Короткие зимние каникулы подошли к концу, и наступил первый день третьего учебного семестра. На уроке физкультуры Кейки сидел в углу спортзала, погружённый в свои мысли, наблюдая, как Шома играет в баскетбол. Конечно, причина этого была в словах Саюки, которые он услышал после посещения храма.

— Саюки-сенпай… любит меня?

Кейки упустил шанс «проснуться» от своего притворного сна и вместо этого сделал вид, что ничего не произошло. После того как девушка извинилась за случившееся, она вернулась домой. Ей точно не следовало знать, что Кейки услышал её монолог. Но это не меняло того факта, что он её услышал. И из-за этого он думал об этом без остановки всё это время.

— О, Кирю-ши.

— Хм?

Когда Кейки поднял голову, он увидел Онидзуку Мегуми, которая была одета в ту же спортивную форму, что и он, и махала ему рукой.

— Ах, Онидзука-сан.

— Я сейчас на скамейке запасных, так что как насчёт того, чтобы немного поболтать?

— Не возражаю.

— Отлично. Тогда я сяду рядом с тобой.

Мегуми села рядом с Кейки, оставив небольшое расстояние между ними. Они не разговаривали с тех пор, как встретились на свидании в океанариуме. Она ждала свой матч, и когда Кейки взглянул на волейбольную площадку, Мао только что сделала замечательный бросок.

— Нанджо-чан такая атлетичная. Мне действительно завидно.

— Она тот тип человека, который может делать практически всё.

Она хорошо играет в игры, может плавать, её рисунки на профессиональном уровне. Она тот человек, которого обожают боги.

— Акияма-ши тоже больше спортивный тип.

— Если не учитывать, что он лоликонщик, то он очень привлекательный.

— Его девушка выглядит как лоли, да.

— Она сенпай, но в то же время милашка.

Сначала Кейки немного настороженно относился к Кохару из-за её сталкерства, но после того, как он узнал её лучше, он стал её очень уважать.

— Кстати, Кирю-ши, ты о чём-то думаешь?

— Хм?

— Ты всё время вздыхал, вот я и подумала.

— Ах…

Наверное, поэтому она и позвала его.

— Если хочешь, я могу послушать.

— Ну…

Кейки сам зашёл в тупик. Мнение постороннего человека может не быть лишним.

Но обсуждать имена других людей было бы немного…

Дело не в том, что Кейки не доверял Мегуми, просто он не чувствовал себя комфортно, обсуждая чужие признания.

Я просто воспользуюсь тем штампом, который всегда используют в манге.

— Это о друге.

— Я достаточно читала манг, чтобы понять, что ты говоришь о себе.

— Хаха, да нет, это действительно о друге.

— Хорошо, если ты так говоришь. Мне действительно нравятся разговоры о любви, так что расскажи что-то интересное. — Мегуми вздохнула, и Кейки начал своё объяснение.

— Итак, есть друг… назовём его К-кун. Этот К-кун получил признание от своего кохая в канун Рождества.

— Признание в канун Рождества? Неплохо, неплохо.

— Так вот, сейчас К-кун размышляет, как ему ответить на это признание.

— Понятно, понятно.

— И на днях К-кун случайно подслушал разговор одной сенпай из его клуба, которая сказала, что она его любит.

— Ух ты, это довольно резкое развитие событий, не так ли? — Глаза Мегуми загорелись, когда она услышала историю, словно из манги. — Понятно. Значит, кохай призналась ему, а теперь он узнал, что сенпай тоже испытывает к нему чувства.

— Вот в чём суть.

— В общем, это любовный треугольник.

Иронично, что раньше это был треугольник извращенцев. Треугольник между Кейки, кохаем, которая хотела сделать его своим рабом, и сенпаем, которая хотела стать его рабыней. Благодаря развитию романтических чувств у этих девушек, эти ненормальные отношения превратились во что-то совершенно другое.

— И теперь К-кун запутался и не знает, что делать.

— Да, это имеет смысл.

— Больше всего его беспокоит то, что он до сих пор не знает, действительно ли его сенпай испытывает к нему романтические чувства.

— Ну, в мире много разных видов «нравится».

Токихара Саюки — извращенка, которая хочет стать питомцем и быть униженной. Слово «нравится» от неё может означать нечто иное, чем романтические чувства. Остаётся только одно решение — подтвердить это у самой девушки. Услышав обстоятельства, Мегуми кивнула.

— Я поняла суть, так что давай я дам свой анализ.

— Прошу.

— Позвольте мне начать с кохая.

— Да…

— Если она нравится К-куну, он может просто начать встречатся с ней, а если нет, то может отвергнуть ее. Как думаеш?

— Это довольно разумное рассуждение!

