Первым делом Кэтрин спряталась за спину Демиана. Она действовала инстинктивно, посчитав, что главное сейчас — исчезнуть из поля зрения, но тут же опомнилась. Разве Персиваль и Демиан уже не встречались в её поместье?

— Леди Энн Маги?

На обеспокоенный зов канцлера Коула Кэтрин подняла голову.

— Вы внезапно так побледнели… Вам не подошла здешняя еда?

Кэтрин неопределённо покачала головой.

— Нет-нет. Еда Империи такая же сытная и привычная, как у меня на родине. Просто… у меня морская болезнь…

— Но мы стоим на якоре.

— Э-это такая болезнь, которая начинается, только когда бросают якорь.

— Неужели и такая бывает? Поистине, мир велик и полон диковинных недугов.

Даже разговаривая с канцлером Коулом, Кэтрин всё своё внимание сосредоточила на Персивале.

«Неужели он меня узнал?»

Если он её узнает и подойдёт, возникнет множество проблем. Ей-то что — она этих людей больше никогда не увидит, а вот Чезаре — совсем другое дело. Пожалуй, самым разумным решением будет просто уйти.

— Канцлер.

— Да?

— Боюсь, на этом наши пути расходятся. У меня «эти дни», мне тяжело стоять. Вечер только начался, но мне нужен отдых.

— «Эти дни»?.. Что вы…

Она намеренно выразилась так откровенно и неловко. Терять ей всё равно было нечего, а хотелось лишь одного — чтобы канцлер поскорее её отпустил. Коул Сандер с сомнением потирал подбородок, но вскоре понимающе кивнул.

— А-а! Теперь я понимаю, что вы имеете в виду. Ох, должно быть, вам очень нелегко. У моей дочери тоже несколько недель назад случилось это благословение. Когда я вспоминаю, как она мучилась…

«Нет. Твоя дочь меня не интересует».

Чувствуя, что так она рискует прослушать его болтовню до самого утра, Кэтрин, притворившись, что вот-вот умрёт от боли, поспешила ретироваться.

— Канцлер Коул и в столице славится своей болтливостью, — прошептал Демиан, последовав за ней. Видимо, он решил, что она ушла именно из-за этого.

— Я ушла не поэтому. Разве вы не видели, Демиан?

— Кого?

— Персиваля.

Демиан, собиравшийся сделать глоток, поперхнулся, и шампанское выплеснулось обратно в бокал.

«Фу, какая мерзость».

Откашлявшись, Демиан с недовольным видом покачал головой.

— Чёрт. Точно, владелец этого лайнера — Дженон Фаэнрихин, верно? Теперь понятно, зачем эти святые рыцари заезжали в Кристофер.

— Как думаете, те рыцари тоже здесь?

— Вы о том парне, Карлосе? Несомненно. Святые рыцари ничем не отличаются от прочих. Все они погрязли в мирской жажде славы и богатства.

Судя по его свирепому лицу, ему уже не раз приходилось сталкиваться с этими любителями славы и денег.

«Да уж, рыцарей с таким характером, как у Демиана, нечасто встретишь».

Особенно среди Императорских Рыцарей. Рыцарь, который предпочитает повышению по службе работу садовника в скромном поместье, — такой, без сомнения, во всём мире один.

Пройдя через толпу гостей, они вышли к бортовым перилам. Вдали от центра палубы, где собрались все важные персоны, дышать стало немного легче. Кэтрин как раз любовалась ночным морем, что было чернее самого неба, когда за их спинами раздался голос.

— Ха. Кого я вижу? Демиан Родриа?

Она взглянула на Демиана. Его лицо, до этого погружённое в какие-то мысли, исказила презрительная гримаса. Похоже, ничего хорошего ждать не приходилось.

— Демиан Родриа, это и вправду ты? Паршивец из нашего Первого рыцарского ордена!

На второй оклик не обернуться было уже нельзя. Два высоких рыцаря смерили Кэтрин и Демиана взглядами с ног до головы.

«Надо же, с такой смазливой мордашкой умудриться с первого взгляда произвести отвратительное впечатление».

Кэтрин, не оставшись в долгу, окинула говорившего ответным оценивающим взглядом.

— Говорили, тебя наказали за очередную выходку. Так ты теперь телохранителем у какой-то иностранки подрабатываешь?

— Истинный позор Империи Итеран… Тебе не стыдно носить на груди герб Императорского дома?

Оскорбления сыпались одно за другим, и Демиан, не скрываясь, скривился. Он демонстративно сплюнул за борт, а затем к нему обратилась Кэтрин:

— Демиан, у тебя, похоже, проблемы в общении с коллегами.

— Тот, что справа, — это тот самый парень, которого я обрил налысо позапрошлой зимой.

— А, тот, который плакал?

Похоже, её слова были услышаны — лицо одного из рыцарей, до того исполненное самодовольства, исказилось. Словно гиены в поисках добычи, они тут же переключились и, развернувшись, принялись кому-то махать.

— Эй, идите сюда! Тут одно знакомое лицо!

Так вот что такое коллективная травля? Кэтрин испытала странное дежавю.

«Что рыцарский орден, что высший свет — везде люди одинаковы».

Насколько она знала, Демиан был одним из сильнейших рыцарей в ордене, и поверить в то, что ему приходится терпеть подобное обращение, было сложно.

— Пойдёмте отсюда, — бросил он, как ни в чём не бывало, и легонько подтолкнул её в плечо.

Кэтрин стало как-то не по себе, и она пошла за ним, как он и просил. Но рыцарям, похоже, не понравилось и это.

