Четвёртая мисс поместья Ся была дочерью главной жены.

Её мать, Хань Ши Ра, долгое время не могла забеременеть. Под этим предлогом Ся Тао Фэн завёл несколько наложниц. Одна за другой начали беременеть и, в итоге, первый ребёнок главы был рождён не женой. В то время наложница Хэн была повышена до супруги.

Услышав об этом, Хань Ши Ра заболела «от чрезмерной грусти». Позже оказалось, что она беременна, но, из-за ослабленного организма, выносить ребёнка она не смогла. Спустя какое-то время на свет появился первый сын Ся Тао Фэна. Супруге Хэн вверили управление поместьем.

Семья Хань Ши Ра узнало о болезни той и забрали её обратно в усадьбу Хань под предлогом подготовки к свадьбе сестры. Они два месяца выхаживали её, а после торжества Хань Ши Ра вернулась в поместье мужа. К тому моменту на свет появились две дочки наложницы Юн.

На фоне изнеможденных родами наложниц, отдохнувшая и прекрасная Хань Ши Ра разбудила старые чувства Ся Тао Фэна. После полугода гармоничных отношений между мужем и женой, та наконец забеременела снова. Ветреный лорд Ся заботился о ней первые месяцы, а затем снова переключился на другую женщину. На этот раз он привёл в поместье девушку из борделя и дал ей титул наложницы.

Чувствительная Хань Ши Ра снова заболела. Спустя пол года полу-лежачего образа жизни и два дня родов, на свет появилась крохотная еле живая девочка. Её мать скончалась на следующий день. Усадьба Хань забрала дочь себе.

Сначала Ся Фэйюй не понимала, почему её вернули в поместье Ся, почему тело матери не забрала усадьба Хань, и почему Ся Тао Фэн до сих пор не назначил кого-то из своих наложниц главной женой. Однако после получения имперского указа всё встало на свои места.

Когда поместье Ся подружилось с поместьем тогдашнего магистра Имперской научной академии, они начали продвигаться с сфере образования. Однако их репутация должна была быть кристально чистой, если Ся Тао Фэн хотел получить хорошее место. Народ всегда чрезмерно требователен ко всем, кто связан с образованием- это должны быть люди чести, безупречно знающие этикет, верные государству и, конечно, хорошие семьянины. Если у человека порядок в семье, то у него и на работе всё будет как надо.

Нельзя было позволить появиться слухам о плохом обращении с женой и ребёнком главной жены.

Так Ся Фэйюй оказалась заброшена во дворе своей матери. Хотя он был большой, все ценные вещи и предметы декора давно передали наложницам и их детям. К тому же, с таким небольшим количеством слуг - Ци Ло и парочка рабов, как следует следить за Туманным двором оказалось почти нереально. У Четвёртой мисс не было даже своей мамки - она могла одалживать её у наложницы Хэн. Однако кто будет отправлять слугу своего главного врага с особым поручением?

До Ци Ло у Ся Фэйюй служила другая горничная - Ци Янь. Месяц назад она пыталась задушить свою госпожу во сне, но та внезапно проснулась. По счастливой случайности, Ся Тао Фэн был во внутренней части усадьбы в этот момент и услышал крики дочери. За этот инцидент должна была отвечать наложница Хэн, как управляющая поместьем. К тому же, это она приставила Ци Янь служить Ся Фэйюй. Ситуацию замяли, и в итоге горничную забили палками до смерти, а наложница Хэн, чтобы загладить вину, лично подобрала новых служанок для Четвёртой мисс.

Теперь Ся Фэйюй смотрела на Ци Лин и Ци Ло и вздыхала про себя. Таких недалёких горничных не стали бы держать ни в одном нормальном поместье. Они так юны и, к тому же, недоучены. Без контроля и наставлений мамы они никак не смогут позаботиться о больной Четвёртой мисс. Но был и плюс: наложница Хэн явно не планировала следить за ней с их помощью. Кажется, она вообще не рассчитывала, что Ся Фэйюй проснётся.

Итак, ей нужно было где-то найти маму. Всё поместье находится под контролем не слишком дружественно настроенных людей, так что это должна быть женщина извне. На ум приходила только усадьба Хань.  Они, очевидно, переживали за Четвертую мисс больше, чем её родная семья. Временами они присылались кого-то справиться о её Здоровье. На это Ся Фэйюй и рассчитывала - наверняка усадьба Хань уже знает и о падении в пруд, и об имперском указе. Оставалось только ждать визита.