Это было так прямолинейно, что сам Кейки удивился. Настолько, что он даже не смог возразить.

— И все же, почему К-кун задерживает свой ответ? Может, ему не нравится девушка, которая призналась ему?

— Нет, проблема не в этом. Она действительно милая. На самом деле, она мегамилая, и она даже заставляет К-куна думать, что она ангел. Вот какая она милая.

— Да кто же она? Кусочек милоты?

— В любом случае, это не причина, по которой он пока не отвечает ей.

— Так… К-куну просто не нравится эта девушка?

— Это…

Когда Кейки впервые увидел Юику, он подумал, что она недружелюбная кохай. Она даже не улыбалась. Она просто игнорировала его, если он с ней заговаривал. Она вообще была не общительной. Но Кейки не мог не тянуться к девушке, которая всегда сидела одна в библиотеке. Он постоянно разговаривал с ней, и в конце концов она к нему потеплела. Когда Кейки впервые увидел ее улыбку, он был по-настоящему счастлив.

Ну, я никогда не ожидал, что она засунет мне в рот свои трусики…

Она оказалась извращёнкой и нанесла Кейки травму, которая, вероятно, никогда не исчезнет. Но он всё равно не мог не думать, что она милая. Независимо от того, какие дьявольские шалости она затевала, Кейки всё равно прощал её. А благодаря её недавнему заявлению о том, что она не против стать обычной девушкой, она полностью прекратила вести себя как извращенка. Наоборот, она стала ещё милее после того, как перестала скрывать свои чувства к нему.

Кейки чувствовал себя счастливым, когда она улыбалась ему, и когда они держались за руки, его сердце всегда начинало биться быстрее. Он действительно чувствовал, что готов влюбиться в неё.

— …Думаю, она ему нравится. Но он не уверен, является ли это чувство романтической привязанностью.

— Звучит как оправдание парня, который не имеет опыта в любви.

— Как жестоко! Хотя ты сама только недавно завела парня, Онидзука-сан…

— Верно~ С тех пор как мы начали встречаться, Нао-кун без ума от меня~

— Мне не интересно слушать твоё бахвальство сейчас.

— Ах да, мы говорили о К-куне. — Мегуми откашлялась. — Ну, если К-кун не ненавидит эту девушку, он мог бы попробовать начать встречаться с ней и посмотреть, как всё получится?

— Если бы К-кун был таким бездушным, у него бы не возникло таких проблем.

— Да, Кирю-ши не кажется человеком, который бы поступил так.

— Мы говорим о моём друге, помнишь?

— Ах, да, мы всё ещё придерживаемся этого. Это совершенно очевидно, знаешь ли. — Мегуми выглядела так, будто ей было всё равно.

— Я не хочу пытаться встречаться с ней. Я не могу углубляться в детали, но поскольку эта девушка сделала такое серьёзное признание, я хочу серьёзно всё обдумать и дать решительный ответ.

Юика сказала, что не против стать обычной девушкой. Поэтому Кейки не хотел давать половинчатый ответ.

— Хм, это звучит действительно сложно.

— Да, это так.

Если бы он мог так легко принять решение, у него не было бы столько проблем с размышлениями.

— Но я рада.

— Чёму?

— Ты ведёшь себя как настоящий мужчина и думаешь о важных для тебя людях. Это заставило меня понять, что ты хороший человек, Кирю-ши.

— Онидзука-сан…

— Ах, моя очередь.

Когда они подняли глаза, матч девушек закончился. Мегуми встала и начала направляться к кортам, но вдруг остановилась и обернулась.

— Что касается сенпая, тебе, вероятно, стоит сначала уточнить её чувства. Это может быть просто недоразумение с твоей стороны.

— Да… Подожди, мы говорим о моём друге, хорошо?

— Не нужно всё время это повторять. — Мегуми сделала разочарованное выражение лица.

— Это будет сложно для Фудзимото-тян. — Эти последние слова, которые произнесла вице-президент Онидзука, не были услышаны никем.

*

В тот день, как только занятия закончились, Кейки направился в клубную комнату.

— Совет Онидзуки-сан был совершенно правильным, но подтвердить чувства Саюки-сенпай звучит проще, чем есть на самом деле…

Если бы он мог просто спросить её об этом, он бы не имел таких трудностей. Единственный способ затронуть эту тему — признаться, что он делал вид, что спит, когда она это сказала.

— Она, наверное, сказала это, потому что думала, что я сплю…

Кейки не мог просто сказать «Я на самом деле не спал, хе-хе~». И не мог просто спросить «Саюки-сенпай, ты на самом деле любишь меня?».

Если я ошибаюсь, это определённо станет самой худшей частью моего тёмного прошлого.

Что будет, если Саюки ответит беззаботно: «А? Нет, не люблю»? Подтвердить чувства девушки — это слишком сложная задача для парня.

— Хм… Что мне делать?

Не придумав ответа, Кейки подошёл к клубной комнате. Он открыл дверь и вошёл.

— …Хм?

Как только он вошёл, он заметил, что что-то было не так.

— Чёрт возьми, что это…?

Дверь шкафчика внутри комнаты была открыта, и все предметы и личные вещи президента клуба были вынуты. Более того, изнутри торчала задница девушки, прикрытая синей юбкой.

— Задница!?

Увидев эту невероятную сцену, Кейки был вынужден посмотреть дважды. Однако сцена не изменилась и при повторном взгляде. То, что оставалось в поле его зрения, была определённо задница девушки. Хотя Кейки не мог видеть нижнее бельё из-за юбки, сама задница была довольно эротичной, и голые ноги, видимые между юбкой и носками, имели большой привлекательный эффект. Кейки не мог разглядеть верхнюю часть тела, но из-за юбки и задницы он узнал владельца.

— Это… возможно, Саюки-сенпай?

— Этот голос! Это ты, Кейки-кун!?

— Я знал, что это ты, сенпай.

Её лицо было глубоко погружено в шкафчик, но голос был явно её.

— Ах, не делай этого! Не используй этот шанс, чтобы развлекаться со мной по полной!?

— Не буду.

— Чтооо?! Не будешь?! Ты не собираешься поднимать мою юбку, разглядывать мои трусики и трогать мою задницу руками, пока не насытишься?! …Я имею в виду, я люблю, когда ты нарочно игнорируешь меня, но почему бы нам не попробовать что-то более возбуждающее на этот раз?

— О чём ты вообще говориш? — Кейки почувствовал себя глупо за то, что так волновался до прихода сюда. — Итак, что ты делаешь, Саюки-сенпай?

— Я пыталась убраться, но тут случилась лавина.

— Вот почему ты застряла. Я подумал, что ты пытаешься ввести какую-то новую извращённую ролевую игру или что-то в этом роде.

— Эм, Кейки-кун? Я серьёзно не могу сейчас двигаться, так что, можешь помочь мне?

— Да, да. — Кейки бы почувствовал себя плохо, оставив её в таком состоянии, поэтому он быстро пошёл помогать.

Он встал рядом с девушкой и убрал все уборочные инструменты, документы и прочие вещи. Через несколько секунд работа была завершена, и черноволосая красавица была освобождена.

— Фух. Я чувствовала себя как мумия.

— Будь осторожнее в следующий раз, хорошо?

— Спасибо. Ты спас меня. — Саюки встала и тепло улыбнулась своему кохаю.

— Угх…

Это была неожиданная атака. Это напомнило ему о том, что произошло в день первого посещения храма.

— ……

Она вела себя так же странно, как и всегда, но она была безусловно красива. У неё была отличная фигура и высокий рост. Длинные, блестящие волосы, белая кожа и черты лица только добавляли к её красоте.

И она действительно чувствует что-то ко мне?

Может ли такая красивая девушка действительно иметь чувства к обычному кохаю, как Кейки?

— Кейки-кун?

— Да, это я, Кейки-кун!

— …А?

Кейки в панике произнёс своё имя, как NPC из какой-то видеоигры.

— Что случилось? Это не похоже на тебя.

— П-правда? Я такой же, как и вшегда.

— Вшегда?

— … — Он прикусил язык.

— Что это значит? Это какая-то новая модная приветственная фраза?

— Нет, я просто прикусил язык…

— Правда? Ты сегодня ведёшь себя немного странно, Кейки-кун.

— Не хочу слышать это от того, кто застрял в таком месте.

Кейки сумел изменить тему разговор. Но тот мрачный настрой в его груди не исчез так легко.

Моё сердце колотится как сумасшедшее, но сенпай ведёт себя как обычно.

Кейки немного расстроился из-за этого. Саюки даже не знает, что Кейки слышал то, что она сказала, и всё же он ведёт себя по-детски.

— Ой, у тебя лицо немного красное, да?

— А?

— У тебя что, температура или что-то в этом роде?

— Что!?

Это был второй неожиданный удар дня. Саюки встала перед Кейки и положила руку ему на лоб.

— С-Саюки сенпай!?

— Хм. Не похоже, что у тебя температура.

— …!?

Кейки знал. Он знал, что это действие не имело глубокого смысла. Она просто волновалась за своего кохая. Но знать это в голове и принять это чувствами были две разные вещи. Ощущение её ладони на лбу напомнило ему о том, как она погладила его по голове, вместе с её «нравишся», и его голова раскалилась ещё больше. Теперь, когда всё дошло до этого, он должен был подтвердить её чувства.

