— Значит, если подытожить, получается вот что. Ядро подземелья связано с каким-то местом в Обратном мире, и если вмешаться в ядро подземелья при помощи проклятия, то одно и то же проклятие можно применить ко всем подземельям, верно?

— Д-да, да-да!.. В-верно...

— ...

— ...

Юлия расцвела, услышав резюме Ерины.

Содержание, которое она, заикаясь, с трудом объясняла больше получаса, уместилось в десяти секундах.

Ерина глубоко вздохнула, села на место и принялась просматривать переданные Юлией материалы, один за другим.

«Не похоже, что она лжёт...»

То, что Ведьма Петенбурга занималась исследованием проклятий, было довольно неожиданно, но этот момент она пропустила. Хотя, если подумать, подобное даже подходило её прозвищу «ведьма».

Ключевой вопрос заключался в том, действительно ли заклятия передаются через сеть, связывающую ядра подземелий.

Если речь шла об исследованиях подземелий, то и Магическая Башня, и другие страны опубликовали огромное количество данных.

Согласно им, сеть, идущая от ядра подземелья, могла передавать информацию в обе стороны.

Подземелья передавали энергию в Обратный мир.

А он отдавал подземельям простые команды, например, на регулировку силы монстров.

Значит, теоретически через ядро подземелья можно было подключиться к сети Обратного мира.

Но именно что теоретически.

Поскольку ни межпространственный метод связи, ни структура ядра подземелья до сих пор не были до конца раскрыты, это казалось невозможным.

Однако Ведьма Петенбурга справилась.

Прорыв произошёл, когда она обнаружила, что ответ кроется не в магии, а в проклятиях, использующих демоническую энергию.

И Юлия раскрыла этот факт Святой и Ледяной Королеве.

Безвозмездно.

Она желала лишь одного.

Сотрудничества ради помощи Ю Джину.

— П-простые п-п-проклятия я у-уже про-проверила... Т-теперь, чтобы о-оказать з-значимое воздействие... на в-все подземелья... п-придётся задействовать г-г-гораздо больше демонической энергии и с-с-с-создать проклятие... М-моих сил в одиночку н-недостаточно...

Чтобы наложить проклятие на подземелья, требовалось колоссальное количество демонической энергии.

Однако в этом мире не существовало ни одной организации магов, готовой участвовать в плане ослабления подземелий.

Ведь в конечном итоге это лишь набило бы карманы презренным наёмникам.

Но с собравшимися здесь тремя всё было иначе.

Их объединяла общая цель. Они любили Ю Джина и желали его благополучного возвращения.

Поэтому они могли действовать сообща.

Пусть они и испытывали неприязнь друг к другу.

Но, как это ни парадоксально, именно поэтому они могли быть уверены в силе любви друг друга к Ю Джину.

Зная, что раскол может подвергнуть Ю Джина опасности, они смогли объединиться.

— Выходит, нам тоже нужно учиться проклятиям?

— Д-достаточно знать, к-как управлять демонической энергией... С-создание проклятий... я в-возьму на себя...

— Хорошо. Давайте попробуем.

Начался медленный и душный урок.

Тяжко было не только слушать невнятные объяснения Юлии, но и то, что само постижение демонической энергии было изнурительной практикой.

— Д-демоническая энергия... это э-энергия, рождаемая через и-истощение эмоций... В-в отличие от магии, где... н-нужно максимально и-исключить эмоции... здесь л-легче, если думать, что надо у-усилить определённую... эмоцию... и з-заключить её в демоническую энергию...

Опустошить чувства и заполнить разум исключительно рассудком — трудно, но любой может сделать это, упражняясь.

Именно поэтому магия была чудом, доступным, без преувеличения, каждому мужчине, каждой женщине, старому и малому.

Всё упиралось лишь в объём магической энергии в теле или в талант; в этом мире не было человека, неспособного применить даже простейшее заклинание.

Но проклятия требовали прямо противоположное тому, что требует магия.

Нужно было стереть рассудок и наполнить голову одними лишь эмоциями.

Необходимое условие — сильные чувства.

Неважно, что именно: ярость, любовь, сожаление — главное, чтобы они были неистовыми.

Тот, кто обладал такой страстью, мог стать заклинателем проклятий, ну или случайно пробудившись, или обучившись.

Но для того, кто прожил спокойную жизнь, демоническая энергия оставалась чем-то недостижимым, как бы он ни старался.

Поэтому магов, сплочённых рассудком и рациональностью, называли чудовищами.

