— Я и без тебя понял. Так. Ты сможешь снять водилу, если зажмешь педаль?

— Попробую, — буркнула девушка, разворачиваясь в сторону относительно прямой дороги. — Не смотрите мне под юбку! Но держите!

— Нашла время, блин, — выбив стекло в задней части кабины, я наполовину влез внутрь и схватил Беатрис за ноги, пока она, засев в окне, целилась.

— Э, от этой хренотени что-то оторвалось! — с тревогой сказал Лорри.

— М-м, мины? Ну да, довольно логично, так и ходить не надо лишний раз, — пробубнила Беатрис. — Не попала.

— Кольцо льда? Сможешь? — это я уже обратился к Дрейку, которому стоило больших сил вообще показывать нос из-за бортика пикапа.

— Вот блять... Попробуем.

Шар неожиданно полыхнул огнем и резко ускорился при этом, практически в одно мгновение поравнявшись с нами. Не слушая крик испуга, я постарался в тот же момент перетащить щитовиков на правую сторону автомобиля, но щиты были маловаты, чтобы сразу закрыть ото всего. Град пуль звякнул о машину, выбивая искры, сминая металл и превращая весь борт пикапа в самое настоящее решето, брызнула кровь, раздался болезненный вскрик, но ад прекратился спустя буквально несколько секунд, показавшихся мне вечностью.

Не став больше долго рассуждать, Пайро по моей подсказке швырнул канистру с подожжённой тряпкой-фитилем в сторону рейдерской развалюхи, затем мы быстро свернули в сторону, и все барахло знатно полыхнуло — что-то внутри шара сдетонировало в ответ на нашу бомбочку, на песок отскочили ошметки рейдера, а также повсюду воткнулись обломки шипов и тяжеленные двигатели.

Беатрис тут же остановилась, а я поспешил проверить состояние: щит Проглотика получил лишь несколько вмятин, тогда как у остальных щитовиков вряд ли можно будет еще раз подставляться под подобную атаку, не говоря уж про сам автомобиль. Даром что колеса оказались нетронуты из-за высоты шарообразной машины.

Пострадали лишь оба лучника — из-за того, что я старался в первую очередь закрыть остальных, они упали на дно прицепа и пикапа замертво, схлопотав сразу по несколько пуль. Снова попался на незнакомой территории, профукав год, но можно ли было вообще к подобному подготовиться?

— Прости, — тихо сказала Беатрис. — Я думала, что будет проще.

— Я сам выбрал эту зону, так что не стоит, — ответил я, навострив уши. — Черт, похоже, что это не все.

На этот раз звук отличался, и, надо полагать, теперь не ограничивался одной лишь странной машиной — источников было штук пять, если не больше, просто они складывались в единую какофонию, в которой было сложно что-либо четко разобрать. Взрыкнув двигателем, Беатрис быстро изменила траекторию, стараясь не ехать туда, где могли быть мины, но оторваться мы смогли совсем ненадолго — уже буквально через полминуты позади показались улюлюкающие гонщики на байках.

Одетые, как и прежние противники, в камуфляжные штаны, эти отличались обнаженными торсами, изуродованными шрамами и множеством ритуальных татуировок, будто бы выполненных безумным мастером. На их лицах были закреплены овальные безликие маски, с намалеванными поверх гладкой поверхности злобными рожицами. На мотоциклах зато можно было увидеть неаккуратно нанесенные белой краской символы безликого силуэта, довольно забавно потрясающего руками и ногами, если правильно понял смысл рисунка. Как говорится, рисунок смешной, а ситуация страшная.

Со свистом мимо нас пронеслась реактивная граната, пущенная из гранатомета: нас обдало волной песка, а Беа резко крутанула руль в сторону, уходя от еще одного заряда. Как только два ракетчика отстрелялись, на их место в банде ломанулась еще пятерка мотоциклистов, вяло постреливающих из пистолетов-пулеметов, но, судя по зажатым в их руках битам, на это они размениваться не будут.

