Очередной день начинал вступать в свои права. Яркое зарево на востоке всё сильнее разгоняло предрассветную дымку тумана и освещало окрестности. Силуэт чёрной птицы на фоне восхода, утопающего в низко проплывающих розовых облаках, парил в восходящих потоках тёплого воздуха, изредка трепыхая кончиками широких крыльев…

Взмах, другой, ещё чуть выше, и вновь стремительный полёт застывшего тёмного силуэта.

Внизу проносился лес. Бескрайний ковёр зелени, мерно протекающая широкая река, небольшие поляны. Но взор птицы был устремлён не вниз, на раскинувшееся вокруг великолепие природы, а вперёд. Там, вдали, лесной покров Элдариона разрывал массивный холм, увенчанный стенами и башнями замка.

Солнце поднялось ещё немного и зацепило своим краем бело-розовые облака. Их окрасило ярким огненным отблеском, отразившимся на стенах твердыни причудливыми картинами рассвета. Птица снизилась и активнее заработала крыльями. Она стремилась успеть к намеченной цели до того, как солнце окончательно поднимется над горизонтом. Сумрак же медленно угасал на западе, глядя на солнечное великолепие сонными и неяркими глазами сотен звёзд.

К тому моменту, как светило окончательно поднялось над горизонтом, путешественница уже описывала круги над замком, выискивая место, куда бы лучше приземлиться. Теперь уже было отчётливо видно, что земля, на которой высились стены твердыни, рассечена надвое тёмной щелью разлома, достаточно широкой, но ровно настолько, чтобы через неё ещё можно было перекинуть мост, что, собственно, и было уже некогда проделано хозяевами замка. Теперь эта шедевральная конструкция являлась полуразрушенными руинами, но всё ещё гордо демонстрировала очередной талант его, несомненно, разносторонне одарённых бывших обитателей.

Сделав два круга над строением, птица наконец опустилась на балку под навесом одной из небольших ещё уцелевших башенок, украшавших выбитые врата замка. С интересом оглядевшись по сторонам и убедившись, что её отсюда никто не гонит, залётная гостья распушила перья и принялась их чистить после перелёта, пока вокруг затухали огни уродливых факелов в некогда прекрасных и утончённых светильниках. Рассвет освещал внутренний двор твердыни и выхватывал из темноты силуэты разбитых окон многочисленных развалившихся построек, расположенных на её территории.

Утро наступало… Ночь торопливо пятилась от лучей восходящего солнца, стремясь забиться в норы диких зверей и малейшие трещинки, после исчезая под заросшими мхом валунами… Попытавшийся было окутать всё вокруг туман лишь беспомощно осел на листьях и траве утренней росой. В лесу у замка заметно похолодало. Но тёмному призрачному силуэту, словно в задумчивости застывшему на ветке, что была над бегущим меж камней ручьём, было безразлично это изменение в окружающем его мире. Он просто ожидал, стоя здесь, в чаще леса. Небо уже посветлело настолько, что скрылись все ночные светила, а он всё не шевелился. Запели птицы, оглашая лес переливами волшебных трелей. Одна из пичуг вспорхнула на ветку, нависающую над ручьём, и с интересом уставилась на Призрака. Тень слегка колыхнулась, и нечто, напоминавшее капюшон чёрного плаща, повернулось в сторону гостьи. Раздался шёпот, ничего, по сути, не означающий для обычного человека, да и просто ни на что не похожий. Видимо, так неизвестный разговаривал со своей летающей спутницей. Птица не испугалась и не улетела, а, напротив, продолжала пялить чёрные бусинки глаз на него, пока он так сидел на ветке.

Тут птичка зачирикала, будто рассказывая гостю о своих странствиях, а Призрак молча слушал её, не шевелясь, а затем резко сорвался вперёд, словно получив от пернатого друга желанную информацию.

