— Ты сказал, что тебя зовут Декарабия, да? Тебе повезло. У меня сейчас хорошее настроение, так что я поиграю с тобой, пока ты не будешь доволен, — с ухмылкой произнёс Заган, мягко приземляясь рядом со своим противником… Правда, было неясно, слышал ли его Декарабия, будучи полностью погребённым под обломками деревьев и комьями земли.

“Никогда бы не подумал, что наблюдать за чужими любовными приключениями будет так забавно.”

Ну, если бы всё закончилось разрывом отношений, то это, наверное, было бы довольно удручающе, так что, возможно, не стоит слишком увлекаться подобными зрелищами. Но, честно говоря, это было крайне весело.

Вдруг Заган хлопнул в ладоши, словно вспомнив о чём-то важном.

— Хотя, думаю, одна моя подчинённая выразилась бы иначе. Она утверждает, что такие волнительные вещи выглядят куда прекраснее, если аккуратно наблюдать за ними со стороны. Так что лучше не вмешиваться.

Если бы Декарабия помешал им в тот момент, Барбатос и Шастиль наверняка разорвали бы его на части. Фактически, можно было сказать, что Заган его спас, когда просто отбросил ногой. Он даже начал подумывать, что заслуживает за это благодарности.

Декарабия безэмоционально поднялся на ноги. Возможно, его слишком сильно приложило от удара, потому что он выглядел растерянным, словно не понимал, где находится.

“Хм? Его раны выглядят хуже, чем прежде.”

Без повязки на глазу область вокруг его жалкого правого глаза была измазана кровью. Вместо того чтобы сказать, что рана от Священного Меча ещё не зажила, было бы правильнее предположить, что он сам причинил это себе.

В этот момент прибежал Ричард и его люди.

— Лорд Архидемон! Мы окажем вам поддержку!

— Мм. Но делайте это потише. Если мы будем слишком сильно шуметь, Шастиль и Барбатос не смогут сохранить нужную атмосферу. А я после этого хочу вернуться к наблюдению за ними.

Или, может, лучше оставить их в покое и вернуться к прогулке по пляжу с Нефи. Пока Заган серьёзно раздумывал над этим вопросом, Декарабия наконец пришёл в себя и, хохоча, взмыл в воздух.

— ХЬЯХАХА! Вот теперь ты доигрался, ЗАГААААН! Разве я не говорил, что займусь тобой позже?!

Декарабия резко развернул корпус и метнул вперёд кулак, словно стрелу. В ответ Заган просто небрежно выставил вперёд оба сжатых кулака.

— Не будь таким холодным. Разве не ты начал дурачиться первым?

— Гах?!

Правый кулак Загана врезался прямо в лицо Декарабии, отчего Ангельские Рыцари сильно удивились.

— Его удар попал?

Днём, во время их схватки, он легко уклонялся ото всех ударов Загана. Рыцари видели это собственными глазами.

Заган рассмеялся так, словно выиграл в лотерею.

— О? Я попал. Давненько я этим не занимался, но, похоже, получилось довольно неплохо. Может, стоит на днях заглянуть в Кианоидес и поучить тамошних детишек?

Из двух рук, которые Заган выбросил вперёд, левая встретилась с кулаком Декарабии, а правая впилась в его лицо. Это был один из приёмов боевых искусств, которым он овладел ещё в детстве, когда был уличным оборванцем. Если он был достаточно эффективен даже против колдунов, то, пожалуй, стоило бы обучить этому приёму детвору из города, на которую могли вести охоту, вроде юной вульпины Куу.

Из носа Декарабии брызнула кровь. Однако его лицо исказилось от радости.

— Хе-хе-хе, вот так. Не строй из себя важную шишку, покажи мне, на что ты способен, используя боевые искусства! Давай, покажи мне всё, что у тебя есть! ХЬЯХАХААААА!

После этого безумного смеха Декарабия внезапно замер.

— Но знаешь, почему бы тебе не использовать немного магии? Ты настолько слаб, что не можешь колдовать и драться одновременно? Что, реально не можешь? Неужели наш Заган такой слабый? Ты издеваешься? Дразнишь меня, да? Если будешь меня дразнить, я начну дразнить тебя в ответ, понял?

— Хватит говорить такие отвратительные вещи. Это называется выдержка сильного.

