Этот металл обладает очень слабым электромагнитным излучением. Оно оказывает вполне положительное воздействие на человеческий организм. Люди Ваканды живут гораздо дольше именно благодаря инопланетному металлу.

Адамантий же, напротив, губительно влияет на организм, а потому лишь одна подопытная выжила при внедрении его в организм. И она сейчас ходит среди Людей Икс.

Что вибраниум, что адамантий относительно легко поддаются обработке и изменениям, разве что последний надо для этой самой обработки расплавить, иначе даже продвинутым технологиям местных не удастся воздействовать на него. Однако для Императора все это было несущественными мелочами. Но есть одна проблема, у них очень сложная внутренняя структура. Искуственно синтезировать их крайне сложно. За три года Император смог создать всего по десять килограммов этих материалов, в качестве основы используя обычный металл в соотношении один к ста. То есть он потратил тонну стандартного металла, чтобы получить десять килограмм адамантия и вибрания. «Неплохой размен».

Почти всю полученную массу Император потратил на свое «хобби». Как у любого человека, у бывшего Владыки Человечества есть одно увлечение, которым он предпочитает заниматься в свободное время. Создание оружия и брони. Император выковал для себя и своих подопечных прочные доспехи и могущественное вооружение. Конечно варп-материя имеет свои преимущества, но она требует постоянной концентрации, чтобы вещь просто не растворилась из реальности. Именно поэтому настоящие материалы куда лучше.

Адамантий и вибраниум Император преобразовывал в своеобразный жидкий металл. Он равномерно использовал его в своих работах, добавляя, как некую примесь к синтезированному керамиту и аурумиту. В результате доспехи стали обладать свойствами некродермиса — живого металла, способного к самовосстановлению. Но в отличие от ксенообразцов, его броня в разы прочнее и куда лучше защищает носителя.

В третий раз Император удивился, изучая местную кибернетику. Побывав в «Зоне 51» он уже имел представления о том, что местная наука опережает время на десятилетия. Но данные Щ.И.Т.а и Секретного Комитета просто поражают. Человечество научилось создавать полноценный искусственный интеллект.

Если обобщить, Император пришел к выводу — взять правление исключительно силой вряд ли получится. Только если не утопить планету в ядерном огне — но это не лучший вариант. Нужен более мягкий подход. Тот самый путь становления защитником людского рода перед лицом неизвестной угрозы…

Император ждал, готовился. Он накапливал силу. Сейчас он полностью восстановился. Ему больше нет нужды прятаться за детской ширмой. Впрочем, «Альбей» не стал создавать свое прошлое тело. Оно выглядело бы слишком огромным, гротескным. Стоило понимать, что ситуации Здесь и Там кардинально отличаются. Учитывая местные нравы, такое тело лишь оттолкнет от него простых людей. Император ограничился лишь укреплением более взрослого облика. Сперва «Альбей» планировал воспользоваться Х-геном, чтобы еще сильнее усовершенствовать себя, но на определенном этапе отказался от этой затеи. Он ещё многое не понимал в нем.

Пользуясь данными Щ.И.Т.а, Император составил небольшой список личностей — те, кого надо держать на особом счету. Эти индивиды обладают колоссальной, хуже того — зачастую совершенно неуправляемой силой и представляют некую опасность для бывшего Владыки.

В качестве своей временной базы он выбрал тихое местечко на севере штата Вашингтон. Идеальное место для небольшой подземной базы, окруженной дремучим лесом. Императору потребовалось пару дней, чтобы оборудовать её и создать более-менее приемлемые условия для проживания. Здесь он изучал, познавал и исследовал.

Доктор Октавиус — не первый и не последний ученый, что присоединился к команде Императора. Помимо него, «Альбей» завербовал несколько специалистов из «Гидры» и А.И.М.а. Пока что эти умы занимались тем, что поглощали новые для себя знания. Бывший правитель Империума делился с ними далеко не всем. Он давал им только то, что им может пригодится. В частности, плазменные технологии, энергетика, боевые лазеры, процессоры и тому подобное.

