Одним длинным рывком, я отдалился от летающих масс энергии и приближающейся Креста Маны. Мои правая ладонь, левое предплечье, бок и нога были повреждены до дрожи в руках. Покрыты темно-фиолетовыми лужами в одних местах, капающей кровью от колотых ран в других. Костюм был почти разорван в клочья, а от маски отвалилась нижняя часть.

За время моего бега, полностью избежать урона от нескончаемых атак было попросту невыполнимо. Не говоря уже о совершении ответного нападения.

Стоит попытаться перейти с Охотницей в ближний бой, как на меня обрушивается вся мощь ее боевой схемы.

Орудия из чисто личной маны, весом в десяток мужчин на каждое и десятки лет стажа Охоты. Одна мысль обо всем этом наводит легкую панику и вопросы о моих выборах…

Заходя за очередной угол я резко пригнулся, над спиной пролетела пара сфер.

Именно обширность огромного поместья, заполненного таким количеством коридоров, что оно напоминало собой скорее лабиринт, позволяла мне так долго убегать от противницы. Даже для нее, Полковника(3) своего оружия, это закрытое пространство является заметным минусом.

Когда я зашел за угол, все еще стоя за ним, дожидался момента чтобы выпрыгнуть как можно ближе к Охотнице. Долго ждать не пришлось.

Гудение ее транспорта, что с каждым мгновением слышалось все лучше, помогло определить дистанцию в полторы дюжины шагов.

Спокойно. Я не должен позволить страху обморозить свою хватку. Не сейчас. Никогда.

Луки попросил меня о помощи, как я могу отказать из-за чего бы то ни было? Он спас мне жизнь уже несколько раз. Не оставил, даже когда я был полным балластом и еще ко всему, подарил свой заработанный Шар Маны.

Но это не главное, как он сказал: “Перед братьями нет долгов - только взаимная поддержка”. К тому же, есть те, кого я должен спасти.

От подбадривающих мыслей, пальцы сжались сильнее. В этот миг я вынырнул из укрытия. Крест Маны на это ответила все тем же грозным взглядом и изменением в позе. Пока ее снаряды перемещались в защитную формацию, я не жалея сил прошелся пяткой по кафелю. В стороне от ноги вырос тонкий, сравнимый с костью руки но стремительный шпиль из камня.

С виду не безобидная но и не смертельная атака, заставила напрячься даже такого противника как Крест Маны.

Две остроконечные формы из энергии, успели подняться над головой Креста Маны. На едва заметной глазу скорости, они ударили в центр еще растущего острия. Шары маны только начали и, благодаря своему количеству почти сразу закончили формировать барьер из лент синей энергии в области живота Охотницы.

Все это ради отражения одной, но точной и быстрой атаки в солнечное сплетение.

Крест Маны быстро перевела дыхание, с ее лица на пол плюхались крохотные капли пота. С осознанием произошедшего и одновременно - спокойствием, на ее лице показалась злость, а скулы, как и руки держащие креста сжались до скрипа.

Эта мешанина стольких эмоций была вызвана именно тем фактом, что мой удар был направлен на солнечное сплетение.

Дело в том, что именно там находиться ядро маны - второе сердце Охотника. Без него, Пробужденные теряют практически все. Нередки случаи, когда после неизлечимых повреждений или полного раскола ядра, выжившие становились пропавшими без вести. Слишком много для людей значит их способность пользоваться маной. Зарабатывать себе деньги и славу, достигать своих целей и мечт.

Поэтому и придумали фразу: “Охотника можно убить дважды. Сначала - уничтожить ядро, а после остановить и сердце”

Почти каждый Охотник, в особенности те, кто уже десятки лет живут своей работой, боятся этого больше всего на свете. А Крест Маны, пусть по ней и не скажешь, прожила немногим меньше целого века. Потому-то, для нее это словно детский страх.

Так мне сказала Ева. Посоветовала, когда наступит подходящий момент, воспользоваться запрещенным приемом против Охотницы.