— ХАХ! Так ты реально дразнишься! — Декарабия повернулся в сторону, откуда к ним бежала Нефи, — ХИ-ХИ! Это твоя избранница, дааааа?!

Декарабия прорвался сквозь блокаду Ангельских Рыцарей и стремительно бросился к Нефи.

— Мм. Это моя любимая невеста. Ты можешь считать, что право увидеть её силуэт – это самое великое, что ты встретишь в своей жизни.

Заган предугадал действия Декарабии и прыгнул в том же направлении в тот же момент. Он обвил его шею ногой и силой вдавил его в землю.

— ГВАХ!?

Шея Декарабии была раздавлена, и из неё хлынула кровь. Заган ещё раз пнул его по голове, и шея Декарабии искривилась под странным углом, но он встал, как будто не ощутил никакого удара.

— Хак... Как... странно... хррррг... почему ты не серьёзен... гхррр... даже когда я... целюсь... по ней?

Его голос звучал странно, как если бы он был под водой. Затем он обеими руками выпрямил шею и мгновенно восстановился. Заган просто скривил лицо в недовольной гримасе.

— Посмотрим. Это то, что называют состраданием. Причину, по которой ты размахиваешь такой неисправной силой, тоже можно считать моей ответственностью.

Декарабия уставился на него с удивлением.

— Чего?

— Хм. С чего мне начать? Не знаю, насколько ты сам осознаёшь это, но... та магия отражения, которую ты используешь, изначально была моей.

Это была магия, которую молодой беспризорник Заган использовал, чтобы убить мага Андраса. Однако это было не что иное, как импровизация совершенно неопытного новичка. В ней было несколько серьёзных недостатков, поэтому Заган затем значительно её улучшил. Это и было истоком его способности поглощать магию.

“Когда я убил этого парня, я мог использовать только магию отражения”

Если он тогда украл знания Загана, то логично предположить, что он был способен только на отражение.

— Ха...? — Декарабия открыл рот, а Заган продолжил:

— Эта магия способна только отражать заклинания, направленные на тебя. Ею нельзя остановить физическое усиление и нельзя заблокировать такие непрямые атаки, как тень Барбатоса.

Изначальная боевая техника Барбатоса была техникой убийства, когда он скрывался в тенях противника и забирал их жизнь, не позволяя им сопротивляться. Не важно, насколько ты силён в боевых искусствах, ты умрёшь, если тебя из ниоткуда ударят ножом в спину.

— Кроме того, есть драконье дыхание, фоморианский злой глаз или даже атака во сне от суккубов. Ты не можешь заблокировать эти уникальные способности рас. Как только твоя способность была единожды раскрыта, она больше не сработает, если её нельзя применить неожиданно.

Именно поэтому Гремори и Фолл не воспринимали Декарабию как угрозу. Они были магами, которых считали кандидатами в Архидемоны. Они могли сразу заметить недостатки в магии, и, вероятно, обе они уже заметили связь с способностью Загана поглощать магию.

— Если бы я использовал свою завершённую способность поглощать магию против твоей несовершенной силы, разве это не было бы простой трусостью? — Заган принял боевую стойку. — Поэтому я буду сражаться с тобой только используя свои боевые искусства.

Декарабия стоял в растерянности, словно он вообще не услышал Загана, но вскоре хлопнул в ладоши, как будто что-то понял.

— Я не совсем понимаю, но ты говоришь, что думаешь, что сможешь победить меня без использования магии? Тогда, если я заставлю тебя использовать магию, то я победил, да?!

— ... Ну, наверное, да?

Заган не думал, что разговаривать с кем-то, до кого он никак не может достучаться, будет так утомительно. Он не смог сдержать вздох. В любом случае, после того как Заган подтвердил это, Декарабия снова засмеялся как маньяк.

— Хи-хи-хьяяя! Тогда давай покажу тебе мою специализацию!

Декарабия собрал ману в свои боевые перчатки. Однако ещё более зловещую ауру излучал его серебряный правый глаз, теперь освобождённый от повязки. Испорченная мана разливалась вокруг, вызывая подступающую к горлу тошноту.

“Так этот искусственный глаз действительно магический артефакт?”

Глаз, возможно, снабжал его маной. Пока Заган анализировал ситуацию, Декарабия завершил своё заклинание.

— ХЬЯХАХА! Разнеси их в клочья! Вихревой Поток!