— Майн готт, это поистине впечатляет! — Отто Октавиус не скрывал своего научного восторга, купаясь в новых знаниях. — Правда была так близка, но я упустил такую сущую мелочь…

Доктор не обратил внимание на проходящего мимо Императора, за которым следом шел Амон. Он даже не ощутил его присутствия.

Сняв золотой шлем с лицевым щитком в форме пасти льва, Император окинул просторное подземное помещение тяжелым взглядом. Светлые белые коридоры почти пустуют. Только стойки оружия и информационные банки напоминают о том, что тут кто-то есть.

«Spider-man, Spider-man

Does whatever a spider can

Spins a web, any size

Catches thieves, just like flies

Look out! Here comes the Spider-man!»

«Как я вижу, Таскмастер уже вовсю осваивает способности симбионта», — подметил Император, наблюдая за тем, как девушка, окутанная черной субстанцией, ползает по стенам. Музыка доносится из её плеера, что закреплен на поясе. Со стороны она мало чем отличается от того же Агента-Венома. Различие в лице — если Томпсон имела что-то, похожее на маску Человека-Паука, то Веном на голове Таскмастера создал нечто, похожее на человеческий череп с очень острыми зубами и пустыми глазницами.

— Милорд, — Амон прервал тишину. — Все наши приготовления завершены. Мы получили то, что хотели. Настало время следующей фазы?

— Именно Амон. Именно. Долго мы здесь не задержимся.

*****

Королевство Латверия.

Латверия — очень необычная и парадоксальная страна. Маленькое восточно-европейское государство, находящееся между Румынией, Трансильванией, Венгрией, Сербией и Симкарией. Основано она в далеком четырнадцатом веке неким Карлом Хессеном — графом Священной Римской Империи. Латверия умудрилась просуществовать столь долгое время благодаря политической мудрости её руководителей. Те почти всегда занимали нейтралитет в общемировых вопросах, не вмешиваясь в дела других стран. В том числе и во время второй мировой войны, когда почти вся Европа была под Германией. Хотя достоверно известно о том, что несколько нацистских баз располагались на территории Латверии. Тайно. До сих пор неизвестно, почему страну не попытались завоевать, ведь в отличии от Швейцарии в ней не было сети мощных банков, в которых хранились деньги обоих сторон конфликта.

Трёхмиллионное население Латверии довольно разнообразно. Немцы, венгры, румыны, сербы и еще несколько малых народов. Государственный язык — латверийский, местный диалект немецкого с примесями старославянского.

Больше всего в Латверии представляет интерес её правительница. Виктория фон Дум. Молодой абсолютный монарх, что сразу после своей коронации стала персоной нон-грата из-за своей речи в ООН. Пускай она правит очень недолго, но на неё только официально было совершенно более пятидесяти покушений. ЦРУ, ФСБ и прочие мировые структуры откровенно желают ей смерти из-за её выходок.

Благодаря Виктории Латверия теперь считается микро-супердержавой. Она одна из умнейших людей на Земле, если не самая умная. Буквально за несколько лет её правления восточноевропейское королевство умудрилось обогнать по уровню развития почти все страны мира. В этом вопросе с Латверией может соперничать только Ваканда, если речь идет о гражданских технологиях. И это не беря в расчет остальные способности Виктории.

Как у любого истинного абсолютного монарха, у Виктории есть свой роскошный дворец. Средневековый немецкий замок, построенный еще при Карле Хессене. Семейная резиденция, что передавалась из поколения в поколение. Это довольно-таки компактное строение, выполненное в форме прямоугольника, с двумя рядами высоких каменных стен, украшенных фамильным гербом. Вверх подымаются высокие башни с защитными зелеными куполами. Внутренний двор — изысканный зеленый сад, с рядами ухоженных кустов, декоративных растений, белых мраморных дорожек, удобных лавочек и античных статуй.

