Из-за того, что недавно на передовой был сожжён провиант, а замена оказалась ошибочной, Чу Сююань был в бешенстве. Последние четыре-пять дней он провёл, занимаясь делами в управе, и только теперь выкроил время, чтобы вернуться домой. Услышав, что Чу Си ждёт его в кабинете, он поспешил туда, пробежав весь путь и успев изрядно вспотеть. Чу Си утоляла жажду сливовым отваром от жары. Она налила ему миску, а затем начала говорить о делах.

Чу Сююань, захлебнувшись от возмущения, бросил миску на стол и, вскочив на ноги, закричал:

- Непростительная наглость! Семейство наследного принца Ли-цзюнь перешло все границы! Их наследник совершил поступок хуже звериного, и они хотят откупиться второстепенной наложницей? Это неприемлемо! Как минимум, он должен дать место главной жены, причём с условием, что до 40 лет он не возьмёт другую наложницу. Даже если возьмёт, дети должны воспитываться Яньэр. Иначе я, Чу Сююань, этого так не оставлю!

— Пф-ф… — Чу Си выплюнула глоток отвара от удивления. — Ты-ты-ты… Это что вообще за чушь?! Чу Янь изнасиловал наследник Ли-цзюня и попытался убить её, а ты превратил это в бытовую драму? И ты ещё второй чиновник в управе!

Чу Сююань сердито взглянул на неё:

— Заткнись! Что за выражения, «изнасиловал и убил»? Разнеси это по городу — и кто тогда выйдет замуж за девушек из нашей семьи?!

Чу Си, возмущённая, ответила:

— Ты вообще понимаешь, что это не вина Чу Янь?!

— Неважно, кто прав, а кто виноват, важно, что скажут люди, — парировал он. — Когда такое случается с мужчиной, его называют гулякой, но для женщины это смертельно, понимаешь? — Чу Сююань прекрасно осознавал всю серьёзность ситуации, но что он мог сделать? Если начать разбирательство, это навредит бракам остальных членов семьи, не говоря уже о том, что Чу Янь утонет в плевках. Вместо того чтобы разрушить ей жизнь, лучше найти компромисс.

— Главное, чтобы у неё был статус жены наследного принца, а затем она родит наследника. Тогда её жизнь хотя бы будет стабильной. Это не трусость, а выбор меньшего из двух зол.

Чу Си схватилась за голову от злости:

— Именно из-за таких, как ты, эти звери становятся всё наглее. Ты уверен, что это ради Чу Янь? Ты вообще спрашивал, чего она хочет?

— А что ты предлагаешь? Подать на наследного принца Ли-цзюня в суд? Да, с твоими способностями ты выиграешь, но что потом? Как Чу Янь будет жить дальше? Отправить её в монастырь? Или ты будешь содержать её всю жизнь? Это ещё цветочки. Я скажу тебе, Чу Си, если ты сделаешь это, ты, скорее всего, убьёшь её. Ты можешь делать, что хочешь, я тебя не остановлю. Но подумай: это не просто развод или раздел имущества. Одних сплетен хватит, чтобы довести её до смерти. Если уж ей суждено остаться в живых, то пусть это будет жизнь наследной принцессы, а не вечное изгнание.

После этих слов он, уставший и голодный, бросил её и ушёл. Чу Си осталась стоять в изумлении. Это была их первая ссора, и её отец впервые так на неё накричал. Но, как бы она ни злилась, в его словах была доля правды. Тем не менее эти правила ужасали её своей жестокостью и бесчеловечностью. Чу Си долго не могла уснуть, а когда только задремала, в саду раздался плач. Оказалось, что Чу Янь пыталась повеситься.

— …

К счастью, её вовремя спасли. Когда Чу Си расспросила, что произошло, оказалось, что накануне после её разговора с женой Ли-цзюня старая госпожа Чу и госпожа У пришли к Чу Янь и унизили её. Чу Си, выслушав всё, едва сдерживала злость. Зайдя в комнату, она громко приказала:

— Лао Цао, немедленно выкини этих мегер в их комнаты. Без моего разрешения, пусть не выходят. Всем остальным в доме приказ: никаких сплетен, кто ослушается — будет продан!

После этого Чу Си подошла к Чу Янь, которая сидела на кровати вся в синяках и с красными глазами.

— Почему ты наказываешь себя за чужую вину? Если ты умрёшь, виновные останутся безнаказанными, а ты погубишь свою жизнь.

Чу Янь наконец подняла голову и с хриплым голосом спросила:

— То есть, если я останусь жива, ты сможешь заставить его заплатить?

— Конечно. Похищение девушки — смертная казнь, а если добавить попытку убийства, то можно уничтожить весь дом Ли-цзюня.

Чу Си дала Чу Янь выбрать: продолжать компромисс или добиваться справедливости. Чу Янь, хоть и обдумывая всё с болью, в конце концов согласилась бороться, пусть и с трепетом за свою дальнейшую судьбу.