Глава 11

Два придурка побледнели, прячась за контейнером для авиаперевозок в форме кубика.

— Это всё меняет, — взвыл Хейвиа. — Я не настолько тупой, чтобы верить, будто мы воюем во имя справедливости, но это уже слишком. Выходит, Капиталисты не дают протащить в свою страну цветастую ваниль, а нас послали уничтожить доказательства того, что мы поддерживаем этот бизнес? Какого хрена?!

— Мне тоже не нравится. Наверное, меня будут кошмары мучить, даже если исповедаюсь священнику.

— А я нет, ведь тебя взорвут вместе со священником, чтобы защитить секретную информацию. Если хочешь сбросить пар, лучше иди в стриптиз-клуб.

— Слышь, по-твоему Флорейция замешана в нарковойне?

— Будь так, она бы не согласилась на внезапный визит Голубой Розы или инспекцию Чёрных униформ. Ты бы хотел устроить пикник на горе, где только что зарыл трупы? Даже если бы её друзья что-то замышляли, она бы собрала пляжные листовки, растянула рот в лучшей улыбке и попыталась друзей отговорить. Вряд ли она что-то знала.

— Значит, она невиновна? Хоть это хорошо.

— Важно то, что нам делать. Мы не можем позволить какому-то ослу и дальше навариваться самым паскудным способом, как те же валютные трейдеры.

Квенсер сделал с помощью камеры хендхелда фотографии номера контейнера и пурпурной спорыньи в пшенице. Ещё он нервозно собрал несколько зёрен в сумку.

— Это сойдёт за улики? Как давно самолёт упал? В контейнере только эта пшеница. Если покажем её как доказательство, кто-нибудь обязательно заявит, что грибок проник в неё из оазиса. Скажут, что это не доказывает причастность Легитимного Королевства. Будет прям как расследование самоубийства из-за издевательств или переработки. Когда всем выгодно, чтобы не было связей, доклад можно состряпать какой угодно!

— Но инициатор просто так не бросит своё добро. Вот почему нас заставили рисковать своей шеей на минном поле ради надуманной спасательной операции. Наверное, зачинщики решили, что нельзя отдавать груз Капиталистам или Альянсу.

— Но почему?

— ...

Квенсер ненадолго задумался и сообразил.

— Хейвиа, ты сказал, они проигнорируют улики и заявят, что пшеницу в контейнере заразил грибок с места крушения, так?

— Ага. И что?

— Грибок живой, значит имеет ДНК и РНК. Если доставим образцы в лабораторию, там определят, из какого он региона. По крайней мере подтвердится, что спорынья не с оазиса.

— Значит, интриганы не отвертятся? Говоришь, мы можем доказать, что они с самого начала выращивали заражённую пшеницу в контейнере?!

Парни поняли свои задачи. Они также поняли, что препятствий будет тем больше, чем ближе будет цель.

В рациях раздался голос:

— Квенсер, Хейвиа! Вы живы?! У нас кое-какие проблемы из-за огненной стены, но мы продолжаем двигаться. Не умрите там, встретимся в оазисе!

— Чёрт! И кто наш враг? Надо сохранить контейнер!

— Нет, давай бросим его. Раз мы взяли пшеницу, значит есть что анализировать. Если контейнер взорвут, интриган обрадуется и потеряет бдительность. И я хочу посмотреть, кто первый пойдёт к контейнеру. Он приведёт нас к зачинщику.

— Ага, ага. Давай так. Кстати, а что с Капиталистами? Мы уже убили целую ораву, но я не горю желанием делать ещё больше трупов.

Парочка снова выглянула из-за обломков самолёта.

Враги до сих пор полагались на беспилотное оружие, потому в основной массе остались на месте. Вероятно, они наблюдали за ситуацией и уже знали, что их положение ухудшилось, но при этом решили, что пресечь поставки цветастой ванили важнее их жизней. У кого-то из них вполне могли остаться семьи или любимые в родной стране.

Враги занимались пограничным контролем. И ставили свои жизни под удар, когда враждебный сосед мог в любой момент напасть.

Квенсер на миг задумался и продолжил:

— Хейвиа, ты можешь говорить с акцентом Корпораций Капиталистов? Надо, чтобы звучало правдоподобно, или ничего не выйдет.

Задумали они простое. Квенсер с Хейвиа отступили в подсолнухи, воткнули взрыватели в заряды Топора и повсюду раскидали.

Затем они взяли украденный у солдата Капиталистов карабин с глушителем. Вытащили один снаряд, сломали свинцовую часть патрона кусачками, зарядили обратно и выстрелили в воздух. Основная часть шума поглотилась, и сломанная пуля произвела лишь резкий свист.

Через несколько секунд Квенсер нажал кнопку на рации.

Как только в поле подсолнухов раздались взрывы, Хейвиа заорал во всю глотку:

— Артиллерия Легитимного Королевства! Как только они расчистят зону, появятся их главные силы! Отступаем! Немедленно отступаем в укрытие!

Солдаты Корпораций Капиталистов, думая, что бомбы падают с неба, засуетились и сорвались с места. Некоторые из них двигались с неохотой, но в обще массе похватали оружие и убежали.

— От такого любой пацифист расплачется от радости. Отныне этот день будет называть Днём святого Хейвиа.

— Не расслабляйся. Надо спрятаться и понаблюдать, кто пойдёт к контейнеру...

Студент прервался.

— Хейвиа, ты в порядке?! Бомбило как в аду!

Появились их (предполагаемые) союзники из Легитимного Королевства. Юный аристократ вздохнул и сдался. Он небрежно отключил датчики и армейскую батарею с винтовки и бросил к ногам Квенсера. Затем с улыбкой на лице присоединился к остальным солдатам.

Но те не назвали имя Квенсера. Они его не видели.

Студент пригнулся, взял дополнения к оружию и вцепился в карабин с глушителем, после чего ушёл глубже в подсолнухи. Послышался шум листвы всего в пяти метрах впереди, и на месте крушения появилась (плоскогрудая) тёмноволосая Чёрная униформа. Квенсер знал, что дивчина не настолько беспечная, чтобы пользоваться парфюмом на поле боя, но ему в нос ударил сладкий женский аромат. Настолько близко она стояла. Сердце парня сжалось от страха, но, к счастью, студента не обнаружили.

(Кто первый?)

Контейнер находился всего в ста метрах, но парень всё же прицепил дополнительное оснащение к карабину и наблюдал через оптический прицел.

(Кто первый пойдёт к контейнеру?!)

Хейвиа бродил по месту крушения. Окружающие солдаты взвыли, когда увидели перекрученные подсолнухи и разломанный на три части самолёт. Люди сосредоточились на кабине пилотов, поскольку официальная цель заключалась в спасении экипажа.

Но один человек смотрел в другое место. Он прокрался вперёд, проверяя обстановку и не придавая большого значения обломкам самолёта, незаметно отдалился от остального подразделения и провёл пальцами по поверхности кубического контейнера, за которым Квенсер с Хейвиа недавно укрывались.

Квенсер оторопел. Секунду он не понимал, что происходит.

(Да вы издеваетесь… Специальный взвод 15 Чёрных униформ?!)

Речь шла о девушке с относительно плоской грудью для её возраста. Той самой, у которой лоб виднелся между длинными тёмными волосами.

Тут уж ничего не поделать. То же самое, что приучить собаку для поисков наркотиков отвлекаться на игрушечную кость или еду. Если система контроля не работала, люди могли продолжать нарковойну без всяких ограничений. Молодые женщины из спецвзвода сами проводили проверку, потому могли проигнорировать мешок с белым порошком в углу контейнера. Стоит им пометить вещи как «проверенные» или «безопасные», никто ничего не заподозрит.

Но времени горевать из-за испорченности якобы ответственных людей не было.

Темноволосая Чёрная униформа водила пальцами по контейнеру. Нет, она что-то мерила. Квенсер как боевой инженер догадался, что она искала места для закладки бомб. А когда он увидел, что она достала, тихо взвыл.

(Белый фосфор, да вы что!)

Девушка вытащила зажигательные гранаты с белым фосфором, которые были известны тем, что выделяют мощный жар и выпускают ядовитый химический дым. Оружие до такой степени пугало, что любой задался бы вопросом, как его не поместили в разряд газового.

Квенсер вспомнил сожжённые трупы в тоннеле. Гранаты не просто выпускали густое пламя, ещё цель страдала от едкого дыма, который проникал внутрь при вдохе. Любой, кого заденет, забьётся в конвульсиях, когда его тело покроет похожая на расплавленный шоколад масса, и лёгкие наполнятся пламенем. Ад продлится от десятка секунд до десятка минут. Но как только человек попадает в область взрыва, его ничто не спасёт, и начнётся настоящий танец смерти.

Квенсер проверил направление ветра через прицел и понял, что взрыв накроет других солдат. К тому же появился не только лишь один член специального 15-го. Парень поводил прицелом и заметил возле контейнера семь или восемь подозрительных фигур.

Если в гранатах применялся белый фосфор, всех солдат Легитимного Королевства на месте крушения поглотит пламя. Даже если не дышать, химический дым всё равно всех выкосит при контакте с кожей.

(Нет, им как раз удобно перебить нас. Никаких солдат Капиталистов не осталось рядом, значит уничтожение контейнеров не получится выдать за случайность во время боя. Будет странно, если тут рванут зажигательные гранаты, потому надо избавиться от свидетелей. Если никто не сможет говорить, Специальный 15-й доложит что захочет. Просто свалят всё на Капиталистов!)

Студент посмотрел на лицо Хейвиа через прицел. Квенсер не мог зрительно контактировать с ним на большом расстоянии, но солдат всё же поглядывал временами назад. Наверное, тоже заметил, что Специальный 15-й идёт к контейнерам. Но Хейвиа ничего не мог. Если он внезапно направит оружие на Чёрные униформы без объяснений, его посчитают опасным.

Только у Квенсера были развязаны руки, чтобы всех спасти. Он должен был остановить подрыв зажигательных гранат, даже если придётся снять всех из Специального 15-го.

Но...

(А я смогу?)

Квенсер беспокоился вовсе не об этической стороне смертоубийства.

Парень держал передовое военное оборудование с кучей датчиков для наведения, но он привык использовать взрывчатку, а с карабином никогда не тренировался.

(Тут повсюду союзники. Если промахнусь, куда полетит шальная пуля? И Чёрные униформы могут запаниковать и сорвать чеку на фосфорных гранатах. Я правда смогу? У меня полуавтомат, но их восемь. Они на расстоянии от ста до четырёхсот метров. Я правда смогу их перестрелять по очереди, чтобы никто не дёрнулся?)

Парень тяжёло дышал. У него кружилась голова. Он знал, что должен делать, но на него будто что-то давило сверху. Он не мог собраться и начать действовать. Он понимал, что шансы на успех тают с каждой потерянной секундой, но всё равно не мог.

И тут...

— Честно, что за бесполезный джентльмен. Дай-ка мне.

В травяном запахе подсолнухов появился привкус розового парфюма.

Следующее, что Квенсер увидел, была рука, которая забрала у него карабин. Проделали это настолько естественно, что парень захлопал глазами.

Рядом с ним опустилась на колено девушка с каскадом золотых волос, белой кожей и в ослепительно голубом платье, которое выглядело на поле боя неуместно. Она глядела в прицел не как военный, который стремится убить человеческую цель. Напротив, она стояла как охотник, который желает элегантно настичь добычу.

Но затем она смутилась.

— Что за мусор?.. Честно, только мешает.

Девушка сняла и бросила в сторону дополнения Легитимного Королевства, которые прицепил Квенсер. Лишь затем она снова посмотрела в прицел.

Она гордо задрала подбородок, демонстрируя кожу, настолько бледную, что та казалась больной.

Глядя на добычу, не на парня, она намекнула:

— Мне не требуется наводчик. Совет от дилетанта лишь собьёт меня.

Командующий Чёрными униформами в четырёхстах метрах завалился набок: первым делом незнакомка избавилась от самой далёкой цели. Пуля пролетела мимо Хейвиа и остальных солдат.

Девушка стреляла по оставшимся целям в порядке убывания сложности. Пускай она использовала полуавтомат, пауза между выстрелами длилась около секунды. Приходилось учитывать отдачу от каждого выстрела, чтобы точно переводить прицел на следующую цель.

Требовалось подлинное мастерство, но со стороны выглядело просто. Походило на сцену из вестерна или самурайского фильма. Казалось, ситуацию прописали заранее и девушка попросту выполнила отрепетированный трюк.

Спустя считанные мгновения осталась лишь одна цель — плоскогрудая девушка с длинными тёмными волосами и открытым лбом.

Её застали врасплох, и смотрела она в совершенно другую сторону. Девушка из Специального 15-го задвигала дрожащими губами, пытаясь что-то пробурчать, и её голову сбоку пронзила пуля.

— Даже дикий кролик больше цепляется за жизнь. Скукота.

Наконец, солдаты Легитимного Королевства заметили снайперский огонь и повели себя так, будто наступили на осиное гнездо. Но девушка в синем платье не волновалась. Она сунула карабин обратно в руки Квенсера, медленно поднялась из приседа и отмахнула рукой волосы назад.

— Положение обязывает, не надо меня благодарить. Это долг аристократа — протянуть руку помощи заблудившемуся простолюдину.

— Кто… вы?

— А, да. Технически это можно назвать внезапным визитом, да? Хотя это версия для прессы, а тут все давно знают.

Фраза напомнила кое о чём.

Неужели?

— Я Азураифия Винчелл.

Прежде чем исчезнуть в подсолнухах, она обернулась.

Девушка с бледной кожей посреди поля боя в пустыне назвала другое имя:

— Как простолюдин, ты можешь знать меня как Голубую Розу Винчеллов.