Но среди заклинателей проклятий было много монстров в самом подлинном смысле.

Те, кто был поглощён эмоциями и больше не мог мыслить разумно.

Доля тех, кто лишался рассудка и сходил с ума, была очень высока.

Именно на них лежала ответственность за бесчисленные преступления, совершённые с помощью проклятий, что привело к гонениям на заклинателей проклятий во всём мире.

— Как Святая, я, разумеется, нахожу эту силу отталкивающей... Но порочна не сила. Порочен тот, кто ею злоупотребляет.

Проклятия — это злая магия, это скверная сила.

Церковь, опираясь на такую логику, препятствовала её распространению.

Просто потому, что это трудно формализовать и невозможно понять.

Но с точки зрения Джилл, проклятия обладали огромным прикладным потенциалом.

Если исследования продолжатся, то, возможно, однажды с них снимут ярлык «злой магии» и признают равной магии.

И у неё было необъяснимое предчувствие, что именно эта эльфийка непременно так и сделает.

«То, что я вложу, это чувства к Ю Джину...»

Все трое одновременно сосредоточились на одной мысли.

Они начали вкладывать свои эмоции в ману.

Сомнения, привязанность, ненависть, подозрения — всё касалось Ю Джина...

Бесчисленные мысли смешивались, постепенно окрашиваясь в чёрный цвет. (п.с. от беса. бля, дуры...)

От этого Юлию пробрала дрожь.

Говорили, что даже человеку с огромными чувствами, если он не обладает выдающимся талантом, потребуется как минимум три дня, чтобы ощутить демоническую энергию.

Но эти женщины меньше чем за час спокойно собирали демоническую энергию на кончиках пальцев.

Они ещё совершенно не знали, как ею управлять, но это не имело значения.

Ибо если они соберут демоническую энергию, то всё её использование Юлия планировала взять на себя.

— И что... теперь с этим делать?.. Ох?! Я, кажется, сейчас потеряю контроль!

— Я с-соберу её... В-вы... хорошо п-поработали...

Демоническая энергия, уже готовая рассеяться, подчиняясь формации Юлии, собралась в одном месте.

Неведомая сила в мгновение ока перехватила контроль над демонической энергией и заключила её в едином пространстве.

Три потока энергии смешались и стали одной сферой.

— А, а-а? П-почему так?..

Но гладкая сфера завибрировала, начала деформироваться и, вырвавшись из-под контроля Юлии, разделилась.

На мгновение им показалось, что сейчас произойдёт взрыв, и они резко отвернули головы.

— ...

Однако сгусток демонической энергии остался внутри формации в целости.

Под полным контролем, внутри формации, три шара вращались друг вокруг друга.

Хотя это была одна и та же демоническая энергия, почему же она разделилась?

Она попыталась снова собрать их воедино.

— Ы-ыть...

Но снова вмешалась неведомая сила отталкивания, и они опять разделились на три шара.

Понять это было невозможно.

Такое явление она видела впервые.

Остались записи о том, как демоническую энергию собирали с сотен, тысяч людей и делали единым сгустком.

Почему же эти три вида энергии не могли смешаться друг с другом?

При тщательном исследовании никакой разницы между тремя энергиями не обнаруживалось.

Все они были сгустками энергии, рождёнными из одинаково чёрных и безобразных чувств.

И всё же эти три вида энергии, словно вода и масло, категорически не смешивались.

— Так и должно быть, Петенбург?

— Н-нет... Я т-тоже вижу... это в-впервые...

Хотя Юлия научилась проклятиям самостоятельно, считать, что она уже постигла их в совершенстве, было нельзя.

Поэтому делать поспешные выводы о совершенно новом случае она не могла.

— В-выход... е-есть...

Конечно, то, что демоническая энергия не смешивается, ещё не рушило план.

Можно было просто разделить одно большое заклинание на три.

Пусть эффективность несколько упадёт, большой проблемы бы не возникло.

Все трое немедленно направились к одному из подземелий.

После того как всех монстров и босса убили, а стены разрушили, ядро подземелья, оставшись под солнечным светом и открытым для магии, больше не могло порождать монстров.

Но оно всё ещё оставалось активно.

— И-итак, н-начинаю...

Юлия скрестила руки и сложила печать.

Тотчас в заранее подготовленный тотем начал вселяться первый сгусток демонической энергии.

Второй сгусток в куклу колдуна.

А третий образовал формацию прямо в пространстве.

