— Ничего страшного, я просто приятно проводила время. Пойдёмте, директор Ли, уже очень поздно, а у меня завтра экзамены. — Е Цзянь рассмеялась. В больнице стоял резкий запах дезинфицирующих средств. Однако сейчас Е Цзянь уже чувствовала себя совершенно отдохнувшей.

Мистер Гао ещё намного поговорил о состоянии своего сына с подошедшим врачом. Затем он обернулся и увидел, что директор Ли и Е Цзянь уже направляются к выходу. Он быстро их догнал:

— Директор Ли, и вы, юная девушка, погодите. Уже ведь очень поздно. Давайте я скажу своему водителю подбросить вас до отеля.

Был уже почти час ночи. Он не мог так просто отпустить эту девушку, спасительницу его сына.

Директор Ли охотно согласился воспользоваться его машиной. И мистер Гао облегчённо вздохнул. Его строгий пристальный взгляд упал на лицо Е Цзянь. Он мягко улыбнулся:

— Ты бесстрашно рисковала своей жизнью, невзирая на огромную опасность. Я бы очень хотел дать тебе немного денег в знак благодарности. Правда, тебе может быть неловко их брать.

Он задумчиво продолжил:

— Но я должен как-то выразить свою благодарность. Е Цзянь, как думаешь, ты могла бы согласиться, чтобы я от твоего имени выдавал учащимся средних школ, живущим в бедных районах Китая, стипендию в один миллион долларов?

Это... миллион долларов США!

Директор Ли слабо вздохнул. По текущему курсу это более восьми миллионов в китайских деньгах. Директор Ли, который ещё толком не отошёл от первого потрясения, снова почувствовал острую необходимость в успокоительном.

Обменный курс в июле 1995 года составлял 1 к 8,36. Так что один миллион долларов... это большие деньги.

Проведя в уме несколько быстрых расчётов, Е Цзянь подняла брови, улыбнулась и великодушно сказала:

— Честно говоря, мне бы тоже не помешали деньги. В конце концов, сумма, которую вы готовы пожертвовать, довольно привлекательна. Тем не менее здорово, что вы раздадите её в виде стипендий. Спасибо вам за вашу щедрость. Я также буду усердно учиться, чтобы и самой получить эту стипендию.

Её глаза были ясными и блестящими. Хотя Е Цзянь прямо сказала, что ей нужны деньги, мистер Гао подумал, что она была очень честна, и это ещё больше усилило его приятное впечатление о Е Цзянь.

Он громко рассмеялся и затем вздохнул:

— Люди нуждаются в деньгах, птицы нуждаются в еде; это одно и то же. Всякая девушка нуждается в деньгах, но получить их может только достойным образом. У тебя хороший характер, и ещё лучше поведение.

— Поэтому я устрою стипендию только для тебя. Если хорошо сдашь экзамены — стипендия твоя.

— Вы слишком высокого мнения обо мне. — Е Цзянь действительно не ожидала, что мистер Гао так примется её восхвалять, поэтому она вежливо ему улыбнулась: — В нашей стране много талантливых учащихся, которые вынуждены бросать учёбу из-за высокой платы за обучение и семейных проблем. Я считаю, что именно они очень нуждаются в стипендии, которую вы предлагаете.

Мистера Гао потрясло, что такая юная девушка была настолько сознательной. После секундного раздумья мистер Гао предложил другой план:

— Ну, тогда вот что. Я создам благотворительную организацию для сбора пожертвований на стипендии для выдающихся, но бедных студентов нашей страны. Таким образом, мы также можем склонить и других китайских бизнесменов к тому, чтобы они вложили немного средств ради будущего нашей страны. Как насчёт этого?

Это действительно был лучший вариант!

Их страна и впрямь нуждалась в такой благотворительности, и помощь других местных китайских бизнесменов также была бы очень к стати. Е Цзянь уважительно пожала его руку. С искренним чувством она сказала:

— Спасибо за этот шаг. Благодаря такой поддержке многие студенты, безусловно, смогут продолжать учёбу.

Этот план устроил их обоих. Ошеломлённый директор Ли стоял рядом, не вмешиваясь в разговор.

Гао Иян всё ещё находился под действием успокоительного, и мистер Гао пообещал привести его в отель ровно в 7:30 утра. Директор Ли и Е Цзянь после этого сели в машину и укатили.