Поместье Делорис.

Элиан нервно трепал перстень на своем пальце, пока сидел на скрипящем стуле перед бессознательным телом Мари.

Бордовые шторы на окнах немного приоткрыты, впуская солнечный луч между ними.

Прошло несколько дней после святого дня, и люди начинали понемногу приходить в норму, если это можно было так назвать. Дворец требовался в ремонте, как и многие души людей, пострадавших в тот день. Во время разбирательств достаточно часто мелькало имя Кайны Форман, которая в качестве замены своего пострадавшего от разрушения дворца отца быстро приспособилась, начав демонстрировать свои сильные стороны для должности советника внутренних дел.

Семьям погибшим были высланы письма с сожалениями, а вышестоящие части общества разбирались со смертью императора и искали достойную замену.

На плечо Элиана, погруженного в раздумья, легла рука утешения. Парень слабо оглянулся, увидел первосвященника.

— Тебе нужен отдых. — голос Деона не принимал отказов, явно готовый в случае сопротивления вытащить брата за шкирку, Элиан устало поплелся за ним. Вместе они вышли из комнаты и приземлились в гостиной.

Одним движением Деон достал узорчатую колоду карт, положив их на стол перед собой. Элиан усмехнулся, принимая вызов. Во время увлекательной игры братья Делорис повседневно переговаривались, бросаясь разными фразами.

Парень взглянул на первосвященника. В груди зашевелилось неприятное, колючее чувство.

Частичка души Элиана смешалась с душой Алекса, но с бывшего принца это не снимало груз ответственности.

Деон столько всего сделал для своего младшего брата, не осознавая, что его души давно нет в этом мире, а на его месте был чужой.

Элиан на мгновение перевел взгляд на газету, лежавшую неподалеку, на комоде. В свежих выпусках газет сообщалось, что первосвященник на первом месте среди кандидатов на престол, несмотря на отсутствие родственных связей с императорской семьей.

Элиан был уверен, что Деон согласится, если ему действительно предложат пост императора ради благополучия семьи.

Элиан метался между двумя выборами: рассказывать, не рассказывать парню правду.

— Все обойдется. Ей просто требуется отдых. — произнес Деон, увидев странный взгляд брата.

Элиан слабо закивал головой и горько улыбнулся. С тяжелым сердцем, но он принял решение.

Деон раскрыл последний карты, поставив точку в своей победе.

В день, когда Алекс умер, Аделаида собственноручно избавилась от тела и всех улик, поэтому Деон так и не видел, что конкретно произошло в той комнате. Он больше сосредоточился на своем потерявшем памяти брате, не придавая значения, как именно Алекс пожертвовал своей жизнью.

***

Мария привычно расположилась на кресле в кабинете советника внутренних дел. Запах старых книг и документов летал в воздухе, заполняя пространство. Вечный беспорядок на рабочем столе и рядом с ним создавали интеллектуальный хаос, что каждый раз был страшным сном для Марии, когда она заходила к своему знакомому, стоило ей только взглянуть на разбросанные повсюду документы.

Двери отворились, и показался профиль хозяина кабинета, державший две чашки с горячим чаем.

Тридцатилетний мужчина с редкими длинными волнистыми волосами светло-русого цвета, собранными в низкий хвост, мелкие уставшие глаза с смущенным взглядом. Узкое круглое немного бледное от болезни лицо украшает прямой нос и маленькие губы.

Мария поблагодарила, взяв кружку из рук мужчины, и отпила немного, пока хозяин, прихрамывая, возвращался в свое кресло.

— Я связалась с священниками по поводу вашего здоровья, дядушка Фо.

— Не стоило. — последовало от Форман.

Айзек Форман — советник внутренних дел при первом принце Касторе, когда тот ещё не взошел на престол.

— Айзек.

— Не начинай, прошу. — спокойно прервал мужчина нотацию Марии.

Долгое время Айзек страдает от болезни. Ему в голову даже пришла идея принять яд, чтобы упокоится, не мучаясь дальше от болезни. За этим однажды его застала Мария и уговорила не убивать себя таким способом.

— Я уже давно решил, что передам свои полномочия двоюродному брату. Я благодарен за твою помощь, но не стоит тратить на меня ресурсы. — девушка недовольно скрестила руки от слов Форман, однако спокойным тоном продолжила.

— Мне нет дела до вашей должности. Даже если вы передадите свой пост другому, Вы должны продолжать бороться с болезнью. — Мария поднялась с кресла и плавно переместилась за спину советника, положив руку на плечо. Взгляд девушки приметил лист с простым и понятным заголовком «Завещание», в котором, кроме очевидных финансовых пунктов, мужчина с усердием каллиграфическим почерком расписал разные имена для будущих племянников. Одно из таких было «Кайна».