— Прости! Я вспомнил о чём-то срочном, поэтому я ухожу!

— Эх? …Ах, Кейки-кун!?

Кейки был слишком взволнован, и это заставило его убежать. Он схватил свою сумку, пробежал мимо Саюки и вылетел из комнаты. В то же время.

— Что с ним? Почему он так спешно уходит… — Сенпай, оставшаяся одна, смотрела на него в недоумении.

*

После того дня Кейки начал избегать её.

— О, Кейки-кун, доброе утр—

— Извини, у меня ещё осталось домашнее задание, так что я пойду!

— А?! Кейки-кун?!

Утром, когда они столкнулись на входе для студентов, Кейки рванул прочь на полной скорости.

— Ах, Кейки-кун, ты тоже ешь в столовой—

— Извини, меня учитель вызвал!

— Подожди! Но ты же только одну ложку карри съел!

Кейки соврал про учителя и выскочил из столовой.

— Ах, Кейки-кун! По поводу клуба сегодня—

— Прости! Мне надо посмотреть аниме для девочек, сейчас повтор показывают!

— Твои отговорки становятся всё хуже и хуже!?

На третий день после окончания занятий Кейки устал и просто придумал первую попавшуюся отговорку. Как только решаешь сбежать от кого-то, нужно ещё больше мужества, чтобы снова встретиться с этим человеком. С тех пор как Кейки сбежал от Саюки, одно лишь случайное столкновение с ней вызывало у него неловкость, и всё превращалось в бесконечную спираль, в которой он убегал, как только видел девушку. Конечно, все её письма и сообщения он читал, но игнорировал.

«Что не так? Я что-то сделала?»

«Почему ты меня избегаешь? Я плохо пахну?!»

«Если ты не ответишь, я стану жрицей, хорошо?»

«Я думаю, что оставлять сообщения на 'прочитано' без ответа — это грубо.»

Все эти сообщения приходили одно за другим, но Кейки старался изо всех сил их игнорировать. Однако он всё равно чувствовал страх, особенно после последнего сообщения, где казалось, что она действительно злится. Конечно, его поведение не осталось незамеченным для окружающих.

— Кейки-сенпай, между тобой и ведьмой-сенпай что-то случилось ?

На четвёртый день его избегания Саюки, в пятницу, Юика задала этот вопрос, расставляя возвращённые книги на полку. Конечно, человек, к которому она обратилась, был не кто иной, как сам преступник Кирю Кейки.

— Н-ничего... вообще?

— Кейки-сенпай, ты ужасно врёш.

— С чего ты это взяла?!

— Все просто. Ты слишком явно всё показываешь.

— Угх...

— Кейки-сенпай, не мог бы ты дать Юике ту книгу, вон там?

— Да… — Кейки взял книгу с тележки и протянул её Юике.

Она поставила её на место и снова посмотрела на Кейки с подозрением.

— Юика просто не может не волноваться.

— О чём волноваться?

— Когда Кейки-сенпай рядом с ведьмой-сенпай, она всегда пытается зделать что-то непристойное.

— О-о, ну да… это логично.

— Но ведь нет смысла это скрывать, правда? Юика знает о вкусах ведьмы-сенпай. А раз ты всё ещё пытаешься это скрыть, значит, произошло что-то, о чём ты не можешь даже Юике рассказать?

— ……

Она была слишком проницательной. Идеальный вывод. Хотя, по правде говоря, ничего непристойного не произошло.

Я ведь не могу ей рассказать, правда?

Кейки всё ещё пытался придумать ответ на признание Юики. Но использовать в качестве оправдания то, что Саюки-сенпай, возможно, тоже испытывает к нему чувства, было бы слишком жестоко.

— Дело в том, что, когда я недавно зашёл в клубную комнату, Саюки-сенпай была завалена кучей вещей и не могла двигаться.

— Ах да, она убиралась в шкафу.

— Ты знала?

— Юика помогала ей потом.

— Понятно.

Это делало объяснение намного проще.

— И когда я помогал Саюки-сенпай, я случайно увидел её трусики.

— Чего…?

— И они были… ну, довольно непристойными. Это создало неловкую ситуацию.

— Хм? Ну, для ведьмы-сенпай логично носить что-то развратное.

— Это ужасный способ согласиться.

Кейки почувствовал угрызения совести за то, что выдумал такую историю.

— Тогда на этом и остановимся. У нас ещё работа есть, так что давай скорее всё закончим.

— Есть, сэр~

Кейки кое-как удалось избежать дальнейших расспросов, и он вновь сосредоточился на работе. Проработав в библиотеке почти два года, он уже привык к своим обязанностям, так что знал, куда положить книгу, едва взглянув на неё. Как раз когда он начал успешно завершать работу и убрал последние книги—

— Ой…

Когда Кейки нагнулся, чтобы взять книгу с дна корзины, ручка выпала из его нагрудного кармана.

