Дядя Хуа вошёл в палату, где его поприветствовали родители Чжоу Юаня, и отложил фрукты в сторону, а Мяомяо вручила больному другу цветы.

Как принято, посетители покупают пациенту цветы и фрукты. Изначально дядя Хуа планировал взять только фрукты, но, заметив возле фруктовой палатки цветочную лавку, решил купить небольшой букет, чтобы Мяомяо подарила его Чжоу Юаню.

Больница была наполнена сильным запахом лекарств. Мяомяо запомнила этот запах после визита к тёте Хуа, когда та лежала в больнице, однако в тот раз все её мысли были лишь о матери, поэтому она не обратила внимания на больничный аромат. Теперь же от ощущения всепроникающего запаха больницы ей стало дурно.

Чжоу Юань закашлялся. Мяомяо тут же сбросила туфельки, забралась на койку и похлопала друга по спине.

— Ты кашляешь, потому что здесь так воняет? — тихо спросила она и, ощущая больничный запах, тоже покашляла.

Чжоу Юань хотел было сказать, что кашляет из-за простуды, но, подумав, осознал, что ему потребовалось бы объяснять, как он простудился, и чтобы избежать излишних разъяснений, кивнул в ответ.

Конечно, Чжоу Юань мог бы сказать, что простудился от холодного ветра, задувавшего в его комнату прошлой ночью, из-за которого впоследствии не смог уснуть.

После бессонной ночи Чжоу Юань ощущал вялость. Он и хотел бы уснуть, однако ему не спалось.

Чжоу Юань отказывался признаться, что оказался в таком состоянии из-за вчерашней лекции о законах эпохи династии Цинь.

«Если я это признаю, то автоматически распишусь в своём ребячестве, ведь только дети пугаются таких рассказов».

Решив, что больничное зловоние действительно вызвало у Чжоу Юаня кашель, Мяомяо закатала рукав. Хотя её рука успела зажить, на ней всё ещё была видна сеть шрамов. Впрочем, Чжоу Юань, столько времени просидевший с Мяомяо за одной партой, уже привык к её особенности.

«Как вкусно пахнет», — подумала Мяомяо и поднесла руку к носу Чжоу Юаня.

По утрам и вечерам Мяомяо наносила на изрезанные руки крем, скрывающий шрамы. Крем обладал приятным фруктовым ароматом, гораздо более приятным, чем вонь больничных палат. Сегодня на руки Мяомяо был нанесён крем с ароматом клубники.

Мяомяо оттянула руку, понюхала её и восхитилась своим ароматом.

— Я сегодня пахну клубникой, да? — спросила она и снова поднесла руку к носу Чжоу Юаня.

Действительно, запах крема был очень похож на аромат клубники.

Взрослым не хотелось вмешиваться в детские разговоры, а потому они вышли из палаты и позволили детям пообщаться без лишних ушей.

Дядя Хуа мимоходом упомянул о поиске нового дома.

— В нашем районе как раз продаётся дом, соответствующий всем вашим требованиям, только он находится далековато от школы, — вспомнил Чжоу-старший.

— Это не так уж и важно, — вступила в разговор мать Чжоу Юаня, заглянув в палату, где тем временем беседовали друзья. — Мы ведь можем по очереди подвозить наших детей в школу и так же забирать их. А вообще, даже если дом находится в нашем районе, вам всё равно стоит лично проверить, подходит ли он вашей семье.

Дядя Хуа обдумал слова матери Чжоу Юаня. Предложение показалось ему заманчивым и, желая побольше узнать о продаваемом доме, он спросил у супругов Чжоу телефонный номер предыдущего хозяина.

Вчера Мяомяо весь день провела за изучением новых домов, из-за чего ей не хватило времени на разговор с Чжоу Юанем, поэтому сегодня она решила рассказать ему обо всех вчерашних событиях.

— Та тётя-агент оказалась очень доброй и угостила меня кисленькой конфетой. У первого дома был большой двор, но папа сказал, что полы отсырели, — увлечённо рассказывала она.

Чжоу Юань, успокоенный ароматом клубники и голосом Мяомяо, погрузился в сон.

Мяомяо, удивлённая реакцией друга, с сожалением замолчала: ей ещё о стольких подробностях хотелось рассказать, но, как бы сильно не было желание, будить Чжоу Юаня она не стала и решила поскорее вернуться домой, где мать ждала её к обеду.

Во сне Чжоу Юаню виделось лишь клубничное поле и никаких ужасов.

К тому времени, как Чжоу Юань проснулся, Мяомяо уже ушла. Заметив его пробуждение, мать присела рядом с ним.

— Может, тебе всё-таки стоит общаться со сверстниками? — спросила она.