Из боевых перчаток Декарабии вырвался вихрь маны. Это был поток разрушительной силы, который обращал в атомы всё, что его касалось. Это не было каким-то изощрённым заклинанием, которым могли бы похвастаться кандидаты в Архидемоны. Это было чистое проявление грубой силы, выброс чудовищного количества маны. Однако...

— Угх... Ч-что это за мощь...!?

Ангельские Рыцари отшатнулись. Объём маны, исходящей из этого серебряного глаза, был колоссальным. До такой степени, что его уже можно было сравнить с силой Печати Архидемона.

“Хм. Я гадал, почему он скрывал его под повязкой, но, похоже, это была своего рода печать.”

Эта мана явно превышала способности самого Декарабии. Он не мог контролировать её, а лишь высвобождать. Сам факт выброса такого количества маны на регулярной основе, возможно, и стал причиной его безумия.

Повязка, вероятно, также защищала его от проклятия этого искусственного глаза. Но теперь её больше не было. Если он применит боевые искусства, владея такой силой, даже Архидемон не сможет избежать его удара.

Заган сделал шаг навстречу этой зловещей силе.

— Господин Заган! — закричала Нефи. Это было вполне естественно. Как говорил и сам Заган, это не было магией – лишь бесхитростный поток разрушительной силы.

И Заган шёл прямо в него, без какой-либо защиты, не в силах поглотить его, даже не усиливая своё тело. В своём текущем состоянии он был слабее даже Ангельских Рыцарей без их Освящённой Брони. Если бы он попал в этот поток разрушения, его мгновенно обратило бы в пепел.

“И именно поэтому для него это будет унизительно.”

— Не бойся, Нефи. Такая детская забава, которую даже магией не назовёшь, не оставит на мне ни единой царапины, — объявил Заган, рассмеявшись.

Он сделал шаг вперёд, входя в самую гущу вихря.

И первым, кто распахнул глаза в изумлении... был Декарабия.

Хотя он и находился внутри этого потока разрушения, который должен был разорвать его тело в мгновение ока, Заган стоял там как ни в чём не бывало.

Он сделал ещё один шаг вперёд.

Поток разрушения коснулся края его юкаты и разорвал его в клочья, словно тряпку. Но даже так Заган не выглядел обеспокоенным, словно всё это было лишь лёгким бризом.

“Мана, которая просто бушует без контроля, всё же довольно груба.”

Магия Декарабии была чем-то вроде заброшенной наспех сети. Она была прочной и покрывала большую область, но имела множество огромных дыр. Заган просто двигался вперёд через эти разрозненные дыры в вихре.

Это была магия самого Декарабии. Он наверняка уже и сам всё заметил. Его лицо застыло в выражении чистого шока.

— Ты... можешь это увидеть...?

— …? О чём ты говоришь?

Заган недоумённо склонил голову набок. Но даже так он не остановился. Видя это, Декарабия, казалось, полностью убедился в чём-то.

— Не прикидывайся! Ты видишь поток маны, да?!

— Разве не любой маг на это способен?

Заган понятия не имел, почему Декарабия так удивлён. Видя его полное равнодушие, Декарабия яростно замотал головой.

— Да ни хрена! Я забрал этот глаз именно потому, что не мог видеть эту дрянь!

— Мне-то какое дело? Это просто значит, что ты не подходишь на роль мага.

Заган не мог этого знать, но эти слова были чем-то, что Декарабия просто не мог позволить произнести. Его глаза распахнулись настолько широко, что казалось, будто искусственный глаз вот-вот выпадет, а с его лица исчезло всякое выражение.

— Я, блять, убью тебя!

Мана, рассеянная в воздухе, собралась в перчатке Декарабии. Этот удар можно было бы сравнить с ударом самого Архидемона.

“Хм. С таким объёмом маны он, возможно, действительно мог свергнуть хотя бы одного Архидемона.”

К несчастью, как бы он ни старался, эта сила никогда не достигнет Загана. Кулак Декарабии приближался. В отличие от его предыдущих ударов, этот мог превратить Загана в кровавое месиво одним касанием. Удар нельзя было отклонить, не коснувшись его, а если бы Заган попытался встретить его своим ударом, то сломал бы собственный кулак.