В тот миг, когда одновременно сработали три мощных заклятия, вобравших демоническую энергию трёх сверхлюдей, проклятие наложилось, и от ударной волны ядро подземелья с треском разбилось.

А затем ядро подземелья утратило свечение и обратилось в обычный магический камень.

Связь с сетью оборвалась.

— П-получилось?..

Трое немедленно через своих осведомителей проверили, применилось ли проклятие к подземельям в других местах, однако...

— Подтвердить этот факт не удалось.

— Подземелье без изменений.

— Изменений в подземелье нет.

Приходили лишь разочаровывающие ответы.

Раз не выходит — ничего не поделаешь.

Остаётся только сдаться...

Так трое, столь драматично согласившись на сотрудничество, снова разбрелись кто куда.

***

[Благословение Святой Джилл усиливает монстров подземелья.]

[Проклятие Ведьмы Юлии наделяет монстров подземелья слабой токсичностью.]

[Из-за злобы Ледяной Королевы Ерины подземелье наполняется холодом.]

— Что за...

Едва ступив в подземелье, я потерял дар речи.

Это окно системы я видел впервые.

Хотя нет. На самом-то деле не впервые.

Я уже знал, что на подземелья можно накладывать проклятия.

Но то, что их наложил кто-то другой, случилось впервые.

Да ещё и источник... не кто иные, как три главные героини...

— Гр-р-р?

— Блять.

Более того, гоблин, что попался мне на глаза, был бел от напитавшей его стужи.

Было бы хорошо, если бы он так и замёрз, став медлительным, но он, наоборот, двигался ещё быстрее прежнего и бросился на меня.

Прежде чем он успел приблизиться, я выпустил луч демоническим мечом и разрубил его.

Кровь твари, брызнувшая на пол и стены, коснувшись, тут же прошипела и разъела камень.

Яд...

Да ещё и сильнокислотный, судя по всему.

— Хаааааа...

К тому же это была не обычная стужа.

Пока что изо рта у меня лишь вырывался пар, не более.

Но со временем холод просачивался внутрь тела, и я чувствовал, как всё тело леденеет.

Каждый из этих дебаффов по отдельности был смертелен.

С такими дебаффами и мне тяжело, а для обычных наёмников это, без сомнения, катастрофа.

Их средство к существованию будет уничтожено.

— Чё они вообще творят? Они с ума сошли?!

Я совершенно не понимал их намерений.

Ради какой выгоды было усиливать подземелья?

Это привело бы к сильному ослаблению Гильдии наёмников и колоссальному росту ущерба от монстров.

Конечно, все трое теряли рассудок, когда дело касалось меня, но, будучи лидерами народа, они никогда не бросали собственный народ на произвол судьбы.

Что-то было не так.

По крайней мере, лишать наёмников их хлеба точно не могло входить в намерения главных героинь.

«Кстати говоря, особых проблем с подземельями ведь не было?»

Я же всегда получаю новости о подземельях и наёмниках.

До самого входа в подземелье я не слышал известий о том, что на них обрушилась такая беда.

На всякий случай я вышел из подземелья и отыскал наёмников в ближайшей таверне.

— А? Подземелье стало холодным, монстры усилились, а их кровь стала ядовитой? Братец, тебе, часом, не снится?

— Я только что из подземелья, ничего такого не было.

— ...

Может, только то подземелье Черной звезды, куда я зашёл, было особенным?

Я направился в другое подземелье Чёрной звезды.

[Благословение Святой Джилл усиливает монстров подземелья.]

[Проклятие Ведьмы Юлии наделяет монстров подземелья слабой токсичностью.]

[Из-за злобы Ледяной Королевы Ерины подземелье наполняется холодом.]

— ...

Может, это общая проблема для подземелий Чёрной звезды?

На этот раз я решил исследовать подземелья Красной звезды и Жёлтой звезды.

[Благословение Святой Джилл усиливает монстров подземелья.]

[Проклятие Ведьмы Юлии наделяет монстров подземелья слабой токсичностью.]

[Из-за злобы Ледяной Королевы Ерины подземелье наполняется холодом.]

— Ах вы ж су...

Примерно после пяти заходов в разные подземелья, и после того, как я отправил Нерешил внутрь одну, без меня, до меня наконец дошло.

— ...Проблем нет... Обычное подземелье.

— Тогда почему, когда я захожу, всё превращается в адский режим сложности!

Это дурацкое проклятие.

Оно действует только на меня.