- Смотри куда прешь! – возмутился прохожий, весьма бестактно спихнув парня со своего пути.

- Ну и ну, - подумал Кен, провожая мужчину взглядом украдкой через плечо, - Не я единственный сегодня на взводе.

Мысль, озвученная нынешним утром собственному отражению в зеркале, обретала странную веру. Тогда, умыв лицо и пристально вглядевшись в запекшиеся гематомы и порезы на своем теле, Кен прошептал – «Что-то обязательно сегодня должно пойти не так».

Обычно высказывание проблемы в слух его успокаивало, позволяло осознать – с чем придется столкнуться. Ведь как известно – предупрежден, значит вооружен. Вот и в этот раз, будучи честным с самим собой, он почти сразу признался, что истинная причина его беспокойства кроится в боязни последствий, о которых Пак предостерегал его еще тогда в понедельник три дня назад. Это не значит, что Кен сожалел о поступке, но и как быть готовым к маячившему на горизонте противостоянию он понимал слабо, поэтому предпочел просто жить дальше, делая, что должно, а там будь что будет. До этого дня. Почему нервы решили слегка пошалить именно сегодня было вне его понимания.

- Возможно к плохой погоде. Надеюсь, что к плохой погоде, - успокаивал себя Кен, завязывая галстук на шее.

Пропустив автомобиль, Кен миновал пешеходный переход и осел в тени. Желудок урчал, хотя на завтрак он слопал три половника рисовой каши, еще одна сегодняшняя особенность, которая выбивалась из привычной колеи. Обычно подобный рацион его с легкостью насыщал.

Расстегнув молнию рюкзака, он извлек небольшой сверток пергамента с находящимися внутри бутербродами, припрятанных на обеденный перерыв и принялся его аккуратненько раскрывать. Через пару секунд методичных движений, когда белый тост с вишневым вареньем наконец-то был освобожден, Кен с аппетитом сделал укус, поздно заметив вытекающую начинку. Прослойка варенья оказалась столь внушительна, что выдавилась с обратной стороны бутерброда и полилась на асфальт замарав его обувь.

- Черт побери, - ругнулся Кен, разглядывая на мыске ботинка бурое пятно.

- Аккуратнее надо быть, - сказал некто, прежде чем Кен руками постарался оттереть злополучную вареньевую кляксу.

Неизвестный парень подавал ему платок. Это было весьма вежливо, особенно от незнакомца, и Кен бы с радостью принял эту ткань, если б его не смутил тот, кто ему ее предлагал. Нет, человек перед ним не был неприятен, наоборот он был очень даже приятен. Высокий рост, статность, длиннющие шелковистые каштановые волосы подчеркивали его мягкие черты лица, а каждый элемент гардероба работал на его элегантность. Ты сто процентов обратишь внимание на подобного человека, но после, посмотришь на себя. Вспомнишь о старой рубашке, конечно же мятой, потому что с утра пропустил будильник, о потрепанной и странно пахнущей форме, ботинках, на одном из которых пятно от варенья, и вот Кен уже шесть секунд таращится на платок, понимая, что он недостоин взять это ослепительно белое полотно из рук столь благородного человека.

- Эй, ты слышишь меня? – задал вопрос человек, щелкнув пальцами перед носом Кена.

- Я не могу его принять, - сказал Кен.

- Но пятно стоить вытереть.

- Вытру, когда дойду до умывальника, - попробовал отвертеться Кен, но человек его не пустил, преградив ему путь

- Джентльмену негоже ходить в грязных ботинках. Я настаиваю на этом.

Может все дело в голосе или манере речи, нельзя сказать точно, но желание спорить с этим молодым человеком Кену совсем расхотелось. Вместо очередных возражений тот сделал так как ему сказали – вычистил туфли платком до сияния.

- Совершенно другое дело, - сказал парень, по-дружески приобняв Кена, - Теперь можно продолжить путь.

- Куда? – не понимая спросил Кен.

- В учебное заведение конечно.

- Ты учишься здесь!? – спросил Кен, ткнув пальцем в направлении школы.

- Это удивительно?

- Конечно! – воскликнул внутренний голосу у Кена.

Как может быть не удивительным то, что подобный ему получает образование среди обычных людей. Если бы Кен заметил такого как он в пределах какого-нибудь Гарварда или других учреждений схожего калибра, вопросов бы не было. Но обычная старшая школа в Корее? Думалось Кену, что что-то с этим парнем не так. Тем временем чем ближе становились ворота школы, тем больше внимания привлекал этот «принц». Так Кен временно окрестил своего спутника вспомнив, что, в порыве восхищения, не спросил даже имени.

Еще никогда он не видел настолько взведенного зама. Возникало подозрение, что между ним и его новым знакомым имелась какая-то старая, уходящая в прошлое, сильная вражда. Тут оставалось только гадать. Кена пропустили без проблем, а вот «принца» Шин решил остановить для инспекции, разглядывая того с неузнаваемой серьезностью и какой-то долей непонимания пока проверял документы.

- Что ты здесь забыл? – выжал из себя Шин отдав пропуск обратно.

- Узнаешь, - загадочно ответил принц.

Пройдя КПП, он вновь прилип к Кену и не теряя лишних секунд, увлек за собой. Столько вопросов было касаемо их взаимоотношений, но Кен отчего-то не решился спросить. Масла в огонь его робости подливал и тот факт, что по мере их шествия от самых ворот и далее по этажам, люди расступались, будто Красное море перед Моисеем, шушукались, одаривая этот эскорт множеством взглядов, убеждая Кена в том, что попутчик очень непрост.

- Все это мило, – начал Кен, пытаясь тактично отделаться от все еще обнимающего за плечо принца - Но мне нужно в собственный класс на урок.

