Глава 13

Указанная международная гавань располагалась в конце города руин, известного как Уста истины.

Квенсер, Хейвиа, Мёнри и Севакс остановили своё армейское авто на дороге в трёх километрах от гавани и вышли на потрескавшийся асфальт.

Брошенные здания без ламм выглядели совсем не так, как днём.

В направлении заброшенных домов не мелькали никакие лучи фонарей. Либо искать мусор в темноте не доставляло кайфа, либо любого тут же атакуют, если он начнёт там рыть.

— Тут настолько плохо, что людям приходится собирать металлолом, а раз так, стоит ли нам оставлять здесь машину? Я не хочу вернуться сюда измотанным и обнаружить, что наше транспортное средство пропало.

— После сегодняшней атаки люди из трущоб не будут нападать на военных по меньшей мере полдня.

Квенсер и Севакс несли средства для разведки, а Хейвиа и Мёнри несли огнестрельное оружие, и все они направлялись к международной гавани, открытой для всех желающих во имя восстановления страны.

— Если посмотреть под верным углом, послевоенное восстановление становится похожим на дерево, на котором растут деньги, — пожаловался Хейвиа, вытирая пот со лба. — Тут столько оборудования развозят, что кто-нибудь непременно захочет заявиться и забрать его себе. Больше тут никого нет, повсюду куча точек для укрытий, и атаковать можно с любого места. Понимаю, почему это место такое опасное.

— На контейнеры совершают налёты, потому что тут опасная зона, или тут опасная зона, потому что по этому маршруту отправляют контейнеры? Немного напоминает вопрос о курице и яйце, — без запинки проговорил Севакс.

Квенсер и другие не зашли напрямик в гавань. Её окружала цепеподобная изгородь, и окрестности патрулировали вооружённые работники. Открой совершенно свободный доступ к гавани, и люди начнут беспрепятственно провозить контрабанду оружия и наркотиков, так что нечему было удивляться.

— Это место используют торговцы людьми, так что охранники заняты не такой уж хорошей работой, — пробормотал Хейвиа, укрываясь за завалом.

— Давайте сразу проясним, не стреляйте в них, — недовольно сказал Хейвиа. — Они обычные местные жители.

— Я знаю, олень. Но их могли подкупить злодеи. Если дойдёт до драки, я их классифицирую как жёлтых. Я не убью их, но обездвижу.

Как международная гавань, данное место поражало размерами. Оно тянулось на два-три километра вдоль забетонированного побережья. Где-то половина оказалась уничтожена в ходе яростного боя. Гигантский кран развалился и затонул в океане, а гигантские металлические ящики, наставленные на контейнерной площадке, повалились и разлетелись, как лавина.

— Мёнри, где интересующий нас док?

— Н-номер девять. Если верить услышанному.

Вне гавани шли рядами рухнувшие здания. Квенсер и трое других зашли в заброшенный дом, наполовину утопший в песке, и поднялись по лестнице. Они отыскали окно, предоставляющее обзор на весь док, и спрятались, прижавшись к стене.

— Вот честно, здание вдруг не рухнет?

— Меня тоже пугает асбест. Эта штука вообще нормально построена?

Два придурка продолжали вываливать одну жалобу за другой.

— У них там какая-то знаменитость, — скучно пробурчал Севакс, глядя на док через бинокль. — Видите здоровяка со шрамом на щеке и искусственным пальцем на правой руке? Он похож на человека, за информацию о котором крупные газеты обещают награду. Кажется, он известен как Синий бутылочник.

— Кто это? — заинтересованно спросил Квенсер.

— Думаю, я слышал, как о нём шептался отдел разведки, — раздражённо сказал Хейвиа. — Они говорили про неофициальную миссию по убийству посредника, который зарабатывал кучу денег и наводил шороху на рынке Океании, обходя спутники и таможню. Они упомянули про кучу гостевых идентификационных карт для базы техобслуживания, которые подготовили для специальной команды убийц.

— Погоди-ка. Я думал, мы отвечаем за войну. Разве мы не должны оставлять подобные вещи местной полиции?

— Всегда есть исключения, и некоторые люди заставляют нас делать их. Легитимное королевство, Информационный альянс, Корпорации капиталистов и Организация веры ведут в Океании бой за свои интересы, но никто не станет приветствовать бандита, который приносит одинаковый вред всем.

— Хм. — Квенсер не шибко хорошо всё понял. — Так почему его называют Синим бутылочником? Он заколачивает деньги и перевозит их в синих бутылках?

Севакс пожал плечами.

— Это название медузы-фисалии. Ядовитой. Кажется, в Океании больше умирает людей от медуз, чем от акул. Он получил такое прозвище за то, как ведёт свой бизнес и проскальзывает через сети, словно призрак.

Это означало, что криминальная организация под руководством Синего бутылочника имела непосредственное отношение к торговле людьми и чёрному рынку.

— Ох, ох. Тебе хватило одного взгляда. — Хейвиа присвистнул, наблюдая в бинокль. — Они точно не работники гавани. Глядите на их здоровенные винтовки. Предполагаю, их тут от пятидесяти до девяноста.

— Э? Я вижу только двадцать.

— Но у них две или три смены, так что выходит пятьдесят или девяносто. Футбольная команда состоит не из одиннадцати людей, знаешь ли.

— Слышь, Хейвиа. А могли работникам гавани дать деньги и экипировку?

— Без шансов. У них другая комплекция. Цвет кожи можно сильно изменить за короткое время, но яркость белков глаз не изменится за неделю и месяц. Если учесть их рацион, они точно наверху местной иерархии. Их наняли не на один день. Если вдруг убьём их, внезапно не окажется, что они обычные гражданские.

Другими словами, они могли не сдерживаться.

Квенсер переводил взгляд от карты, которую Севакс разложил на пыльном полу, и настоящим доком за окном.

— Главный вопрос — где группа Синего бутылочника хранит свой «мерчендайз», — сказал он. — Кажется, там пришвартовано грузовое судно средних размеров.

Он указал на корабль, загруженный обычными металлическими контейнерами.

Но Севакс тут же отринул идею.

— Они не на судне. Продолжительность человеческой жизни напрямую зависит от температуры и влажности. Они подождут самого последнего момента, чтобы погрузить их в контейнеры. Прям как перевозка фруктов. Так груз дольше сохранится.

В таком случае, можно было исключить сотни контейнеров на контейнерной площадке.

Если бы пришлось их все проверять, спасателям осталось бы сложить руки.

— Тогда где они?

— Глянь, где солдаты, студент. — Хейвиа хлопнул Квенсера по плечу и указал подбородком из окна. — Они у выходов, в точках, откуда можно выслеживать снайперов, и на вершине кранов вместо дозорных вышек. Всё это стандартные точки из учебника, но некоторые солдаты заняли неподходящие места. Чтобы предотвратить побег. «Мерчендайз» внутри того офиса.

— Вероятно, — согласился Севакс. — Там есть крыша, закрывающая от солнца, и кондиционер, чтобы избежать теплового удара. Что важнее, там четыре стены, не позволяющие убежать. И им не нужно беспокоиться о том, что кто-то посторонний увидит шокирующую правду о пленниках.

Квенсер начал соглашаться, но затем нахмурился.

Он снова выглянул из окна.

— Внешняя изгородь недалеко от него. Если они закричат, их голос может вырваться наружу. Разве это не предоставит им шанс убежать.

— И что им делать потом? — жестоко ухмыльнулся Хейвиа. — Тут пустынный город. Все, кто роется в мусоре, работает на чёрный рынок. Они не станут принимать активное участие в торговле людьми, но они заткнутся, если Синий бутылочник на них рявкнет.

— А что насчёт безобидных работников гавани?

— Им нужно преодолеть пустой город, чтобы вернуться домой живыми. Ты правда думаешь, что они будут создавать лишние проблемы?

Сказав это, Хейвиа подал знак в сторону Мёнри.

Затем он хлопнул по плечу Квенсера.

— Что это было?

