мы так прониклись игрой, что поцелуй вышел абсолютно настоящим.

Зал ахнул, но, честно говоря, в оригинале сценария поцелуй таким и планировался — Накамура-сан собиралась использовать наш статус пары по полной.

Кстати, сразу после этой сцены на подмостки выскочила Накамура-сан с табличкой: «Внимание: эти двое встречаются по-настоящему». И, надо отдать должное зрителям, эта выходка даже сорвала смешок.

Так или иначе, спектакль подошёл к концу.

— Уми, Маки-кун, ребята~, это было просто супер~! Спасибо~!

— Староста, Асанаги, вы молодцы~.

— Маки, ты был крут! Я нафоткала кучу классных кадров!

— На бис! На бис!

— Мидори, это тебе не рок-концерт.

— ...

— Аой-чан тоже, кажется, понравилось~.

Не только наши друзья в первых рядах, но и обычные зрители были в восторге. Программу-минимум мы выполнили на отлично.

Начинали мы с мандражом, а теперь, когда всё закончилось, мне даже стало немного грустно.

— Большое спасибо!

Под громкие аплодисменты мы всей труппой поклонились и замерли, ожидая, пока занавес полностью опустится.

Как только радиоузел объявил об окончании спектакля и овации стихли, мы мигом вскочили и бросились разбирать декорации, чтобы освободить сцену для следующих ребят.

Недели подготовки испарились за пару минут. Обидно, но времени на рефлексию не было.

Фестиваль закончился, но наша жизнь продолжалась — дел было по горло.

— Эх, как же я вымоталась~. ...Вот и всё, Маки.

— Ага. Уберёмся здесь и снова засядем за учебники.

— И не надейся на поблажки. Завтра же начну гонять тебя по полной программе. Уяснил?

— Так точно. Но сначала мы разберёмся с твоим экзаменом по рекомендации.

— Хе-хе, точно. ...До Нового года осталось меньше двух месяцев. Время летит.

— Ага. Просто в мгновение ока.

Вроде бы только вчера мы обсуждали планы на будущее и переезд, а на пороге уже стоит зима.

Решающая зима.

Время, когда мы должны вложить все силы, весь опыт, накопленный за школьные годы, в один финальный рывок.

Стена перед нами всё ещё высока, но я верю: вместе с Уми мы её преодолеем.

— Маэхара-ши, Асанаги-чан. Гулять так гулять! Устроим сегодня классную вечеринку в честь премьеры. Классрук даже обещал подкинуть деньжат.

— А? Он поведёт тридцать человек в элитный ресторан якинику?

— Уми, ты так классрука по миру пустишь. Давай будем скромнее...

Но сегодня мы точно имеем право оторваться и сбросить напряжение.

И я, и Уми, и Накамура-сан, и Хаякава-сан — весь наш класс.

Неважно, кому достанется Гран-при на церемонии закрытия. Мы выложились на все сто, и это главное.

Поддержать переводчика:

• Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

• Бусти https://boosty.to/godnessteam

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN