«Теперь я прошу вас обоих произнести слова завета», — произнес эльф, склонив голову перед помостом. Он был эльфийским старейшиной, ему было много лет, но он все еще был молод.

Светлячки или какие-то другие светящиеся насекомые летали вокруг, освещая большой зал, полный эльфов и авантюристов. Они сидели, скрестив ноги, на земле. Еду и фрукты подавали на тарелках из листьев, вино - в больших орехах. Помост, на котором собралась толпа, на самом деле был корнем дерева, поднятым вверх.

На нем стояли жених и невеста, одетые в одежды из прозрачного шелка и цветов, переливающихся крыльями бабочек и стрекоз. Они обменялись робким взглядом, затем нежно взяли друг друга за руки.

«Усамиакитовотоку рииномочиннеие иноюрунахово чихионокахисатава!» — гордо сказал эльф в сияющем шлеме.

Его невеста ответила, глядя в землю и краснея: «Усамиакитовотоку рииномочиннеие иноюрунахово чихионокахисатава».

Их слова, звучавшие словно музыка, долетали до огромного дерева, которое в ответ качало своими ветвями, листья которого висели в ночи.

Фшш, фшш. Лес смеялся. Деревья пели. Пусть ваши жизни будут благословенны. Пусть ваши дни будут полны счастья.

«Вы слышали ликование леса?» — спросил священник, грациозно шагнув вперед. Мужчина и женщина радостно посмотрели друг на друга и кивнули.

«Мм».

«Да, мы слышали».

«Тогда ответьте ему».

Священник протянул им большой лук и стрелы. Лук был из тисового дерева, а стрела - с наконечником из бутонов, сделанными специально для этого дня. Эльф в сияющем шлеме взял лук, а принцесса с цветочной короной - стрелу.

Священник низко поклонился и удалился; два эльфа приблизились друг к другу, почти в объятиях, и приготовили лук.

Жена всадила стрелу в лук, который держал муж, и они вместе натянули тетиву.

Они целились в небеса, в ночное небо, где сверкали луны и звезды.

Все увидели, что листья, образующие потолок зала, открыли путь в одном месте, небольшой проход. За ним ночное небо сверкало и переливалось, как шкатулка с драгоценностями. Если бы звезды действительно были глазами богов, во всем мире не было бы большего благословения.

Стрела слетела с тетивы с музыкальным звоном. Стрела с наконечником взлетела в небо, как падающая звезда в обратном направлении, и они не заметили, как она упала.

Куда бы ни попадала стрела, появлялось и росло новое дерево, которое однажды станет частью леса.

«Завет заключен!» — объявил священник.

И лес, и эльфы, и боги все вместе признали этот брак и благословили его.

«Этот день надолго запомнится как Ночь Радужной Луны!»

Вся толпа эльфов разразилась радостными возгласами и аплодисментами.

Любовь - это судьба судьба - это смерть

Даже рыцарь, который служит девушке, однажды попадет в лапы смерти.

Даже принц, подружившийся с небесным драконом, должен оставить женщину которую любит позади.

Наемник который любил Клирика, падет в битве преследуя свою мечту.

И король, который любил святую деву, контролирует все, кроме часа их разлуки.

Конец жизни — не последняя глава героической саги,

Так что приключение под названием жизнь будет продолжаться до самого конца.

Дружба и любовь, жизнь и смерть

От этих вещей мы не можем убежать

Поэтому чего нам бояться?

Любовь - это судьба, и наша судьба - это смерть

Затем эльфы изготовили арфы и барабаны, и все подхватили задорную песню.

Эльфы всегда любили музыку и танцы, и им нравится все, что приносит им удовольствие. Их жизнь слишком длинна, чтобы просто убивать время, дабы скоротать дни. Они могут быть стары сердцем, они могут смотреть на мир очень долго, но многие дни в календаре эльфов служат поводом для праздника.

Свадьба была тому идеальным примером: они праздновали как союз двух молодых эльфов, так и тот факт, что одним днем будет меньше, когда ничего не происходит.

Какой день в этом мире не является особенным? Все люди были особенными; эта ночь была особенной. Через сто лет она все равно будет особенной и останется такой на всю вечность.

Даже Дворф Шаман был окружен молодыми (хотя все они были старше его) эльфами.

«Так что ты сделал, когда попался в ловушку гоблинов?»

«Э-э, кхм. Ну, я и Длинноухая... то есть, принцесса, мы сделали эту дыру, полную ядовитого газа...»

«Этот неописуемый глазной монстр* звучит устрашающе!»

(П.П: Появляется во 2 томе новеллы или в конце (29 страница) 5 тома манги)

«Ну, ах, ты знаешь. Оно было очень... ну, странным. И оно издавало очень странный звук».

«Похоже, наша принцесса доставила вам немало хлопот. Я так...»

«Ох... Ох, не стоит. Слушай, у нее определенно бывают свои моменты...»

Эти юноши хорошо знали о древнем антагонизме между их народом и дворфами, но более чем вероятно, что они впервые видели дворфа вблизи. Не говоря уже об авантюристах!

В окружении эльфов со всех сторон голова Дворфа Шамана практически кружилась, особенно когда его засыпали просьбами рассказать о приключениях и о многом другом. А вино, которое подавали эльфы, было слишком слабым для него; он даже не мог как следует напиться им.

Наконец, он поднял свои коротенькие руки и крикнул: «Эй, Чешуйчатый! Помоги мне!»

А чем занимался Ящер Жрец, когда его вызвал Дворф Шаман? Он сидел в углу банкетного зала, восхищенно облизывая губы. Он уплетал паровых насекомых и запивал их вином, а стоило ему взять в руки апельсин, как он тут же исчезал у него во рту.

Толпа эльфиек с удивлением смотрела, как он ест.

«Ну что вы», - сказал Ящер Жрец.

«Я не травоядный, но с удовольствием съем все, что... ах, в чем дело, господин заклинатель?»

«Я не могу справиться со всем этим в одиночку!»

«Ну что ж».

Ящер Жрец поднялся на ноги и зашагал среди эльфов, чтобы помочь своему товарищу. Он опустился в круг с эльфами и дворфом и объявил: «Скажите, мои лесные друзья. Возможно, вы захотите услышать историю о герое-ящере, существе с огромной черной чешуей, которое могло вызывать бури».

«Ох да, я его знаю!» — сказал один из эльфов постарше, поднимая руку».

«Я встречался с ним».

Ящер Жрец закатил глаза.

«Ха-ха-ха-ха. Тогда тебе будет приятно узнать о различиях между историей тысячелетней и столетней давности и легендой, рассказанной с тех пор».

Когда первая капля упала на первый лист, чтобы возвестить о наступлении сезона дождей.

К ним присоединились Король Джигагей Урогилв, Король Красное Облако и Маака Ваата, Сладкий Ветер.

После того откладывания яйца, женщина легкого поведения Хехака Саба, Черный Олень, забеременела.

Дитя судьбы, которое будет брошено, выползет из разбитой скорлупы с чешуей тени, чтобы однажды вдохнуть голубое пламя; дитя судьбы, которое будет почитаемо даже его братьями нагами.

Имя того, кто однажды вонзит свои зубы в горло Повелителя Демонов, было Эхена Улно, Громовержец…

Эльфы охали и ахали от уникального пения людоящеров, с рокочущим голосом из глубины горла. Даже новая пара на помосте была впечатлена, хотя они были более сдержаны в своих оценках, чем другие. Жених держал невесту за руку, а она смотрела в землю, красная до ушей.

«Блин, сестренка и правда смущается!»

Высшая Эльфийка Лучница смеялась со своего места рядом с ветвью, на которой дул ночной ветерок. Стройная и бледная, она была одета в сверкающее платье из полупрозрачной белой ткани. Возможно, шелк. Эльфы были экспертами в обращении с насекомыми.

Улыбаясь, с кубком вина в руке и ночным ветерком, ласкающим ее волосы, казалось, что она парит в воздухе. Убийца Гоблинов слышал слово «желтофиоль», которое, по его мнению, каким-то образом подходило ей.