«Или ты меня таким макаром утащишь на крышу», - вдогонку подумал он, пока они шли по ступенькам на третий этаж.

- Я туда и иду, - сказал принц, указав рукой в направлении дверей на третий этаж.

Пробормотав под нос не то ругательство, не то проклятье, он вошёл в класс вслед за принцем наперед зная реакцию окружающих. Ничему уже не удивляясь, Кен устало плюхнулся на свое место, сбросив сумку на пол, наблюдая за тем, как Ван Бао, подобно Шину, одолевает шок.

- Доброго дня Сунан Ван Бао. Очень рад видеть вас на все том же посту, - сказал принц, не тая улыбки, с таким прищуром, как будто он всех здесь презирал.

- Аки́ра Шоутаро, - медленно сказал учитель, - Что тебя к нам привело?

Аки́ра вальяжно прошелся между рядами в направлении зеленой доски и поравнявшись с первыми партами ответил:

- Скучал.

И пока Ван Бао с недоверием глазел на Оки́ру, тот поспешил перехватить инициативу и не дав вставить слово спросил:

- Могу я сесть как раньше?

Утвердительный кивок, и парень, быстро развернувшись, чуть не поцарапав при этом паркет каблуками, направился к знакомому месту. Кен иной раз задавался вопросом, почему та парта в первом ряду у окна никогда и никем ни была занята. Что ж, кто знал, что это премиальное место.

***

Текущий урок, хоть Кен и ожидал обратного, проходил в стандартном ключе. Все вели себя как обычно. Даже Ван Бао вел себя как обычно. Аки́ра ничем особо не выделялся, был спокоен и весьма охотно отвечал на все вопросы по математике демонстрируя недурственные умственные способности. В общем, если коротко, был паинькой каких в этом бедламе не сыщешь днем с огнем. Но то предчувствие, одолевшее ранее Кена, когда он глядел в отражение, не отпускало, заставляя вместо доски пялиться на спину этого принца. В голове словно горн раздавалось – он здесь не просто так, он что-то замышляет, а так как своему чутью он привык доверять, но проверять, Кен решил посоветоваться с теми единственными кто знают о школе и ее посетителях все, вдоль и поперек. По этой причине он попросил Кима, как одного из немногих, кто помимо Хана поддерживал с ним отношение, встретиться на известном им месте.

Миновав кафе и пройдя через дверь черного входа, он обнаружил не только Кима, но и всю банду в полном составе. Уговор был о встрече лишь их двоих, но разу уж здесь все, анализировал Кен, тема крайне серьезная.

- Я так полагаю у нас появилась проблема.

- Вселенских, нахрен, масштабов! – нервничал Ли, - Тот парень, с которым ты сегодня за ручку держался и есть джанг Сан Чжу! – перешел он на крик, - Тебя ведь предупреждали не лезть не в свое дело, но конечно! Нахер слушать!? Герой блять!

- А ну то есть, по-твоему, я должен был взять ведерко с попкорном и спокойно смотреть как человека режут ножом. Ой, не человека, «пацифиста». Простите. Я ничего не упустил?

- Это, - сказал Пак подняв вверх руку с бумагами, - Ознакомишься?

Забрав их, Кен понял, что на листах была распечатана информация о банковских операциях за последние три месяца включая текущий. На первых страницах документа не было ничего примечательного, вполне обычные доходы и расходы усредненного гражданина Кореи. В нынешнем же сентябре началась какая-то странность. Возникло несколько дополнительных счетов в разных банках с единственной операцией «перевод средств» некоторые из которых взлетали до аномальных пределов достигая шестизначных значений. Самое интересное, что все это принадлежало Чжону Хва Сунгу, который, как в той милой трагической и поучительной истории «О мальчике Бобби»*, оказывается очень любил деньги. Любил и копил, понабрав долгов у кучи людей. И среди этой кучи Кен смог распознать знакомое имя – Сан Чжу, предоставивший ему две недели назад не много ни мало пол миллиона вон.

*Песенка из советского мультфильма «Остров сокровищ», созданный по одноименному роману Роберта Льюиса Стивенсона.

- Где ты это достал? – спросил Кен.

- Пришел в банк и вежливо попросил, - ответил Пак, - Кен, не задавай вопросы, на которые не хочешь знать ответ. Секреты есть не только у тебя, знаешь ли.

- Резонный аргумент.

- Что будешь делать теперь?

- Намекаешь, что я должен найти Чжона и задать ему пару вопросов? Или бежать стремглав на поклон к Оки́ре умоляя его проявить снисхождение?

- Кажется мне, что все вместе, - ответил Пак.

- Кажется – крестись, Пак.

- Я тебя умоляю. Что, на твой взгляд, должен был делать Сан Чжу? Ответь мне. Собрать коллегию присяжных, созвать адвокатов, прокуроров, свидетелей и судей, а после устроить заседание? Не смеши меня, Кен.

- Когда я одалживаю денег кому-то, я прежде всего убеждаюсь в платежеспособности своего будущего должника. Раздавать с легкостью бабки каждому встречному поперечному и надеяться, что тебе их вернут – это идиотизм. Как и пытаться их выбить, угрожая расправой. Еще раз. Если кто-то не понял моей точки зрения. Я считаю, что Сан Чжу не имел права силой требовать денег с того, кто не в состоянии их возвратить, и уж тем более, не имел права ему их давать.

- Да какая теперь разница блин, – вмешался Ким, - Один хрен прилетит всем коллективно, значит и выбираться из этого болота нам должно вместе как ни крути. А вот это вот ваша полемика – занял, не занял, должен, не должен. К черту! Давайте обсуждать конкретные цели, которые теперь перед нами стоят.

