С моей смерти по ощущениям прошло где-то минут семь. Я просто плавал в пустоте, ничего не ощущая кроме того, где я нахожусь. Интересно, какая из религий моего мира будет права на счëт того, что со мной произойдет в загробной жизни. Или может её вообще не будет, но что тогда сейчас со мной происходит? Хоть я ничего и не чувствую, но вроде мыслю, может тогда ещё не всë потеряно? В своей жизни я всегда надеялся, что после жизни я попаду в мир своих снов, только вот веских оснований на это у меня не было, поэтому о самоубийстве я даже не задумывался. Но куда же я попал, и что со мной должно произойти?

После этих мыслей мое фантомное тело началось ломаться, сворачиваясь в спираль, как бы впихиваемое в какую-то варонку. Наконец меня куда-то выбросило, мое изувеченное тело ныло, а яркий свет вокруг заставлял глаза слезиться. После того, как мне всё же удалось открыть глаза, я смог осмотрется.

Сперва я увидел свои ноги, вывернутые под неестественным углом, правой ноге досталось больше всего: два открытых перелома и вывихи всего, чего только можно.  Левое колено решило, что оно будет сгибаться в противоположном направлении. С руками дела обстояли получше: левая уцелела полностью, если не считать синяки, но кисть правой руки была больше похожа на овяную кашу, чем на часть человеческого тела. Всё это в купе с переломом позвоночника и пары ребер, и я еле-еле мог считаться живым.

Далее я стал рассматривать своё окружение. А "отдыхал" я на чудесной поляне, но не на травке около прекрасных цветов, а прямо в луже грязи. Осмотревшись повнимательней, я обнаружил, что нахожусь не просто на поляне, а на окрайне какой-то дороги, петляющей через поле. Никаких признаков жизни я правда не заметил. Боль была уже настолько ужасной, что я едва держался в сознании. Вдруг я услышал какой-то гул сзади, но из-за сломанного позвоночника я не смог обернуться. Шум все приближается и, когда я уже думал, что источник находится буквально в десяти метрах от меня я слышу человеческий голос, который пытается что-то прокричать, но я не слышу его из-за шума ревущего мотора. Тут я чувствую, как меня разрывает на части, и я уже ничего не вижу. Передо мной опять та же пустота, но моë тело цело и невредимо.

Я вновь наедине с этой ужасной темнотой, я просто плыву тут в пустоте и я чувствую, что обретаю покой, мне почему-то стало совершенно до лампочки, что меня до этого разорвал комбайн на мелкие-мелкие кусочки

Меня начинает опять куда-то нести, но этот раз я упал, как будто из-под меня выдернули ковер, на котором я стоял, я ощутил под собой пол. Я очутился в маленькой комнате с низким потолком, все здесь было деревянным: стены, потолок, пол, массивный комод, стол, за котором на слуле со спинкой сидела довольно низкая девушка с длинными черными волосами, доходившеми ей до талии. Её лицо было сосредоточенным и немного детским, она склонилась над какими-то травами, усердно сортируя их. Весь стол уставлен горшками, внутри которых находились разнообразные цветы. Увидев меня, её лицо сделалось страшным, а в меня молниеносно полетел один из горшков, который попал прямо мне в лоб, я почувствовал во всëм теле тяжесть и рухнул навзничь.

Проснулся я на жесткой кровати и сразу почуял, что что-то не так — да, мне не приснился сон. Это был крайне сильный удар для меня, хотя и до этого бывали дни, когда мне ничего не снилось. Я был все в той же деревянной комнате, но на этот раз здесь никого кроме меня не было. Наконец мне удалось получше оглядется. За небольшим окном было темно, я лежал на деревянной кровати в углу небольшой комнатки, на знакомом уже мне столе я увидел всё те же горшки с цветами, но тот, что полетел в меня бесследно пропал, слева от стола стоял комод, одна из его ячеек была открыта и я разглядел внутри немного одежды. Вспомнив про одежду я осмотрел себя сам, на мне уже не было привычных мне чёрных джинсов и футболки того же цвета. Я был одет полностью в белое: очень свободная рубашка и шорты не самого лучшего качества. Осмотрев себя я не мог не заметить длинный чёрный волос, лежащий на моем белоснежном одеяле. По всей видимости кто-то обо мне позоботился. Боль в голове всё ещё ощущается  и, признаться, я даже немного обижен на эту девушку. Тут меня наконец поставил на место здравый смысл, и я задался самым важным вопросом: "Где я черт возьми оказался?"