Тёмное колышущееся пятно вынырнуло из глубины леса и зависло у раскидистой ели. В этом месте через лес проходила достаточно утоптанная дорога, по которой только что проследовали его будущие цели. Тракт для государства ранее обладал довольно плотным трафиком, однако, после того, как Элдарион оставил Северные Кланы без должного внимания, сосредоточившись на южных кочевниках, обострилась ситуация с «лихими ребятами». Поэтому по тракту ходили только охраняемые караваны и дозорные конные разъезды стражников. Путешествие в одиночку же обычно не сулило путнику ничего хорошего. В лучшем случае его могли просто обобрать до последней нитки. Иные же пропадали в этих лесах бесследно… Однако нашему Герою было необходимо, чтобы его заметил один из таких дозоров. Ведь именно их логово и являлось его будущей целью.

Тень прижалась к земле, покрытой опавшей хвоей. Тёмное пятно, отдалённо напоминавшее плащ, затрепетало и оплело владельца, подобно кокону. Когда же в следующий миг «плащ» распустился, на земле стоял вполне осязаемый парнишка лет двадцати. Высокий, с миловидным лицом и худой, но достаточно атлетичной фигурой. Он повёл плечами и медленно мотнул головой, с хрустом разминая шею. Расправив тёмный плащ и надвинув на голову чёрный капюшон, парень вышел из густой тени хвойного дерева и не спеша двинулся по дороге в сторону замка.

Путник на мгновение остановился и прикрыл свои тёмно-карие глаза. Он ощупал окрестности своим особым чутьём и ощутил, что где-то поблизости есть разумные существа. Поплотнее закутавшись в плащ, он продолжил путь.

— Господин хороший, не соизволите ли поделиться с добрыми людьми серебром? — из придорожных кустов вальяжно вышли трое мужчин. Говоривший, хоть и был одет как крестьянин, выглядел не в пример богаче своих рослых товарищей. Двое громил смотрелись на его фоне самыми настоящими оборванцами. Предводитель говорил, откровенно улыбаясь и при этом поглаживая ладонью лезвие обнажённого кинжала. Его компаньоны были вооружены простыми сучковатыми дубинами, а лица их, опухшие и красные от злоупотребления хмельной брагой, были искажены злобой и жадностью… до чужого добра.

Тёмная фигура просто замерла посреди тракта, уперев полный любопытства взгляд в грабителей с большой дороги.

— Ты типа… это… давай! Гони все деньги!.. — один из верзил красноречиво поиграл в руках здоровой сучковатой палкой.

— Спокойствие, друг мой! Не надо пугать нашего дорогого гостя. Уверен, что он сам готов пожертвовать нам немного своих сбережений… Ведь так, уважаемый? — лидер говорил очень необычно для простого крестьянина. Будь на месте Тёмной Фигуры кто-нибудь другой, он наверняка подумал бы, что нелёгкая судьба привела этого человека на столь скользкий путь. Он не был простым работягой. Скорее всего — просто разорившийся аристократ, потерявший веру в справедливость, но не растерявший своих манер. Однако Тень, сокрытый за чёрной накидкой, ни о чём таком не задумывался. Он просто стоял и с интересом ожидал, чем же всё это закончится. Немая сцена затянулась. Наконец терпение разбойников иссякло.

— Что ж… Я надеялся, что мы сумеем разрешить вопрос миром. Однако вынужден вас огорчить. Мы заберём ВСЁ, что у вас есть, сами… силой!

Повинуясь короткому кивку предводителя, двое вооружённых дубинами детин ринулись на одинокую фигуру. Внезапно полы тёмного плаща распахнулись и ринулись на атакующих, подобно щупальцам чёрного спрута. Миг - и верзилы недоумённо глядели на пустые руки. Дорогу огласил громкий треск, и из мрака ожившего плаща посыпалось то, что осталось от нехитрого вооружения грабителей. Щупальца колыхнулись и бесшумно втянулись в плащ чёрной фигуры. Тело его сплошным слоем покрывали полосы чёрной ткани. Незакрытой оставалась только узкая полоска на лице Создания, откуда глядели на людей из черноты два глаза. Фигура пригнулась к земле и стремительно прыгнула вперёд. Атаман шайки не уловил, что сделал Тень, но в следующий миг тела громил мешками рухнули в дорожную пыль. Выпучив глаза и громко заорав, главарь развернулся, бросил кинжал и припустил в чащу леса. Тень проводила его взглядом. Плечи и голову Создания снова скрывал чёрный плащ с капюшоном. Не проронив ни слова, парень прошёл чуть дальше по дороге, оглашаемой за его спиной богатырским храпом. Щелчок пальцами – и убегавший аристократ точно так же рухнул лицом в мох и протяжно захрапел.

Тень собрал всех троих верзил в одну общую кучу и накрыл их своим плащом, будто втянул их в него.

— Трое есть. Ещё тринадцать осталось, — вздохнул он и снова побрёл в чащу леса.

Быстро пропрыгав по деревьям, он наконец догнал основную шайку.

Силуэт, угнездившийся в кроне высокого хвойного дерева, не без интереса наблюдал за отрядом, двигавшимся в сторону замка. Движения отряда были максимально неосторожными. Компания галдела и громко ругалась, время от времени разрываясь громогласным хохотом. За ними шли несколько лошадей, запряжённых в телеги, на которых стояли ржавые клетки, а также было навалено различное барахло. Под их ногами и копытами хрустели сухие колючки и шелестела трава, с треском ломались на пути ветки и кусты. В клетках было несколько остроухих девушек. Некоторые из них лежали на полу клеток без сознания, другие дрожали, завернувшись в тряпьё.

Тень наблюдал, как отряд зашёл на мост замка из полумрака хвойного массива. Он старался не приближаться к этим людям слишком близко, хотя они вряд ли могли почувствовать что-то неладное. Да и находиться прямо рядом с ними всё равно не было нужды, Тень прекрасно видел всех и каждого, кто находился в окрестностях твердыни. Он видел бандитов, жующих свой завтрак, видел летающих туда-сюда птиц, видел и девушек в клетках, ожидающих, когда их уведут в тёмные казематы руин замка. Что-то заставило Тень приглядеться к одной из участниц разворачивающегося действа внимательнее. Она сильно отличалась от всех остальных. Нечто неуловимое, но определённо присутствующее у этой голубоглазой красавицы в богатом капюшоне и мантии, настораживало Тень. Девушка в клетке словно заметила сосредоточенное на ней внимание и повернула голову к сталкеру. Следящий сразу ощутил это изменение её состояния и поспешил отвести взор. Он пока не хотел выдавать своё присутствие, но и объект наблюдения чувствовал нечто, что настораживало его. С тихим шелестом Тень сорвалась с места и втянулась во мрак глубины леса.

***

Джен вышла из своей клетки и невидящим взглядом посмотрела на встающее солнце. Пару часов назад она потеряла последнего члена своей семьи. В голове всё путалось. Разные мысли - от самоубийства до отмщения всему роду людскому, вихрем проносились в остроухой макушке полуэльфийки. Девушка глянула на руки и поморщилась от запаха крови на пальцах. Крики раненых всё ещё раздавались в её голове. Всего за ночь родной дом был сожжён дотла, а защитники деревни так и не смогли отбить пленных у нападавших.

То тут, то там сновали её пленители. Бандиты, мерзко гогоча, стаскивали на центральную площадь замка всё, что ни на есть ценное. Когда Джен ещё была в клетке, на секунду ей почудилось, что она ощутила чьё-то незримое присутствие. Этот взгляд согревал её мысли возможным спасением. Но ещё через мгновение он исчез, словно утренний туман.

— Неужели показалось? — пробормотала она.

— Пошла внутрь, грязнокровка! — раздался голос за её спиной.

Чувствительный толчок отправил её за товарищами по несчастью прямо в казематы разваленного замка.

***

После трапезы отряд занялся разгрузкой телег и вытаскиванием пленниц из клеток. Тёмное рваное облако колыхнулось и, скрываясь за разрушенными башнями моста, последовало за ними к воротам.

Заметив несколько бандитов в окнах, Призрак решил, что имеет смысл обойти главный вход, просто свернув у ворот, и пошёл в обход замка, прижимаясь к стене. Вскоре Тень нашёл место, где росло одинокое дерево, почти вплотную подступавшее к грубой каменной кладке замковых стен. До них оставалось не больше пары метров и, легко взобравшись наверх, парень перемахнул на стену у башни. Внизу, под стеной, стоял один из бандитов – отошёл, по-видимому, отлить. Тень не спеша спустился вниз, стараясь держаться поближе к шероховатой поверхности камня в попытке проскользнуть мимо оборванца через тёмный угол сарая. Однако незамеченным ему остаться не удалось. Угрюмый бугай неведомо как углядел во мраке какое-то шевеление. Кликнув своих товарищей, он отцепил с пояса небольшой флакон и, ловко выдернув зубами пробку, вылил его содержимое прямо на свой клинок. Тот полыхнул ярко-красным огнём, растворяя тени развалин, кроме одной-единственной. Вот тут угрюмость человека как рукой сняло.