Битвы между пользователями маны - далеко не что-то редкое, даже наоборот. Порой, их происходит намного больше, чем сражений с монстрами, вылазк во Врата или подземелья. Но только намеренно нанесенный вред ядру, беспорно считается самым подлым действием. В Сердце Приключений, на это даже ввели штраф и, если об произошедшем узнают, то мне несдобровать. О продолжении карьеры Охотника можно было бы забыть…

Еще тогда, когда выпущенное мною каменное острие достигло половины роста, я продолжил бежать по прямому коридору.

Не заметить позади себя, разъяренную Крест Маны, было тяжело. Окруженная своими снарядами, она буквально рычала, догоняя меня на высокой скорости.

Черствая по ощущениям энергия разливалась по каналам маны правой руки. Я вытянул ее в сторону и коснулся разрисованной волнистыми узорами стены. По мере моего продвижения, там где прошлась моя ладонь начали вырастать искаженные колонны.

Они увеличивались довольно медленно, но с главной задачей - перекрыть моему противнику дорогу справились. Кресту Маны требовалось уничтожать их своими сферами и конусами энергии.

Я знаю, что поступил подло, бесчестно и мерзко.  Возможно, главе Уильяму было бы за меня стыдно… но, даже самому доброму герою, когда-нибудь придется убить.

С этими мыслями я почувствовал некую странность. Такое чувство, будто я это уже где-то, от кого-то слышал. Но кто…?

Вместо ответа на возникший из ниоткуда вопрос, я заметил конец коридора. Я думал, что дошел обратно до боковой стороны поместья, но оказалось, что это был своего рода балкон. Выделенная из ровного поместья длинная беседка с окнами, дорогими столами и стульями.

Между левой и правой стороной, я продолжил бег рывком во вторую.

Словно огромное чудовище, разгневанная Крест Маны разрушала каждую преграду перед собой и тоже вырвалась на закрытый балкон.

Кувыркаясь с одной стены на другую с окнами, я миновал уже несколько столиков для чаепития и наблюдения за луной.

Охотница же не утруждала себя уничтожая все на своем пути, но меня наказать такой участью у нее не получалось. Я двигался как Заяц Попрыгунчик, в покрытом деревьями лесу.

Вскоре, я достиг конца беседки. Не мешкаясь и части от секунды, на этот раз я выбил стекло ногами, удерживаясь при этом за верхнюю часть самого окна. Я не остановил разгон, продолжая движение кувырком и приземлился на крышу балкона.

Крест Маны снова не мучала себя красивыми трюками. Ее сферы не просто выбили окно, они разрушили всю стену и кусок от самого поместья. Снаряды уничтожали огромные кирпичи, словно они не весили и килограмма. Вертя головой, она искала меня.

Я поднял полностью вытянутые руки с раздвинутыми ладонями над затылком. Прошлась ледяная мана, но не так, чтобы вызывать холод. Я просто чувствовал, что она ледяная.

Из пустоты начали воссоздоваться паутины льда. Они быстро распространились и формировать собой огромную сосульку.

Использование магии земли стоило мне немало маны но упустить такой шанс атаки я не мог.

Изгибаясь всем телом, я выстрелил сосулькой в Крест Маны, пока она под собственным гневом проделала огромную дыру в здании, открывая тем самым вид этажи и разрушенный пол/потолок между ними.

Но даже при всему устроенному грохоту, ей удалось услышать легкий треск кирпичной плиты под моими ногами. Она одновременно резко повернулась и принялась формировать щит из сфер энергии.

Что Кресту Маны удавалось лучше всего, так это наносить контратаки, даже в самых неприятных ситуациях. Два конуса маны направились за мной. Увидеть, нанесла ли моя атака урон я не успел. Кувырком боком, я запрыгнул в, почему-то открытое окно.

Если все были закрыты, почему не это?

Ответ подоспел также быстро, как и грохот от пробивших стену форм маны.

Придерживаясь и ускоряя себя стихией ветра, я уже думал повторно пригнуться. Крест Маны как раз и рассчитывала на это, ведь по другому произошедшее не объяснить.