— Вы нужны своей семье. Вы можете этого не осознавать, но от этого правда не изменится. Вы должны жить ради семьи. Ради своих будущих племянников. Я просто хочу, чтобы Вы спокойно продолжали жить и общаться с близкими, пока есть эта возможность, ведь никто не знает, что будет дальше. — девушка протянула руку с немного строгим взглядом. Она знала, что в тот вечер дядушка Фо отдал не весь яд, что у него был.

— Священники зайдут сегодня вечером. — сообщила Мария. Мужчина грациозно стучал пальцами по чашке, пока не сдался под пронзительным взглядом. Он открыл нижний ящик стола, позволяя Марии конфисковать последние склянки со смертоносной жидкостью.

***

Элиан взволнованно подскочил с кресла, когда заметил, как Мари открыла глаза.

Веки, тяжелые от долгого сна и самочувствия девушки, с трудом поднялись.

Мари оглядела пространство вокруг себя, пока Элиан звал слуг.

Девушку осмотрели и подали легкую еду, чтобы не нагружать и так ослабленный организм.

Деон с уставшими синяками под глазами, но стойким взглядом разогнал любопытных слуг, что перешептывались, а сам сел на стул напротив кровати.

— Так вот она какая оказалась, та несчастная леди.

— Брат. — недовольно буркнул Элиан, когда Деон бросил такую фразу.

— Никогда не думал, что во дворце может случиться такой переполох. — серьезно начал Деон, внимательно наблюдая за реакцией двух его заноз.

— С первого дня нашего знакомства у меня возникли вопросы, и с каждым днем их становилось все больше, но… — Первосвященник окинул взглядом вид за окном. Немного помолчав, парень томно выдохнул, обратив взор обратно на ребят.

— Но у всех свои секреты. Говорят: меньше знаешь – крепче спишь. — Деон плавно вышел из помещения, ни разу не обернувшись, оставив ребят одних в неловкой тишине. Элиан заглянул в окно, где вид прекрасного сада с беседкой завлекал к себе.

Парень опустил голову, неосознанно схватившись за кольцо.

— Как себя чувствуешь?

— Ну как сказать… Если честно, не знаю. — липкое, навязчивое чувство нарастало в душе Мари.

Все действительно закончилось?

Может, счастливый конец лишь мучительная галлюцинация?

Вдруг это ложь и всё вернется на круги своя, вынуждая проходить через это ещё раз?

Девушка поникшими глазами заглянула на Элиана, и в груди стало немного полегче. Рука слабо сжала одеяло.

— Выслушаешь? Это долгая история. — горько усмехнулась девушка. Ей было необходимо с кем-то поделиться тягостями своей жизни. От начала до конца.

— Нотации или истории, мне неважно. Я готов слушать тебя вечность. — уголки губ Элиана немного приподнялись, когда он готовился быть самым внимательным слушателем на свете.

***

Мари размеренно подходила к знакомой заброшенной башне. Трава хрустела под ногами, легкий ветер дул в лицо, играя с черными волосами, как во время самой обычной прогулки на природе.

Мари шаг за шагом оглядывала местность, предаваясь воспоминаниям. Она остановилась у подножия башни и окинула взглядом её серые, покрытые мхом стены. Когда-то это место было проклятым и пугающим, местом продолжением проблем, но теперь оно выглядело безжизненным и забытым, как дела давно минувших дней.

Внезапно боковое зрение зацепило странный, неподходящий к атмосфере этого места, розовый цвет у башни. Мари подошла поближе и наклонилась, чтобы рассмотреть поближе.

Рядом с запечатанным входом в башню среди травы умиротворенно лежал старый букет.

В руках девушки оказались несколько засушенных нежно-розовых лепестков роз, которым повезло не быть сдутыми ветром за столько времени. В нос ударил слабый запах шиповника.

После истории нападения на карету, в которой ехали Фридман в изгнание, захоронением тел умерших занялась семья неуклюжего виконта, отвечавшего за землю, на котором произошло убийство. В последствии чего данные о местонахождении могилы семьи Фридман были ненароком безвозвратно утеряны.

Мари расчистила небольшой клочок земли недалеко от башни, приказала слугам найти нужного мастера, и уже через несколько недель на этом месте красовалась каменная плита с именем Далии Фридман, старательно высеченным умельцем. Предварительно позвав священника, девушка вскопала неглубоко землю у надгробия и сохраненные лепестки, найденные у башни, вложила туда, после чего дала священнику выполнить свои обязанности.

После прочтения молитвы и других обрядов, малую могилу закопали обратно. Священник, исполнив свой долг, почтительно попрощался с герцогиней. Оставшись одна стоять перед надгробием, Мари задумчиво осмотрела проделанную работу.