Главная белоснежная дорога, вдоль которой выстроились средневековые рыцарские доспехи, ведет к донжону. Главное строение крепости — резиденция монарха. Внутри все буквально ломится от роскоши — изящные ковры, прекрасные картины с портретами семьи, дорогостоящие хрустальные люстры, фамильные бюсты. Это место так и кричит о королевском владении. Единственное проявление высоких технологий — парящие в воздухе ромбовидные лампы, светящиеся мягким, золотым светом.

Несмотря на общий антураж раннего девятнадцатого века, атмосферу резиденции Виктории портит многочисленная охрана. Боевые роботы, что внешне ничем не отличаются от своей хозяйки — закованные в тяжелую, серую броню, с длинным зеленым плащом и капюшоном. Немногочисленная человеческая прислуга, дворецкие и горничные, тихо выполняет свою непыльную работу.

Красноволосый молодой человек, приятной, даже обворожительной внешности, в строгом деловом костюме застыл напротив одной картины. На широком полотне, древний, давно покинувший этот мир художник, изобразил довольно жуткую картину. Своеобразный судный день, когда мертвые восстали, неся смерть и разрушение. Орды скелетов загоняют обезумевшую толпу в гроб с изображением креста. Кто-то из людей пытается сопротивляться, кто-то пирует, но большинство послушно идут на встречу забвению. Повозка, забитая черепами, мрачно собирает богатый урожай. Мёртвые, укутанные белыми тканями, торжественно сбрасывают в воду еще живых людей на шеях которых висят внушительные камни. В отдалении виднеется битва между людьми и скелетами. И те её проигрывают.

Трое дум-ботов вышли из коридоров. Быстрыми тяжелыми шагами, они окружили юношу.

— Вы проникли на суверенную территорию королевства Латверии. Поднимите руки вверх и проследуйте за нами. У вас есть ровно десять секунд, чтобы подчиниться. В случае неповиновения будет применена летальная сила. Отсчет пошел.

Юноша не сдвинулся. Он не обратил внимания на слова роботов и продолжил внимательно всматриваться в картину.

— Время вышло. Объект не подчинился. Применение летальной силы разрешено. Огонь на поражение, — механический голос отчётливо произнёс эти слова.

Но прежде, чем троица роботов успела что-то предпринять, от юноши во все стороны прошла легкая волна, будто бы лишившая машин гравитации. В следующий же миг горящие алым глаза бессильно потухли, и мигом их тела разобрались.

Каждый винтик, каждая маленькая деталь — все рассоединилось. Мгновение спустя на красном ковре вокруг юноши лежали несколько куч металла, проводов и микросхем.

— «Триумф Смерти». Картина, написанная Питером Брейгелем Старшим в тысяча пятьсот шестьдесят втором году. Подлинник. Автор с точностью передал господствующее настроение в испанской Голландии, незадолго до начала восстания. Но мне особенно нравится, как он изобразил религию. Вместо желанного спасения — опасная западня. Как верно подмечено, — юноша будто разговаривал сам с собой. Его голос обращен к тому, кого здесь нет.

— Верно подмечено, — в длинном коридоре прозвучал зеркальный ответ бархатным женским голосом. — Брейгель Старший считал католицизм обманом и смертью. Учитывая, что потом делали испанцы на его земле с именем господа на устах — он был достаточно близок к истине. Но я не совсем согласна со столь категоричным заявлением. В час нужды религия способна утешить бедняка, дать силу храброму и сплотить людей.

— Хм, смелое заявление. Эти положительные моменты теряются на фоне всей грязи истории, что нам известна. «Убивайте всех, господь узнает своих» — эти слова приписываются аббату Сито Арнольду Амальриху при осаде крепости Безье во время Альбигойского крестового похода. В той резне было убито двадцать тысяч невинных людей.

— Необычно слышать такую неприязнь к чему-то от молодого человека. Ты не похож на обычного убийцу. Возможно, ты пытаешься отвлечь моё внимание, пока твой напарник прокрадывается ко мне.

— Исключено. Я тут один. И я не желаю тебе зла.

— Тогда почему ты уничтожил моих роботов?