— Тр-р-ревоо… — бандит что было мочи попытался заорать «тревога», но чёрное пятно метнулось в его сторону. Меч тут же погас под плащом, а голова с неприятным хрустом развернулась на сто восемьдесят градусов в руках кареглазого убийцы. Двое подбежавших напарников почившего получили по кинжалу в свои шеи и, схватившись за горло, с хрипом рухнули мешками к ногам Тени.

— Ещё минус трое. Осталось десять, — продолжил считать парень, снова накрывая свою работу плащом.

Его взор устремился на цитадель.

— Кажется, теперь предстоит бой в помещениях, — пробормотал он, доставая отливающий синевой не слишком длинный, но изящный клинок.

Ещё раз оглядевшись по сторонам и больше не обнаружив ничьего присутствия снаружи, Тень проскользнул внутрь казематов.

***

Джен привели в тёмное подземелье, огороженное рядом решёток. Здесь отовсюду слышались стоны и плач, а в нос пробивался затхлый и спёртый воздух с ужасным запахом пота и мочи.

Её толкнули в одну из камер, прямо на подстилку из подгнившей соломы, а трёх её подруг по несчастью поместили через коридор напротив. Она не слишком хорошо знала их. Кажется, рыжую звали Нерия, и она работала официанткой в гостинице. А две светлые были дочерьми мельника. Старшая совсем недавно прошла обряд посвящения в послушницы. А младшая ещё даже не достигла совершеннолетия. Имён их, к сожалению, она не помнила.

Полуэльфийка поднялась на ноги и огляделась в полумраке. В её камере также было ещё две пленницы. Одна сидела в углу с пустым выражением глаз, обхватив колени. Судя по внешности, это был обычный человек. Одежды на ней не было. Только какая-то грязная тряпка, лишь слегка прикрывающая плечи и грудь, в то время как её бёдра были полностью оголены, из-за чего поза девушки давала вполне отчётливо увидеть промежность.

Другая соседка лежала на такой же подстилке, что была под Джен, и сильно дрожала, изредка подвывая. Что бы ни произошло с этими двумя, было видно, что они уже сломаны и морально, и физически.

Джен не знала, что конкретно планируют делать с ними эти бандиты. Но, судя по тому, как с ними обращаются, о качестве товара они не сильно заботятся. По-видимому, кого-то они и продают, но, по большей части, используют как игрушки для собственного удовлетворения.

Спустя пару минут дверь в помещение снова открылась, и в подземелье вошёл грузный мужчина, направившись к гогочущим охранникам, которые привели пленниц сюда.

Бандиты к тому времени уже раскупорили пару бутылок эля, которые были среди награбленного, и приступили к распитию, поглядывая на своих будущих жертв.

— Бернард, почему ты до сих пор здесь? — грозно спросил вошедший.

— Прости, босс, я думал, тебе уже доложился Гонза, — поспешил оправдаться один из охранников.

— Неважно, что ты думал, — прорычал мужчина, — в первую очередь ты должен озаботиться тем, чтобы поставить меня в известность, а уже потом набивать брюхо и трахать эти бесполезные куски мяса. Что сегодня с уловом?

Главарь уставился в клетки, и мутный взгляд его поросячьих глаз остановился на Джен. Толстые губы расплылись в жуткой ухмылке.

— Эльфийки, да? И сколько их?

— Четыре, — Бернард ткнул за спину своего Босса, чтобы тот переключил внимание на остальных пленниц.

— Отлично, — кивнул старший и двинулся к клетке.

Зайдя внутрь, он схватил за руку младшую дочь мельника и притянул к себе. Старшая было попыталась заступиться за сестру, но замерла в страхе, поймав на себе бешеный взгляд здоровяка.

