«Меня кое-что беспокоит».

На четвёртый день в голове Хазамы прозвучал голос Элсим. Она и Фанталь направились в деревню Базар на псоглацах. В повозках были пленные и раненые вроде Хазамы.

Подобравшись к деревне, они оказались в радиусе действия разговора сердец Элсим.

«Что такое?»

«В деревню прибыла группа чиновников. Они сейчас общаются со старостой деревни. Чтобы отчитаться о вреде, нанесённом крокодилами и скорректировать налоги, потребуется время, но когда они разберутся с этим, наверняка спросят про обитателей пещеры».

«Ну так расскажи им всё».

Раньше Хазама с завидной настойчивостью спрашивал, законно ли это, когда что-то случалось. Он не был особо законопослушным, а просто не понимал, как устроен этот мир, и для собственной самозащиты он не мог пренебрегать этим. В любом случае его жители пещер пока не стали группой преступников.

«Или есть какие-то проблемы?»

«Проблема... С одним здоровяком».

Хазама бросил взгляд на ехавшего рядом с повозкой Ванкреса.

Ещё недавно он был весь изрешечён стрелами, но после небольшой медицинской помощи уже спокойно ехал в доспехах и верхом на лошади.

Его было нельзя сравнивать с обычными людьми.

«Ты про Ванкреса?»

«Да. Его зовут красным демоном, и он довольно известный разбойник здесь. Но это не так важно... Кажется он настолько прославился, что за него дают неплохую награду».

«И мы должны передать его чиновникам?»

Хазама не особо переживал из-за этого.

У него не было привязанности, и он не собирался предпринимать что-то, чтобы удержать Ванкреса.

«Если передадим, появится проблема. Для этих чиновников», — Элмис напомнила: «Неужели забыл? У него сила, которая делает бесполезной всю магию. Что может случиться, если такого опасного человека получат мелкие чиновники?»

Элсим переживала, что если они не договорятся, то о Ванкресе придётся заботиться им в пещере.

Будь он обычным преступником, его можно было ограничить магией договора.

Однако на Ванкресе она не действовала.

«Что друг, что враг, он всё равно опасен», — Хазама вздохнул: «Если спросят, честно расскажи им о Ванкресе. Пусть чиновники сами решают, что делать дальше».

Проблемы лучше сбросить на кого-то.

Хазама не хотел связываться с местной властью.

В деревне было несколько повозок чиновников.

Хазама остановил только недавно приобретённые повозки на окраине деревни и отпустил пленённых разбойниками людей. Они успели неплохо узнать Хазаму, ведь эти четыре дня они вместе спали и ели. За это время они рассказали про их пещеру и про положение в деревне Базар.

— Хазама!

Пока люди выбирались из повозок, к ним подбежал человек.

Ответственная за связь с этой деревней Тамал.

— О. Так тут пока ничего не случилось? — он слышал от Элсим о том, что происходит, потому и спросил.

— Так тебе уже известно о чиновниках?

— Ага. Элсим рассказала.

— Ещё... Со всеми разбойниками был заключён договор рабства, они уже работают.

— Быстрая ты.

Пусть они ушли вперёд, но прибыть должны были лишь на день раньше.

— Вроде же магия договора без взаимного согласия не работает?

— Признаю, что пришлось надавить, чтобы всё прошло быстрее.

Тут явно скрывалось что-то мрачное, потому мужчина решил не выяснять*.

— Тамал. Позаботься о прибывших.

— Да. Всё готово. Они ведь согласны работать в этой деревне?

— Кто-то хочет вернуться в свои деревни, но по большей части да. Есть ремесленник и торговцы. У нас с ними уговор. Потому сама расспроси. Сделай, что они хотят.

— Да, хорошо.

— Да, и вот памятка.

Линза передала бумаги Тамал.

— Пишу я пока плохо, потому и читается это не лучшим образом.

— Да. Я возьму. Это может пригодиться.

У Тамал было приподнятое настроение, ведь они достали лошадей, повозки и людей.

— Хазама, думаю староста или чиновники скоро позовут тебя, так что подожди где-нибудь, где тебя будет просто найти.

— Тогда я умоюсь у колодца и буду ждать в своей хижине.

После долгой поездки помыться хотели все, потому у колодца было оживлённо. Там были кабинки, разделённые перегородками, их использовали, чтобы мыться, но сейчас они уже были заняты.

Пришлось брать воду из колодца и нести в полученную хижину. Следовавшая за Хазамой Линза тоже набрала воду.

— Эй, — мужчина обратился к вошедшей в дом девушке. — А ты чего заходишь?

— И о чём тут раненый спрашивает? — отступать Линза не собиралась. — У тебя в рёбрах и лопатках трещины, ещё и запястья болят, верно?

Даже если оставить, всё само срастётся... Однако такие раны быстро не проходили.

— Как помоешься, примешь лекарства.

— ... Вот как, — тут Хазама начал раздеваться.

За эти четыре дня в повозке помыться он не мог. К тому же мужчина ещё был вымазан вонючей мазью Элсим. Так что весь был грязным.

— Тогда полагаюсь на тебя.

— Сначала надо смыть мазь.

Линза стала руками убирать мазь, засохшую на спине и животе.

А потом влажной тряпкой принялась обтирать тело Хазамы.

— Ва. Сколько грязи.

— Говорить ни к чему.

— Теперь помоем голову.

Когда помыла тело, Линза вышла из хижины с тазиком.

— Тебе скорее всего придётся встречаться с чиновниками.

— Да, да.

Не собираясь сопротивляться, Хазама вышел следом за девушкой.

Линза вылила грязную воду на землю, а потом велела Хазаме наклониться и выставить голову вперёд.

— Начинаю поливать.

Поливая водой, девушка мыла его волосы пальцами.

Неплохо было бы иметь шампунь, но это мир, где даже душа нет.

— Кстати. Так ты писать научилась?

— Пока не очень хорошо, но когда выпадает свободная минутка Ханун или Тоес учат меня.

Если учитывать освобождение пещеры, то ещё даже месяца не прошло. Просто ненормальная скорость обучения.

Хазама подумал, что возможно Базил влияет даже на интеллект.

Элсим сказала, что самое серьёзное влияние оказано на него, хотя сам мужчина даже не заметил этого.

Закончив мыть волосы, Линза сказала:

— Я отнесу бадью, а ты пока переоденься и приведи волосы в порядок. И собери грязную одежду, я заберу её.

После этих слов она ушла.

— ... Ты мне мать, что ли? — пробормотал Хазама, когда Линза скрылась из виду.

«Хазама».

Как только он причесался и надел чистую одежду, в голове прозвучал голос Элсим.

«Тебя вызывают. Иди в дом старосты».

«Да».

Хазама вышел из хижины и направился в дом старосты.