Даже сейчас, когда перед Харрисоном стоял человек, по чьей вине погиб Кит, он не чувствовал ненависти.

В нём не было ни ярости, ни желания мстить.

Он даже не пытался этого скрыть, хотя до этого мастерски изображал перед Святой любовь, заботу, преданность.

Но Кейтлин знала Харрисона с детства.

[Он редко показывал свои чувства, зато его глаза...они всегда говорили больше, чем лицо.]

[И сейчас он не притворялся.]

[То, как он смотрел на Женевьеву, на свою жену, в этих глазах было благоговение, восхищение…любовь.]

[Та самая любовь, которую Кейтлин так отчаянно искала всю жизнь, и так никогда и не получила.]

[Как можно было доверять этому «инструменту»? Человеку, посмевшему полюбить ту, кого он должен был презирать?]

«Кит не доверял тебе потому, что ты был слишком занят, играя в семейную идиллию с этой дрянью.»

«…»

«Разумеется, он не стал тебя использовать. Ведь ты - сын предателя.»

«Если бы я тебя предал, ты бы уже давно была мертва.»

«…»

«Если ты закончил, отойди. Мне нужно запереть их. А тебе, лучше вернуться в каюту и перевязать свои раны.»

Он даже не стал оправдываться.

Кейтлин только холодно усмехнулась.

«Это ещё не конец.»

«Кейтлин.»

Она покачнулась, приближаясь к Адалин.

Та еле приподняла голову, чтобы взглянуть на надвигающуюся тень. [Если Кейтлин ударит ещё раз, особенно по животу, она точно потеряет сознание. Она и так была на грани.]

Но удара не последовало.

Кейтлин просто встала над ней и посмотрела сверху вниз, как на что-то жалкое, ползущее в грязи.

«Ты хочешь жить?»

Адалин молчала.

[Как же ей хотелось плюнуть этой женщине прямо в лицо.]

[И она жалела, что не сделала этого раньше, прежде чем та пнула её в живот.]

[Конечно, я хочу жить. Всё, что я делаю, ради этого.]

[Среди всех в этом мире Адалин больше всех боялась смерти.

И сильнее всех хотела жить.]

[Но за пять лет одиночества она кое-что поняла.]

[Просто существовать, это ещё не значит жить.]

[Одного дыхания недостаточно, чтобы считать себя живой.]

[Да, она хотела жить.]

[Сильнее всех.]

[Но не просто жить, а жить по-настоящему. Жить счастливо.]

Кейтлин заметила этот неукротимый огонь в её глазах и процедила:

«Харрисон прав. Мне нужно быть рассудительнее.»

Харрисон только тяжело вздохнул.

[Рассудительность, последнее, что подходило к Кейтлин.]

«Подумав, я пришла к выводу, что убивать тебя, пожалуй, не имеет смысла.»

«Каждый раз, когда я на тебя смотрю, перед глазами встаёт эта отвратительная принцесса Мия.»

«Я хотела избавиться от тебя только для того, чтобы причинить боль Святой.»

«Но…возможно, ты ещё пригодишься как разменная монета.»

«…»

«Хотя одной пользы от тебя мне будет мало.»

Под благовидной маской звучала лишь дешёвая жажда мести.

В её взгляде светилась ледяная злоба, хищная и мучительно затаённая.

[Тот, кто потерял всё, боятся уже ничему.]

И Адалин задавалась вопросом: [как человек, некогда влетевший в её жизнь, как ураган, стал таким пустым?]

[Может быть, власть разрушает прежде всего того, кто ею злоупотребляет.]

[Кейтлин, уверенная, что весь мир крутится вокруг неё, возомнила себя богом.]

[Она считала, что всё должно происходить по её прихоти.]

[Что желания других - ничтожны. Что люди - не более чем пешки.]

[Но жить в одиночку - невозможно.]

[А, она так и не поняла этого.]

«Убей Святую своими руками. Тогда я позволю тебе жить.»

[Это было грязное предложение.] И Кейтлин произнесла его с самодовольной улыбкой.

Адалин только горько усмехнулась и тихо пробормотала:

«Ты просто…мерзость.»

«Что ты сказала?»

Кейтлин наклонилась ближе.

И в этот момент Адалин со всей силой плюнула ей в лицо - кровь и слюна брызнули прямо в глаза.

«Лучше сдохну, чем сделаю это, сумасшедшая тварь.»