Ю Джунхёк умер.

[«Четвёртая Стена» сильно дрожит]

Это казалось чем-то нереальным.

[«Четвёртая Стена» сотрясается!]

[Навык «Четвёртая Стена» работает на полную мощь!]

Я не мог дышать от ужаса, заполнившего лёгкие. Почему Ю Джунхёк внезапно получил атрибут «Автора» и почему он выбрал смерть и регрессию? Казалось, я понимал, но осознать это было трудно. Того оригинального Ю Джунхёка, которого я знал, больше не существовало. Лишь горсть Историй доказывала его отсутствие.

«Именно так это и ощущается…»

[Это роман. Это история в романе.]

Я медленно вдохнул и снова выдохнул.

[Ю Джунхёк перестал быть персонажем.]

В ушах зазвенело, сердце забилось как сумасшедшее. Я снова вдохнул и выдохнул.

[Навык «Четвёртая Стена» работает на пределе!]

Чувства медленно возвращались, и послышался ропот членов группы.

— Что случилось?..

— Вы разве не слышали? Сценарий пройден!

Я дважды ударил себя по щекам и поднял голову, почувствовав, как от печати исходит статус Дракона Апокалипсиса.

[Туманность «Олимп» готовится к битве с Драконом Апокалипсиса]

[Туманность «Веды» готовится к катастрофе]

[Туманность «Тамна»…]

Если мой прогноз верен, время ещё есть. Я крикнул рассредоточенным повсюду воплощениям:

— Всем собраться. Мне нужно кое-что сказать.

Члены группы собрались вокруг меня, несмотря на свою настороженность. Кто-то поддерживал поникшую Хан Соён, в то время как Ким Намун и Ли Джихё выказывали по отношению ко мне сильную враждебность.

— Скоро Дракон Апокалипсиса будет освобождён, поэтому…

— Заткнись! Что это было вообще? Вы с Ю Джунхёком объединились, чтобы напасть на Мастера, да?! – закричала Ли Джихё, приставив клинок к моей шее.

Затем Ли Хёнсон пробормотал:

— Докчжа-сси, это…

— Капитан! Что делать с этим придурком? Мне разобраться с ним?

Руки Намуна покрылись чёрным пламенем. Хан Соён покачала головой:

— Всем слушать его...

— Чего?

— Слушайте его.

Глаза Соён были открыты, но пустые зрачки доказывали, что она уже от всего отказалась. Хан Соён походила на меня. Внешне она могла выглядеть так, но в голове уже осознала ситуацию. Возможно, она обдумывала следующий план.

Я оглядел членов группы. Ли Хёнсон, Ким Намун, Ли Сольхва, Ли Джихё, Шин Юсын…

Люди, выжившие в 1863-й регрессии. Я мог бы рассказать им правду о Хан Соён, что она использовала их, чтобы создать новый мир, и хотела закончить их историю здесь. И всё же я не мог.

— Позаботьтесь о капитане и не делайте поспешных выводов. Слушайте Докчжа-сси.

Всё потому, что они искренне следовали за Хан Соён. Враждебность группы ко мне утихла после слов Ли Хёнсона.

Я начал рассказ:

— Освобождение Дракона Апокалипсиса не заканчивается снятием печати. Вы могли не знать, но в конце этого сценария…

Я посмотрел на небо. Остальные члены группы последовали моему примеру. Запечатанная сфера была смята. Фрагменты печати мало-помалу разрушались. С течением времени облака сгущались всё сильнее.

Я положился на «Четвёртую Стену», бросив:

— Возвращайтесь в штаб и готовьтесь к следующему сценарию. Осталось не больше трёх дней.

***

Я мог немедленно покинуть 1863-ю регрессию, но итерации¹ персонажей этой регрессии были мне слишком симпатичны, чтобы просто бросать их.

Я выиграл немного времени до освобождения Дракона Апокалипсиса, использовав Кусанаги-но Цуруги в качестве последнего ключа. Ему не хватало статуса, чтобы служить полноценным ключом, что слегка задержало высвобождение Дракона Апокалипсиса.

Это время следовало использовать с умом. Теперь, когда у Хан Соён не осталось выбора и она согласилась содействовать, уничтожение как минимум одной туманности было предрешено. Самым важным было избежать разрушения Земли.

На следующий день я передал Ли Хёнсону значительный объём информации. Это были планы, которые я составил заранее. От способов избежать катастрофы Дракона Апокалипсиса до получения новых Историй и предметов. Я также передал список сильнейших людей.

Ли Хёнсон выслушал мой рассказ от начала до конца и вдруг поднял взгляд.

— Откуда Докчжа-сси всё это знает?..

— По той же причине, по которой это знает Хан Соён.

Я старался избегать лишних объяснений, но выражение лица Хёнсона было необычным. Он колебался пару секунд, прежде чем спросить нечто неожиданное.

— Докчжа-сси тоже «Автор-плагиатор»?

— Автор-плагиатор?..

— Вы… нет? Прошу прощения.

Я был в замешательстве.

— Хан Соён говорила о своих атрибутах?

— А, ну…

Ли Хёнсон почесал затылок с озадаченным видом. Я не мог в это поверить. Гордая и эгоистичная Хан Соён раскрыла свой истинный атрибут? Почему?

— Всем выйти.

Я как раз думал об этом, когда дверь в оперативный штаб открылась и кто-то вошёл. Это была Хан Соён, глубоко надвинувшая шляпу на лицо.

— Понял, – Ли Хёнсон поклонился, собрался и покинул комнату.

