— У него довольно большая вместимость и множество функций, добавленных мной. Это одна из лучших моих работ. Я продала его Кагару по выгодной цене, поддавшись на его мольбы. Мне было жаль ту девочку, Вету.

— Вета уже должна была вернуться в родной город с достаточной суммой денег, чтобы жить вместе с матерью. Это было одно из условий, за выполнение которых я согласился простить их.

— Правда? Спасибо тебе, Лекан.

— А я думал, что это Ожерелье добыли в Подземелье.

— Само по себе, да. Именно это указывается при использовании Оценки. Но воспользовавшись специальными инструментами я смогла объединить его с другими предметами с Чарами, что позволило использовать запас маны этого Ожерелья даже магам не владеющим Поглощением, и благодаря чему Восстановление и Очищение не блокируется.

— Вот как. Значит, ты исследовала и Очищение?

— Ты где находишься, по твоему? Палцимо - священные земли магов. Разумеется, мы исследовали и Очищение. О, только никому не говори.

— Понятно. Звучит разумно. Постой. Значит, у тебя есть ещё Ожерелья Интуадора?

— Разумеется.

— Не продашь мне ещё два? Хочу отдать их Эде и Джулиусу.

— Хорошо. Возьму их с собой, когда начнём экспедицию.

— Спасибо.

Лекан обошёл все магазины и лавки Палцимо в надежде найти что-нибудь интересное, но безуспешно.

Его не интересовали магические инструменты, усиливающие атаку. Он не планировал использовать мечи с Чарами из Тсуболта, поскольку было утомительно каждый раз подстраиваться под особенности меча. Вместо этого он решил оттачивать навыки владения Мечом Раска и Разрезателем Комет а другие мечи с Чарами использовать только в крайних случаях против определённых типов врагов.

Ему также не удалось найти никакого защитного снаряжения, превосходящего то, что у него было. Он приобрёл несколько предметов против ядов и проклятий, но не думал, что когда-либо использует их на себе. Он так и не нашёл достойное снаряжение для Эды и Джулиуса.

Но Ожерелье Интуадора - другое дело. Он сможет чувствовать себя намного спокойнее, если у Эды и Джулиуса будут такие.

— Хо-хо. Спустя долгие шестьдесят два года Подземелье вновь будет покорено. У меня от предвкушения кровь вскипает.

— Значит, Эра Морфес покорила Подземелье шестьдесят два года назад?

— Да, действительно.

— Если я правильно помню, Мазара Ведепаша взяла Эру в ученицы сто двадцать лет назад. Сколько же лет ей было во время покорения Подземелья?

— Семьдесят четыре.

— Значит, она стала ученицей Мазары в шестнадцать. Да. Семьдесят четыре года - довольно необычный возраст для покорителя Подземелья.

— Да, такая молодая. На десять лет моложе меня.

— Что? Тебе восемьдесят четыре?

— Где же твои манеры. Тебя не учили, что нельзя спрашивать про возраст у дамы?

Лекан посчитал в уме. Если Эре было шестнадцать сто двадцать лет назад, и она, допустим, родила дочь в двадцать шесть, то её дочь тоже должна была родить дочь в двадцать шесть, чтобы Джизе сейчас было восемьдесят четыре года.

Он даже не думал, что ей столько.

"Стоит ли мне брать в Подземелье эту старушку?"

С другой стороны, раз в Институте Магических Исследований изучали Очищение, а совет директоров заинтересован в долголетии Джизы, вероятно, она и её мать с бабушкой регулярно получали Очищение, что слегка омолаживало их.

"Возможно, на ней уже сказывается кристаллизация. Нужно будет попросить Эду применить Очищение."

Лекан с Джизой разделились, и он вернулся в гостиницу, где Эда и Джулиус уже пили чай.

— Сегодня отдыхаем. Завтра идём в Подземелье. — Сообщил он и пошёл гулять по городу.

Прогулка привела его к подножию холма.

На вершине выстроились в ряд ужасно прочные здания. Это и был Институт Магических Исследований и магазин под прямым управлением Института. Там ощущалось присутствие нескольких магов с невероятно огромным количеством маны и множество магов, запас маны которых можно было назвать приличным. За прочными стенами слой за слоем располагались какие-то чрезвычайно сложные барьеры. Именно в такое место Лекан попасть категорически не хотел.

Конечно, там он мог найти множество вещей, которые могут пригодиться. Но был очень высокий риск того, что его втянут в сражение. У него нет шансов в бою против такого количества магов, атакующих одновременно.

Когда Лекан сел ужинать в закусочной, которую рекомендовал Толда, зашёл Гвислан. Он плюхнулся напротив за тот же столик и начал заказывать еду. Затем он поднял свою чашу, приглашая Лекана выпить с ним, но Лекан проигнорировал его.

— Ой, шеф, какой холодный приём. А ведь у меня прекрасные новости.

— Да?

— Маркиз Смарка назначил награду за вашу голову и нанял как минимум троих убийц.

— И что тут прекрасного?

— Все они отказались.

— Что?

— Согласно моему расследованию, Марурия Фотос ворвалась в особняк маркиза Смарка в столице и донимала его три дня подряд.

— Звучит неприятно.

— Для кого? В любом случае, кажется, маркиза Смарка заставили поклясться в храме Церес никогда не связываться с вами, шеф. Похоже, Марурия виделась с вами в начале шестого месяца, да?

— Неплохо.

Лекан ни разу не ощущал присутствия шпиона в Воуке. Хотя Гвислан никогда не выглядел серьёзно, обнаружить его оказывалось практически невозможно до тех пор, пока он не подберётся совсем близко.

— Теперь вам не нужно волноваться о том, что маркиз Смарка решит вам мешать. По крайней мере, пока. Что скажете? Прекрасные же новости, да?

— Да, действительно. Спасибо за заботу, Пухлик.

— Я Гвислан.

Лекан закончил ужинать и вернулся в гостиницу.

"О?"

Он услышал, как из обеденного зала на первом этаже доносятся знакомые голоса.

Там были Эда и Джулиус. А разговаривали они, без всяких сомнений, с Ариосом.