Я чувствовал, как Регрессор хмурится.

Расслабься, шиш. Это просто симуляция.

Аззи, с другой стороны, не почувствовала ничего плохого, так как честно ответила.

— Гав? Поиграешь со мной? Сыграем в мяч! Давай играть!

Черт, нет. Это утомит меня.

Я быстро сменил тему.

— Нет-нет. Я добрый, слабый и добродушный мистер Чап. Разве ты не милашка?

— Гав! Спасибо! Ты, э-эм, выглядишь невкусно!

— Ты любишь вкусняшки?

— Ага! Я люблю вкусняшки!

— Ага? Милые дети заслуживают леденцов. Хочешь, чтобы этот старик дал тебе одну?

— Леденцы? Гав? Их можно есть?

— Ах, да. Их можно есть. Это волшебный шарик со свежим ароматом и фруктовым вкусом, который становится тем слаще, чем больше ты его ешь. Каждый раз, когда ты его облизываешь, твой рот будет наполняться новыми слоями экстаза.

Слюна брызнула из рта Аззи. Возбужденная одним только воображением леденца, она крутилась на месте кругами, взывая ко мне.

— Гав! Хочу есть! Хочу!

— Ну, тогда как насчет того, чтобы мы с тобой пошли туда, в это тёмное место, куда не падает взгляд прохожих? Я дам тебе леденец, если ты последуешь за мной.

— Гав! Пойдем!

— Кеуэуэуэ. Пойдем. Мистер Чап научит тебя кое-чему, что тебе понравится…

— Гав-гав! Звучит хорошо! Я согласна!

Пока я двигал мистера Чапа, Аззи шла рядом, кружась вокруг марионетки от радости. Она собиралась следовать за ним куда угодно без малейших подозрений.

Регрессор перестала смотреть и схватила Чун-энг.

— Искусство небесного клинка, порывистый ветер.

Порыв слабо сжатого ветра метнулся к мистеру Чапу, как лезвие. Я поспешно отдёрнул руку, прочитав её мысли, но из-за струн мистер Чап попал под удар.

Лезвие Ки ударило марионетку, сорвав его попытку забрать Аззи, безжалостно разрушив его суставы и заставив разлететься на куски. Его сломанные конечности висели на струнах, жалко покачиваясь.

— Ах! Мистер Чаааааап!

— Гав-гав! Леденцы!

Моя марионетка! Я едва успел сделать её из сломанного голема! Я так потел, чтобы сделать её!

— Леденцы…

Аззи с тревогой посмотрела на мистера Чапа. Было душераздирающе смотреть на то, как она ткнула марионетку, как будто она могла снова встать.

Я повернул голову с искаженным хмурым взглядом.

— Что ты делаешь?!

Регрессор выглядела спокойной даже после совершения преступления вандализма и воспрепятствования исполнению служебных обязанностей.

— Что не так? Я наказал преступника, который пытался заманить ребенка конфетами.

— Не погружайся в спектакль слишком глубоко! Разве это не симуляция?! Я всего лишь пытался преподать урок через Аззи!

— Тогда ты должен был убавить жуткость! Я не могу поверить, что это просто игра, когда ты так смеешься!

— А что не так со смехом мистера Чапа? Где еще можно найти такой невинный смех?!

В ярости я отшвырнул мистера Чапа.

— Мистер Чап потерял своего маленького ребенка, поэтому он находил радость в том, чтобы делиться леденцами с детьми. Он был просто добрым человеком! Аззи напомнила ему его дочь, поэтому он по привычке предложил ей леденец!

— Ты сказал, что это симуляция! Не добавляй странные настройки в симуляции!

— Убийца! Ты убил отца, потерявшего дочь, ты так холоден и бессердечен! Вампир высосала из тебя всю теплую кровь?!

Вампир тихо вмешалась.

— Я никогда не пила кровь Шей. Хотя я приняла часть той, что он пролил во время тренировки.

— Тогда, может быть, это насилие врожденное! Это варварство, которое не может удержаться даже перед симуляцией! Дальше даже смотреть не надо!

Я схватил меловую палочку и написал имя Шей, а затем нарисовал над ним большой крестик. Что касается причины, то я написал «чрезмерное варварство, агрессия и отсутствие терпения».

— Ты…

— Хм? Ты взбесился? Возможно, ты не в состоянии контролировать свой гнев? Хочешь ли ты применять насилие, даже когда закон все еще в силе, а мораль жива? Тогда ты прошёл!

Поразив ее своей логикой, я небрежно убрал разбитую марионетку. Но так как Аззи все еще грустила из-за леденца, я швырнул ее в одно из ребер Чапа.

Затем я повернулся и продолжил объяснение урока.