Говорят, с возрастом многие постепенно теряют друзей и оказываются в одиночестве. Да, именно так и происходит, ведь взрослым требуется уделять больше внимания себе и исполнению своих новых обязанностей, а в какой-то момент друзья детства расстаются и вырастают порознь, больше не общаясь. Старая дружба исчезает, новая появляется: вот одно из чудес жизни.

По мере взросления наши запасы времени, сил и терпения сокращаются и их оказывается недостаточно для создания новых дружеских связей.

Более того, поскольку Чжоу Юань — ещё ребёнок, ему не удастся найти верных друзей среди взрослых студентов.

— Я вот считаю, что мне прекрасно живётся университетской жизнью, — немного подумав, ответил Чжоу Юань.

— Если ты продолжишь учиться в университете, то больше не сможешь общаться с подругой, которая только что тебя навещала, ведь вы совершенно утратите общий язык, — настаивала мать.

— У нас и так нет общего языка, — возразил Чжоу Юань.

«Они же только что разговаривали. Разве они не друзья?» — мысленно удивлялась мать.

Пока Чжоу Юань настаивал на своём, дядя Хуа сообщил Мяомяо, что, возможно, в ближайшем будущем она будет жить рядом с другом.

— Улица Булочная 222, — вспомнила Мяомяо адрес.

Дядя Хуа тоже запомнил этот адрес после того небольшого инцидента с побегом дочери ради встречи с Чжоу Юанем. Ему хотелось обязательно обсудить предложение с женой: если дом подойдёт им по всем параметрам, они, наконец-то, смогут переехать в собственное жильё.

Хотя Мяомяо ещё не видела новый дом, её уже переполняла радость от возможного переезда поближе к другу.

Следующим утром Мяомяо с довольным видом подсела к Чжоу Юаню.

— Чжоучжоу, скоро мы будем жить в одном районе, — восторженно объявила она.

Чжоу Юань коротко помычал в ответ.

— Тогда мы сможем вместе ходить на танцы, — продолжила Мяомяо.

Чжоу Юань промолчал. Уже сейчас они жили не так уж и далеко друг от друга, поскольку посещали одну и ту же школу.

Мяомяо ощущала крайнюю степень счастья. Она всегда проявляла дружескую симпатию к Чжоу Юаню и потому была рада шансу ходить в школу и возвращаться домой вместе с ним, прямо как Цзинцзин и Дэн Фэн.

Мяомяо знала, что Цзинцзин и Дэн Фэн часто ссорятся, однако ей вовсе не хотелось ругаться с Чжоу Юанем. Она лишь желала крепко дружить с ним.

От мыслей о предстоящем сближении с другом Мяомяо приходила в восторг. Естественно, она помнила, что Чжоу Юань только вчера был болен, и потому принесла ему из дома бутылочку тёплой воды. Ей было точно известно, что при простуде полагается обильное тёплое питьё.

Чжоу Юань внимательно осмотрел розовую бутылочку, украшенную кошачьими ушками, и перевёл взгляд на Мяомяо, глядящую на него с такой надеждой, будто она считала, что пара глотков воды полностью излечит его от болезни.

Чтобы уберечь окружающих от заражения, Чжоу Юань надел маску. Раньше одноклассники уже видели его в маске и спокойно отнеслись к этой детали.

Чжоу Юань приспустил маску и глотнул воды из драгоценной бутылочки.

— Папа сказал, что ты скоро поправишься, — объявила Мяомяо.

На следующий день Чжоу Юань окончательно выздоровел. Кошмаров ему также более не снилось, однако он никому не рассказывал о причине заболевания, поскольку это подорвало бы серьёзность его имиджа.

Также Чжоу Юань, к своему удивлению, обнаружил, насколько прекрасна клубника.

Дядя Хуа поехал осматривать дом, о котором ему рассказывал Чжоу-старший: действительно, дом соответствовал всем требованиям, к тому же к нему была пристроена терраса, на которой, по словам прежнего хозяина, удавалось выращивать овощи и цветы.

Дом выставили на продажу, так как сын владельца переехал в другой район, чтобы ухаживать за пожилыми родственниками.

Дяде Хуа очень приглянулся этот дом и, обсудив детали с тётей Хуа, он твёрдо решил: «Берём».

Однако перед заселением предстояло выполнить множество дополнительных процедур и изменить декор нового жилища.

По возвращении Мяомяо из школы взрослые сообщили ей, что переезду — быть.

Для Мяомяо расположение нового дома рядом с домом Чжоу Юаня означало, что они смогут вместе ходить в школу и вместе же возвращаться домой.

Мяомяо настолько обрадовалась этой новости, что от восторга съела за обедом целых две тарелки риса.

«Теперь я буду выполнять домашнее задание дома у Чжоучжоу! Более того, я смогу приглашать его к себе в гости!» — мысленно радовалась она в предвкушении грядущих перемен.

Желая сообщить Чжоу Юаню это радостное известие, Мяомяо позвонила ему, но тот не ответил, хоть и узнал номер.