Удовлетворённо хрюкнув, главарь, всё ещё держа обе ручонки эльфийки за запястья одной рукой, смачно облизал свободные пальцы и запустил другую руку между ног девушки прямо под изодранное платье. Та пискнула то ли от страха, то ли от боли и попыталась вырваться, но свинья в образе мужчины лишь сильно дёрнул её, тут же сводя на нет все её трепыхания.

— Хорошо, эта девственница. Теперь следующая.

Резко толкнув от себя светловолосую девочку, от чего она в слезах отлетела на солому, он двинулся к её сестре.

Та в испуге резко засеменила ножками назад, пока не упёрлась спиной в решётку. Главарь резко схватил эльфийку за горло, останавливая её жалкие попытки бежать, и повторил свою мерзкую процедуру снова.

— Эта тоже. Кажется, нас ждут хорошие деньги, ха-ха-ха, — заржал он.

Нерия поняла, что сейчас наступит её очередь.

— Нет-нет! Пожалуйста, не трогайте меня! — она выставила руки вперёд в защитном жесте.

Но грузный мужик лишь позволил этим ладоням упереться в его потную грудь и, не замедляя хода, оказался в упор к ней, нависая сверху благодаря своему немалому росту и обдавая её лицо смердящим дыханием.

— Что такое? Я ведь не собираюсь ничего с тобой делать, — жутко ухмыльнулся он, — по крайней мере, пока не проверю свой товар на испорченность.

— Я умоляю! Не там! Пожалуйста, — она молила его, пытаясь остановить руку, которая уже ушла под тряпки, что некогда были её одеждой.

— Ага! Кажется, у нас джекпот, парни! — обрадовался Главарь, вынимая мокрые пальцы на свет и хватая ими же Нерию за подбородок, — с сегодняшнего дня ты станешь моей игрушкой.

— Не трогай её! — наконец не сдержалась Джен.

Её холодные голубые глаза сверлили этого ублюдка взглядом, полным отвращения и ненависти.

— Если ты ещё раз притронешься, я… — полуэльфийка попробовала призвать свою магию, но раздался резкий щелчок, и каст заклинания остановился.

— Ничего не выйдет, остроухая ведьма, — захихикал Бернард.

В его руках светился амулет в форме иссохшего дерева.

— Пока я рядом, можешь забыть о своей проклятой магии, — провёл он языком по жёлтым зубам.

Главарь отпустил Нерию, которая рухнула на колени, дрожа от страха, и подошёл к решётке Джен.

— Хм? Эльфийская ведьма? За неё можно получить и пять сотен золотых! Как думаешь, тварь, каково тебе будет, если мы вырежем на твоей груди знак Лакастоса? — спросил он, ковыряясь в ухе. — Мне кажется, я уже слышу, как ты визжишь, умоляя меня прекратить твои мучения.

Джен отступила на шаг, а мужчина зазвенел ключами, собираясь открыть решётку.

— Знаешь, я, наверное, даже прощу тебя за твою дерзость. Но тебе придётся хорошенько меня обслужить, — закончил он мысль, заходя внутрь.

— Я никогда не стану вашей рабыней! — крикнула в сердцах девушка.

— Охо? Строптивая. Мне такие нравятся, — разминая плечи, сказал бугай.

А затем резко схватил её за волосы и отвесил ей звонкую оплеуху. Ноги подкосились от удара, а в голове сильно зашумело. Если бы девушку сейчас не держали за макушку, она бы рухнула на пол. Слёзы брызнули из глаз, а взгляд заволокло кровавым заревом.

— Ты ещё узнаешь, кто я такой, — заискивающе прошептал главарь прямо в ухо почти потерявшей сознание эльфийке.

Затем он так же за волосы поволок её наружу, совершенно не смущаясь того, что она даже толком не в состоянии переставлять ноги. Подойдя к выходу из подземелья, он повернулся к своим прихлебателям.

— Эту ведьму я забираю к себе в комнату до завтра. Двух беленьких не трогайте. Если увижу на них хоть один синяк или что похуже, то лично шкуру спущу с виновника.

Затем он повернулся к всё ещё сидящей на коленях Нерии.

— Если хотите выпустить пар, можете использовать рыжую, она всё равно просто бесполезный мусор.

— Ха-ха! Спасибо, капитан! — взорвались радостными криками тюремщики и плотоядно уставились на ещё сильнее задрожавшую официантку.

Главарь ушёл, громко хлопнув дверью, а Бернард встал из-за стола и направился к решётке, за которой сидела эльфийка.

— Нет! Нет! Пожалуйста, не надо! — пронзительно закричала она, осознавая, что сейчас с ней будет.

Между её ног медленно расплывалась лужица страха.

— Ахаха! Смотрите, парни, да она обоссалась! — обрадованно завопил бандит и, схватив её за предплечье, резко поднял на ноги, — идём сюда, остроухая. Сейчас ты познаешь настоящих мужчин.

Он подтащил её к столу и резко поставил на колени. Затем взялся за свои портки, развязывая ремешок и доставая то, что было в них, наружу. Прямо перед лицом Нерии оказался большой кусок мяса. Он был всё ещё мягкий, но быстро принимал форму боевой готовности.

— Ну как тебе, остроухая? — ухмыльнулся Бернард. — Это тебе не мелкие эльфийские стручки, что были у тебя до этого. Пусть кто-то и трахал тебя до этого. Для меня ты всё равно что всё ещё девственница.

С этими словами он положил ей ладони на макушку и с силой стал приближать лицо девушки к своему пенису.

— А теперь давай немного поиграем, у тебя впереди длинный день, — вкрадчиво произнёс он, облизываясь.

Вонючий кусок плоти неотвратимо приближался ко рту Нерии, ещё секунда – и она коснётся его губами, но…

Раздаётся громкий взрыв, и дверь слетает с петель.

— Какого Хаоса? — заорал один из бандитов, глядя в проём.

Там в оседающей пыли виднелась тёмная фигура.

— Четверо, — пробормотал незнакомец, — значит, будет ещё шесть…

— Ты кто такой? Какого лешего тебе надо? — завопили тюремщики, вскочив со своих мест и обнажив клинки.

Тень в дверях дёрнулась, и в ту же секунду голова одного из вопрошающих улетела с плеч, а помещение наполнилось криками умирающих и воплями ужаса.

Синеватый клинок совершал кровавую жатву, разбрызгивая красную субстанцию на стены и стол. Бандиты в панике пытались защититься своим оружием или выбежать из подземелья, но всё было тщетно. Для парня-убийцы всё происходящее было будто в замедленной съёмке. Хоть кровь и заливала деревянные полы, но на него до сих пор не попало ни капли.

— Да кто ты такой, демоны тебя забери?

Оставшиеся два бандита зажались в углу, ощерившись мечами. Похоже, они уже даже не были настроены на сражение. Но их судьба была уже предрешена, и неважно, сдадутся они или нет. Тень легко оторвался от земли, опёрся ногой на мгновение на лезвие одного из мечей и влетел в своих противников. Последнее, что они видели — это отблески тёмного пламени в глазах убийцы.

Когда всё было кончено, парень отряхнул клинок от крови и убрал под плащ.

Девушки со смесью страха и отвращения глядели на развернувшуюся перед их глазами картину, не в силах вымолвить ни слова. Одна лишь Нерия, всё ещё стоя на коленях, громко разрыдалась, не пытаясь больше сдерживать свои эмоции.

***

Тень посмотрел на девушек в клетках, а затем шагнул к одному из трупов и снял ключи от решёток у него с пояса.

После он подошёл к одной из камер и, открыв замок, присел рядом с одной из пленниц. Девушка глядела на него со страхом и непониманием.

— К-кто вы, г-господин? — пролепетала она.

Парень оказался достаточно грубым в своих действиях, он сорвал с неё тряпку, заставив обладательницу взвизгнуть и прикрыть интимные места. Тёмные глаза пробежались по язвам и крупным гематомам, после чего парень вынул из плаща пузырёк синей жидкости и, отщёлкнув флакон, резко вылил содержимое на кожу девушки. Пленница ойкнула и закрыла глаза, когда на неё попало холодное зелье, но затем, не почувствовав ничего странного, взглянула на себя.

Ранения быстро исчезали с тела, язвы затягивались, даже вывихнутые пальцы вернулись в свои пазы, а припухлости от воспалений исчезли. Тень поднялся, рывком ставя свою пациентку на ноги. Затем достал целую сумку, в которой бренчали склянки.