Пока котик прикрывал прицеп, Пайро подхватил один из трупов лучников и швырнул на дорогу, пока он не исчез совсем — тело попало под колеса байкера, и ублюдок благополучно закувыркался по песку, причем в последний раз, судя по свернутой шее. Второе тело исчезло в дымке, так что в ход вступил Лорри, на этот раз уже не настолько переживающий насчет противника: быстро зачитывая символы, он создал пики довольно удачно — с лязгом два байка смялись о неожиданную преграду, так что преследователей осталось всего четверо.

Прекратив стрелять, два байкера обеими руками вцепились в руль и стали выжимать из двухколесных машин максимум, вынуждая выхлопные трубы полыхать огнём — пока Беатрис, воспользовавшись паузой, готовилась выстрелить, самая наглая парочка уже поравнялась с прицепом. Щелчок — отставший засранец брызнул ошметками головы и, свалившись с мотоцикла, шмякнулся на песок, снова щелчок — байк тревожно загудел, и, потеряв управление, еще один рейдер покатился по местности, перескочив через руль и смачно сломав себе спину о какой-то булыжник так, что ребра пробили кожу на обнаженном торсе.

— Хорошо идет, Беа! — потянувшись вперед, чтобы хоть немного стронуть руль и не отвлекать девушку, пока она прицелилась и снимала противников одного за другим, я увидел сообщение:

«Для использования гражданской техники ТехГан требуется обучение вождению легкой техники ТехГан».

Вместе с этим двигатель внедорожника чихнул и заглох.

— Милгосподин, ну вот нехуй же трогать, что не сломалось! — завизжал Лорри, видя быстро приближающихся рейдеров, но, к счастью, я быстро дернул девчушку обратно в кабину, так что она резво завела авто и вновь погнала вперед.

Улюлюкая, тем временем один из засранцев выудил из-за пояса шипастую цепь, которой стал ловко вертеть над собой, взмах — и хлесткий удар оставил кровавые драные раны на коже Пайро. Стиснув зубы, разозленный ифрит вцепился в цепь, которая от его касаний начала быстро белеть, и дернул на себя: байк отскочил в сторону, а его водитель полетел прямиком на выставленный кулак, вокруг которого даже воздух ходил ходуном, настолько жарким он был. Серебристая маска треснула, обнажая вид на обезумевшее лицо последователя Гнева со срезанными веками и безгубой улыбкой психопата, а затем с хрустом лицевые кости превратились в обугленную кашу. С шипеньем мозг моментально сварился, и обмякшее тело полетело назад, но в этот раз ифрит промахнулся мимо преследователей.

Второй байкер решил поступить хитрее, сразу обогнав прицеп и нацелившись на пикап. Замахнувшись битой, он оставил глубокую вмятину на бронепластине, что говорило о его недюжинной силе, но второй удар пришёлся на щит Проглотика: металлические челюсти слегка подались вперед, погружая зубцы в плоть рейдера, и тот, визжа не то от восторга, не то от боли, очумело глянул на свою откушенную руку. Отвлекшись на собственные раны, ублюдок не заметил, как алебарда котика плавно вошла в его затылок, рассекая безмозглую черепушку на две половинки, так что скоро и этот мотоцикл повалился вместе с телом набок, оставаясь далеко позади.

— Пайро, ты как? — перескочив на прицеп, как только машина остановилась, я быстро осмотрел рану ифрита. Шипы вошли неожиданно глубоко, оставив рваную рану, доставшую практически до кости, но качок ответил мне лишь хмурым ничего не выражающим хмыканьем. — Хватит ли на подобное отдыха?

Задумчиво разгладив бакенбарды, Пайро просто молча плюхнулся на дно прицепа, но, когда я подумал, что ему плохо, услышал лишь богатырский храп. Наверное, это означает, что все будет хорошо.

— Вижу! Вижу обелиск! — радостно объявила Беатрис, прыгая на крыше пикапа. Когда только успела туда забраться? — Скорее!