— Раз ты работаешь в армии, давай уже учи наш язык.

Квенсер и Хейвиа покинули заброшенное здание, оставив внутри Мёнри и Севакса. Они прижимались к земле и передвигались, укрываясь за бетонными обломками на дороге.

Квенсер озадачился, когда увидел, что нёс Хейвиа.

— Что ты собираешься с этим делать?

— Офис с «мерчендайзом» недалеко от изгороди. Ты сам указал, Квенсер.

Они преодолели почти весь маршрут до изгороди и остановились в ста метрах от офиса. Они не могли подойти ближе. Если они высунут головы из-за обломков, начнётся перестрелка с криминальной организацией Синего бутылочника.

Само собой, бой с металлической изгородью между ними поставит Квенсера и Хейвиа в невыгодное положение, раз они пытались вызволить похищенных людей.

Офис являлся двухэтажным зданием, построенным из железобетона. Лестница крепилась к внешней стене здания.

На всех окнах первого этажа опустили жалюзи, потому парни не видели ничего внутри.

Но на втором этаже...

— Вот и приехали, — пробормотал Квенсер с биноклем в одной руке. — Вижу женщину в возрасте. Ей где-то восемьдесят. Как раз таких людей хочется защищать. Она идеально подходит для массовки, чёрт.

— Не надо опять! Мы что ли не можем наткнуться на сисястую официантку или красавицу-секретаршу в деловом костюме?! Мне тут нужна какая-нибудь мотивация!

— Что важнее, — раздражённо сказал Квенсер. — Отсюда я вижу только её. Их ведь должно быть около тридцати? Где остальные? Надеюсь, их не заперли отдельно.

Внезапно с ними на связь вышел Севакс.

— Вероятно, там им дают их последний ужин.

— Что?

— Похищенных людей погрузят в контейнеры и отправят через океан. Их жизнь на борту зависит от температуры, влажности и питания.

Квенсер вновь направил бинокль на второй этаж офиса.

Маленькая старушка сидела на стуле у окна. Круглый стол содержал гамбургер и картошку из ресторана фастфуда, плюс стаканчик с газировкой.

— Будучи погруженными в контейнеры, им придётся выживать без воды и соли, — продолжил Севакс. — Если они дадут им нормальную еду, при высокой температуре и влажности она быстро загниёт. Вот почему они заставляют их заранее съесть как можно больше, чтобы сохранить свежесть своего «мерчендайза».

— Значит, у них появятся неприятности, если люди объявят голодовку?

— Даже если их заставить есть под дулом пистолета, от экстремального стресса людей может вырвать, а это погубит всю задумку. Вот почему они дают им какую-то надежду. Они в удобной, кондиционируемой комнате, внешняя изгородь не так далеко, и у них хороший вид из окна на втором этаже. Людей заставили думать, что они могут убежать, и потому им нужно есть, чтобы поддерживать силы. Как только они поедят по собственной воле, их начнут грузить.

Маленькая старушка держала еду перед собой, но она вовсе не ела её. Она попросту склонила голову, сидя на стуле. Гамбургер остыл, и масло от картошки запачкало коробку. Квенсер не мог прикинуть, как долго она там сидела.

— Она знает, что всё закончится, как только она поест.

— Будь они прокляты. Давно я уже не видел менее аппетитную еду, чем наши пайки.

С таким бесцеремонным заявлением Хейвиа принялся собирать за завалом армейский лук. Это была усиленная версия спортивного лука, покрытая пустынной маскировкой.

— Слышь, мы правда собираемся сделать это таким маленьким числом? Если мы знаем, где находятся похищенные люди, Флорейция может принять меры.

— Я не собираюсь из него никого убивать, мистер Счастливчик. Двухэтажное здание в ста метрах. Если я прицелюсь повыше, стрела попадёт в окно. Много шума не будет, так что расхаживающие поблизости охранники не заметят.

Квенсер понял, что имел в виду Хейвиа, потому он почесал свои припорошенные песком светлые волосы.

— Ты собираешься закинуть старушке рацию?