Остроконечные с одной стороны и полукруглые с другой, два снаряда застыли в воздухе надо мной. В свою очередь, я почти касался спиной пола, стоял только благодаря стихии ветра и ногам, но в основном стихии.

Практически через миг, после торможения, они с вложенной силой попадали на меня.

Легкое дуновение в энергии в каналах маны, сменилось порывом ветра. Я взмахнул руками, как это делает орел в воздухе, и в последний момент, вырвался из объятий смерти. Словно в подтверждения моих слов, пол обширной комнаты, как и те несколько что были снизу, разрушились как карточные домики.

С попыткой встать, я заметил длинный но тонкий, при этом кровоточащий порез на обеих ногах. Одежда тоже была вся в клочья.

Дышать полными легкими удавалось только через раз. Пот стекал по окружностям маски, достаточно тяжелыми каплями падая на пол. Руки набились металлом, плечи было не поднять, пальцы с трудом дергались. Из движений: мои колени, в почти сидячем положении подрагивали, а при каждом вздохе из горла не намеренно выходили тихие стоны.

Вот бы я мог использовать исцеление на самом себе, тогда сразу бы от боли избавился. Только не работает это, себя же не излечишь. На моем нынешнем уровне, это сродни попытке утолить жажду собственными слюнями.

Может все же попробовать. Вдруг сработает…

Я выдохнул весь воздух из легких и немного приспустил голову, будто пытался стряхнуть мысли.

Напрасная трата маны - последнее что мне сейчас требуется. Хорошо то, что не требуется от меня больше ничего. Свое задание я выполнил.

И снова, мои мысли подтвердились происходящим: Евгения появилась откуда-то из-за спины и встала в ряд со мной.

— Ты отлично справился, — она протянула руку как мне показалось ради пожатия, но на деле в ней находилось зелье. Склянка, до горлышка наполненная густой жидкостью пламенно-красного цвета - Лечебное Зелье. — Но ты мне еще нужен. Пусть мы и поменялись, в одиночку победить опережающего по опыту Охотника, с ядром на ступень выше - невозможно. —

Я и не думал возражать. Слова Евы вернули меня в сознание, напомнили о цели.

Я только и делал что использовал слабости Креста Маны и убегал от нее, а удавалось мне это только благодаря информации Евы.

Вот только теперь, здесь двое Пробужденных Начального и Полноценного этапа Синих ядер, против одного Конечного этапа. Сильнее только цвет Розового Ядра а то и выше, но вторых не так то уж и много, около тысячи даже в Агроне.

От мысли о сражении с Ревером из Клана Веррукт, мое сердце словно пропустило удар, в животе ощутилась пустота. Когда из-за моей жалости, Луки пришлось в одиночку сражаться с таким монстром.

С остатками силы,я влил в себя невероятно приторную жидкость. Еще хуже было от того, что как только лекарство попало в горло, то там оно словно ожило.

Вместо того, чтобы пропасть внутри тела, содержимое склянки начало гулять по моим каналам маны. Побывав в каждом дюйме моих сосудов энергии, оно подтягивалось к самому ядру.

Чуть было не вырвало, но я сдержался. Намечалась битва, а мне все еще требуется время на впитывание лекарства, которое в первую очередь сняло большую часть немощности и усталости.

Только вот голова немного побаливает.

Флакон я закинул в пространственное хранилище, потому что Ева запретила оставлять наши прямые следы.

И вновь, будто подтверждая мои мысли, из под огромной дыры в трех десятках шагов от меня и в двух от Евы, на поверхность запрыгнула Крест Маны.

Внешне она почти не изменилась, только пыли прибавилось и появилась рана чуть выше брови. Оттуда текла струя крови, спускаясь прямо до глаза, но Охотнице это не мешало.

Раной такое назовут лишь обычные люди, для Пробужденных же - легкая царапина. Прямо на глазах покрывается рубцом.

Ее изучающий, но не менее грозный взгляд, переместился с Евы на меня и обратно.

В отличии от Креста Маны, Ева все же была ранена. Не так, чтобы повлиять на ее стойку с обоюдоострым кинжалом в правой руке, но повреждения виднелись. Платье было тонко порвано десятке местах, показывая на вид высохшие царапины.