Колонна оказалась на противоположной от нашего текущего положения стороне, возле каменной гряды. Ехать, правда, пришлось достаточно медленно, поскольку с точностью сказать, где именно натыканы мины, никто из нас не мог, но положение некоторых замеченных мы для себя отметили на всякий случай.

— Что за странное подземелье, — продолжал ныть Лорри. — Это уже нихрена не руины!

— Там было указано «Ключевая точка», так что, видимо, этим подобная зона и отличается, — предположил я, хотя точный ответ мы получим, наверное, только когда выберемся из западни. — Беатрис, не торопись...

— Знаю, но все равно мне не терпится, — сообщила девушка с капризными нотками в голосе. — Хм... Там что-то шевельнулось, да? — ткнув пальчиком в ветровое стекло, сказала аристократка, но я уже и сам видел и слышал.

Неподалеку от обелиска из-под земли поднялась платформа, или, скорее, трамплин, откуда с рыком и лязгом выкатился, мать его, танк!

Бронемашина выглядела устаревшей, но это не значит, что она не может нас прикончить! Мощная пушка, курсовой пулемет, еще один пулемет на громоздкой низкой башне. Даже здесь рейдеры зачем-то нафигачили шипов, а повсюду на броне висели замасленные тряпки с символикой Гнева. Взревев двигателями и выбросив в воздух чернющий дым, танк сорвался с места, даже немного подпрыгнув при съезде с трамплина, и вместе с этим пушка выплюнула снаряд, разворотивший стену ангара: настолько ублюдкам не терпелось пострелять, что они даже не задумывались над тем, чтобы хорошенько прицелиться. Вот только начавший поливать все вокруг огнем пулемет все равно был опасен, так что Беатрис, резко развернувшись, погнала нас как можно дальше от гусеничного монстра.

— А-а! Что за хрень! — продолжал паниковать Лорри, вцепившись в Проглотика.

— Так заморозь эту хрень, чтоб не страшно было, — огрызнулся я, лихорадочно размышляя.

Без противотанкового оружия бороться с подобным не так просто, а со всем, что у нас есть, нужно подбираться близко — не думаю, что щит моего рыцаря сможет выдержать очередь из крупнокалиберного пулемета, даже если удастся избежать выстрелов главного орудия. Рявкнув, пушка подняла попаданием фонтан песка и грязи, опять засыпав нашу машину, причем было это уже слишком близко: то ли Гнев ставит на свою технику форсированные движки, позволяющие тяжеленной рухляди гнать с огромной скоростью, то ли я слишком плохого мнения о древней наземной технике.

Маг закончил заклинание, и на пути махины возникло ледяное кольцо — с грохотом и треском льда бронированный монстр просто пробил пики, даже не забуксовав, и уже через мгновение выскочил с другой стороны кольца, вновь поливая наш транспорт пулеметными очередями. Жалобно мяукнув, щитовик, сидевший в прицепе, припал на колено, но продолжал держать пробитый щит, когда еще одна пуля разворотила ему шею. Бесшумно шлёпнувшись на спящего ифрита, бездушный выпустил из рук щит, и тот со звяком упал на землю бесполезным куском искорёженного металла.

Чертыхнушись, я, подгадав момент перезарядки, быстро запрыгнул на крышу пикапа и, пытаясь успокоить ноотикой бешено колотящееся сердце, раз за разом кричал: «Тапку в пол!». УХУ!

Сиреневая энергия разлилась по всему телу, окутывая меня приятной теплотой и мягкостью, словно одеялко в зимний вечер. Плечи, запястья, а, может, и весь торс покрылись небольшими перышками, тогда как на грани видимости можно было заметить возникшие за спиной размашистые крылья, словно бы сотканные из серой дымки, мерцающей пурпурным светом. Поток воздуха разогнавшей машины подхватил меня, позволив воспарить над пустыней, и в тот же момент я выудил из кармана техгановский модуль, найденный мной раньше.