- Ну хоть с кем-то я сегодня согласен, - сказал Кен.

- Поддерживаю, - кивнул Пак.

- Есть план на уме?

- Ага. И в нем, нравится тебе это или нет, твоей персоне достанется главная роль. Раз ты втянул нас в это дерьмо тебе первому и вожжи тянуть. А дальше, как «Бурлаки на Волге» у Репина. Все вместе, шаг за шагом. Главное, чтобы корабль не затонул.

***

Избегая случайных встреч с кем-нибудь из знакомых ему лиц, Кен направился в спорт зал, где должно быть абсолютно пусто и, к его счастью, информация в расписании занятий оказалась верна.

- Отлично, - сказал он в слух оглядев зал.

Теперь у него было целых сорок минут до начала следующего урока.

- Можно немного расслабиться, - решил Кен, обратив внимание на как раз лежащий у стены баскетбольный мяч.

Подобрав его, он попытался забросить снаряд в кольцо, но тщетно. Мяч полетел мимо, гулко ударившись о щит. В этом состояла маленькая слабость Кена. Он был абсолютный профан практически во всех видах спорта, где требовалась техника и соблюдение правил. Легкая или тяжелая атлетика для него были так, на один зуб. Когда же дело доходило до командных состязаний он проваливался с треском, несмотря на свои невероятные физические данные. Поэтому силясь попасть мячом в корзину, он попадал куда угодно, но только не в цель.

- Для этого нужен навык, - донеслось сзади, - И конечно немного удачи.

Нахождение Оки́ры в данном месте, для Кена, стало не столь неожиданно сколь неприятно. Подмывало задавить этого парня десятками «почему» и «как», однако Кен решил действовать несколько тоньше, еле сдержав свое любопытство и поддержав разговор, начав с чего-то нейтрального.

- Спасибо за лестное замечание. Приму к сведению.

- Может позволишь?

- Пожалуйста, - ответил Кен, с силой отдав пас.

Приняв мяч, Аки́ра ухмыльнулся этой странной попытке проверить насколько силен его хват. Отвечать он не стал. Он пожелал сосредоточился на броске, мягко и грациозно послав снаряд прямиков в корзину выбив себе три очка.

- Ну, все возможно если умеешь играть, - подметил Кен.

- Я бы не стал утверждать, что многое умею. Я ведь сказал про удачу вовсе не зря. Смелым судьба помогает.

Fortis fortuna adiuvat*. Акира процитировал эту древнеримскую поговорку как и подобает на родном для тех времен языке. Фраза означала не просто девиз. Она являлась воплощением рода Идате, подразумевая, что какие бы несчастья не испытывали храбрые мужи клана – он никогда не придет в упадок. Сама судьба приведет их к победе. *Храбрым судьба помогает. Слова, что должны накрепко закрепиться за обладателем, проникнув под кожу. Каждый кто имел принадлежность к Идате обязан носить ее на своем теле. Кен был не исключением.

- Это арабский? – спросил он, включив дурака.

- Ныне мертвый латинский. Вы как никто другой должны знать об этом господин Кеншин Идате.

- По-видимому ты меня с кем-то спутал.

- Не стану лгать, я в смятении, - ответил Аки́ра, - Обычно я привык доверять своему информатору, однако в данном случае желаю проверить все сам. «Истинно познать человека можно лишь только в бою». Не помню кто произнес эту фразу, но я с ней частично согласен, пусть и не одобряю силовой подход решения дел.

Несколько звонких хлопков в ладоши послужили сигналом к вторжению его людей внутрь спортивного зала. Их было много, с легкостью они заняли одну четверть помещения начисто перекрыв собой вход, ожидая пока выйдет их второй предводитель Сан Чжу. Свое появление он начал эффектно - пнув в спину связанного по рукам и ногам Чжона. Бедолага вылетел из толпы словно пробка и встретился с полом, мыча что-то нечленораздельное из-за кляпа во рту. Сам Аки́ра отошел в сторону бросив на прощанье сухое «Удачи», заняв скамью поодаль от происходящего, но так, чтобы все видеть и слышать.

- Поговорим? – начал Сан Чжу усевшись на спину Чжона.

- Хм, ну давай бомби. Вынесешь мне приговор?

- Почти. Обвинение в злоупотреблении собственной властью.

- О-о! – протянул Кен расхохотавшись, - Ну и что подобное должно для меня означать?

- Что ты как джанг больше не удел. При всем уважении к тебе и твоим способностям, подставлять себя и своих корешей ради такой параши как Чжон откровенно такое себе.

- Зачем ты его вообще сюда приволок? Что, надежда на то, что он отдаст тебе твои пол миллиона все еще теплится, не давая тебе спать по ночам?

- Ты знал, - удивился Сан Чжу поднявшись на ноги, подарив возможность Чжону вновь нормально дышать.

- Уже после драки с тобой. Да и до этого, даже без разбирательств мне было ясно как день, что Чжон не чист на руку.

- Так, и что же тебе помешало остановиться перед чертой?

- Принципы Сан Чжу, - усмехнулся Кен, - У каждого уважающего себя человека должны быть принципы. Вот ты, например. Отдал Чжону деньги зная, что он их тебе не сможет так скоро вернуть, а потом пошел ему пальцы рубить. Хочешь сказать у тебя были принципы? Орда костоломов рядом с тобой явились на драку с одним единственным безоружным парнем. У них есть принципы? Может Аки́ра, который как змей терся рядом со мной, хотя на меня у него был внушительный компромат!? Тоже имеет принципы!? Вы не люди, а гребанная стая скользких вонючих жаб – сидите и квакайте в своем блядском болоте наводя суету. Или скажешь, что я не прав, а? Слабо доказать!? В задницу этих твоих прохвостов и Оки́ру туда же! Выйди со мной раз на раз без оружия и этой твоей стаи орков! Смахнемся как мужики!

- Очень симпатичная речь, - подметил Сан Чжу, - Но боюсь меня на понт трудно взять. А Чжон здесь ради того, чтобы пасть жертвой твоих собственных наверняка благородных принципов. И планирую я это сделать, так сказать, с огоньком, чтобы все крепко запомнили этот день, особенно ты. Кто знает может ближе к преклонному возрасту ты расскажешь об этом собственным внукам перед камином сидя в кресле качалке?

- Надеюсь меня одолеет маразм. Ближе к делу.

- Ох, - разочарованно вздохнул Сан Чжу, - Слышал о такой старой детской игре «Саймон говорит»?

- Не доводилось.

- Тогда я кратко объясню правила. Я - Саймон, загадываю тебе действие, а ты вынужден это действие выполнить. За скорейшее выполнение полагается бонус. За невыполнение полагается штраф. Это оригинальные правила игры, но лично я посчитал что они, в нашем с тобой случае будут весьма скучны. И поэтому вот мои новые правила. Ты говоришь мне куда я должен ударить Чжона в течении пяти секунд, но если время истечет…

Сан Чжу показал Кену свой нож.

- Я отпилю ему нос. Что скажешь?

- Ты больной на голову пидорас, вот что я скажу.

Почти сразу в грудь ему прилетел довольно приличный хук. Кен только и смог как осесть на четвереньки в тщетной попытке вдохнуть, а когда это наконец получилось, вместо речи из горла донесся неразборчивый хрип вперемешку с кашлем. Сан Чжу это совсем не понравилось.

- Ну и какого хрена ты сделал!? – прикрикнул он на бандита.

- Вмазал ему…

- Я, мать твою, это видел! Спасибо большое! Как, по-твоему, человек будет говорить что-либо с отбитыми легкими?

- Эм…никак?

- Именно, черт возьми! Ладно. Будем считать этот раунд обучающим Кен. Смотри внимательно, - приказал Сан Чжу.

Пока Кена грубо приводили в чувство попутно надежно фиксируя его голову руками, так, чтобы тот не смог ею вертеть, Сан Чжу озвучил для Чжона первое слово Саймона – стукни по яйцам.

- Вы че блять ебанулись уроды!? – заорал Чжон, сразу, как только смог выплюнуть кляп.

- Чжон, дорогой мой, кляп был вставлен ради того, чтобы ты ненароком не сломал себе челюсть от боли. Услуги стоматолога, знаешь ли, дорого обходятся, но раз зубы тебе не нужны, пусть будет так, как ты хочешь, - сказал Сан Чжу.

- Пошел ты нахер козел! Нельзя бить людей в промежность мудила!

- Можно если они охуели. Уж извиняюсь за выражение, но ты Чжон как минимум этот удар заслужил. Нечего было проворачивать всякое надеясь выйти сухим. Пеняй теперь на себя.

Сан Чжу зарядил между ног от души, даром что у Чжона после удара пена изо рта не пошла. Тем не менее он упал на пол и зажмурив глаза, заскулив, бормоча отборнейший мат, попытался хоть как-то подавить приступ невыносимейшей боли, пронзившей всю ту часть туловища, что была ниже живота. Среди бандитов это вызвало садистскую феерию, у Кена же невероятную злобу.

- Чего это ты такой серьезный Кен? – задал вопрос Сан Чжу, - Сделай лицо немного попроще, он не умрет от этого. Да, вероятно, нам более никогда не посчастливиться увидеть маленьких Чжонов, но на мой взгляд это большущий плюс, ведь кто знает, может быть, они стали бы такими же жалкими ничтожными крысенышами как он. Представляешь себе если б эта гадость расползлась по миру? Ужас. В дрожь бросает при одной только мысли. Так что не стесняй себя Кен. Сделай нам всем одолжение, забей на свой безусловно героический бред и вливайся в игру.

- Я готов более чем, ты даже не представляешь насколько. Только прикажи своему другу ослабить хват. Говорить трудновато.

- Верю, однако «мой друг», зажавший твою дурную, способную на что угодно, башку в клещи, не расслабиться ни на йоту. Голос к тебе возвратился, не беспокойся, я прекрасно слышу тебя. Поведай же нам всем Кен! Что Саймон говорит?!

- Саймон говорит – банзай!

***

13 минут назад

- Ничего не забыли? – уточнил Пак подергав крепления бронежилета.

- Вроде ничего, - отозвался Ли помогая Киму затаскивать бессознательные тела бандитов из банды Оки́ры внутрь школьной раздевалки, - Надеюсь эти не придут в себя раньше времени.

- Предлагаю не выяснять, - сказал Хан, застегивая броню на плече, - Времени мало. Кен там сейчас один на один с целой ордой головорезов, мы не можем его подвести.

- Будто кто спорит, - сказал Ли извлекая из сумки шлем.

Мозговой штурм на отшибе школьной кафешки позволил весьма щепетильно подойти к созданию плана с рабочим названием - «Ловля на живца». Пак трактовал его суть сродни с рыбалкой: «С помощью Кена заманить нашу рыбу, усыпить ее бдительность, БАМ и захлопнуть ловушку». Открытыми оставались вопросы о выборе места и оснащения.

Местная рыба обещала быть богата железом: кастеты, биты, дубины, ножи. Полный джентельменский набор, сулящий проблемы. Контр средством стало списанное полицейское снаряжение, приобретенное Паком когда-то у какого-то мутного парня по имени Чейз с целью в дальнейшем продать подороже. Не вышло. Затею ждал крах, а имеющаяся броня и дубинки очень кстати становились подспорьем в борьбе с вражеской бандой.

