Пожалуй, лучше всего делать записи изо дня в день. Вести дневник, чтобы докопаться до сути. Не упускать оттенков, мелких фактов, даже если кажется, что они несущественны, и, главное, привести их в систему. Описывать, как я вижу этот стол, улицу, людей, мой кисет, потому что ЭТО-ТО и изменилось. Надо точно определить масштаб и характер этой перемены.

Взять хотя бы вот этот картонный футляр, в котором я держу пузырек с чернилами. Надо попытаться определить, как я видел его до и как я теперь[1]. Ну так вот, это прямоугольный параллелепипед, который выделяется на фоне… Чепуха, тут не о чем говорить. Вот этого как раз и надо остерегаться – изображать странным то, в чем ни малейшей странности нет. Дневник, по-моему, тем и опасен: ты все время начеку, все преувеличиваешь и непрерывно насилуешь правду. С другой стороны, совершенно очевидно, что у меня в любую минуту – по отношению хотя бы к этому футляру или к любому другому предмету – может снова возникнуть позавчерашнее ощущение. Я должен всегда быть к нему готовым, иначе оно снова ускользнет у меня между пальцев. Не надо ничего[2], а просто тщательно и в мельчайших подробностях записывать все, что происходит.

Само собой, теперь я уже не могу точно описать все то, что случилось в субботу и позавчера, с тех пор прошло слишком много времени. Могу сказать только, что ни в том, ни в другом случае не было того, что обыкновенно называют «событием». В субботу мальчишки бросали в море гальку – «пекли блины», – мне захотелось тоже по их примеру бросить гальку в море. И вдруг я замер, выронил камень и ушел. Вид у меня, наверно, был странный, потому что мальчишки смеялись мне вслед.

Такова сторона внешняя. То, что произошло во мне самом, четких следов не оставило. Я увидел нечто, от чего мне стало противно, но теперь я уже не знаю, смотрел ли я на море или на камень. Камень был гладкий, с одной стороны сухой, с другой – влажный и грязный. Я держал его за края, растопырив пальцы, чтобы не испачкаться.

Позавчерашнее было много сложнее. И к нему еще добавилась цепочка совпадений и недоразумений, для меня необъяснимых. Но не стану развлекаться их описанием. В общем-то ясно: я почувствовал страх или что-то в этом роде. Если я пойму хотя бы, чего я испугался, это уже будет шаг вперед.

Занятно, что мне и в голову не приходит, что я сошел с ума, наоборот, я отчетливо сознаю, что я в полном рассудке: перемены касаются окружающего мира. Но мне хотелось бы в этом убедиться.

{
"type": "bulletList",
"content": [
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u041e\u0434\u043d\u043e \u0441\u043b\u043e\u0432\u043e \u043f\u0440\u043e\u043f\u0443\u0449\u0435\u043d\u043e. (\u041f\u0440\u0438\u043c. \u0438\u0437\u0434\u0430\u0442\u0435\u043b\u0435\u0439)."
}
]
}
]
},
{
"type": "listItem",
"content": [
{
"type": "paragraph",
"content": [
{
"type": "text",
"text": "\u041e\u0434\u043d\u043e \u0441\u043b\u043e\u0432\u043e \u0437\u0430\u0447\u0435\u0440\u043a\u043d\u0443\u0442\u043e(\u043d\u0435 \u0442\u043e \u00ab\u0438\u0441\u043a\u0430\u0436\u0430\u0442\u044c\u00bb, \u043d\u0435 \u0442\u043e \u00ab\u0438\u0437\u043c\u044b\u0448\u043b\u044f\u0442\u044c\u00bb), \u0434\u0440\u0443\u0433\u043e\u0435, \u043d\u0430\u043f\u0438\u0441\u0430\u043d\u043d\u043e\u0435 \u0441\u0432\u0435\u0440\u0445\u0443, \u0441\u043e\u0432\u0435\u0440\u0448\u0435\u043d\u043d\u043e \u043d\u0435\u0440\u0430\u0437\u0431\u043e\u0440\u0447\u0438\u0432\u043e. (\u041f\u0440\u0438\u043c. \u0438\u0437\u0434\u0430\u0442\u0435\u043b\u0435\u0439)."
}
]
}
]
}
]
}