День близился к середине, когда Ицуки, Харуто и Сэцуна наконец сошлись на вокзале Синдзюку. Им предстояло раздобыть билеты на экспресс и вскочить в «Романтический вагон» компании Одаку — или как там называлась эта электричка.

Они расселись по местам и вскрыли коробки с бэнто, купленными тут же, на вокзале. За окном огромный город, который обычно окружал их повсюду, стремительно сменился унылыми фермами и рисовыми полями.

— Подумать только: час езды от Синдзюку — и ты уже в глуши, — протянул Ицуки.

— Эй, не называй это глушью, — усмехнулся Харуто.

Пейзаж за окном лихорадочно сменялся: идиллические сельские угодья превращались в провинциальные городки, пока поезд наконец не вкатился на станцию Хаконэ-Юмото.

Ребята просочились сквозь вокзал, лавируя между грудами сувенирных лавок, и вывалились наружу. Быстро заглянули в магазинчик EVA, а потом неспешно двинулись к отелю.

Ицуки бодро шагал впереди, без умолку щелкая камерой и впитывая атмосферу горячих источников.

— Хм… Может, мне стоит использовать такой городишко как локацию в следующей книге «Все о сестре»? — задумчиво протянул он.

— Повезло же тебе, — с легкой завистью сказал Харуто. — Твой роман про современную Японию. Тащи в сюжет всё, что увидишь в отпуске.

— А откуда ты берешь материал для своего фэнтези? — спросила Сэцуна.

— Ну… в идеале я бы сгонял в Европу, чтобы всё изучить. А так — перелопачиваю книги, сайты, Google Earth. Ищу города, которые выглядят достаточно средневековыми. Ну и фэнтези-фильмы, аниме, игры помогают. Передачи о путешествиях тоже отлично заходят.

— Я примерно так же пишу фэнтези, — кивнул Ицуки. — Но нам, писателям, проще: многое можно додумать. А вот как с этим справляется художник вроде тебя? Ты же и с фонами отлично работаешь.

Серия Ицуки «Сестры Нового Света», которую как раз иллюстрировала Сэцуна, разворачивалась в мире, сочетавшем фэнтези и элементы научной фантастики недалекого будущего. Однако Сэцуна никогда не испытывал трудностей с тем, чтобы превратить расплывчатые образы в голове Ицуки в прекрасные иллюстрации. В его рисунках чувствовалась невероятная фотореалистичность, даже когда он изображал города, которых не существовало на Земле. Глядя на эти работы после того, как он сдавал первый черновик, Ицуки сам начинал лучше понимать мир своей книги и значительно дорабатывал сюжет. Если бы иллюстрации Сэцуны не были готовы до выхода книги, та бы от этого сильно пострадала — возможно, даже единственным ее достоинством остались бы только картинки. И уж точно второму тому не видать бы успеха.

— Фонами? — беззаботно переспросил Сэцуна. — А, да я просто рисую что придется.

— Что придется?

— Я особо не парюсь. Читаю текст и думаю: «Наверное, это выглядит как-то так». А потом рисую.

— Спасибо за столь подробное пояснение, — сдался Ицуки.

— Это просто гений, — насмешливо прокомментировал Харуто.

Они заселились в отель и сразу же рванули в горячий источник.

— Не могу дождаться, когда залезу в купальню на свежем воздухе! — чуть ли не выкрикнул Сэцуна, стремительно срывая с себя одежду.

Он был невысоким, но мышцы у него были упругими и рельефными. И когда взгляд Харуто случайно упал на нижнюю часть его тела, он не смог сдержать изумленного вздоха.

— Ни фига себе!

— Так, парни, увидимся там!

— Ага… — только и смог выдавить Харуто.

Он продолжал смотреть на Сэцуну, который с насвистыванием вышел из раздевалки.

— Слушай, Ицуки.

— Ага, — отозвался Ицуки, прекрасно понимая, что именно заставило Харуто замереть на месте.

— Мне не кажется, или у Сэцуны… ну… очень большой?

— Ты тоже это заметил?

Ицуки пережил ровно такой же шок, когда в прошлый раз ходил с Сэцуной в баню. Вообще-то он не привык разглядывать чужие достоинства, но даже по сравнению с одноклассниками в школьной раздевалке или с гостями в таких же банях Сэцуна заметно выделялся.

Оба молча стягивали с себя одежду, пока не остались в одном нижнем белье. И тут они замерли.

— Ицуки, а у тебя… какого размера? — спросил Харуто.

— Ну… Нормального, наверное.

— А… у меня, наверное, тоже нормальный…

Казалось, что снять с себя последнее было для них труднее всего. Они украдкой бросали взгляды на паховую область друг друга.

— Ладно, у меня, может, и не такой длинный, как у других, но я и сам невысокий, так что тут уже ничего не поделаешь.

Ицуки уже начал оправдываться.

— Ну, не знаю, — возразил Харуто. — Я вообще не думаю, что размер зависит от роста! Вон, посмотри на Сэцуну!

— М-да…

Они снова переглянулись.

— Осмотрим на счет «три»?

— Договорились, — кивнул Ицуки, морально готовясь.

— Раз, два… — скомандовал Харуто.

По команде они одновременно стянули с себя белье — и тут же уставились друг на друга.

После нескольких напряженных секунд изучения стало ясно: примерно одинаковые.

Харуто посмотрел на Ицуки с мрачным видом.

— Как думаешь, может, сравним?

— Давай не будем, — ответил Ицуки с не менее мрачным лицом. — Кто бы ни победил, нам все равно будет грустно.

— Да уж… Все равно мы Сэцуне не конкуренты…

Они вздохнули в унисон, обернули полотенца вокруг бедер и тяжелой поступью направились к купальне под открытым небом. Оттуда открывался чудесный вид на бьющий из-под земли источник, но перед глазами мелькали одни члены.

Примечание переводчика: глава просто называется члены, внес небольшие предложения. Фаллометрия (мерянье хуями, членоизмерение, пиписькомерство).

Уголок вопросов и ответов

Вопрос: Какое импортное пиво ты посоветуешь тем, кто не любит обычное пиво?

Думаю, многих отпугивает именно горечь. Так что хороший вариант для знакомства — это бельгийское белое пиво: например, Hoegaarden или Vedett Extra White. Они фруктовые, и горечи в них почти нет. В Японии их легко найти. Еще советую фруктовое пиво вроде Lindemans Kriek или Mystic Cherry. Оно пьется как сок — вообще не чувствуется, что это пиво.

Вопрос: Почему в Бельгии так много разных сортов пива?

Есть распространенная теория: мол, в Бельгии нельзя выращивать виноград, поэтому пиву пришлось занять нишу алкогольных напитков крепостью около десяти градусов. Но на самом деле вино в Бельгии делали веками. Так что… я без понятия, если честно. Наверное, бельгийцам просто очень нравится пиво, вот и всё.