— Эй, ну вот.

Ручка покатилась дальше между рядами книжных полок.

— Куда это ты собралась?

Кейки последовал за ручкой, согнувшись.

— Ну вот, наконец-то поймал.

Он схватил свою любимую ручку и поднял голову.

— Мфугх!?

— Хьяаа?!

Что-то мягкое ударило его прямо в лицо, и одновременно с этим Юика испустила крик.

— Ч-что случилось?

Когда Кейки отстранился от чего-то неопределённого, он увидел знакомую ткань.

— Ке... Кейки-сенпай?

— А?

Подняв взгляд, Кейки увидел покрасневшее лицо. Лицо Юики. Её тело дрожало, когда она торопливо прижимала зелёную ткань — а именно, свою юбку, — и до Кейки дошло, какое преступление он совершил. Действительно, он только что уткнулся лицом прямо в попу Юики.

— Эм, это не то, что ты подумала, Юика-тян!

— Хмф... — Юика злобно прищурилась, крепко прижимая юбку.

Как только Кейки увидел её выражение, кровь моментально отхлынула от его лица.

Это действительно плохо!

Хотя он сделал это не специально, всё равно получилось так, что он уткнулся лицом в её попку. Независимо от того, какую отговорку он бы придумал, это безусловно выглядело как домогательство. Более того, поскольку пострадавшей была садистка Юика, Кейки вряд ли отделается легко. Скорее всего, она бы наступила ему на голову после того, как связала его, и сказала: «Ахаха, у такого кандидата в рабы, как ты, хватило наглости дотронуться до своей хозяйки?»

— Кейки-сенпай...

— Да?

— Сядь.

— Да. — Кейки послушался без малейших колебаний.

Хотя обогреватель работал нормально, пол всё равно казался холодным.

— Юика выслушает любые твои оправдания.

— У меня из кармана выпала ручка, и, когда я пытался её поймать, случайно натолкнулся на твою... эм... попу. Мне очень жаль.

— Вот как? Ты так хотел потрогать попу Юики, что придумал такую отговорку?

— Почему ты сразу делаешь такие выводы?!

— То есть ты хочешь сказать, что не являешься извращенцем, который испытывает особый интерес к попам девушек?

— Никогда в жизни. Я бы никогда не хотел, чтобы меня считали таким извращенцем.

Конечно, Кейки не был против хорошей попки, но решил промолчать об этом, чтобы не усложнять ситуацию.

— …Тогда у тебя нет никакого интереса к попе Юики?

— Простите?

— Если это ты, сенпай, Юика не была бы против, если бы ты потрогал её.

— Ч-что?

— Ах, ничего! Юика ничего такого не говорила! Потому что Юика не из тех, кто говорит странные вещи! — Юика-сан поспешно отменила свои слова и замахала руками.

— О-окей... — Кейки уловил настроение и решил не развивать эту тему.

— Хааах… ладно. Просто будь аккуратнее в будущем, хорошо?

— Ээ, и это всё?

— Ты недоволен?

— Я думал, ты будешь меня оскорблять, топтаться по мне и всё такое…

— Юика бы этого не сделала, потому что сейчас она нормальная девушка. Садистка Юика заперта.

— ………

Это было их нынешнее соглашение. Юика сказала, что будет вести себя как обычная девушка, чтобы Кейки мог развить к ней чувства. Услышав это, Кейки, казалось бы, должен был обрадоваться и сразу принять её признание. Но почему…?

Моё сердце снова странно сжимается. Что это за тяжесть?

Каждый раз, когда Юика отрицала свою истинную сущность, Кейки ощущал, как что-то острое кольнуло его в груди. Но он всё ещё не мог понять, что это за непривычное чувство.

— Ааа, сообщение от ведьмы-сенпай.

— От Саюки-сенпай?

Кейки освободился от лекции, и Юика рассказала ему содержание письма, когда он поднялся на ноги.

— Ведьма-сенпай пишет, что у неё сегодня после школы дела, так что клуб отменяется.

— Понятно...

«Поскольку Кейки-кун не обращает на меня никакого внимания, я утоплю своё горе в алкоголе! Но так как я не могу пить алкоголь, я обойдусь тапиокой с молочным чаем» — вот что она сказала.

— Утопить своё горе... Она же ещё готовится к вступительным экзаменам, да?

Эта девушка просто невероятная. Она говорит, как сильно ей нравится кто-то, прямо перед ним, потом застревает в мусоре, пытаясь убрать шкаф с задом, торчащим наружу...

…Стоп.