— Держи, раздашь остальным, — буркнул он, отвернув взгляд от её голого тела, которое барышня от удивления перестала прикрывать, — как только все восстановятся, выбирайтесь наружу и готовьте повозки к отправлению. Коридор и замковая площадь безопасны, так что ничего не бойтесь.

— С-спасибо… — только и смогла пробормотать спасённая, сжимая в руках ручку сумки.

Парень направился к двери, но тут Нерия наконец смогла совладать со своим рыданием и заговорила:

— Подождите, пожалуйста!

— Хм?

— С нами была ещё одна. Какой-то страшный человек забрал её с собой. Прошу вас, помогите и ей, — дрожащим голосом попросила эльфийка.

Но парень, будто не слыша её, просто вышел из подземелья.

***

Джен завели в просторное помещение с большой кроватью у окна. Скорее всего, это была комната лорда, что владел замком ранее. Здесь имелся столик для туалетных принадлежностей, гигантский книжный шкаф на всю стену, письменный стол, пара кресел и камин. Естественно, всё это было в обшарпанном и разбитом состоянии. А книги из шкафа по большей части валялись на полу возле него. От некоторых остались лишь корешки, лежащие у камина. Видимо, ими часто растапливали дрова.

Громко хлопнувшая дверь за спиной быстро вернула её в реальность. Позади неё стоял здоровенный мужик и улыбался во все свои двадцать два кривых зуба.

— Проходи, располагайся, остроухая. На ближайшую неделю ты моя желанная гостья, — проговорил он с издёвкой, развернув её за плечо лицом к себе, — меня звать Рудольф, но для тебя я теперь просто господин. Поняла?

Джен сузила глаза и открыла было рот, но даже не успела произнести ни звука, как гигантская жирная рука схватила её за подбородок, а между губ с силой засунули большой палец.

Она инстинктивно попыталась сомкнуть свои зубы обратно, чтобы откусить грязный отросток пленителя, но Рудольф больно оттягивал её нижнюю челюсть, не давая ей сделать этого. Изо рта непроизвольно вытекла струйка слюны, застыв на уголке губ.

— Подумай хорошенько, эльфийская мразь, прежде чем сказать хоть что-то, что может мне не понравиться, — вкрадчиво прошептал он с угрозой в голосе.

Он вытащил свой палец, от чего Джен закашлялась, и вытер его об её одежду. Затем одним движением сорвал с неё мантию с капюшоном и толкнул на кровать. Девушка не удержалась на ногах и села на пожелтевшие простыни. Под мантией оказалась белая блузка с длинным рукавом и короткие штаны. На ногах были мягкие сапоги, закрывающие голень. В итоге лишь колени девушки оставались голыми. Над среднего размера грудью блестела серебряная застёжка с драгоценными камнями.

Девушка явно была не из бедной семьи, судя по своему одеянию. Рудольф присвистнул, оглядев свою жертву с головы до ног.

— Так ты у нас аристократка, да?

— Ты даже не представляешь, с кем связываешься! — смогла наконец выплеснуть свою злость полуэльфийка.

Звонкая пощёчина отправила Джен в короткий полёт на подушки. Бледная кожа на нежной щеке тут же покраснела, а из носа вытекла капелька крови.

— Я же тебе уже сказал, чтобы ты тщательно обдумывала свои слова, прежде чем…

Рудольф не успел договорить. Шар огня вспыхнул над кроватью и устремился к мучителю. Но, врезавшись в ладонь мужчины, тут же растворился в воздухе.

— Неужели ты думала, что сможешь одолеть меня своей жалкой магией, — ухмыльнулся главарь банды и запрыгнул на кровать.

Джен попыталась убежать, но бандит поймал её за ногу и, потянув на себя, сильно ударил кулаком в живот. Желчь подступила к горлу, и эльфийка снова закашлялась, чуть не прикусив себе язык. Она совершенно не привыкла к такому обращению. Подобная боль для неё была на грани агонии, отчего сложно было удерживать сознание в ясном состоянии, не говоря уж о концентрации для применения магии.