— Стрелы уже идут с передатчиками. Они должны сообщать Объекту, куда стрелять, но если немного покопаться в них, сможем с их помощью переговариваться.

— И кто в них будет копаться?

— Если хочешь доказать свою ценность, займись-ка делом, Квенсер. Разобрать наушники и вытащить излучатель проще, чем обезвредить бомбу.

— И кто мне заплатит?

— Если подумать, мне совершенно нечего ответить! Какого чёрта я вообще отношусь ко всему серьёзно?!

Не имея паяльника или кусачек, Квенсер вытащил небольшой кулинарный нож из набора для выживания. Им он разобрал электронное устройство и скомбинировал необходимые детали. Его движения выходили размашистыми, но точными, потому он походил на кока с рыболовного судна.

Собрав стрелу, Квенсер передал её Хейвиа.

— Как там окно?

— Открыто. Вроде у них работает кондиционер, но открытое окно даёт людям дополнительную надежду.

— У тебя только один выстрел. Уверен, что попадёшь в комнату с первого раза?

— Запросто, как только получу баллистический расчёт программы. Может, мне стрельнуть прямо в гамбургер на столе?

— У тебя настолько опасная штука? Такое точно с чёрного рынка пришло?

— Не тупи. Она для любителей гольфа. Так получилось, что её можно использовать и для корректировки наведения мортир и тому подобного.

— Значит, это как разломать дубиной банкомат и забрать себе деньги?

— Ещё одна разница между богатыми и бедными. Есть люди, которые вынуждены копаться на чёрном рынке и выторговывать еду, а есть такие, кто строит ради забавы зелёные площадки для гольфа посреди пустыни. Будь иначе, подобная штука не оказалась бы тут.

Программа баллистического расчёта работала на хендхелде, прицепленном у рукояти лука, и показывала данные на экране. К записи на камере добавлялись линии в дополнение к расположению лунок для гольфа.

Почти спортивное мероприятие.

Он поднял лук и выстрелил большую стрелу. Она бесшумно пронеслась над головами охраны, описала дугу, полетела по диагонали вниз к окну на втором этаже офисного здания и залетела точно в окно.

Стрела воткнулась в центр гамбургера на столе, как флажок в детском обеде.

— Хе. Ты видал, Квенсер? Вот что может суперумный, красивый и богатый аристократ Хейвиа. Нельзя попасть в лунку с первого удара, полагаясь на удачу новичка. Нужен навык и самообладание джентльмена.

— Олень, ты так сильно напугал старушку, что она упала вместе со стулом! И разве ты не сказал, что любой на такое способен, используя баллистическое что-то там?

— Если такой крутой, попробуй сам! Ты всегда сваливаешь физический труд на меня!

Два придурка чуть не устроили лёгкую драку, но они вспомнили, что время совсем к ней не располагало. Всё будет нормально, если переполошившаяся старушка замолкнет от шока, но они упустят шанс, если она поднимет шум.

Квенсер установил частоту на рации и поднёс её ко рту.

Модифицированная стрела обладала излучателем и электродом от каких-то наушников, потому они могли общаться посредством голоса. Говоря точнее, амплитуда вибраций воздуха могла превращаться в электрические бинарные сигналы. Проще говоря, она работала как телефон.

— Приём. Это полевой студент Квенсер Барботаж из 37-го Мобильного батальона техобслуживания Легитимного королевства. Если слишком длинно, можете звать меня героем или рыцарем. Я бы предстал рыцарем в сияющих доспехах, но, к сожалению, моя униформа покрыта лишь простыми цветами пустынного камуфляжа.

— Нечестно! Ведёшь себя так, словно это заслуга тебя одного!

— Прости, Хейвиа, но я на всё готов ради малейшего шанса увидеть прекрасное микро-бикини, как только старушка представит меня своей дочери или внучке… Вообще, я бы сразу укатил и завалился спать, не будь у меня такой надежды.

— Ты ещё спрашиваешь, почему это нечестно?!

Два придурка чуть ли не сцепились, но в рации кое-что случилось. Старушка робко приблизилась к стреле, вонзившейся в стол (сквозь гамбургер).