Пока Кейки размышлял об этом, до него дошло, что что-то не сходится.

Почему Саюки-сенпай вообще убиралась в шкафу?

Они уже убирали клубную комнату перед зимними каникулами. И Саюки вовсе не из тех, кто любит уборку. Но прежде чем он успел додумать свою мысль, прозвенел звонок, возвещающий конец обеденного перерыва.

В тот день Кейки наконец-то перестал убегать.

— Ты наконец пришёл. Я уже устала ждать.

— Саюки-сенпай?!

Закончив уборку в классе, Кейки поспешил к шкафчикам для обуви у главного входа. Там его уже ждала Токихара Саюки.

— Почему ты здесь, сенпай? Ты же говорила, что у тебя какие-то дела?

— Хи-хи. Я просто передала Коге-сан ложную информацию. Если бы я сказала это тебе напрямую, ты, наверное, не поверил бы, поэтому я использовала её.

— О, боже…

Голова Кейки закружилась. Хотя Саюки была мазохисткой, она оказалась довольно хитрой. Она знала, что Кейки был с Юикой в библиотеке во время обеденного перерыва, и использовала это, чтобы распространить ложную информацию.

— Я не люблю ходить вокруг да около, так что давай сразу перейдём к сути, — сказала Саюки, проведя пальцами по своим длинным волосам, подходя ближе к Кейки. — Почему ты меня избегаешь? Есть какая-то особая причина?

— О-о чём это ты?

— Не прикидывайся. Раньше ты меня так любил, что постоянно лип ко мне, а теперь избегаешь меня уже несколько дней. Конечно, я понимаю, что что-то не так.

— Мне кажется, что часть из этого ты сама придумала.

Кейки не помнил, чтобы он был настолько привязан к ней. Скорее уж это Саюки всегда вела себя слишком навязчиво.

— Я уже начала волноваться, что у меня какой-то ужасный запах.

— Если что, ты пахнешь очень приятно, так что не стоит об этом беспокоиться.

— Тогда почему ты меня избегаешь?

— Это…

— Это что?

— Потому что…

— Потому что почему?

— Угх... — Сказать ей правду было невозможно.

Сказать, что он избегал её, потому что слишком много о ней думал? Это было бы оправданием, подходящим разве что для младшеклассников. Понимая это, Кейки видел лишь один выход из сложившейся ситуации.

— Au revoir!

Кейки резко свернул направо и бросился бежать. Да, загнанный в угол кохай снова решил убежать от своей пышногрудой преследовательницы.

— Эй! Почему ты опять убегаешь?! — закричала Саюки.

— Я сам уже не знаю!

Ситуация становилась всё более запутанной. Кейки не понимал, почему он убегает, и почему Саюки говорила такие вещи. Он боялся столкнуться лицом к лицу с собственными чувствами, или с её чувствами, поэтому единственным выходом было бегство. Но на этот раз старшеклассница с чёрными волосами не собиралась сдаваться.

— Эй! Остановись уже!

— Я отказываюсь!

— В этот раз ты от меня не уйдёшь!

— Если сможешь догнать, вперёд!

За время школьного фестиваля и работы в студсовете Кейки приобрёл хорошую выносливость. По сравнению с ним, Саюки была безнадежна, когда дело касалось физической активности. Разница между ними была очевидна, и, как и ожидалось, Саюки не могла его догнать. Более того, благодаря её внушительной груди, она быстро начала задыхаться.

— Хааа… хааа… Подожди… Кяяяя!?

— Э?

Кейки услышал крик позади и остановился. Оглянувшись, он увидел, что Саюки рухнула лицом вниз прямо на землю.

— Аууу…

— Саюки-сенпай?!

Кейки тут же забыл о своём намерении убежать и бросился к ней, увидев, как она лежала, словно приклеенная к земле.

— Сенпай?! С тобой всё в порядке?!

— Очевидно, что нет...

— Верно!

Удар, должно быть, был весьма болезненным.

— Ты где-то ушиблась?

— Нос болит...

— Да, он покраснел.

— Можешь помочь мне подняться?

— Конечно. — Кейки схватил её за руку и помог подняться.

— Можешь стоять?

— Да, думаю, всё в порядке.

Судя по всему, кроме носа, Саюки не пострадала. Видя это, Кейки облегчённо выдохнул.

— Спасибо, что помог мне. А теперь, Кейки-кун...

— А?

— Я поймала тебя!

— Ах! О нет!

В момент, когда Кейки ослабил бдительность, Саюки протянула к нему руки. С глухим звуком её рука ударилась о стену позади Кейки, не оставив ему пространства для побега. Кейки знал, как это называется.

— Реверсивный кабэ-дон…!?