Спокойно приподняв край юбки, девушка присела в ответном грациозном реверансе.

***

Мужская рука осторожно зажгла несколько свеч, не позволяя мастерской полностью погрузится в ночной мрак.

Элиан сел на табуретку, поправляя серебряный подсвечник, чтобы свет от огня мягко освещал холст с размером ладони, и принялся за работу, взявшись за кисть.

Рука двигалась по всему пространству холста, то вверх, то вниз, периодически ускоряясь и замедляясь в зависимости от сложности определенных деталей, создавая знакомый образ.

Лицо парня было сосредоточенным, глаза немного сощурились, а брови нахмурились, пока он вкладывал свои воспоминания и эмоции в свое произведение через краски.

Элиан, отложивший ненадолго кисть, протер лицо руками, пытаясь взбодриться. Выборы нового императора знатно утомили как его, так и Деона. Первосвященник сохранял вежливое лицо, но было видно, как он сдерживается, чтобы не ударить себя по лицу от наивности и тупости некоторых дворян. Элиану, как главе императорской страже, тоже досталось.

После ситуации с умершим императором, для людей, особенно для простолюдинов, они вдвоем стали героями империи. На это Деон лишь горько усмехался, забавляясь иронией судьбы.

***

Зал озарился радостными аплодисментами, когда корона возложилась на голову Деона, нового императора. Старый наряд первосвященника сменился на черные брюки, белую тунику, связанная в талии кожаным ремнем, и красную бархатную накидку. Неподалеку от императора стояла Кайна, вступившая недавно в должность советника внутренних дел благодаря своему вкладу в устранение последствий после Святого дня и некоторых других факторов, скрытых для обычных людей.

Мари, стоявшая в числе аплодирующих, оглянулась, когда знакомая рука дотронулась до её плеча.

— Ты разве не должен быть возле императора? — задала логичный вопрос Мари, чуя подвох от появления рядом главы имперской стражи.

Элиан хитро улыбнулся, начав шептать заговорщическим шепотом на ухо герцогини.

— Моему брату с этого дня предстоит встречаться с невыносимыми ему людьми, и я подумал сделать подарок, избавив его на один день от своего присутствия. — парень осторожно обхватил кисть Мари и прокладывал дорогу через толпу к выходу, уверенный в способности своих подчиненных быть подле императора.

Мари скептически взглянула на парня, ожидая правдивый ответ.

— Ладно, на самом деле, он прогнал меня делать отчет, но сначала я хочу показать тебе кое-что. — немного стушевался Элиан, заметив взгляд девушки, но руку не отпустил.

Несмотря на всеобщую увлеченность присутствующих на Деона в тронном зале, от некоторых зорких глаз сплетниц высшего света не прошло мимо уход этих двоих без охраны.

Элиан аккуратно повел герцогиню по коридорам дворца. Его шаг то ускорялся, желая избежать лишнего внимания, то замедлялся, позволяя Мари вдоволь осмотреться и предаться некоторой ностальгии.

Наконец они дошли до знакомого сада. В округе не было ни души, что позволяло насладится тихой умиротворяющей атмосферой, слушая лишь нечастые порывы ветра и шелест цветов.

Зайдя в беседку, парень посадил Мари на скамью, после чего из скрытого кармана верхней одежды достал тот самый холст с размером ладони. На нем был портрет Миэля.

Мари неосознанно застыла, глядя на холст. Элиан, заметив заминку, нежно переложил в руки девушки свою работу. Сначала парень хотел объяснить, что специально выбрал такой размер холста, чтобы в случае желание Мари отправится в путешествие, она могла взять портрет с собой. Однако промолчал. Не сейчас. Потом.

Лицо Мари было сложно прочитать. Невозможно было понять, что конкретно она чувствует, смотря на портрет своего бывшего друга. Тоску? Счастье? Уныние? Сама герцогиня потерялась в ответе, однако уверенно могла сказать:

— Спасибо… — из глаза Мари тонкой стрункой потекла слеза. Элиан ловким движением достал из кармана белый платочек, предлагая его девушке.

Мари приняла предложение, протянув руку.

— Не уверена, что смогу дать тебе ту любовь, которую ты заслуживаешь и ждешь. — тихо объяснила Мари, убрав слезу со своей щеки. Парень недолго разглядывал её лицо, после чего слабо улыбнулся.

— Знаю. Подожду сколько тебе нужно. — Элиан положил голову на плечо Мари, уважительно не прижимаясь слишком сильно. Мари неуверенно положила руку на голову Элиана, потрепав его волосы.

Она перевела взгляд с парня на небо. «Такое яркое…» — подумала Мари, задышав полной грудью, прикрыв глаза.

Конец.