— Т-ты солдат?

— Точно. Вы смотрите новости по телеку? Мы из коалиционной армии. Мы — кавалерия, которая занимается всем от строительства дорог и до устранения плохих парней.

— У тебя есть оружие? Ты не такой, как люди снаружи?

— Пианино, скрипка, иностранные языки и танцы. Есть много вещей, которые нужно знать леди, но одно они обязаны помнить независимо от возраста. Вы знаете, что это?

— ?..

— Как заметить порядочного парня. Если умеешь такое, то можно полностью изменить свою жизнь. Может, мне показать вам пример, «юная леди»? После всего этого вы будете думать, что мир ещё не потерян, пока в нём есть такой привлекательный парень.

В дальнейшем они какое-то время ничего от неё не услышали.

Связь вовсе не оборвалась.

Они услышали прерывистое дыхание, как будто плачь смешался со статическими помехами.

Наблюдая за доком из пустующего здания, Севакс объяснил ситуацию Хейвиа по рации.

— Кажется, она плачет.

— Не нужно докладывать каждую мелочь, — резко сказал Хейвиа.

Он и Квенсер продолжили ждать за завалами.

— У меня такое чувство, как будто я раскуриваю сигару.

— Ты же социальное днище. О чём таком ты вообще болтаешь?

Они ждали тридцать секунд или даже целую минуту.

Когда старушка заговорила вновь, они приняли это за знак, что они могут продолжать.

— Что мне делать? — спросила она. — Как мне отсюда ускользнуть?

— Сперва можно ваше имя, «юная леди»? Я Квенсер, но как мне называть вас?

— Дороти.

— И… я знаю. Где ваш дом? Нам нужно отправить вас обратно, как только спасём.

— Территория Северной Британии.

Квенсер и Хейвиа переглянулись.

Они ожидали город Океании, но Дороти упромянула безопасную страну Легитимного королевства.

— Вы были… туристкой?

— Да. Моя дочь и зять посещали торговый центр. От ярких огней у меня закружилась голова, и я осталась в машине. Но стало жарко как в теплице под солнцем, я уже не выдерживала, потому...

(Что думаешь?)

(Я бы сказал, пятьдесят на пятьдесят, что это правда. Жизни гражданских всегда в приоритете перед военным персоналом и оборудованием, но мы ведь не проверяли, точно ли Дороти гражданка Легитимного королевства.)

Хейвиа слегка вздохнул и высунул из-за обломков один только ствол винтовки. В техническом отношении он высовывал датчик, прикреплённый к винтовке.

(Вокруг офиса кружат трое охранников. Если будем вести точный снайперский огонь на запад и юго-запад, то удастся пробиться, но...)

Севакс продолжил за Хейвиа.

— Но велики риски. И нам придётся бросить остальных, потому что не знаем, где они.

— У нас два варианта, — сказал Квенсер, чеканя слова. Он говорил с Дороти, которая ближе всего находилась к нужной им информации. — Мы можем спасти вас наверняка, или можем оставить вас ещё ненадолго, чтобы разобраться, где держат остальных тридцать-сорок похищенных человек.

— ...

— Мы не можем сделать выбор без вашего содействия. Вы в самом важном месте, так что примите решение… Одно из двух.

— Я сделаю это, — сказала Дороти, подумав мгновение. — Пожалуйста, дайте мне это сделать. Пока вы не дали мне шанс, я даже не различала вкуса еды, но теперь я снова чувствую себя человеком. И получив такой чудесный шанс, я не могу отнять его у других.

— Давайте проясним, этот вариант повышает риски. Вы можете потерять полученный шанс. Вы всё ещё хотите сделать это для людей, которых не знаете?

— Я знаю их. Нас бросили вместе в грузовик, и мы вместе дрожали под дулами их оружия. Может, это и всё, но я знаю их.

На какой-то момент Квенсер растерялся, что сказать в рацию.

Он не мог решить, какой вариант правильный.

Но он всё же сказал.