И в этот критический момент Заган впервые принял стойку. Он резко пригнулся и бросился вперёд, прямо к груди Декарабии, где концентрация маны была наименьшей.

Ранее он шёл так расслабленно, а теперь внезапно рванул вперёд. Декарабия потерял цель, и его перчатка прошла мимо. Однако в следующее мгновение его искусственный глаз судорожно забегал, выискивая Загана, который уже был прямо перед ним. Теперь его левый кулак тоже шёл в атаку.

“Но ты опоздал.”

Заган нанёс удар быстрее, чем Декарабия успел среагировать. Однако волны маны, исходящие от перчатки Декарабии, немного сбили Загана с его стойки. Его кулак ударил вскользь по подбородку противника с глухим звуком.

— ХЬЯХАХА! Промазал!

Но даже от этого касания кулак Загана разлетелся вдребезги. Его кожа треснула, мышцы разорвались, и даже кости оголились. Без использования магии для регенерации боль была нестерпимой, пронизывая мозг резким шоком.

Левый кулак Декарабии уже летел навстречу. Заган стиснул зубы, резко развернул тело и едва ушёл от удара. Он избежал прямого попадания, но мана всё же задела его спину, взметнув в воздух фонтан крови.

“Но я всё же уклонился!”

Заган сделал шаг вперёд и нанёс удар другой рукой. Это был последний удар, на который у него хватило сил, но он был слишком слаб, чтобы отправить Декарабию в нокаут. Более того...

— Что с тобой, Заган?! Это даже ударом назвать нельзя, не?!

Декарабия с самого начала использовал боевые искусства. Этот удар должен был стать последним шансом Загана, но противник уклонился от него с лёгкостью. Удар лишь слегка задел его подбородок.

И даже несмотря на промах, его кулак был достаточно близко, чтобы коснуться Декарабии. От этого удара раскрошился и левый кулак, издав жуткий звук. Оба его кулака, которые до сих пор сокрушали его врагов, теперь были безжалостно превращены в окровавленные обрубки.

Декарабия разочарованно вздохнул.

— Ааах… Всё кончено… Я-то думал, что ты станешь главным доказательством моей силы…

Руки Загана теперь бессильно болтались по сторонам. Даже если он попробует ударить ногой, без помощи рук он не сможет встать в нужную стойку, и удар потеряет всю силу. Всё было решено. Поэтому Заган бесстрашно рассмеялся.

— Да. Всё кончено. Ты проиграл, Декарабия.

— Чего...?

Прежде чем он успел понять смысл этих слов, Декарабия рухнул лицом в песок.

— А... Ургх? Что... случилось?

Заган поднял окровавленную руку и постучал по виску.

— А ты не знал? Магией можно исцелять раны. Ещё с её помощью можно подавлять боль, воздействуя на мозг. Однако магия не может исцелить сотрясение.

Другими словами, Заган нанёс удар в подбородок, вызвав резкий толчок мозга внутри черепа. Это воздействие было даже сильнее от лёгких ударов, которые лишь вскользь касались цели. Удары Загана пришлись по обе стороны подбородка, так что мозг Декарабии наверняка вдоволь потанцевал внутри черепной коробки. Его нервная система оказалась полностью нарушена и он больше не мог встать.

Конечно, со временем он бы восстановился, а его исключительная регенерация позволила бы прийти в себя всего за несколько секунд.

“Однако несколько секунд полной беспомощности перед врагом – этого более чем достаточно, чтобы умереть.”

Заган поднял заострённый камень своей изуродованной рукой.

— Так значит, источник твоей маны – этот искусственный глаз? Даже ребёнок мог бы его выколоть, используя что-то столь примитивное, как заострённый камень?

Декарабия смотрел на него с ошеломлённым взглядом, словно не мог осознать, что происходит. Заган без лишних слов устремил камень к его глазу.

— ГЬЯЯЯАА—

Раздался короткий вопль. Затем по всему его телу растеклось ноющее ощущение. Камень остановился всего в миллиметре от искусственного глаза Декарабии.

— Ну, я не против убить тебя, но сначала хочу кое-что узнать. И ты мне ответишь, слышишь меня?

С этими словами Заган слегка повертел запястьем, и полученные им раны мгновенно исчезли, и даже разорванная одежда вернулась в первоначальное состояние.