Когда парень делает это с девушкой, это называют «кабэ-дон», но когда девушка становится настойчивой, это называется «Реверсивный кабэ-дон», или так слышал Кейки. Саюки, видимо, придумала это, когда споткнулась. Она воспользовалась тем, что Кейки ослабил бдительность, и использовала это против него.

— Хи-хи, вот результат моих трудов!

— Извини, но ты слишком близко. Твои груди упираются в меня…

— А кому какое дело?!

— Серьёзно, они довольно сильно давят.

— Разве ты не рад?

— Честно говоря, я рад.

— Теперь ты не сможешь убежать.

— …Похоже, что так.

Перед ним была большая грудь, а за спиной — стена. Слева и справа были руки.

— Так почему ты снова убегал?

— Это… эм…

— Это что, какая-то игра с отказом? Извини, но я не в настроении для этого.

— Я никогда не собирался играть в такую роль.

— Тогда прекрати уже убегать!

— С-Саюки-сан…? — Кейки был удивлён громкостью с которой Саюки произнесла произнесла это.

Возможно, это был первый раз, когда он видел свою сенпай такой взволнованной. Они стояли на расстоянии, достаточно близком, чтобы прикоснуться друг к другу, и в этом близком расстоянии девушка сделала растерянное лицо и опустила взгляд.

— Когда Кейки-кун меня избегает… мне становится действительно одиноко…

— Что…?

— Я собираюсь выпуститься. Так что мы не сможем проводить вместе столько времени…

— Ах…

Когда Кейки услышал это, он понял что-то. Он игнорировал неизбежное будущее. Токихара Саюки — третьегодка. Это значит, что она скоро выпустится из школы.

Понимаю. Вот почему она убиралась в шкафчике…

Она, вероятно, старалась убраться как можно больше. Как только наступит февраль, все старшеклассники освободятся от школы, и она тоже уйдёт из клуба. Хотя Саюки ценила своё время в клубе каллиграфии до самого конца, Кейки пытался держаться подальше от неё. Стоило только взглянуть на слёзы в её глазах, чтобы понять, как сильно это её ранило.

Я худший.

Кейки только и думал о себе, даже не подумав о её чувствах. Он не мог бы сделать ничего хуже.

— Я сделала что-то, что рассердило тебя, Кейки-кун?

— Нет. Ты не виновата, сенпай.

— Так почему ты избегал меня?

— Это моя вина. Я сам всё усложнил…

— Усложнил?

Кейки не мог больше скрывать правду. И он не хотел этого делать. Он не хотел больше предавать чувства своей сенпай.

— В день первого посещения храма ты пришла ко мне домой, верно?

— Да, мы сидели под котацу.

— И я потерял сознание из-за твоей груди.

— Мне всё ещё жаль из-за этого.

— После этого ты устроила мне подушку на коленях.

— Потому что я думала, что твоя голова будет болеть, если оставить её на полу.

— В тот момент я на самом деле проснулся.

— …Что? — Глаза Саюки расширились.

— Я проснулся довольно быстро, но мне так понравилась твоя подушка для головы, что я притворился спящим.

— Эй, подожди? Подожди, это слишком много, чтобы принять. То есть, ты был бодрствующим всё это время?

— Да, я просто притворялся, что сплю.

— Так значит…

Кохай, которого она считала спящим, на самом деле был бодрствующим. Когда Саюки поняла, что это значит, её лицо стало пунцовым.

— Ты слышал всё, что я говорила?

— …В общем, да.

— Как это могло случиться!? — Саюки закрыла лицо руками. — Я хочу зарыться в землю и умереть.

— Я понимаю. На твоём месте я бы отреагировал так же. — Кейки чувствовал себя виноватым. — Извини, что солгал тебе. Но не переживай, я не буду делать никаких странных выводов.

— Каких странных выводов?

— Зная тебя, сенпай, ты, наверное, говорила о том, что нравится своему хозяину, в контексте отношений хозяин-слуга. Я чуть не подумал, что у тебя действительно есть ко мне чувства.

— …Это не недоразумение.

— Что…? — Взгляд Кейки метнулся к Саюки, которая говорила обиженным тоном.

— Это не… недоразумение…

— То есть, ты имеешь в виду…?

Когда Кейки увидел слезящиеся глаза своей сенпай, его сердце забилось быстрее.

— ……

— ……

Они оба покраснели, и между ними повисла сладкая атмосфера. В то же время вокруг них начала собираться толпа.

— Смотрите, что там происходит. Кто-то собирается признаться?

— Ссора влюблённых? Уже от одного вида у меня сердце забилось быстрее.

— Успокойтесь. Они заметят.