(П.П: «Желтофиоль». Дама, оставшаяся без партнёра на танцах, вечеринке и т. п. Раньше, когда на танцевальных вечерах женщины ждали приглашения к танцу от мужчин, оставшиеся без партнёра девушки сидели у стен зала, похожие на желтофиоли в саду, которые обычно росли вдоль стен или ограды. Сейчас слово “желтофиоль” можно отнести к любому человеку, который испытывает трудности в общении на вечеринках, предпочитая сидеть тихо и застенчиво в углу).

«Ты не хочешь присоединиться к ним?» — спросил он, подойдя к ней с банкета.

«Хмм?»

Это была та самая эльфийка, которая взорвалась на старейшин, как только вернулась домой, требуя объяснить, почему они ей ничего не сказали. Теперь, с алым румянцем на щеках и недоумевающим выражением лица, она казалась совсем другим человеком.

В голове Убийцы Гоблинов мелькнули сказки, которые он слышал в детстве, когда он продолжил: «…Это твой дом».

Высшая Эльфийка Лучница, казалось, уловила его смысл.

«Да все в порядке, правда», — сказала она, взмахнув рукой, и сделала скромный глоток вина.

«Для нас… Говоря по-человечески, я отсутствовала всего несколько дней».

«Вот как?»

«Кроме того, сестренка обещала написать мне письмо, когда все уляжется».

Не хотелось бы мешать счастливой молодой паре, верно?

Высшая Эльфийка Лучница почти хвастливо выпятила свою скромную грудь.

Если подумать об этом.

В ее голове промелькнула сцена из водного города. Она вспомнила, как он писал письмо.

«Как насчет того, чтобы написать письмо самому?» — задумчиво сказала она. Этот человек никогда никуда не ходил, кроме фермы, гильдии и разных пещер, всегда бормоча о гоблинах.

«Ты никогда не возвращаешься домой, не так ли?»

«Я не могу представить, чтобы кто-то это читал». Он звучал почти так, как будто он смеялся. Шлем плавно поворачивался влево и вправо.

«…Я не очень хороший младший брат. Не я».

«Ты серьезно так думаешь?»

Высшая Эльфийка Лучница изогнула бровь, а затем описала в воздухе круг белым пальцем.

«Я думаю, ты хорошо справляешься, понимаешь? Я имею в виду, ты ведь Серебряного Ранга, не так ли?

«Вот как?» — повторил Убийца Гоблинов и кивнул.

«...Ясно»

«Тебе действительно нужно расширить свой словарный запас, Оркболг», — хихикнула Высшая Эльфийка Лучница. Потом она отошла от окна движением, словно танцевала.

«Ты уходишь?»

«У девушек есть свои развлечения».

«Я…» — прошептал Убийца Гоблинов.

Высшая Эльфийка Лучница остановилась, когда услышала его. Она вопросительно оглянулась, но Убийца Гоблинов молча стоял в стороне.

Она решила подождать. У эльфов не было ничего, кроме времени.

Через мгновение он, казалось, наконец нашел слова.

«Я рад, что твоя сестра смогла выйти замуж».

Это были самые плоские, самые непримечательные, самые безразличные поздравления, которые она когда-либо слышала. Однако глаза Высшей Эльфийки Лучницы расширились, а уши затрепетали.

«…Спасибо».

Она почувствовала себя странно смущенной и поспешила в сторону суматохи праздника. Она никак не ожидала, что Оркболг скажет такое. Она не думала, что он способен на такое.

Ее шаги были легче воздуха, но ее острые глаза никогда не упустят свою добычу.

Она протянула руку с ловкостью, которой обладал только эльф, и переплела ее с другой тонкой рукой.

«Ох…»

Это была рука Жрицы, которая безучастно прислонилась к стене. Эльфы предложили ей платье и одежду, но она отказалась, сказав, что ее облачение было ее надлежащей одеждой.

«Да ладно, в чем дело? Ты выглядишь Грустной».

«Нет…» — сказала Жрица, глядя вниз, ее выражение лица было напряженным.

«Нет… Не совсем».

«Ты плохая лгунья».

«Увв…»

Мгновение спустя палец Высшей Эльфийки Лучницы оказался в дюйме от носа Жрицы.

«Слушай, лучше вообще говорить о чем угодно, чем держать все в себе. Это время для празднования».

«Гм…»

Жрица почувствовала, как в уголках ее глаз выступили слезы, когда она сфокусировалась на пальце прямо перед своим носом.

«Хорошо… Та молитва ранее… что она значила?»

«Ах, эта?» Высшая Эльфийка Лучница рассмеялась.

«Ничего особенно важного. Просто обещание всегда быть вместе».

Я беру этого человека в жены и клянусь быть с ней в вечности.

Я беру этого человека в мужья и клянусь быть с ним навсегда.

«Конечно, это "всегда" в терминах эльфов». Высшая Эльфийка Лучница подмигнула и потянула Жрицу за рукав.

«Эй, помолись».

«Помолиться? Мне?»

«Ага. К твоей Матери-Земле. Мы, эльфы, тоже должны ей кое-что, знаешь ли».

Сама просьба огорчила Жрицу.

Я…

Была ли она еще в состоянии молиться богине? Она возносила мольбы каждую минуту с самых юных лет, и даже в своих битвах с гоблинами она останавливалась перед тем, как пересечь эту последнюю черту.

Но в крепости она, наконец, сделала это: она использовала чудо Матери-Земли, чтобы нанести вред другому существу.

Конечно, это был гоблин. Один из маленьких дьяволов. Она прекрасно знала, что бы с ней случилось, если бы существо не было побеждено.

Раньше она отнимала жизнь косвенно. Почему она должна сожалеть об убийстве сейчас?

Но это… Это было неправильно…

Поэтому, почему Мать-Земля рассердилась и упрекнула Жрицу.

«...Хорошо». Жрица прикусила губу так сильно, что у нее потекла кровь, но она сжала свой звучащий посох и встала на колени.

Даже если я больше не достойна любви…

И все же она очень надеялась, что ее молитва о счастье ее друзей, которые были здесь, о счастье сестры ее подруги и супруга этой сестры будет услышана. Это было эгоистичное желание, она знала. Но тем не менее...

Она закрыла глаза и начала молиться.

«О, Мать-Земля, изобилующая милосердием, Твоей почтенной рукой пусть все пути их принесут добрые плоды…»

Затем она издала тихое «Ох» от удивления. Ее душа, связанная с богами на небесах, почувствовала огромную теплую руку, успокаивающую ее.

Ощущение длилось лишь мгновение, даже не так долго, как когда она молилась о чуде, но она и не думала об этом. На секунду Жрица выглядела изумленной и растерянной, но вскоре ее лицо расплылось в улыбке.

«Моя молитва достигла богини...»

«Отлично! Значит с сестренкой все будет в порядке».

«Конечно», - ответила Жрица, вытирая глаза рукавом.

«Хорошо, тогда пошли!»

«Хм? Ах-Чт...?!» Жрица обнаружила, что Высшая Эльфийка Лучница снова схватила ее за рукав, но на этот раз тащила ее куда-то.

«Ч-что случилось?»

«Ты узнаешь это, когда увидишь… Ох, вот они. Эй, вы двое, идите сюда!»

Извинившись и быстро склонив голову, переступая через еду, Жрица последовала за Высшей Эльфийкой Лучницей.

Жрица не знала, как ей удалось это сделать среди толпы и какофонии банкета, но она сумела найти Регистраторшу и Пастушку, обе одетые по высшему разряду. На каждой было одно из легких платьев, приготовленных эльфами, и (возможно, благодаря вину) они, казалось, были в приподнятом настроении.

Они были одеты почти в то же платье, что и Высшая Эльфийка Лучница, но это только подчеркивало, насколько они более обеспечены, чем она. Это вызвало раздражение на лице лучницы, но вскоре она снова улыбнулась. Дайте ей столетие или около того, и она станет такой же, как ее старшая сестра — возможно. Она надеялась.

