Владыка осознал свою глупость, поставив под сомнение способности бессмертного. Хотя император не смог обнаружить божественный артефакт, это не значило, что бессмертный на это не способен.

— Прошу, простите мою дерзость, я не это имел в виду, — побледнев, извинился он.

Однако дуэт обращал внимание только на его дочь.

— Молодой Господин, это не проблема, нам просто нужно переплавить её, — сказала Сяоюэ.

— Что?! — Владыка немедленно бросился к дочери, загораживая её собой.

«Бам!» Он упал на колени и взмолился:

— Бессмертные, молю, проявите милосердие и пощадите мою дочь! Прошу вас, пощадите!

С тех пор как он привел её, он любил её как родную, несмотря на её умственную отсталость.

— Встань, — Ли Ци Е махнул рукой.

Но Владыка продолжал умолять:

— Она... она невиновна, она не ведала, что творит, она не в своем уме.

— Ты любишь её? — спросил Ли Ци Е.

— Да, она... она спасла мне жизнь, я готов отдать свою жизнь в обмен на её. — Он принял решение.

— Достойно похвалы, — одобрил Ли Ци Е. Ведь практики часто считали смертных низшими существами, лишенными ценности. В данном же случае почтенный практик дорожил этой глупой девчушкой больше, чем собственной жизнью.

— Твоя жизнь немногого стоит, — покачала головой Сяоюэ.

— Я... я знаю... — Владыка опустил голову, понимая, что он всего лишь насекомое — ничто по сравнению с божественным артефактом.

Скорбь и беспомощность захлестнули его, ведь он не мог спасти дочь. Она, казалось, почувствовала его печаль, подошла ближе, потянула за рукав и уставилась на него. Он нежно погладил её по голове, а она обхватила его за бедро. Он присел, чтобы обнять её, не в силах сдержать слезы.

— Это моя вина, я слишком слаб, — он ласково коснулся её щеки.

Хотя предубеждение против таких, как она, было повсеместным, особенно в королевской семье, это никогда не уменьшало его любви.

— Нам не нужно её переплавлять, — улыбнулся Ли Ци Е.

— Правда? — вскрикнул он, прежде чем осознал, что Ли Ци Е проявил милосердие. Он снова упал на колени и затараторил:

— Благодарю вас, Бессмертный, огромное спасибо за спасение жизни моей дочери! Я буду трудиться на вас до конца своих дней!

— Встань, — Ли Ци Е снова махнул рукой, а затем пристально посмотрел на девочку. — Эта форма не годится.

— Какая форма? — пробормотал Владыка.

— Как ты думаешь, кто она такая? — спросила Сяоюэ.

— Бессмертная, неважно, кто она, она — моя дочь, — глубоко вздохнув, ответил он.

— Судьба не всегда является решающим фактором, она может быть выкована через любовь и преданность, — произнес Ли Ци Е.

Хотя Владыка и не понял смысла слов, он знал, что его дочь спасена. Но вопрос об извлечении божественного артефакта всё еще беспокоил его.

— Тебя совсем не интересует эта родословная? — спросил Ли Ци Е Сяоюэ.

— Нисколько, — отрезала она.

— Правда? Это отличная возможность найти её, — усмехнулся он.

— Её не должно существовать в Мире Повелителей Зверей, — настаивала она.

— Я не согласен, особенно после того, как увидел её, — сказал он.

— Хм... но этот мир не может породить подобное. — Она уставилась на девочку.

— Не в Мире Повелителей Зверей и не в результате искусственного выведения, — уточнил он.

— Невозможно. — Выражение её лица изменилось.

— Что именно невозможно? То, что такое нельзя вывести, или... нечто иное? — спросил он.

Услышав это, она вздохнула и произнесла:

— В других местах это тоже невозможно.

— Если я не ошибаюсь, есть одно место, где это реально. И ты его знаешь, — сказал он.

— Место, где это возможно... Божественный Небосвод, — признала она.

— Значит, это не невозможно. Проблема не в родословной, а скорее в её происхождении, — подытожил он.

— Но в Божественном Небосводе рождаются только божественные звери, никаких других родословных или форм жизни там нет. — Она покачала головой.