Остались только Хан Соён и я.

Раз я выполнил условия своего «Завета Иного Мира», то же самое должно быть верно и для Хан Соён. В таких обстоятельствах у неё не было причин проявлять ко мне враждебность.

— Тебе, вроде, получше.

— Заткнись, – ответила Хан Соён, скрестив руки и садясь на стул.

Я спросил:

— В чём проблема?

— Проблема? Ты так это называешь? Из-за тебя все здесь могут погибнуть.

Я видел членов группы, ждущих нас за дверью. Люди, собравшиеся за прозрачной стеной, переговаривались с серьёзными лицами. Вероятно, из-за отчаянного выражения лица Соён вскоре после смерти Ю Джунхёка. Я заявил:

— Лучше перейти к следующему сценарию, чем заснуть навечно.

За окном Ли Хёнсон встретился со мной взглядом и слабо улыбнулся. Он знал, что Хан Соён – плагиатор. Может быть, Ли Хёнсон также знал, что Хан Соён собиралась их бросить. Он был похож на медведя, но у него было глубокое сердце. Хёнсон мог предвидеть, что это произойдёт. Тем не менее, он решил следовать за Хан Соён.

Я продолжил:

— Всё не закончится, когда Дракон Апокалипсиса будет освобождён. Разве ты сама этого не знаешь?

Соён склонила голову и не ответила. Дракон Апокалипсиса, который постепенно освобождался от печати. Будучи на свободе, он станет катастрофой «Звёздного Потока». Но это не означало, что сценариев больше не будет.

На самом деле, в 1863-й регрессии Ю Джунхёк освободил Дракона Апокалипсиса и увидел конец сценариев.

— Объясни всё своим товарищам. Всё, что ты сделала и всё, что скрыла. Возможно, это не будет идеальным развитием событий, но способ ещё есть.

— …

— Есть ещё много мест, где можно занять силу. «Заратустра» Анны Крофт, «Искатели Конца», «Трансцендентный Король» и «тот человек», который живёт на планете реинкарнации…

— Я сказала тебе заткнуться, – Хан Соён подняла голову и свирепо посмотрела на меня. Гордые глаза сверлили меня из-под шляпы.

Кстати… что-то было не так.

Глаза Хан Соён опухли. Пока я всматривался в её лицо, она рыкнула и надвинула шляпу ниже.

Мне не нравилась Хан Соён 1863-й регрессии. И всё же я мог её понять. Мир, который она хотела создать, был немного похож на мир, о котором мечтал я.

Плагиаторша заговорила сквозь стиснутые зубы:

— Ю Джунхёк стал «Автором».

— Почему он вдруг получил такой атрибут?

— Полагаю, он захотел написать новую историю со всей искренностью. Это условие для открытия атрибута «Автора».

Я мог понять, но в то же время не понимал. Мир, в котором он мог перестать регрессировать, но изо всех сил пытался выжить… Ю Джунхёк покинул его, чтобы написать свою собственную историю.

Хан Соён молчала, но мы ясно видели мысли друг друга. Вскоре она подняла голову, сняла шляпу и закурила сигарету.

Я спросил:

— Как насчёт обмена вопросами и ответами? Без системы, чёрт, она раздражает.

Хан Соён затянулась с бесстрастным выражением лица.

— Ложь допускается?

— Ладно.

— Ты первый.

Я кивнул.

— Как думаешь, кто автор «Способов выживания»?

Соён снова затянулась и выдохнула дым, после чего ответила:

— Очень большой ребёнок.

— Ребёнок?..

— В мире без сценариев желать лишь увидеть следующую историю… ребёнок с ужасным воображением.

Мне кое-что пришло в голову. Мир без сценариев. В этом «Звёздном Потоке» был только один такой мир.

— Неужели?..

— Тебе лучше не произносить это вслух, – Хан Соён указала на небо. — Оно может слушать.

Я закрыл рот. Это не было невозможным, если то «существо» действительно было писателем. Однако…

В моей голове всё перемешалось, когда я сказал Хан Соён:

— Ладно, твоя очередь. Спрашивай.

— Я думаю, подожди.

— Времени не так много, так что спрашивай быстрее... Я ухожу завтра утром.

— Завтра?

— Я выполнил условия «Завета Иного Мира» и должен вернуться в свой оригинальный мир.

Хан Соён слегка нахмурилась:

— Значит, закончил тут и собираешься свалить? Замечательно. Мой мир разрушен…

— Всё, что я знаю, я передал Ли Хёнсону. Они смогут дойти до конца без посторонней помощи.

Я размышлял, поглядывая на людей за дверью штаба. С самого начала этот мир был «их миром». Я спросил:

— Ты-то когда собираешься уходить?

— Уходить?

— Ты ведь тоже выполнила условия «Завета Иного Мира».

Не только я закончил со своими делами. Ю Джунхёк умер, и Хан Соён выполнила его миссию. Теперь она должна была уйти, чтобы завершить свой «мир» с помощью Скрытного Интригана.

— Хан Соён?

Она уставилась в пол и ответила:

— Я не уйду.

Прим. редактора:

1. Итерация в литературе — это повторение элемента (слова, фразы, образа, сюжетного хода) с целью усиления смысла, создания ритма или демонстрации эволюции идеи. В отличие от простого повтора, итерация часто предполагает изменение: каждая новая «итерация» (версия) строится на предыдущей, развивая или уточняя её. Да, ответ ИИ, потому что я хз, что значит итерация...