Определение места заняло время. Было высказано много разных вариантов среди которых вскоре прозвучал наиболее подходящий – школьный спортивный зал. Исходя из расписания на текущий момент он оказался свободен, плюс, рядом имелась раздевалка. Доставив туда амуницию, группа должна была ждать, когда за Кеном придут и тогда снарядившись, влететь внутрь после кодового слова – «банзай». Примерное расчетное время – двенадцать двадцать. Кен обещал затянуть разговор.

- Сколько осталось? – опустив забрало шлема спросил Ли.

- Мало, - ответил Пак, - Все на исходную. Живо!

Походившая на космонавтов штурмовая группа прошла по коридору вперед и уперлась в двери, за которыми послышался раскатистый смех.

- Ух епт как же их много, - подметил Ким, заглянув через щель двери.

- Ну ка подвинься, - протиснулся Хан, - Да. Немало. Больше нас раз в пять, в шесть. Сдюжим ли?

- Да что гадать-то? - спросил Ли, - Не проверим, не узнаем. Или ты струсил цыпленочек?

- В жопу сходи пару раз, - огрызнулся Хан.

- Эй! – вмешался Пак, - Может заткнетесь? Мало того, что эти гогочут, так и вы еще будете под ухом жужжать? Дайте послушать.

- Как обстановка? – спросил Ким.

- Ну, Сан Чжу только, что пнул Чжона по яйцам…

- У-у, синхронно пропели Ким, Хан и Ли.

- Жесть, - добавил Хан.

- Тихо, тихо! – сказал Пак, - Слышали!? На прорыв! Поехали!

- Наведем шухер! – крикнул Ли.

***

Выбив двери, бригада из четырех человек за секунду взяла в кольцо Сан Чжу с его людьми и без лишних прелюдий пошла в атаку. Налет получился настолько удачным, что несмотря на численное преимущество, банда Оки́ры быстро несла потери. Весь спорт зал превратился в горячую точку, внутри которой битва разделилась на два крупных сражения - отряд на отряд, и босс против босса.

Сразу же Кен высвободился из удушающего захвата и навязал Сан Чжу самый плотный контакт, вынуждая использовать нож. Свист стали рассек плотный воздух в сантиметре у щеки Кена. Было очень опасно так подставляться, но на то был расчет. Держа врага в напряжении, Кен упорно решил добиться той цели, которую он упустил, схлестнувшись с Сан Чжу в первый раз – полное разоружение. Сан Чжу не сдавался. Утратив клинок, рука сама по себе потянулась в карман.  Его Вальтер был приведен в боевую готовность. Ему нужно было всего лишь достать пистолет и произвести выстрел, чему активно мешал Кен. Изворачиваясь и уклоняясь Сан Чжу кое-как удалось в скором времени увеличить дистанцию, но как только пистолет покинул карман, выстрела не произошло.

- Черта с два ты это сделаешь, - сказал Кен.

Как бы Сан Чжу не пытался нажимать на крючок, ударно-спусковой механизм отказывался двигать затвор из-за руки Кена, крепко зажавшего ствол. Обмен ударами. Оба соперника пытаются вырваться из захвата друг друга. Обоюдные атаки становятся жестче. Сан Чжу, чуть не сломав себе кисть дергает пистолет на себя. Затвор слетает с оружия и остается у Кена. Они наконец смогли разойтись и взять паузу, но не на долго. Через мгновение Кен проводит атаку, к которой Сан Чжу не готов, его обороне приходит скорый конец. Он проиграл. Успех позволил Кену завладеть остальными частями оружия, собрать их воедино, быстро проверить боеспособность и вздернув пистолет ввысь, открыть огонь.

- Оружие положить! – заорал Кен.

Время будто бы остановилось. Все замерло, звук битвы затих, голоса замолчали. Медленно аплодируя, Аки́ра вольяжно шел мимо оцепеневших людей, вышел вперед и заговорил.

- Браво! Браво! - повторил Аки́ра, - Сан Чжу, всех вон. Друзья Кена могут остаться.

- А Чжон? - уточнил Сан Чжу.

- Мед бригада уже прибыла?

- Как вы и просили.

- Доставь его им. Аккуратно доставь.

Как по заказу все кроме компании Кена покинули зал прихватив искалеченных бойцов, Чжона и услужливо заперев дверь. Остался один лишь Аки́ра, но он не боялся. Наоборот, он пребывал в полном восторге.

- Невероятно! Блестящая работа в команде. Очень оперативно вызволили своего товарища из беды. Жаль, что бедняге Чжону пришлось пострадать. Я обязательно прослежу, чтобы ему была оказана лучшая медпомощь из доступных. Вам бы, кстати, я тоже рекомендовал показаться к врачу.

- Да ты сама любезность, - плюнул Кен, опустив пистолет, - Эй! Пак, ребята! Вы как!?

- Жив и здоров черт возьми, - бахвалился Ли ударив себя кулаком по груди, - Эта броня – мощь.

- Ты посмотри, - сказал Ким осматривая трещину в шлеме, - Если б не эта штука, остался бы без головы.

- Видишь? – лучезарно улыбнулся Аки́ра, - Все хорошо, что хорошо кончается.

Кен был вообще не в настроении и с превеликой радостью надавал бы этому лыбящемуся дураку по наглой морде если бы не голос, прогремевший на весь зал.

- Не в вашем случае господа!

- Нам пиздец, - шепнул Ли, медленно прикрыв глаза.