— Все таки вышла. А я уже было подумала, что зря притворялась. — появившаяся легкая ухмылка, не лишила лица Креста Маны тех угрожающих глаз.

— Только вот, я надеялась оставить твоего дружка калекой. Везучий какой. — Ева все также молчала.

Неужели показанный ею гнев был всего лишь уловкой? Хуже всего то, что я всецело верил произошедшему и повелся на ловушку…

Я многое усвоил из этой битвы.

— Надеетесь победить меня лишь вдвоем? Глупо. Пусть оно и не лучшее, но это место мне подходит. На вас хватит. —

И вправду. Я только сейчас осознал, что комната в которую мы попали, походила на парадный зал. Если по слухам, у Королей или даже Герцогов они сделаны почти полностью из золота, то здешний зал был им украшен. Да и трона здесь не было. Одни столы да стулья, сложенные где-то в конце просторного помещения. Единственным источником света являлась огромная дыра в стене, из которой просвечивала луна.

Нужно подумать, как сменить место сраже…

Мысль не успела закончиться, как помещение заполнила баллада битвы, а начала ее Ева. Она буквально рванула в бой.

Крест Маны взмахом руки направила на противника все четыре сферы, первая была уже перед лицом Евы.

К моему удивлению, уворачиваться она не стала. Вместо этого, теряя при этом долю скорости но не получив урон, Ева ударила яблоком кинжала по шару маны. Удар был достаточно мощным, чтобы снаряд на мгновение свернул с пути, а она оставалась на ходу.

Со второй и третьей сферой, Ева сделала то же простое на вид движение, с силой меняющей направления тяжелых оружий Креста Маны. Последняя была сразу за третьим шаром, поэтому, времени на повторный замах нижней частью кинжала или хотя бы уклонение у Евы не имелось.

Нужно помочь ей!

С этой мыслью, я уже было оставил восстановление на потом, чтобы предотвратить последующее наступление Креста Маны. Было понятно, что она не собиралась заканчивать на этом. Еще до того как я сделал шаг, Ева попросту взмахнула тыльной стороной свободной руки. Мощный удар откинула шар маны аж на несколько метров и ей удалось прорваться.

Наконец до меня дошло. Ева хочет закончить битву как можно скорее.

Я все гадал, почему и сам не додумался раскидывать таким образом снаряды Креста Маны. С антимагией копья из черной стали это должно было быть еще легче. Но вовремя вспомнил, полученное от обычного толчка ранение в руке.

Без темной стали, которая заставляла Крест Маны пересоздавать снаряды, Еве оставалось только одно - отталкивать их с дороги.

Я разглядел руки своей союзницы, за мгновения до начала ее ближнего боя с противником. Ева преодолела те двадцать метров за несколько мгновений, поэтому сферы энергии еще не успели даже затормозить, врезываясь в стены и в потолок. Казалось, будто Ева знала, что так произойдет.

Лезвие ее кинжала, до сих пор дрожало от произошедшего блока трижды, из под ногтей протекали дорожки крови. Тыльная сторона левой ладони набухла, некоторые вены полопались, также показывая на свет алую кровь.

Мы с Евой обладаем примерно одинаковой силой, которая для Магов была неестественна. Такие повреждения для меня были ожидаемы. Ева решила пожертвовать состоянием свои рук, лишь бы приблизиться к своему оппоненту. Она понимала, если сражение продлится слишком долго, то мы проиграем.

Крест Маны издала недовольный звук языком, но не собиралась сидеть и ждать, пока противник подойдет в притык. Два конуса, работали только для защиты начали действовать, ведь Ева была уже в нескольких метрах. Они атаковали ее исключительно ровными выпадами, под разными углами.

Это противостояние “Мага” и Рыцаря, оттенками напоминало мне о стиле боя Луки. Оттенками, потому что стиль Луки, кроме как абсолютно безупречным по другому и не назовешь.

На этот раз, Ева решила расщедриться на уклонения. При каждом удачном увороте, она делала полшага назад, дабы совершить один вперед.