С громким лязгом танк развернулся на месте так быстро, что у него, как мне показалось, чуть гусеница не слетела, а из башни вылез рейдер в маске и, подвывая безумным многотональным голосом, вцепился в зенитный пулемет, открывая огонь. Пули прочертили воздух совсем недалеко, но я довольно ловко крутанулся в небе, быстро передавая через кошечку приказ Беатрис: внедорожник стал быстро удаляться в сторону ангара, пока я отвлекал бронемашину на себя. Ну же, сволочь, сколько у тебя там патронов?!

Пытаясь кружиться, как только мог, я даже отозвал доспех, чтобы быть еще маневренней. Пуля угодила в крыло, пройдя насквозь, другая, третья — вроде бы ничего страшного. Завизжав, рейдер вцепился в пустую коробку из-под патронов, сдирая ее с креплений, и в этот миг я сложил крылья и спикировал вниз.

Пушка и курсовой пулемёт ухнули, в надежде каким-то образом все-таки попасть по мне, но я приземлился так стремительно, что даже сам чуть не потерял ориентирование в пространстве. Охреневший от подобной наглости пулемётчик тут же попытался вмазать мне шипастым кастетом, и вскользь попал по вновь призванному доспеху, да так сильно, что кусочки металла впились в мою плоть, вгоняемые все глубже и глубже нечеловеческой силой твари. Хотя боль и дала мне жизненных сил, но была явно выше нового порога, из-за чего я не смог даже сразу активировать ноотическое лезвие кинжала... Полоснув по горлу ублюдка, вцепился в его руку, не давая вогнать шипы еще глубже в мою грудь, а рейдер лишь хрипло забулькал, наслаждаясь боевым безумием. Его алая кровь, источающая резкий химозный запах, заливала все вокруг, но рейдер ничуть не слабел, скорее наоборот. Ну уж нет, здесь я не сдохну!

Резкое «Уху» преобразовалось в бьющий по ушам звонкий крик, на мгновение вызвав удивление, или просто ошарашив фанатика, но этого было достаточно — клинок мигнул энергией, с шипением разрезая трахею, спинной мозг и мышцы шеи — булькнув напоследок, тело засранца свалилось вниз, ослабляя давление на мою рану, и почти сразу из люка вылетел ворох раскаленной дроби, превращая упавший труп в гору мясных ошметков. Отпрянув, я покатился по начавшей крутиться башне, когда из люка показался мускулистый бугай, чьи мышцы были развиты настолько непропорционально, словно он обкалывал каждую стимуляторами роста миоглобина. Удерживая в руках монструозных размеров дробовик с висящими на нем черепами, рейдер по-дебильному расхохотался и начал раз за разом нажимать на спусковой крючок, из-за чего мне пришлось быстро соскочить с танка, пока я не превратился в хранилище для свинцовых шариков.

Сплюнув себе в маску, бугай тут же скрылся внутри башни и закрыл за собой люк, а вновь газанувший танк резко развернулся и жахнул из пушки совсем рядом, после чего рванул вперед, рассчитывая нанизать меня на шипы.

— Уху! — прыжок, стрельба из пулемета, но стоило мне опять оказаться на башне, как мышечный монстр снова показался. Резко шлепнувшись на металл, я все равно словил пару раскаленных дробинок, впившихся в спину, но быстрый удар ножичком, пока я не потерял концентрацию, достиг цели — дробовик развалился на две половинки, а рейдер обалдело воскликнул, не в силах поверить в потерю любимой игрушки. Удар-удар-удар! Кинжал, казалось, не способен пробить гору мяса, а вот вспучившиеся вены вражины не сулили ничего хорошего.

— Гра-а-а-а! — получив сногсшибательный апперкот, от которого впору было опять голову развернуть на сто восемьдесят градусов, я соскользнул с башни, в последний момент впившись руками в детали корпуса. Разогретые пластины над двигателями были настолько горячими, что казалось чудом, как бронемашина вообще еще катается без охлаждения.

Далекий щелчок — бугай покачнулся, но даже без половины отстреленного черепа он все равно пополз ко мне, влекомый обидой за уничтоженный дробовик. Щелчок, щелчок — безголовая туша шмякнулась рядом со мной, заливая все вокруг кровищей.