Голос грому подобный принадлежал одному из немногих кого Ли откровенно боялся, и сейчас он стоял позади во главе с массой охраны разложив готовую к бою телескопическую дубинку. «Первый зам. безопасности - Куан Дау Ло» - оповещала надпись на бейдже.

- Ты только подумай. Стоило выйти из отпуска, как какие-то черти устроили в зале самый настоящий террористический акт. И как-то так совпало, что управление охранной системой внезапно вышло из строя. А, Аки́ра? Надеюсь, ты не обеднел, рассчитываясь с этим твоим маленьким диверсантом?

- Я ценю специфические таланты и оплачиваю их по высокому прайсу. И раз уж мы заговорили обо мне, ты и твои люди нарушают мое личное пространство, поэтому я вынужден вас всех попросить расступиться и дать мне, и моим товарищам зеленый свет.

- А я в свою очередь вынужден отказать. Не пойми меня неправильно, но будь ты хоть трижды богат, прямо здесь и сейчас твои капиталы ценности не имеют. Не знаю кто ты там, но тут ты ученик старшей школы раз уж соизволил переступить порог. А законы для всех одинаковы, поэтому и обижаться не стоит.

- Что ты. Я не в обиде.

- Вот и хорошо.

Передние звенья кольца охраны пошли на сближение держа наготове дубинки при случае активного сопротивления. Кен и не думал, таким образом принимая участь быть вновь брошенным в камеру, только в этот раз наверняка участка полиции. Что удивляло - уж больно спокойно держался Аки́ра.

- Что делать будем? – спросил Хан.

- Ничего, - ответил Аки́ра.

- Совсем ничего?! – уточнил Кен.

- Совсем ничего, - подтвердил Аки́ра.

- Нас же сейчас примут, - волновался Ли.

- Любезные, подождите еще пару секунд…

- Пару секунд это сколько!? – спросил Ли.

- Примерно…сейчас.

- Достаточно!

Требование последовало, когда люди Куана почти сомкнули кольцо, от некто деловито выглядящего. В строгом костюме глубокого темного цвета индиго, он приближался к первому заместителю снова озвучивая требование.

- Я сказал – достаточно!

- Матерь божья, - сказал Пак, подняв забрало шлема, - Директор.

- Господин директор, сэр, - почтенно обратился Куан к мужчине склонив голову.

- Первый заместитель Куан, рад вас видеть в строю. Полагаю отпуск прошел удачно.

- Более чем сэр. Отдохнул и готов нести службу. Вернее уже. Как видите в данный момент мы проводим задержание особо опасных элементов. Сэр, я бы хотел, чтобы вы покинули это место, мало ли что эти…преступники могут натворить в вашем присутствии.

- Что планируете делать после? – проигнорировав заботу со стороны Куана прямо спросил директор.

- Для начала провести допрос. А после сдать полиции. Разумеется, при этом, - заместитель повернулся к компании, - Нахождение на территории учебного заведения им будет запрещено. Бессрочно.

- Ценю ваше рвение первый заместитель. Однако мне бы хотелось лично поговорить с Оки́рой. О разном. Включая этот инцидент. Без участия вас или кого бы-то ни было еще.

- Смею предположить, что при этом наказания он не постигнет, - выдавил из себя Куан.

- Отнюдь. В соответствии с тяжестью их вины будут приняты определенные меры.

Ложь. Куан знал к чему все идет. Пожурят и отпустят как ни в чем не бывало, что злило чертовски. Заместитель сжал зубы, но пойти супротив слову директора просто не мог. Ван Бао дал четкий приказ. Пока он действителен он не имеет права даже слово поперек вставлять этому «пижону в очках».

- Будто какая-то марионетка. Бесит, - пробубнил Куан, - Слушайте приказ! Всех отпустить. Строй разомкнуть. Оружие убрать.

По сжатым кулакам, до специфического звука перчаток заместителя, можно было понять, насколько эта ситуация его нервирует. Да что заместитель, самим сотрудникам подобное решение не очень прельщало, но выводить начальника еще сильнее точно не стоило. Пришлось подчиняться, разойтись и дать Оки́ре возможность пройти.

- В следующий раз, а он обязательно настанет, учитывая твою подноготную Аки́ра…в следующий раз тебе никто не поможет, - угрожающе низко шептал Куан столкнувшись с ним плечом к плечу, - Никто и ничто.

- К вам четверым это тоже относится, - следом обратился он к банде, - Очень скоро веревочка, на которой вы балансируйте разорвется и внизу вас буду ждать я.

Поравнявшись со своими людьми, он покрутил в воздухе руку означающий приказ к перегруппировке и предпочел удалиться, специфически шаркая по полу. Черные фигуры одна за другой уходили за главным, пока директор не остался один.

- Сэр, - робко сказал Ли.

- Позвонить бы мне вашим родителям и все рассказать, но боюсь вам будто об стенку горох. Аки́ра, зайдешь ко мне. Позже, - наконец сказал директор, прежде чем уйти вслед за охраной.

- Можете наконец выдохнуть, - сказал Аки́ра.

- Да уж, - глубоко дыша сказал Ким, - Этот мужик был реально серьезен.

- Что говорить, Куан хочет и может пользоваться приобретенными им специфичными навыками. Навыками, сделавшими его ночным кошмаром для таких как вы. Потому, я настоятельно рекомендую принимать то, что он сегодня сказал за чистую монету. Особенно это касается тебя, Кен. Не связывайся с ним, как бы хорош ты не был. Даже не пытайся.

- Лично меня дважды просить не нужно, - заявил Ли скидывая с себя бронежилет, - Ну и жарко же в этом дерьме. Я бы сейчас бахнул литр холодненькой газировочки за милую душу.

- Ага, и здоровенный бургер с беконом. Шкворчащим, на сковородке, - мечтательно сказал Хан.