Огромная, как лопата, ладонь сомкнулась на её шее, и Рудольф притянул утончённое девичье лицо к своему. От недостатка воздуха она открыла рот, пытаясь впустить в горевшие огнём лёгкие капельку кислорода. Но вместо этого в её рот вторгся похожий на здоровенного слизняка язык мужчины. Этот слизняк по-хозяйски прошёлся по её зубам и достал чуть ли не до нёба.

Мысли, одна ярче другой, взрывались в мозгу. А сердце наполнялось чёрной ненавистью. Как могло это грязное животное украсть её первый поцелуй? Да ещё подобным мерзким способом.

Вдоволь напускав ей в рот свои тягучие слюни, мужчина смачно оторвался от лица девушки и удовлетворённо хрюкнул.

— Ну так что, остроухая мразь? Ты дашь мне ответ, кто твой господин?

Жгучая обида заполняла грудь. Джен чувствовала себя грязной и сейчас желала только одного — царапать свой язык, пока ей не удастся содрать всё это мерзкое ощущение, которое она только что испытала.

Рудольф сидел на её ногах, прижав коленями её руки к телу, из-за чего она даже толком не могла ничего сделать. Волосатая рука оторвалась от нежной шеи и схватила её за грудь, больно сжав мягкую выпуклость.

— Я не слышу ответа.

— Не трогай меня… кха-кха… — горло всё ещё горело от хватки, слова давались с большим трудом.

— Ты забыла сказать «пожалуйста», — издевательски ухмыльнулся её мучитель.

Толстая рука залезла под блузку, разрывая своим напором лёгкие пуговицы, пока пальцы не добрались до её соска.

— Пожалуйста… остановитесь… — умоляюще прошептала Джен.

Слёзы появились в её глазах, стекая по щекам на подушки. Неужели это никак нельзя остановить? Почему она? Если это не прекратится, нужно просто попробовать перестать дышать. Лучше умереть, чем пережить подобный позор.

— Уже лучше, остроухая, — пальцы начали сжимать сосок, заставляя его отвердеть, — но ты всё ещё произносишь это без уважения.

Грузное тело снова опустилось к лицу девушки. Не переставая щипать сосок, Рудольф снова высунул язык и стал лизать её шею, подбираясь к щеке. В ляжку Джен упёрлось что-то большое и твёрдое, что всё ещё пряталось в замызганных грязью и кровью штанах убийцы.

— Прошу вас, господин. Я сделаю всё, что хотите. Я заплачу вам. Только остановитесь, — в лёгком бреду начала бормотать эльфийка сквозь слёзы.

— Ха-ха-ха, — заржал мучитель, — как же легко вас, аристократок, сломать. Толком не зная уличной жизни, вы лишь надеетесь на свой статус. Но вот как только вас становится некому защищать, так сразу вы начинаете молить о пощаде.

Рудольф вытащил свою руку из-под блузки и поднялся над Джен, всё ещё улыбаясь. Девушка тоже несмело улыбнулась в ответ, понадеявшись, что её мольбы были услышаны. Но тут глаза бандита наполнились злобой.

— Но мне этого мало, — лапищи громилы разорвали блузку, обнажая аккуратные холмики девушки.

Её нежная кожа покраснела в тех местах, где её били и щипали, а тело мелко дрожало. Пальцы борова взялись за короткие штаны, намереваясь сорвать их точно также, как и другую одежду Джен.

— Я хочу превратить тебя в послушную свинку, чтобы ты везде бегала за мной на четвереньках и услужливо тявкала, прося еды.

Всё естество эльфийки сжалось при этих словах. Человек перед ней был абсолютно точно болен психически и не обладал ни малейшими зачатками жалости. Её жизнь теперь целиком и полностью будет состоять из унижений, боли и страданий. Она уже чувствовала, как пальцы приближаются к самой сокровенной части её тела. Ещё немного – и точка невозврата будет пройдена.

— Не-е-е-е-ет! — завизжала она.

И тут раздался лёгкий свист, и что-то объёмное упало ей на грудь, заливая её тело чем-то вязким.

Открыв глаза, она увидела на себе отрубленную голову бандита. Его грузное тело покачнулось и рухнуло вбок, упав с кровати. А прямо посреди комнаты стоял парень в плаще и синим мечом.

- Тринадцатый... - произнёс он тихим голосом.