Заметить в пустую приложенную силу или ненужное движение, мне удавалось с трудом. Когда она не успевала увернуться, то помогала себе кинжалом. Она скользила им по поверхности острого конца конуса, перенаправляя его в дюймах от тела. Даже атаки со спины у Креста Маны проваливались, Чувство Опасности Евы было острее, чем у нее самой.

Охотнице казалось, что Ева уже знакома с каждой ее техникой. Она словно читала ее, знала ее следующее действие и это нервировало ее. Как и откуда?

В один момент Ева пригнулась, после чего конусы врезались друг о друга. Сила встретившихся пик, создала волну ветра в помещении, покрыла формы трещинами и те рассеялись в воздухе.

Наступление Евы, остановила ухмылка во весь рот Креста Маны. Ее Чувство Опасности зазвенело еще больше, когда Охотница вытянула руку с деревянным крестом. Этот же крест она притянула так, как вырывают сердце величайшего врага. На скорости с трудом заметной глазу, четыре синей сферы оказались в метрах от спины Евы.

Порывы воздуха были вызваны пойманными на высокой скорости, двумя тяжелыми сферами.

Крест Маны подумала, что остальные вот-вот врежуться в ее противника, но лишь осматрившись, заметила фигуру из тьмы рядом с Евой.

— Стихия теней. — какая-то мысль пришла в голову Охотнице. — Так вы все таки убий… —

Конец слова застрял у Креста в горле, когда она краем глаза заметила меня, стоявшего в боевой позе чуть правее нее самой.

Мне не нужна была команда Евы, чтобы понять когда действовать, все было перед глазами.

В своей руке я держал фляжку. Благодаря усилению маной, для меня не составило труда сжать ее так, что оттуда потекла вода. Я взмахнул фляжкой, будто в попытке покрыть врага каким-то ядом. Так подумала Крест Маны и поэтому прикрыла глаза предплечьем.

Когда она поняла, что влаги не почувствовала, то припустила ладонь, обнаруживая застывшие в воздухе по сторонам волны воды. Эти волны плавно разделились на десятки игол твердой воды.

Все это время, я прятал факт своего Владения Стихией воды не с целью нанести неожиданную атаку, нет. Я делал это для того, чтобы в нужный момент, обратить на эту стихию все внимание Креста Маны. Прямо как сейчас.

Она недовольно оскалилась, руки поднялись тыльными сторонами к ушам. С каждого кончика крестов, в их центр направились, сначала простые нити из светло-синей энергии, а после, нити превратились в два круглых, маленьких щита.

Этот трюк освободит ее вторую противницу, но сейчас нужно было защититься.

Иглы воды так и парили в воздухе еще несколько секунд, а потом, просто стали разлившейся на пол водой.

До Охотницы только-только дошло, но я тут же вмешался.

Осколки воспоминаний, появлялись в моей голове один за другим.

“Что? Хочешь драться как я? Хм-м-м… — Луки легко улфбнулся. — Всему я тебя сейчас научить не смогу - уйдут десятки лет, но вот кое-что покажу. Прием из стиля под названием Бокс”

Мои собственные мысли, смешались с голосом Луки из воспоминаний.

Сначала, нужно равномерно распределить массу тела на ноги. Ступни стояли параллельно - левая впереди. Также и с руками. Кулак левой руки чуть впереди кулака правой, но оба находятся чуть ниже глаз.

Вся сила была в ногах, руки лишь ее проводник. Первой чуть приподнимается ступня, дальше изгибается туловище, за ним плечи. Только когда тело изогнулось на половину, на волю выпускается правая рука. Словно хлыст из цепей, она направляется под наклоном, прямо в левую щеку оппонента.

Для лучшего результата, мне пришлось добавить стихию ветра. В итоге, ряби воздуха с тихим свистом разбрасывали камешки под ногами.

От моего удара в челюсть Креста Маны, все звуки в мире будто затихли. Когда ее откинуло на все метров тридцать и впечатало в стену, я кое-что понял.