«Боже, все это заставляет меня сильно нервничать. Я никогда раньше не была на такой вечеринке…» Пастушка почесала щеку, смутившись.

«Просто притворяйся, пока не получится», — спокойно посоветовала ей Регистраторша. Она наклонила свою чашку в сторону другой женщины, как бы говоря, что с такими пропорциями нечего стыдиться.

«Ну, посмотрите, кто это тут такая общительная бабочка», — сказала впечатленная Высшая Эльфийка Лучница, получив в ответ язвительный смех Регистраторши.

«Я научилась хорошим манерам дома», — сказала она.

«И государственным служащим тоже иногда приходится иметь дело с подобными случаями».

«Ага», — сказала Высшая Эльфийка Лучница, затем взяла Пастушку и Регистраторшу за руки.

«Ну, неважно. Поднимаемся наверх, девочки!»

Затем она практически потащила их, все дальше и дальше вперед, к помосту. Три девушки позади нее изо всех сил старались не отстать и сохранить хотя бы половину достоинства.

«Эй, что происходит?» — спросила Пастушка.

«Это то, к чему мужчины не имеют никакого отношения... Ну, может быть, немного. В любом случае, просто подожди и увидишь».

Оглядевшись по сторонам, Пастушка обнаружила, что все женщины-эльфийки точно так же пробираются к передней части зала. Конечно, она понятия не имела, сколько кому из них лет, но все они выглядели примерно на возраст Высшей Эльфийки Лучницы

«Ахх», — сказала Регистраторша, и все встало на свои места.

«Прощальный подарок от невесты?»

«Ох, я знаю эту традицию», — сказала Жрица, изо всех сил пытаясь расправить свою одежду, даже когда ее тащили за собой.

«Говорят, кто его поймает, тот следующий женится… я думаю. Иногда я помогала с церемонией».

«Есть некоторые обычаи, которые разделяют все», — сказала Высшая Эльфийка Лучница с многозначительным взглядом и дернула ушами.

«Если у нас есть шанс получить его, почему бы им не воспользоваться?»

«Вау…» — выдохнула Пастушка.

Свадьба…

Эта идея казалась такой далекой от нее и в то же время не такой уж далекой.

Пастушка посмотрела на радостную невесту на помосте, щурясь, как будто женщина излучала ослепляющий свет.

Вокруг Пастушки с нетерпением ждали взволнованные девушки-эльфийки.

Затем, наконец, она посмотрела на дальнюю часть зала, где стоял мужчина в немного странных доспехах.

Она слегка хихикнула, заметив, что ее сердце почему-то колотится. Ее глаза встретились с глазами Регистраторши, и у другой девушки было такое же выражение лица.

Пастушка пожала плечами. Лучше сделать все по-честному

Там, прямо перед ней, она могла видеть Жрицу, которая была заинтересована, но не могла сделать этого шага. Пастушка протянула руку и коснулась спины Жрицы. Когда девушка удивленно оглянулась на нее, Пастушка дружелюбно помахала ей рукой.

«В такие моменты нужно просто действовать», - сказала она.

«Ох, ух, в-верно!»

Увенчанная цветами принцесса леса — нет, теперь она стала королевой, женщиной, ставшей женой, поднялась на ноги.

«Любовь — это судьба, а наша судьба — смерть», — мелодично сказала она, а затем, взяв мужа за руку, сдернула с головы пестрый венок из цветов. Она прижала его к своей щедрой груди и произнесла: «Так пусть следующая любовь и романтика будут с этими девушками, которые умрут!»

С этой молитвой она подбросила корону в воздух, и ночной ветер унес ее.

Корона была связующим звеном между любовью и романтикой. Завещание ликующей невесты.

Она описала идеальную дугу в воздухе, падая среди молодых женщин…

Раздались громкие аплодисменты.

§

Через три дня и три ночи празднования авантюристы вернулись в пограничный город.

Хотя с тех пор прошло немало времени, Высшая Эльфийка Лучница так и не получила письма.

Это должно было означать, что эльфы праздновали и по сей день...