— Не уничтожил, а разобрал, — юноша развернулся, посмотрев прямо в одну из скрытых камер, что висит над ним. — Еще раз повторю, я не желаю тебе зла. Я явился к тебе исключительно с благими намерениями. И к тому же, если бы я подчинился требованию этих машин, мне бы не удалось с тобой встретиться лично.

— Очень любопытно. Ты каким-то образом смог попасть в мою страну, пройти через всю охрану и остановился возле картины Брейгеля. И все это ради того, чтобы поговорить со мной. Честно признаюсь, я очень заинтересована, что такой симпатичный молодой человек хочет со мной обсудить. И не буду врать — ты первый, кто зашел так далеко. Почти все шпионы и убийцы попадаются на границе. И тут возникает вопрос, кто ты такой? Назови свое имя.

— Оно вам вряд ли что-то скажет, но так и быть, я удовлетворю вашу просьбу. Меня зовут Альбей Сиггилит.

Последовало минутное молчание. Красноволосый неспеша переминался с ноги на ногу. Один раз глянул на позолоченные часы.

— Действительно, это имя мне ни о чем не говорит. Твое лицо не распознает моя система — значит, ты находишься вне современного общества. Любопытно, крайне любопытно.

— И каково ваше мнение? Если вы считаете меня угрозой, я прямо сейчас могу покинуть ваш дворец, и больше вы никогда обо мне не услышите.

— Нет, ни в коем случае. Ты проделал явно долгий путь, чтобы увидеть меня. Кто я такая, чтобы отказать столь необычному гостю? Мои охранники тебя проводят. И пожалуйста — на этот раз не разбирай их.

Как по щелчку пальца, из боковых коридоров вышли еще двое дум-ботов. Боевые машины куда плавнее подошли к краснолосому юноше, остановившись на почтительном расстоянии.

— Прошу вас, следуйте за мной, — прозвучал вежливый механический голос.

— Как пожелаете.

Убрав руки в карманы, «Альбей» молча последовал за боевыми машинами. В обычном темпе, те повели его по многочисленным, запутанным коридорам, проводя по большим залам и уютным помещениям. В конце концов они остановились возле внушительной дубовой двери, что больше походит на защитные ворота средневекового замка.

— Вас ждут, — машина вежливо пригласила юношу внутрь, плавно открывая перед ним дверь.

Виктория встретила гостя в необычном амплуа. Вместо грозного доспеха, в котором она регулярно предстает в обществе, она облачена в простой, плотный длинный зеленый халат. Правительница Латверии сидит на мягком диване, обитым красной кожей. Одна нога положена на другую. На коленях лежит массивная книга с твердым переплетом.

Пускай Император давно не испытывает влечения к противоположному полу, но он до сих пор вполне способен оценить женскую красоту. Идеально гладкая кожа молочного оттенка. Узковатая талия, широкие бедра, подтянутая грудь. Плавные, приятные на вид черты лица королевских кровей. Немного пухловатые губы. Коротковатые, едва дотягивающие до плеч, уложенные на левый бок темно-каштановые волосы. И взгляд. Строгий. Холодный. Пристальный — карие глаза внимательно всматриваются в красноволосого, пытаясь оценить его со всех сторон.

— И что же ты хотел мне сказать? — поинтересовалась Виктория, резко захлопнув книжку. Император разглядел на переплете: «Л.Н.Толстой «Война и Мир». Она плавно, с некой грацией поднялась с дивана и подошла к внушительному книжному шкафу. Свободное место находилось высоко, почти что у потолка, рядом с люстрой. Вместо того, чтобы двигать специальную лестницу, книжка сама поднялась в воздух, удерживаемая невидимой силой.

«Телекинез», — подметил Император.

Убрав книжку на место, Виктория так же плавно вернулась на своё место возле уютного камина. Жестом руки она пригласила «Альбея» присоединиться к ней. Сесть на свободный диван, что располагается напротив неё.

— Я пришел поговорить о будущем, — произнёс Император, плавно опускаясь в своё место. — Как и тебе, мне небезразлична судьба человеческого рода. И я уверен, вместе с тобой мы в состоянии изменить мир к лучшему.

— Продолжай. Я заинтересована.