Ни к чему было давать ей знать о его собственной нерешительности.

— Превосходный ответ.

— Что мне нужно делать? — спросила она.

Квенсер повернулся к Хейвиа. Его друг передал ему такой же тип стрелы, которую он застрелил в окно офиса.

Квенсер зажал рацию между щекой и плечом и обеими руками разобрал металлическую стрелу.

— Воткнувшаяся в стол стрела сделана так, что задняя часть снимается. Поверните её как шуруп, и должна отцепиться деталь размером с шариковую ручку.

— Да, да. Мне нужно с её помощью сказать вам, где все?

— Нет, вам не нужно ничего говорить. Мы можем определить, где находится эта ручка. Дороти, вам лишь нужно спрятать её в одежде и следовать указаниям преступников. Прежде чем вас всех отправят на корабль, вас соберут в одном месте. Как только узнаем, где оно, сможем задействовать мощь армии для захвата гавани.

— Ясно...

— Вам нельзя позволить им узнать про спрятанную в одежде вещь. А что до остальной части стрелы… Я знаю. Рядом с потолком кондиционер, так? Найдите, что подставить под ноги, и положите её на кондиционер. Съешьте гамбургер и… Ох, ведь там дыра в столе? Там ещё есть стул? Сделайте вид, как будто вас одолел стресс, и разбейте стул о стол. Убедитесь, чтобы они не заметили маленькую дыру!

Отдав все указания, Квенсер окончил передачу и хлопнул Хейвиа по плечу.

— Пошли.

— Ага, ага. Ты забираешь все лавры себе, да?! Ты из тех, кто заговорит с каждым, на кого упал глаз, будь то трап или девушка-зомби?

— Мы потеряем слишком много времени, пока будем ждать ответа Дороти, а потом запрашивать помощь у Флорейции. Нам нужно вызывать подразделение сейчас.

— Сейчас? Пока мы не найдём оправдание для военного вмешательства и не докажем, что можем победить, наша сисястая командирша лишь наорёт на нас. Нам придётся ждать словечка от милой маленькой Дороти. Задержки никак не избежать.

— Дороти даст нам верный ответ. — Квенсер поднял указательный палец. — Но Флорейция и другие не знают, когда. Мы можем заранее доложить, что нашли похищенных людей, и всё встанет на свои места, если Дороти даст нам ответ до прибытия подразделения.

— Ты в курсе, что ложное сообщение — преступление?

— Сделаю вид, что нет. Я ведь студент, в конце концов.

— Ха-ха. Это ничем не отличается от того, когда члены совета говорят, что «не помнят», как обвиняли людей. Не сработает.

Квенсер и Хейвиа начали расслабляться из-за разницы в военной силе. Док контролировали плохие парни, вооружённые старыми штурмовыми винтовками и гранатами, но с ними удастся запросто уладить, как только Флорейция вышлет военную помощь.

Как по ним, они почти обеспечили своей военной операции законность.

Дороти являлась гражданкой Легитимного королевства, и она вскоре передаст им местонахождение остальных.

Более чем достаточно.

Флорейция пожалуется, но вышлет каких-нибудь солдат. Она может в дальнейшем избить двух придурков и даже забросить в дисциплинарные казармы, но это произойдёт уже после разрешения всех проблем.

Достаточно одной весточки от неё, и Дороти и остальные будут спасены.

У Квенсера и Хейвиа не было причин оставаться там. Если криминальная организация Синего бутылочника заметит их, прежде чем они получат ответ Дороти и прибудет подразделение, начнётся бой, и пойдёт он по худшему для них сценарию. Они могли предотвратить данный исход, отойдя от развалин около гавани и вернувшись в дом, где остались Мёнри и Севакс.

С такой мыслью двое парней начали подниматься на ноги.

И тогда из рации послышался голос.

Говорил Севакс.

— Погодите.

— Что? Что такое? Неужели бог на небе наконец сжалился надо мной и сбросил на землю супермодель?

Севакс пропустил мимо ушей опрометчивый комментарий Хейвиа и продолжил.

— Что-то тут не так.