Пытаясь сфокусировать зрение после удара, которым, как мне кажется, можно было бы шурупы в стену забивать, я заметил, что из бездонного танка показались еще две безликие рожи с зажатыми в руках обрезами. Спрыгнув с машины, я увидел, как два карлика прячутся обратно в люк, а танк поддает газку. С чего вдруг?

Посмотрев в сторону, куда направился гусеничный монстр, я увидел, что Беатрис весело прыгает на крыше, помахивая рукой с зажатой в руке пластинкой. Судя по тому, что пикап был без прицепа, она все-таки оставила остальных в сравнительно безопасном месте, но зачем сама-то поехала к обелиску, блин!

— Сюда, уродцы, сюда! Отстаньте от господина Филина! — кричала девчушка, и, когда танк отъехал от меня достаточно далеко, ловко запрыгнула в кабину и дала по газам.

Как бы я быстро ни бежал, догнать шуструю технику мне было не под силу, а уж на то, чтобы разогнаться так быстро, чтобы этого оказалось достаточно для полета, тем более. Шумно дыша через нос, я все равно продолжал мчаться, видя, что девица задумала. Направляясь прямиком к колее, оставленной шаром Праздности, Беатрис в самый последний момент свернула, и не успевший за ней танк пропахал корпусом прямо по минам. Оглушительный грохот, фонтаны грязи и бестолковый рев замершей на месте машины, которая даже после этого оказалась способна стрелять.

— Дура!

— И вам того же, — весело сказала Беатрис, поравнявшись со мной. Стоило только запрыгнуть, как девчушка снова стала разгоняться посильнее, чтобы я мог взлететь. — Как я себя буду чувствовать, если вы погибнете из-за моей хотелки?

— Без понятия, — буркнув, я вцепился в кабину многострадального пикапа и вновь взмыл в воздух. Пикирование было быстрее, чем кто-то из обитателей танка показался из люка. Взмах кинжалом — крепление слетело, удар мечом проткнул тело карлика насквозь, да так, что клинок вошел в темечко и криво вышел где-то из копчика. Оставив арверский меч, я полоснул по голове второго карлика, выбив из его рук обрез пинком, еще один удар — и голова отморозка покатилась по металлу, пока башня бестолково крутилась на месте.

Пнув тело, чтобы оно свалилось вниз, я увидел, что внутри еще двое. Закричав так, что внутри танка это было сродни взрыву светошумовой гранаты, я свалился вниз, на лету разрезая еще одного рейдера, который лишь с хлюпающим звуком распался на две половинки. Водила не успел развернуться, и так и остался сидеть, пока его голова с выражением невероятного раздражения на лице шмякнулась ко мне в ноги.

Пулемет неожиданно застрекотал вновь, а затем орудие, осветившись ярко-алым светом, рявкнуло снова. Танк забуксовал, пытаясь стронуться с месте, несмотря на то, что весь экипаж был убит... Что за чертовщина, это же не робот! Хватаясь за все рычаги в надежде отрубить машину, как это было с пикапом, я убедился, что она сейчас подвластна чужой воле, и через мгновение увидел подсветившуюся точку, которой до этого точно не было — словно бы возникнув в центре лужи натекшей с ублюдков крови, она впиталась в сочленения металла, начав формировать какой-то силуэт. Кусь! Да, лишний год, сука демоническая!

«Новая праведность получена: „ Съедая пешки “. Вы убили вражеского вассала своей способностью Апостола. Радиус „Поиска еды“ при наличии вассалов поблизости удвоен».

К несчастью, пожиралка не восстанавливает жизненные силы, пока на минимуме, так что я чувствовал себя разбитым. Раны от попаданий начали болеть, может, хоть это поможет? Небольшие закуски были благополучно потеряны со всей беготней, так что придется воспользоваться сухпайком...