— Но, с другой стороны, вы не должны следовать за кем-то вроде него, даже если он не планирует ничего плохого. Никто из вас не умеет читать мысли, поэтому невозможно узнать намерения, верно? Вы рискуете причинить себе вред, следуя за кем-то, поэтому вы никогда не должны принимать такие просьбы. Но это не значит, что вы должны внезапно резать их, как стажёр Шей. Это немного неправильно.

*Хруст*. Пока я говорил, я услышал звук ломающейся стали с другой стороны. Аззи слегка укусила ребро мистера Чапа. Я не был уверен, почему оно издавало хрустящий звук.

Я повернулся к Аззи, которая только что поняла, что сделала, и с разочарованным лицом выплюнула деформированный металл.

Я обернулся.

— Конечно, это не имеет значения, если вы способны физически жевать сталь. Из-за этого я ничего не говорю Аззи.

Регрессор скрестила руки и села как преступница.

«Теперь, когда эта дурацкая марионетка сломана, я думаю, он быстро закончит с уроком?»

Как будто это произойдет.

Я тут же вышел в коридор, взял то, что приготовил, и вернулся внутрь. То, что я принес, было манекеном, который я сделал из скелета боевого костюма, который Регрессор уничтожила на днях. Я нарисовал лицо на его визоре за неимением такового.

Я одарил манекен глазами и толстыми губами из линий.

— В любом случае. Поскольку мистера Чапа сейчас нельзя использовать, давайте воспользуемся манекеном, который я принес на всякий случай, мистером Манном. Это молодой человек с очаровательными ямочками на щеках.

«Он действительно сошел с ума?..»

— Теперь, на этот раз стажёр Шей попытается пройти тест! Сможет ли мистер Манн уберечь от него свою правую руку?!

«Ты действительно принимаешь меня за психа?! Хорошо, я покажу тебе!»

Регрессор сердито фыркнула и вышла вперёд. Увидев в этом положительный настрой, я двинул рукой манекена и поприветствовал её.

— Я чувствую хорошую ауру вокруг тебя. Ты знаешь путь?

— Путь? Что это за чушь?

—  Боже мой, чушь?! Ты действительно не знаешь путь?!

«Только посмей продолжить этот бред.»

Регрессор скрестила руки на груди и посмотрела на меня поверх манекена. Тем не менее, я преувеличенно развел руки манекена, как в дешевом кукольном спектакле.

— У всего есть свой путь. Это путь, по которому мы должны идти естественно, а также знак, указывающий на цель, которую мы должны достичь. Он не только для людей. С незапамятных времен говорят, что Небо, Земля и Человек образуют гармонию.

— Мать Гайя проявляет к людям безграничную милость, разрезая собственную плоть, чтобы даровать всевозможные дары. Мы пьем молоко Матери-Земли, едим ее плоды и разделываем ее плоть, чтобы создавать разнообразные вещи. Это привело нас к процветанию.

— Но Бог Отец Неба не терпит нарушения границ. Он проводит наши творения сквозь дождь, ветер, наводнения и молнии.

Слушатели, как правило, теряли концентрацию, когда история становилась длинной, но Регрессор внезапно начала слушать серьезно.

Эй, я просто говорю всё, что в голову придёт. Почему ты такая сосредоточенная?

«Почему он вдруг это говорит? Есть ли в его словах скрытый смысл? Поскольку я не уверена, я должна пока слушать.»

У этой девушки, как и у остальных, в голове болтался винт. Минуту назад она ругала меня, а теперь хотела меня выслушать. Она более переменчивая, чем летняя погода. Даже такой телепат, как я, не осмелился бы предсказать её действия.

Я внутренне вздохнул и продолжил.

— И так люди полюбили нашу Мать и стали бояться нашего Отца. Иными словами, мы можем рассматривать это как то, что люди высмеивают Ее, проявляя уважение к Нему. Это путь Неба, Земли и Человека. Небо, Земля и Путь людей между ними.

— И?

— О человек с открытыми ушами, тот, кто плавит все, как воду, моя встреча с тобой должна быть волей Небес. Но мир полон лжи и обмана. Люди видят друг в друге только добычу. Вот почему я не могу доверять тебе без проверки и корю себя за это. Во-первых, ради доверия, не дашь ли ты мне золотую монету?

Регрессор достала из кармана одну алхимическую золотую монету и с готовностью отдала ее. Я схватил её правой рукой манекена, прежде чем развернуть его тело.

— Хе-хе! Дурак! Повёлся на такие пафосные слова! Я буду использовать это золото с пользой! Воспринимайте это как жизненный урок!

Затем стальной манекен начал уходить под моими контролем.