Из-за их громкого разговора люди собирались вокруг, наблюдая за ними из дверей классов или углов коридоров. Им казалось, что Кейки и Саюки — пара, находящаяся по середи ссоры влюблённых. С чувством дискомфорта Саюки шепнула Кейке.

— …Давай уйдём отсюда.

— …Да, давай.

Они выбрали комнату клуба по каллиграфии как более спокойное место. Поскольку Саюки объявила, что клуб на перерыве, там никого не было. Саюки включила обогреватель, встала спиной к окну и сложила руки с недовольным «Хмф».

— …Плохо ли это? — спросила она.

— Что?

— Плохо ли, что я люблю тебя, Кейки-кун!?

— Ты что, злишься на меня!?

— Да, злюсь! Я люблю тебя, Кейки-кун! Хочу, чтобы ты обнял меня! Я каждый день смотрю на твои фотографии, пока не усну, и хочу быть с тобой нежной! Прости, что чувствую так!

— С-Саюки-сан…?

— …Прости, все это немного внезапно.

— Немного, да…

— Я пыталась скрыть смущение, так что просто забудь об этом. — Ее лицо было красным, как и раньше, значит, она действительно старалась скрыть смущение. — Все равно я не думала, что ты действительно был бодрствующим тогда, Кейки-кун.

— Мне действительно жаль.

— Ничего страшного. Если честно, я беспокоилась с тех пор, как ты пошел на свидание с Когой-сан.

— Беспокоилась о чем?

— Я думала, что Кога-сан может поддаться атмосфере, признаться тебе, и вы сразу начнете встречаться. Ну, я рада, что это просто я слишком много думала.

— А-Ахаха…

На самом деле Саюки оказалась права в отношении признания. Но Кейки как-то сумел скрыть это в день первого посещения храма и решил сохранить этот секрет при себе.

— Я много думала тогда. Я поняла, что не хочу, чтобы Кейки-кун оказался с другой девушкой. Что я хочу быть рядом с тобой, Кейки-кун.

— Саюки-сан…

— Вот почему все мои чувства вырвались наружу, когда я дала тебе эту подушку для колен.

— Так вот в чем дело.

— Знаешь, я люблю тебя больше, чем ты можешь подумать. Когда ты выручил меня, что бы клуб не распустили, и приходил каждый день в комнату… Я начала любить тебя с тех пор.

— ………

Каждое слово девушки проникало в сердце Кейки, вызывая теплые и страстные дрожи. Невозможно оставаться спокойным, когда знакомая девушка говорит такие слова, как «люблю» или «нравишься».

— Ах. Ты краснеешь, Кейки-кун.

— Чья это вина, по-твоему!?

— Фуфу. Я действительно не устаю от тебя, Кейки-кун. — Саюки посмеялась с насмешливым тоном.

Ее улыбка была такой яркой, что Кейки не мог жаловаться.

— И это так похоже на тебя, Кейки-кун. Я пыталась завоевать тебя и показывать это так много раз, но ты никогда не замечал.

— Нет-нет-нет, не может быть. Ты всегда говорила о том, что хочешь стать моей питомцем или хочешь, чтобы я стал твоим хозяином, так что я бы никогда не подумал, что ты испытываешь такие чувства.

Даже Кейки не был настолько самоуверенным, чтобы предполагать, что у нее были романтические чувства к нему.

— Кейки-кун.

— Д-Да.

— Подумай об этом, хорошо? Нет девушки, которая хотела бы, чтобы парень, которого она даже не любит, стал ее хозяином.

— Обычная девушка не захотела бы стать чьим-то питомицем.

В этом случае фетиш Саюки усложнил ситуацию.

— Я действительно думаю, что у тебя есть талант стать садистом, Кейки-кун.

— Это не совсем комплимент.

— Я бы, вероятно, была очень счастлива, если бы ты стал моим хозяином. Ты бы хорошо относился ко мне каждый день, используя и кнут, и пряник, чтобы сделать меня счастливой и возбужденной одновременно.

— В-вот как…?

Кейки не хотел представлять себе что-то подобное.

— Но бывают моменты, когда я не прочь забыть об этом всем.

— Что?

— Я не собираюсь отказываться от идеи стать питомцем, понимаеш? Но нет смысла оставаться упрямой, если человек, которого я люблю, начнет меня ненавидеть.

— ………

— Я хочу быть еще ближе к Кейки-куну. И для этого я не прочь забыть об отношениях хозяин-питомицем. Пока ты держишь меня рядом с собой, я могу отказаться от идеи стать питомцем.

— Саюки-сан, ты имеешь в виду…?

Это звучало почти идентично тому, что сказала Юика.

— Так что, если возможно… — В пустой клубной комнате по каллиграфии, наполненной воспоминаниями, девушка сделала свое второе признание. — …Пожалуйста, сделай меня своей девушкой.