Понял, что впервые атаковал с целью уничтожить противника. Это было странное ощущение, настолько странное, что я сжимал и разжимал поврежденную от “бокового удара” ладонь. Я не был счастливым, но и не горевал.

Я чувствовал, что-то намного, намного большее…

В сознания меня привели резкие мурашки по всей коже.

Понять что происходит, я сумел лишь после прямого попадания шаром маны. Прежде чем я успел сбросить его с себя, он попросту испарился, а я полетел на улицу с пятого этажа.

Но первую из своих миссий я уже выполнил. Пора приступить к следующей.

-- С точки зрения Креста Маны --

Этот маленький ублюдок… черт его дери. Мысли смешались кашей, в глазах все двоилось, если не троилось, но встать мне удалось.

Даже полную защитную форму активировала.

Пока меня контузило из стороны в сторону, надо мной появилось четыре Форм Капель, вокруг кружилось столько же Форм Мячей.

Когда зрение пришло в себя, я заметила женский силуэт в дюжине метрах. Только женский… где молокосос? Только такой атакой я его убить не могла… не важно. Мне это уже надоело.

Я взялась за это задание только потому, что мэр платил мне добротную сумму. Ну а по другому ведь никак, наняли то официально.

Неофициальный контракт на найм Охотника может лишить того статуса и отправить в тюрьму в то время как официальный найм стоит баснословных денег. Поэтому задания могут выдавать только государство, что вырезает нелегальную работу Охотников, или богатенькие чиновники. С одной стороны - одно и тоже, но не в таких странах как Кайрос, которые следуют традициям. Здесь всем правит сила, а чины, у которых ее кот наплакал, могу надеяться только на деньги. Нелеб, кажется, один из немногих городов, где традиции не так давят на жизнь.

Отталкивая мысли о зарплате на второй план, я вытянула Острый Крест в сторону противницы.

Что? Почему не летя…

Я посмотрела на место, где должна была красоваться рука, за остатки кожи держалось предплечье.

Сзади!!!

Я повернулась на половину, Формы Мячей сдвинулись лишь на дюймы. Тень в человеческой форме засунула мне кинжал чуть выше локтя, показывая его острие с другой стороны.

Я все же собралась с силами. Четыре сферы расстаяли в воздухе, а на кончике моего Круглого Креста появился миниатюрный шарик. Когда он покинул свое место, то увеличился в размере, врезаясь в голову тени. Та не выдержала и тоже рассеялась.

Было бы что праздновать. Я знала, что у таких Магов Стихии Теней, тени обладают несколькими жизнями.

Ноги подкосились и я упала на копчик, прогибаясь к коленям. Не могла держаться, да и кровь сознание потихоньку покидало меня.

— Ева, — я дала уже подошедшей фигуре знать, о моем знании о ее личности. Ух, все хуже и хуже. Старший Гондельф говорил мне опасаться ее, что она из Ассоциации Убийц. А по знаниям даже о моих привычках, было несложно догадаться, с кем я имею дело. У Убийц информация чуть ли не о каждом левом. Из-за непонятного молокососа, я все же не было уверена в происходящем, но увидев стихию тени о которой говорил мэр, все встало на места. — обещаю, никому не дам даже намека о твоей личности. Могу даже Контракт подписать… укгх… Нету мне смысла, сама знаешь, меня тоже не оставят. Пришлют кого из Сотни, не допустят слухов об их ошибке. —

Говорить больше, было тяжело.

Несколько секунд тишины, продлились дольше суток, а лицо с маской на глазах лишь искосо смотрело на меня. Ее локти покрылись гематомами, а с предплечий, кровь из под вен капала на плиты.

Вдруг, Ева повернулась в сторону, с которой и полетел ее сообщник. — Куда же он делся? Надеюсь он сразу же спустился “вниз”. Ну, главное справился на отлично. —

Я уже было собралась заговорить, как в глазах потемнело еще больше, язык в горле не двигался. Ева достала что-то из хранилища, что-то напоминающее склянку с темно-зеленой жидкостью внутри, и полила на меня.

Чувствовать что-либо я не могла.

Все почернело.