- Погнали пожрем. Кен?

- Я вас догоню. Нужно кое-что прояснить.

В недоумении пожав плечами Ли поспешил поднять сброшенный бронежилет и устремиться вдогонку ушедшей банды, оставив Кена с Оки́рой на едине. Подождав пока их оставят в покое джанги старшей школы обменялись взглядами и затеяли странный разговор, суть которого может быть всем до конца не ясна.

- Все мы люди Аки́ра. И все мы склонны ошибаться в самом разном. Есть ошибки маленькие, приносящие лишь плохое настроение и печаль, но есть крупные, швыряющие на край пропасти, где внизу простирается бесконечно черная пасть. Аки́ра, заклинаю тебя, не смей с ней играть. Она поглотит тебя без остатка.

- Мне очень приятно знать, что вы обо мне беспокоитесь господин Кеншин. Но я бы не стал совершать столь высокие ставки, не понимая за что ведется игра.

- Аки́ра послушай…

- Свой выбор я давно сделал. А вам лишь он предстоит. Вашу тайну я унесу в могилу, с вас я хочу взять обет. По-другому случиться не может. Рано или поздно явится человек. На правой руке его вы увидите знак уробороса. Он предложит вам сделку. Откажитесь, молю вас. Чего бы вам это не стоило. Не дайте втянуть себя. Я очень рискую, говоря это вам. В моих планах было сделать все самому, но вы таким образом окажете мне великую помощь.

- Когда говорят столь абстрактно, трудно сдержать обещание.

- Я верю, что вы поймете, когда придет время, а до тех пор предлагаю вам мир.

- Охотно на него соглашусь, - пожал руку Кен, - Кстати, возвращаю оружие.

- Оставьте себе. Это мой вам подарок. В качестве компенсации. Сменные магазины и упаковку патронов я пришлю этим днем. Спрячьте получше и пользуйтесь с умом.

- Даже не знаю…

- Отказ я от вас не приму. Спешу откланяться господин Идате. Доброго дня. Темные времена наступают. Берегите себя.

***

- Итак, - начал директор, - Может расскажешь мне к чему ты вернулся?

- Положение вещей обязывает, - ответил Аки́ра.

После решения ряда вопросов с охраной, по настоятельной просьбе директора школы, Аки́ра Шоутаро нагрянул к нему в кабинет, где между ними затеялся деловой разговор, касающийся причины, по которой ноги О́киры вновь принесли его на порог старшей школы «Ка-Тан». За стол сесть не вышло, на нем царил полный бюрократический кавардак из-за скопища различных ценных школьных бумаг. «По твоей вине. Вся эта хрень находится на моем столе.», - нажаловался директор Оки́ре и предложил расположиться на близлежащем диване.

- Положение вещей? – уточнил директор.

- Новый джанг старшей школы Кен Чен Ли. Что ты знаешь о нем?

- Родился и вырос в Корее. Мать умерла, отец на почве утраты поехал кукухой, спился и пропал без вести. Опеку над ним принял дед. Учился в Кури, довольно успешно, судя по отзывам. Потом из-за проблем с проживанием перевелся сюда. И? К чему ты спросил?

- Мне обязательно к чему-то, что-то спрашивать? Я просто задал вопрос, ты на него ответил. На этом все.

- Ага. «Просто вопрос». Из-за «просто вопроса», Аки́ра, я не стал колебаться, когда ты предложил мне закрыть глаза на твою авантюру с оружием, потому что я тебе доверял. И вот после того, как ты облажался сюда прислали целого офицера контртеррористического управления, который вгрызся в мою задницу покрепче адского цербера. Половина охраны теперь сотрудники специального подразделения, а по всей школе понатыкали прослушивающей электроники и камер на целую тонну. У меня нервные клетки сгорают просто от осознания как много они могли бы узнать не будь в их системе шпиона.

- Сочту это за комплимент в пользу Аака.

- Ах да, Аак. Ты этого психа с собой притащил.

- Полегче. Если они нас не слышат, это не значит, что нас не слышит Аак. К тому же это его инициатива. Он как кот, который гуляет сам по себе. Пока я исправно плачу, его ничего не волнует.

- Что изменилось в этот раз?

- Очевидно, что-то или скорее всего кто-то пробудил в нем интерес.

- Спорю, что это как-то связанно с тем парнем, о котором ты задавал мне вопрос.

- Возможно. Почему бы тебе не спросить Аака лично?

- Он что приперся сюда!? – спросил директор, буквально вскочив с дивана.

- Успокойся и прекрати кричать. Ван Бао думает, что к нему пришло «подкрепление», а по факту под носом у них будет сидеть твой личный крот. Кстати, под новым сценическим псевдонимом – Иаков. Настоятельно рекомендую оказывать ему всяческое содействие и способствовать всему, что находится в поле его интереса.

- Он сам вполне может оказать себе содействие при учете его способностей. А даже если ему вдруг и понадобиться моя помощь, мне нужно знать, во имя чего я вновь подставляюсь. Так что окажи мне любезность, ответь внятно на мой первоначальный вопрос.

- Как видишь – заручаюсь поддержкой. Я предоставляю тебе ряд услуг, из-за которых тебя перестанет одолевать внезапное чувство тревоги, а ты, в свою очередь будешь держать меня в курсе, о чем думают «там». Понимаешь меня?

- Просто «держать»?

- Да, просто «держать». Никаких особых манипуляций и серьезных схем. Ноль риска. Мне просто важно знать их курс. На кого они нацелились, и кто хочет к ним попасть.