— Ц! Простолюдины вроде него даже элементарных правил приличия не знают. Эй, Демиан! Если собираешься так себя вести, просто брось свой меч!

— Да бросит он, как же! Для такого отродья это лучшая работа, чтобы с голоду не помереть.

— Кто знает. А может, ему будет проще прокормиться, если он, как и сейчас, начнёт торговать телом.

Голоса звучали громко и отчётливо, чтобы слышали все. От этого на душе у Кэтрин стало не просто неспокойно — её начал разбирать гнев. Демиан смущённо кашлянул и почесал шею.

— Простите, леди. Из-за меня вы… Может, вернёмся в каюту? Кстати, не все в ордене такие. Эти парни — особенно отбитые.

— А ты разве не злишься, Демиан?

Он решительно покачал головой.

— Ещё как злюсь. Будь я один, уже вцепился бы им в глотки.

Кэтрин и самой показалось странным, что Демиан так спокойно уходит.

— Но сейчас я в долгу у его превосходительства Чезаре, — продолжил он. — Должен вести себя сдержанно.

«…В долгу?»

Разве это можно назвать «быть в долгу»? Похоже, Чезаре промыл ему мозги. «Демиан. Ты не в долгу, тебя наняли в рабство».

Мало того, что его унижают, так ему ещё и мозги промыли, а теперь какие-то наглые рыцари его презирают! Смиренно глотать обиду — удел слабаков. Кэтрин решила лично заступиться за своего садовника.

— Жди здесь, Демиан. Я спрошу у наставника, можно ли мне действовать опрометчиво.

— Что?

Похлопав себя по груди, мол, доверься мне, она побежала обратно в центр палубы. Желание проучить этих наглецов оказалось сильнее страха встретиться с Персивалем. К тому же, будет спокойнее, если она заручится разрешением Чезаре.

Благодаря высокому росту и серебряным волосам, что сияли, словно Млечный Путь, Чезаре был заметен издалека. Недолго думая, Кэтрин подбежала и схватила его за руку.

— Наставник.

На мгновение у неё перехватило дыхание. В тот миг, когда взгляд Чезаре обратился к ней, ей показалось, будто её заперли в ледяной гробнице — таким холодным и пронизывающим он был. Но этот леденящий, острый как лезвие взгляд тут же растаял, стоило им встретиться глазами. Всё произошло так стремительно, что Кэтрин, сама того не заметив, начала заикаться.

— Мо-можно ли мне проучить тех, кто задевает моё самолюбие?

Вокруг него стояло множество мужчин и женщин, но сияющее, словно солнце, лицо Чезаре затмевало всех, и их выражений Кэтрин даже не замечала. Он помолчал, а затем, обняв её за плечи, отвёл в сторону и ответил низким голосом:

— Вы проделали весь этот путь, чтобы спросить об этом? Не стоило. Вы можете делать всё, что вам заблагорассудится.

Его слова были настолько в его духе, что она не могла не возразить.

— Почему это я могу делать всё, что захочу? Откуда вам знать, что я собираюсь сделать?

— А что же вы такого хотите сделать, леди Кэтрин, раз так грозитесь?

— Я не грожусь… Тогда хотя бы установите рамки. Чтобы я знала меру.

Ей не хотелось натворить дел, о которых потом придётся жалеть.

— Что ж, если вам так нужны рамки… хм-м. Просто не спускайте штаны с наследного принца на глазах у всех. Этого будет достаточно?

«Нет, ни капли не понятнее».

Но, по крайней мере, она уловила суть. Он был готов принять практически любой её поступок. Кивнув, она вернулась к перилам, где рассталась с Демианом. Она была уверена, что застанет его спокойно попивающим вино, но сегодняшний Демиан, похоже, не собирался действовать в рамках её ожиданий. Перед её глазами развернулась весьма динамичная сцена.

— А-а-ах!

Ловкий кулак Демиана врезался в щёку одного из рыцарей. Удар был такой силы, что тот рухнул на палубу.

— Кх…

— Эй, приятель. Соскучился по моим кулакам? Иначе с чего бы тебе так нарываться.

Кажется, она переоценила его терпение. Да, Демиан скорее бы ударил человека, чем пропустил оскорбления мимо ушей.

— Демиан, ублюдок сумасшедший! Ты хоть понимаешь, где находишься, раз кулаками машешь?

— Проклятый бастард совсем берега попутал…

Рыцарь, получивший по лицу, сплюнул кровью и поднялся на ноги. Уж что-что, а получать удары ему было не впервой. Неужели слово «бастард» снова его задело? Демиан, разминая кулаки, тут же набросился на поднимающегося рыцаря.

— Эй. Если не хочешь в старости питаться одной похлёбкой, стисни зубы.

— Акх, по-подожди!

Кэтрин не собиралась вмешиваться в их телесный диалог. Точнее, она раздумывала, стоит ли. С одной стороны, вспоминая поведение рыцаря, который оскорблял и её, она чувствовала злорадство, но с другой — беспокоилась за Демиана, а потому считала, что должна его остановить. Однако, пока она колебалась, появился посредник.

— Сэр Демиан.

Голос принадлежал стройной, но крепко сложенной женщине-рыцарю.

— Здесь много свидетелей. Отпустите этого болвана и поднимитесь.

К удивлению, Демиан послушно встал, хотя лицо его по-прежнему выражало крайнее недовольство. Женщина-рыцарь, выпрямившись, отчеканила:

— Ваш из ряда вон скверный характер не даёт вам права нарушать устав ордена. Действия, порочащие честь Императорского рыцарского ордена на публике, караются строжайшим образом. Посему я доложу об этом инциденте командиру.