“Всё же, Лилит и остальные так старались её подготовить”

У Загана еще хватало здравого смысла, чтобы чувствовать себя неловко, ломая то, что ему одолжили. В этот момент рядом послышались шаги.

— Хм? Ты уже со всем разобрался?

Это была Нефтерос. Рядом с ней стояла Курока, с короткими мечами в руках, тоже облачённая в юкату. За ними следовала Гремори, неся на спине Фолл, а вместе с ними шёл и Михаэль. Чуть поодаль появились Барбатос и Шастиль. Селфи и Лилит не было видно. Не являясь бойцами, они, вероятно, следили за приготовлением еды.

Заган небрежно помахал им рукой, а затем снова перевёл взгляд на Декарабию. Тот уже должен был оправиться от сотрясения, но, похоже, осознание своего поражения без использования против него магии было для него по-настоящему унизительным. Он не делал ни малейшей попытки встать.

— Ну что ж, у меня к тебе много вопросов... но для начала... Как ты вообще ещё жив?

— О чём ты вообще...?

— Я убил тебя. Взорвал к чертям твоё тело. Это не то, от чего можно просто восстановиться, знаешь ли… — озадаченно ответил Заган.

В те времена его сила ещё не была столь отточенной, но даже тогда он намного превосходил среднестатистического мага, когда дело касалось усиления тела. В физической схватке ему не было равных среди колдунов, а его удары могли менять ландшафт.

Несчастному бандиту, по которому тогда пришёлся его удар, не просто оторвало голову – вся верхняя часть его тела была разорвана в и разлетелась по воздуху. До такой степени, что даже сам Заган подумал, что, возможно, перестарался. Возможно, это стало одной из причин, почему спасённая им тогда девушка была так напугана.

Но Декарабия выглядел совершенно сбитым с толку.

— Что ты несёшь? Ты вырвал мне правый глаз...

— Пожалуй, правильнее сказать, что ничего не осталось, кроме этого искусственного глаза.

— Ты выдрал мне сердце…

— Ничего не знаю про “выдрал”, но оно разлетелось вместе с остальными частями твоего тела.

— Ты убил меня!

— Мм. Так почему ты ещё жив?

Декарабия начал яростно царапать свой правый глаз.

— Ха? Тогда, кто… Кто я? Кто? Кто кто ктоктоктоктоооооооо?!

Даже Заган отшатнулся от такого бессвязного потока слов.

“Он вообще ещё способен поддерживать разговор?”

После подсказки Альшеры Заган ожидал от него большего.

— Заган, подожди, — позвала его Фолл, спрыгнув со спины Гремори. Просеменив к отцу, она сказала, — Заган, это проклятие.

— Ну, да.

— Проклятие его сожрало, от него почти ничего не осталось.

Это означало, что проклятие поглотило его разум до критической точки.

— … Так он действительно бесполезен.

Заган разочарованно вздохнул, но Фолл помотала головой.

— Но я смогу с этим что-нибудь сделать, наверное.

— А? Правда?

— Наверное. Но, может, уже слишком поздно.

Декарабия взглянул на Фолл и вдруг замер.

— Ты… Ты? Я… защищать… сестру… мертва? Убита? Кто я ты ктооооооооооооооо?

Когда он поднялся на ноги, от его слов оставались уже только буквы.

— Тц, сколько же с тобой хлопот.

Увидев, что вокруг его перчаток снова собирается мана от его глаза, Заган сжал кулак. Однако между ними встала Фолл. Протерев свои заспанные глаза, она выставила вперёд руку. Всего несколько человек из присутствующих смогли понять, что произошло в следующий момент.

Из руки Фолл вырвалась чёрная мана. Она сразу же обрела массу и превратилась в огромные челюсти в несколько раз больше самой Фолл. Это была голова гигантского дракона.

— Чёрный Дракон Марбас.

Такое имя произнесла Фолл. Её истинная форма была драконом с прекрасной зелёной шерстью. Но то, что возникло перед ними, было зловещим угольно чёрным драконом, Чёрным Драконом Марбасом, злым драконом, о котором слагали легенды в Люкаоне. Катастрофой, что недавно появилась от смешения проклятия дракона и Архидемона. То были его остатки.

— А…

Декарабия даже не успел закричать, как его поглотили челюсти дракона. Как и сказала Фолл, колдун, известный как Декарабия, был стёрт с лица земли одним-единственным укусом.