- Какую же дурную херню ты затеваешь Аки́ра. Радоваться бы тебе полученному членству, а ты…

- А я пытаюсь сделать так, чтобы его больше никто не получил. На этом наш разговор окончен. Удачного дня, - сказал Аки́ра удалившись из кабинета.

***

После больничного корпуса Кен, в свойственной ему манере, предпочел провести время на свежем воздухе. Ему бы в пору пришло пойти домой и хорошо отдохнуть в соответствии с указанием медика, выписавшего ему больничный лист, но парню показалось хорошей идеей уединиться где-нибудь в школьном парке. Во время прогулки усталость все же взяла свое. Кен почти землю носом начал клевать, ноги волочились как разваренные спагетти, и чтобы не свалиться, он нашел одинокую лавку, уселся, сомкнул тяжелые веки и очень глубоко вздохнул. Он мог услышать шум проезжающих автомобилей где-то вдали. Звук свистка во время игры в баскетбол, послышались голоса заведенной толпы, как мяч то и дело отскакивает от земли. Звон смартфона и разговор, что купить на обед. Почему-то среди этой обыденной повседневности всегда окружающей его, но ныне отчего-то такой выделяющейся, ему стало так комфортно, что Кен, пожалуй, прямо тут и уснул бы на пару часов. Однако, спать, когда кое-кто достаточно смелый предлагает использовать твою морду вместо холста нарисовав на ней «что-нибудь», затея не самая лучшая. Может быть, Кен и подыграл бы немного, но кто знает на что там горазд в плане творчества Ли.

- Знаешь Ли, - сказал Кен, не открывая глаза. - Будить доброго человека, когда он спит – к беде.

- Не волнуйся, я знаю, как сгладить примету, - парировал Ли.

Через секунду Кен почувствовал у лица жар. Запах чего-то мясного атаковал его обоняние. Определенно Ли купил, что-то поесть. Стало очень любопытно, что именно и Кен открыл глаза обнаружив перед своим носом сочный двойной гамбургер в специальном непромокаемом пергаменте, за который, собственно, Ли его аккуратно придерживал.

- Открывай ротик – летит самолетик, - пропел Ли.

Послушно Кен открыл рот и Ли засунул фастфуд ему прямо туда убедившись, что тот его крепко держит зубами и ценное кушанье не упадет на скамью или хуже, на школьную униформу.

- Я все правильно понял? – спросил Кен, пережевывая кусок, - Вместо того, чтобы пойти показаться врачу вы предпочли затариться едой?

- Там, знаешь ли, была акция, - сказал Ли, - Если заказываешь три больших бургера с говядиной, они дают два двойных со свининой, плюс пиво на выбор. Я черт возьми бы туда с оторванными ногами на руках прибежал. Так что хрен бы с этими ранами. Сами затянутся.

- Между прочим медицинский осмотр сегодня в нашем больничном крыле проводили сотрудники из «Терапии».

- Не шутишь? – спросил Хан.

- Серьезно тебе говорю. Пришли сегодня в медблок. Осмотрели меня, потом начали с Чжоном возиться. Я к этому времени ушел, но зацените, что они мне дали на прощанье.

Кен извлек из бумажника черную пластиковую карточку, на которой красиво было выведено название организации «Терапия Итеркорп».

- Провалиться мне к черту сквозь землю, - завороженно отреагировал Пак сняв очки, - Черная карта пациента «Терапии». Одной из самых крутых частных медицинских страховых компаний во всем мире. Это все равно, что в Sekiro второй раз воскреснуть.

- Выходит кому-то бесплатные бургеры, а кому-то шанс на еще одну жизнь, - сказал Ким, отхлебнув пива из стеклянного горла бутылки.

- Простите пожалуйста…

Странный, возникший из ниоткуда, с громоздкими кейсами в каждой руке чей вес, возможно, был больше него самого. Этот высокий молодой паренек расспрашивал о местонахождении главного входа у школы, обращаясь к кому-то конкретно в компании перед ним. Только вот к кому именно было не ясно, из-за его специфической прически, что как черная шапка заслоняла взгляд.

- Если повернете направо, - решился ответить Кен, рукой показывая направление движения, - И зайдете за угол, выйдете как раз к главному входу. Там будут такие большие ворота. Не промахнетесь.

Незнакомец ему улыбнулся.

- Спасибо большое, - сказал он, положив оба кейса и быстро схватив Кена за руку, - Вы меня просто спасли.

Из-под «шапки» сверкнули зеленоватого оттенка глаза. Хват был крепкий. Достаточно, чтобы Кен провозился пару секунд в попытках аккуратно избавится от цепких длиннющих пальцев.

- Меня зовут Иаков, - сказал парень, - Я здесь новый работник. Очень надеюсь на то, что мы с вами еще как-нибудь поболтаем.

Парень исчез точно так же, как и пришел – сумбурно и весьма неожиданно, забрав свои кейсы.

- По любому он извращенец, - наконец сказал Ли после недолгой паузы.

- Боюсь спросить Ли, на основе каких наблюдений ты сделал вывод, - сказал Ким.

- Накрашенные ногти, - загнул палец Ли, - Жуткая улыбка и очень странное рукопожатие. Для меня все очевидно.

- У тебя проблема с людьми которые красят ногти?

- Да, мать твою. Я нахожу это странным.

- А волосы? У меня они тоже покрашены, знаешь ли. Я, получается, для тебя являюсь маньяком?

- Ну не в черный же цвет.

- А что, в черный цвет красятся только маньяки?

- Че вы несете ей богу? – влез Хан, – Вас послушать – в дурдом заберут. Допивайте бухло и потопали. А то, не ровен час, еще какой-нибудь фрик прибежит.

- Да уж. Нынче в нашей школе становится оживленно, - подметил Пак, обратно одев очки, - И сдается мне – это только начало.