Перевод: Illianna

Редактура: Astarmina

— А?

Между Кэтрин и незваным гостем повисло долгое, тягостное молчание, но она гордо подняла подбородок, словно бросая ему вызов.

— Ты даже не улыбаешься, — сказал мужчина. — Ты переигрываешь с этой невинной маской, знаешь ли.

Его холодный взгляд странно изменился. Чем дольше длилось молчание, тем сильнее дёргалась его бровь, но меч по-прежнему оставался прижатым к горлу Кэтрин.

— Должен отметить твою храбрость, — наконец произнёс он. — К счастью, сегодня я в хорошем настроении. Пощажу твою жизнь, если ты заговоришь. Так что, если не хочешь, чтобы твои мозги украсили стены, скажи мне, какова твоя цель.

Кэтрин была ошеломлена: вместо того чтобы использовать паузу для размышлений, он теперь открыто угрожал ей. Постепенно наполняясь яростью, она отстранила меч, который он прижимал к её шее.

— Моя цель — убрать этот чёртов рисунок с пола, — сказала она. — И в отличие от тебя, у меня сегодня скверное настроение. Не знаю, в каком фантазийном мире ты живёшь, но мне нужно, чтобы ты либо убрался из моего дома, либо вытер эту грязь.

С этими словами она направилась к лестнице и снова взялась за швабру, но, заметив, что мужчина всё ещё здесь и оставит новые грязные следы, вздохнула.

«И без того день выдался тяжёлым, а тут ещё какие-то мужчины появляются в моём подвале...»

Незнакомец смотрел на неё, как лев, оценивающий добычу. По какой-то причине он оставался на месте, уставившись на Кэтрин и не делая ничего, кроме как держал меч. Она была в растерянности. Казалось, слова не доходили до этого идиота. Пока она раздумывала, что делать, красный свет магического круга начал мерцать, а затем погас совсем. В довершение ко всему, свеча потухла от внезапного порыва ветра.

«Это должно быть шутка».

Кэтрин почувствовала, что ноги подкашиваются от отчаяния.

— Моя последняя свеча...

Она так старалась сохранить её огонь. Прислонившись спиной к стене, она медленно опустилась на пол. Ей хотелось что-нибудь швырнуть.

«Успокойся, Кэтрин. Дыши. Сосредоточься на дыхании. Тебе нужно выбраться наверх. Здесь слишком темно».

Как только свет исчез, присутствие мужчины словно стёрлось из её сознания. Трудно было поверить, насколько жестокой и пессимистичной она стала всего за одну ночь.

«Вот что бедность делает с человеком».

Даже встать, опираясь на стену, было сложно.

Если бы ей удалось подняться по лестнице, она могла бы найти свою спальню при лунном свете. Кровать была грязной, но если перевернуть простыни и лечь на них...

— Лемор, — донёсся голос, когда она, спотыкаясь, добралась до двери и нашла ручку. В подвале разлился свет, совершенно непохожий на свечной.

Кэтрин медленно открыла глаза, рефлекторно зажмурившиеся от внезапной яркости. Когда зрение адаптировалось, она увидела серебристоволосого мужчину, равнодушно смотрящего на неё сверху вниз.

— Я подумал, что ты покончила с собой, когда твоё дыхание остановилось, но, видимо, у тебя просто был припадок.

Кэтрин застыла, осознав: этот мужчина — колдун.

[Моя дорогая Кэтрин, если ты хочешь прожить долгую и счастливую жизнь, держись подальше от колдунов, поняла? Будь хорошей девочкой и слушай маму.]

Почти инстинктивно она вспомнила предостережение матери, услышанное в пятилетнем возрасте. Вокруг мужчины медленно парил светящийся шар. Его одежда была потрёпанной и выцветшей, но безупречная внешность резко контрастировала с жалким обликом.

— Мне надоело спрашивать, — сказал он. — Хватит тратить моё время. Скажи мне свою цель, пока я действительно не убил тебя.

Однако даже самая красивая внешность не уберёт грязь с пола. Измученная, Кэтрин безразлично начала расстёгивать блузку.

— Что ты делаешь?

Она расстегнула одну пуговицу за другой, но мужчина, похоже, не был впечатлён её выходкой. Напротив, его бровь снова дёрнулась, будто в раздражении. Когда блузка расстегнулась наполовину, Кэтрин залезла за корсаж и достала спрятанный там договор на дом.

— Смотри, — тихо сказала она. — Меня зовут Кэтрин Панья, и это доказательство того, что этот дом принадлежит мне. Земля, здания, этот подвал, даже небо над нами — всё моё. Ты понимаешь, насколько глупо вторгаться сюда, притворяясь хозяином, и угрожать мне? Если ты немного туповат, я могу повторить.

Она тут же сложила документ и сунула его обратно за корсаж, опасаясь, что подозрительный незнакомец подожжёт его магией или чем-то ещё, на что способен.

— Кэтрин Панья?

— Да.

— Ты купила эту землю?

— Ага.

— И этот дом?

— Именно.

Суровое лицо мужчины внезапно исказилось. Он потер лоб, словно наконец осознав ситуацию. Кэтрин воспользовалась моментом, чтобы цокнуть языком.

«Хм... Что-то в его лице действительно кажется знакомым.

Он выглядел как последний шедевр великого мастера. Забыть такое лицо было невозможно, и всё же Кэтрин с трудом припоминала, где видела его.

— Так... Ты новый владелец этого дома?

— Ага.