Выбравшись из танка, я осмотрелся, думая, как сострить в подобной ситуации, но вместо этого просто потерял дар речи. Нет! Наверное, Беатрис, как и я, решила, что уже все, и остановилась, а теперь от пикапа остался лишь искорёженный остов рядом с воронкой от попадания снаряда. Нет, нет!

Прыгая через несколько метров, несмотря на боль, я бежал, как в последний раз. Да, она вредина, скрытная вредина, но... Пусть она будет живой.

Чувствуя, что от жаркого воздуха и бега скоро просто выплюну легкие, я все-таки добрался.

— Беатрис! Беа! Ну же! — ответом мне был болезненный стон, и я увидел, что девушка, бледная и осунувшаяся, все еще находится в кабине. Слабо улыбнувшись мне, она сплюнула кровь, и, болезненно сморщившись, схватилась за прут, пробивший ее тело насквозь.

— Ха...

— Не говори, — быстро активировав кинжал, я осторожно срезал прут, и, избавившись от смятой двери, максимально бережно постарался извлечь девушку из кабины. Она сейчас казалась такой легкой, словно бы вообще ничего не весила.

— Ха... Надо было уехать, — вымученно улыбнувшись, Беатрис вцепилась в мой рукав. — Больно.

— Понятное дело, глупышка, — пробормотал я, смотря на разрастающееся кровавое пятно на платье девушки. Несмотря на сдавленность тканей прутом, она, похоже, получила еще кучу повреждений... Одних только впившихся осколков, ранивших нежную кожу, не счесть. — Ты ведь адептка чревоугодия, так? Давай, кушай!

Найдя только чудом уцелевший кусочек фрукта, я затолкал его в рот Беатрис, но та, закашлявшись, выплюнула и его. Да что не так-то?!

« Метка греха .

Получивший метку может развивать свою страсть, став Жрецом, Паломником или Пророком.

Внимание! Беатрис Круэнто выбрала путь Паломника.

Паломник, получивший вашу метку, может считаться начинающим адептом религии. Паломник не может нанести критические повреждения здоровью Апостола, Апостол не может поглотить душу Паломника.

Неразумные существа той же религии не атакуют Паломника.

По мере развития своей страсти Паломник может получить отголоски умений апостола, но в данный момент „Больничный голод“ недоступен для выбранного Паломника».

Бестолковый кусок текста!

— Не грусти, добрый Филин, — шепотом сказала Беатрис, без сил лежа на моих руках. — Это было весело.

— Как тебе помочь? — упрямо сказал я, впервые чувствуя себя настолько беспомощным.

Беатрис лишь улыбнулась, но ничего не ответила, закрыв глаза.

— Как тебе помочь, чёрт возьми! Ну же! Столько тайн, и нет ни одной, чтобы не умереть вот так?!

— Вам просто жаль, или я вам...нравлюсь? — закашлявшись, Беатрис кое-как выдавила из себя эту фразу, за что мне хотелось ее отругать. Зачем тратить на подобное силы....

— Все вместе, — тихо ответил я вместо ругани, видя, как матерится вдалеке Лорри, пиная кактус. Похоже, несмотря на отношение, ему тоже было жаль девчушку, а Пайро просто повесил нос и даже не стал пользоваться моментом, чтобы вздремнуть.

— Я рада, — чуть сильнее сжав мою руку, Беатрис приоткрыла глаза. — Если повезет, то после смерти я попаду в камушек.... Найдите меня.

Прижав еле дышащую девушку к себе, я зарылся в ее пыльные, перепачканные кровью волосы, ощущая, как слезинки Беатрис увлажняют мою шею.

— Хоть... я...так и говорю, но... не хочу умирать, — сквозь слезы сказала девушка, застонав от боли. — Но я не вправе... Это... почему со мной.

— Не говори так много, глупенькая, никто не хочет, — тихонько поглаживая Беатрис по голове, я старался даже лишний раз не шевелиться, чтобы не причинить ей боль.

— У-у! Ты... Даже если возненавидишь меня, это лучше, чем больше не увидеться, — не слушая меня, сказала Беатрис. — Простите, милый Филин...