Критир попытался в очередной раз подлить чаю из давно опустевшего заварника, но к успеху, ожидаемо, не пришел. Сиротливо устроившиеся на дне замученные листья укоризненно напоминали: не до этого сейчас.

Сразу после экзамена он оказался чудовищно занят. Ткань мира возле некоторых пунктов проекта стабилизации, громко названного популистами «Проектом Надежды», опасно ослабла, с некоторыми вовсе потерялась связь. Критир искал малейшие зацепки в каждом случае, но приходил лишь к одному выводу: это вмешательство со стороны. Секта сделала свой ход.

Нужно укреплять пункты, а в идеале — эвакуироваться, но первое невозможно, а на второе Глава был не готов: он большими усилиями протолкнул среди других общин «Проект Надежды». Даже малейшие отступления от плана оказались неуместны. Глава скрывал от общин тревожные результаты последних замеров и требовал от Критира идей, которых совершенно не было. Община Кона лишь отправляла новых и новых адептов на усиление, но это мало помогало.

Критир с ужасом сознавал, что все шло к тому, что вскоре случится прорыв небывалых масштабов, и, как назло, именно в месте экспериментальных участков проекта стабилизации. Было ли это насмешкой Иста над их попытками? Если несчастный куратор проекта и начинал дремать, вскоре в ужасе просыпался от зловещей улыбки Гнилого Лова, преследуемый его отвратительным хриплым булькающим хохотом.

Критира успокаивало лишь то, что стабилизационные пункты построены на безопасном расстоянии от возможного прорыва и не провалились бы в него. Но все же что-то тревожило его, казалось, будто бы он что-то упускает из виду.

Перепроверив в очередной раз карту, Критир устало потер лоб и углубился в схему стабилизационных мер. Но она уже выверена на множество раз — если пробовать увеличить мощность заклинаний, то урон ткани мира от отдачи превысит приносимую ими пользу.

Он бился уже почти неделю над этой проблемой, но все, что смог придумать — отловить сектантов с их ритуалами и отправить больше адептов на стабилизацию. Но и то, и другое сейчас нереализуемо.

Критир зашел в тупик и сознавал, что по-хорошему нужно отвлечься и посмотреть на ситуацию свежим взглядом, но времени совершенно нет. Если так пойдет и дальше, прорыв появится в ближайшие пару недель, а это почти равнозначно краху его исследований, которым он посвятил большую часть своей жизни.

Критир в очередной раз схватился за чайник, вновь осознал его пустоту и вздохнул. Что-то Ни не видно. Привык уже, что она регулярно подливает воды. Уже и листья бы в нем пора сменить… Со дня экзамена ее не примечал, только по развешенной на просушку женской форме и видно, что Ни вообще дома. И что за работу она в общине нашла? Не потому ли так часто стирает платья?

В сердце неприятно кольнуло. Вообще-то он ни на что подобное согласия не давал, если кто-то в общине хочет с ним проблем, он их точно получит! Или это Глава? Нет, ему точно не до этого сейчас, ходит злой, не ест, не спит, даже свои опыты забросил, не до дев ему. Да и вообще с чего он взял, что она занята именно такой работой? И все же. Неужели в общине предложили девушке работу интереснее, чем ассистентом у него? Или, может быть, Ни помогает Карну? Наверное, так и есть. Эти двое неплохо ладят, действительно уже пора. Неужели приближается тот момент, когда он попрощается с этой озорной девчушкой, заменившей ему семью?

Критир перевел взгляд на деревянную стену гостиной, украшенную причудливой резьбой, и задумчиво покрутил на пальце фамильный перстень Эрва. Поклялся, что продолжит дело исследовательского рода? Время пролетело, а все его труды в прямом смысле слова скоро провалятся под землю. Он ничего не добился и даже не оставил никого продолжить дело рода после себя. Сколько ему еще осталось?

Критир (еще Крин) в юности от Марины Ветер (https://vk.com/kaze_dono)