На этом этапе Кэтрин просто хотела, чтобы этот красивый нарушитель покинул её дом. Она даже не стала бы заставлять его убирать грязь, если бы он просто ушёл. Через мгновение мужчина снова начал яростно тереть лицо.

— Хаа, как это... Позволь мне начать с извинений за своё поведение. И, пожалуй, тебе стоит застегнуть блузку.

— Я бы предпочла, чтобы ты ушёл, — парировала Кэтрин.

Лоб мужчины снова сморщился, но он кивнул и повернулся к ней спиной. Ощущая облегчение от того, что он наконец её понял, Кэтрин выпрямилась, но её взгляд стал серьёзным.

— Погоди минутку! — крикнула она, бросаясь за ним, прежде чем он мог исчезнуть.

Мужчина обернулся, явно прилагая все усилия, чтобы смотреть только выше её ключиц.

Чтобы поскорее избавиться от этого «джентльмена»-колдуна, Кэтрин быстро сказала:

— У меня больше нет свечей. Не мог бы ты оставить мне этот свет?

В тот момент это было её самым заветным желанием.

***

Магический свет, оставленный мужчиной, горел без остановки день и ночь. В первую ночь Кэтрин была так измотана, что рухнула на кровать и отключилась, но на вторую яркий свет мешал ей спать. На третью ночь она выставила его в коридор. А на следующий день снова перенесла в подвал. Пришлось спрятать эту штуку под землёй.

— Только подожди. Как закончу уборку в особняке, я тебя навсегда ликвидирую, — пригрозила она магическому кругу, запирая подвал до того дня, когда сможет разобраться с ним.

После этого дня жизнь Кэтрин текла спокойно. Когда она вспоминала свою жизнь в Орлеане, единственное, о чём она сожалела, — что не устроила больше шума при отъезде. Конечно, уборка нового дома отнимала столько времени, что она не могла долго об этом думать, и воспоминания начали тускнеть.

— Ах, вот это жизнь. Жить одной — самое лучшее. Как же я рада, что уехала оттуда.

Впервые в жизни Кэтрин чувствовала покой — по крайней мере, до наступления времени чаепития.

Свежезаваренный чай в её чашке искрился прекрасным оттенком. И он действительно должен был выглядеть прекрасно, ведь Кэтрин только что приготовила его сама. Процесс напоминал произведение искусства: красноватый травяной чай, льющейся из заварника, изящная фарфоровая чашка в её тонких пальцах, и...

— Мне кажется, или... — пробормотала Кэтрин.

— Аромат восхитителен.

Она подумала, что, возможно, это галлюцинация, но, услышав мужской голос, поняла, что это не так. Встряхнувшись, она медленно вошла в кухню. Солнечный свет, играющий в его волосах, создавал радужные блики при каждом движении.

— И температура идеальна, — продолжал он болтать. — Ты была служанкой? Ни за что бы не догадался.

— Кто ты? — спросила Кэтрин.

— Я? — мужчина поднял взгляд от чашки, уставившись на неё яркими кобальтово-синими глазами. Ухмылка исказила его идеальное лицо. — Не думал, что когда-нибудь услышу такой глупый вопрос. Ты что, потеряла память за эти несколько дней?

Память? Кэтрин одновременно чувствовала, что он и знакомый, и совершенно чужой. Она признавала, что его голос и силуэт кажутся ей знакомыми, но у того мужчины были фиолетовые глаза, а не синие.

Пока она разглядывала его, он подпер подбородок рукой.

— Ты правда забыла? Я думал, у меня весьма запоминающаяся внешность. Не буду врать, это немного задело мою гордость.

— Нет, я не забыла.

Его идеально очерченные брови дёрнулись. Теперь она была уверена. Его поведение и манера провоцировать её были знакомы. Этот мужчина — тот самый незваный гость, что ворвался в её дом несколько дней назад. Однако глаза у него были определённо другого цвета.

«Может, я тогда ошиблась».

Взгляд неординарного человека часто завораживает. Особенно если этот человек — безумец, и в данном случае Кэтрин могла понять, что произошло. Вероятно, она поддалась его красоте. По крайней мере, так она это объясняла.

Мужчина отхлебнул чай.

Она уже выгнала его — так зачем он снова вломился? Кэтрин достала ещё одну чашку из шкафа и села на стул подальше от него. Налив себе остатки чая, она вдохнула аромат. Она впервые пробовала этот сорт, и, как сказал мужчина, запах был восхитительным.

Пока она делала несколько глотков, стук его пальцев по столу участился настолько, что она больше не могла его игнорировать. Кэтрин бросила на него взгляд, но он лишь равнодушно посмотрел в ответ и спросил:

— Не слишком разговорчива, да?

«Что?»

Удивлённая, она ответила:

— Ты что, потерял память за последние несколько минут? Мы же разговариваем.

— Технически да... — он замолчал, потирая подбородок. Казалось, он полон противоречий. — Разве большинство людей в такой ситуации не спросили бы: «Кто ты?» или «Что ты здесь делаешь?» или что-то в этом роде?

Похоже, он очень хотел, чтобы она его о чём-то спросила, и она сдалась. Решила, что может вежливо поинтересоваться, зачем незнакомец снова ворвался в её дом.

— Зачем ты вернулся? Ты правда хочешь, чтобы я заявила на тебя за вторжение?

Мужчина покачал головой и фыркнул, хотя его выражение лица не изменилось. Он сделал паузу перед ответом.

— Думаю, тебе стоит купить другой дом.