Затем Регрессор равнодушно взмахнула Чун-энгом, моментально отрубив руку манекену, находившемуся в пяти шагах от неё. Он уронил золотую монету.

Я торопливо поймал монету и отругал Регрессора.

— Я ведь говорил, Стажёр Шей. О чем ты думал, отрезав ему руку?

— Какая разница? Это подделка.

— В последние дни я начинаю беспокоиться, что ты можешь сделать то же самое даже против реального человека. И почему это всегда правая рука? У тебя была обида на правую руку в прошлой жизни?

— Всё равно. Верни моё золото.

— Хе.

Не сумев спрятать монету в карман, у меня не было другого выбора, кроме как вернуть её ей. Мне было так больно, как будто у меня вырвали сердце.

Я с грустью наблюдал, как Регрессор положила золотую монету в карман, продолжая объяснять.

— Ну, несмотря на то, что я сказал, ответ Стажера Шей не был неправильным. Хотя отрезать руку было немного жестоко.

— Я сделал это, потому что это манекен. Я бы не стал такое делать в другом случае.

— Небо и Земля знают, что это ложь. Если хочешь опровергнуть это, скажи это мне и Финли в лицо. Он потерял руку, и я чуть не попал в ту же самую ситуацию.

Возразив реальными доказательствами, я повернулся к вампиру.

— В любом случае. Есть случаи, когда люди добросовестно подходят к вам, как мистер Чап, и случаи, когда люди пытаются воспользоваться вами, как мистер Манн. Настоящую доброту всегда трудно отличить, потому что мошенники ловко маскируются под добро.

— Действительно. Неопытные склонны всегда бояться других.

Услышав небрежный ответ вампира* и прочитав в ее тоне чувство превосходства, я остановился, чтобы бросить на нее невозмутимый взгляд.*П.П. Думаю стоит упомянуть, что в большинстве случаев я использую «вампир», но когда на сцене есть Финли, я использую для неё слово «вампирша», чтобы их различать. Правда я всё чаще в последних главах стал использовать «вампирша», даже если его нет рядом.

— Значит, у тебя достаточно опыта, стажёр Тырканзяка, чтобы ты смогла отличить благие намерения от замаскированной злобы?

— Не всех, я полагаю, но достаточно много.

— … Что?

— Я встречала бесчисленное количество людей на протяжении веков и испытала еще больше вещей. Какая польза от этого опыта, если я даже не могу видеть сквозь других?

Вау, попридержи коней. Странная у тебя самооценка.

Вампир восприняла мое молчание как подтверждение, и это заставило ее вести себя немного надменно.

— Марионетка попросила компанию, а манекен попросил денег. Я могу не знать намерений посторонних, но злодей обязательно попытается что-то у меня украсть. Поняв этот момент, я смогу избежать контроля со стороны других.

Она не ошибалась, но иногда подлинность намерений могла быть уменьшена самим говорящим.

Как бы я ни обдумывал это, вампир была не более чем счастливой овцой.

Как она может думать так о себе? Для кого, по ее мнению, я провел этот урок сегодня?

Я решил, что так больше продолжаться не может.

— Тогда не хотела бы ты попробовать это один раз?

— Тест, да. Я не в состоянии быть проверенной кем-то, но мне любопытно. Как ты меня испытаешь?

— Я продолжу делать то же, что и с Аззи и стажёром Шей. Посмотрим, хорошо ли ты отреагируешь.

— Похоже, у тебя сейчас нет куклы. Что ты будешь использовать?

— У меня все еще есть кукла, с которой я лучше всего управляюсь. Та, которой даже не нужны струны.

Я медленно вышел перед вампиром, которая просто с любопытством наблюдала за мной. Сократив дистанцию ​​естественным образом, я опустил голову, ущипнул кончик ее зонтика и поднял его. Под зонтиком я увидел ее красные глаза, которые контрастировали с ее белой кожей.

Я испустил легкий вздох чистого благоговения.

— Я не могу в это поверить, о мой бог.

Вампир нахмурилась, услышав мое высказывание. Но не успела она отреагировать с неудовольствием, как я быстро опустился на одно колено.

— Увидев вас сегодня, я наконец понял, почему драгоценные камни так редки в мире. Как они могли остаться, когда Бог использовал их всех, чтобы создать куклу передо мной?

— … Извини?

— С вашей кожей из белого нефрита и волосами, полностью сплетенными из белого золота, кажется, что все белые драгоценности мира собраны в вас. Ах, такое ослепительное великолепие. Возможно, такова природа тех, кто ищет утонченности, добровольно идя в огонь, очарованный этим светом. Смею просить вас об этом: позволите ли вы мне вдыхать аромат красоты рядом с вами?

У Регрессора отвисла челюсть.