Его родители снова ссорились. Причиной ссоры стало обнаружение матерью того, что Чжоу Юань законспектировал в тетради историю права. Пробежавшись по страницам, она нашла записи о жестоких наказаниях, которые император династии Цинь применял к своим подданным.

После прочтения этого жуткого конспекта мать Чжоу Юаня охватил ужас, сменившийся гневом от осознания того, что маленькому ребёнку позволили читать о кровавых казнях эпохи династии Цинь.

Хотя Чжоу-старший признавал изучение истории права неприемлемым для ребёнка, он всё же считал, что Чжоу Юань сможет спокойно посещать лекции по гражданскому и торговому праву.

— Почему я не могу сам выбирать те дисциплины, которые мне нравятся? — вмешался в разговор Чжоу Юань.

По мнению самого Чжоу Юаня, ему было не место среди неразумных сверстников, закатывающих истерики родителям. Ощутив сладость плода познания, он чётко осознал, чего именно желает от жизни. Идея обретения новых знаний манила юного гения. Ему казалось, что это его шанс войти в другой мир, в котором он сможет изучить то, чего не знал ранее.

Чжоу Юаню не хотелось растрачивать своё время в начальной школе. У него всего одна жизнь и было бы преступно растрачивать её на подобные мелочи.

Мать Чжоу Юаня на мгновение застыла и, сев в кресло, взглянула на упрямого сына.

«Возможно, я неправа и для Чжоучжоу этот выбор не станет ошибкой».

Она сожалела о потерянном детстве, об упущенном шансе завести друзей и сохранить тёплые воспоминания о детских годах.

«Возможно, Чжоучжоу это совершенно неважно».

Мяомяо была немного удивлена увидеть, что Чжоу Юань отклонил вызов.

«Почему же он не ответил?» — задумалась она. — «Ну и ладно, завтра всё равно встретимся».

Следующим утром, придя в школу, Мяомяо обнаружила Чжоу Юаня сидящим на своём месте.

— Чжоучжоу, Чжоучжоу! — восторженно закричала она. — Папа сказал, что мы точно будем жить в одном районе! Мы будем вместе уходить в школу и вместе возвращаться! Здорово, правда?

С момента первой встречи Мяомяо значительно изменилась.

Когда Чжоу Юань только познакомился с Мяомяо, она из робости пряталась за матерью и боялась при встрече смотреть ему в глаза.

Теперь же она была полна жизненных сил и желания общаться.

Глядя на подругу, Чжоу Юань поймал себя на мысли, что даже не заметил, когда именно она изменилась, отчего немного взгрустнул, однако тут же подавил эмоции.

— Я ухожу из этой школы на следующей неделе, — объявил он.

Мяомяо непонимающе моргнула.

Чжоу Юань повторил свои слова. В этот раз до Мяомяо дошло.

— Значит, ты перестанешь общаться с наивной ребятнёй? — спросила она, поразмыслив над заявлением Чжоу Юаня.

Мяомяо отлично помнила слова Чжоу Юаня о том, что, обладая таким умом, ему необязательно посещать начальную школу.

— Ты не наивная, ты очень хорошая, — ответил Чжоу Юань, поняв, что Мяомяо имеет в виду.

— Но ты всё равно не хочешь общаться с детьми, — возразила Мяомяо. В её словах не было негатива, она лишь констатировала факт. — Ну ладно, можем продолжить общаться, когда я вырасту и мы оба будем ходить в университет.

Мяомяо не осознавала, что Чжоу Юань не будет ходить в университет, когда вырастет, если получит высшее образование уже сейчас.

Чжоу Юань не знал, что сказать, однако у него возникло неприятное ощущение, похожее на то, что обычно возникает при простуде.

В отличие от простуды, это состояние не удалось бы облегчить лекарствами.

Узнав об уходе Чжоу Юаня, Цзинцзин вывела Мяомяо и Дэн Фэна из класса, чтобы обсудить ситуацию.

«У меня нет интереса к детским рассуждениям, даже если они с высокой вероятность касаются меня и моего ухода», — подумал Чжоу Юань и молча проводил друзей взглядом.

— Если Чжоучжоу от нас уходит, следует подарить ему что-нибудь на прощание, — предложила Цзинцзин.

— Но что мы ему подарим? — спросила Мяомяо, одобрительно кивнув.

— А что ему нравится?

— Я… даже не знаю, — ответил Дэн Фэн.

Как и Дэн Фэн, Мяомяо не знала, что предпочитает Чжоу Юань, однако, поскольку среди друзей она была к нему ближе всех, Цзинцзин поручила ей найти ответ на этот вопрос и, конечно же, попросила друзей не рассказывать Чжоу Юаню о покупке подарка, чтобы сюрприз состоялся.

«Вряд ли я с этим справлюсь», — подумала Мяомяо.