Оставшись одни, они приступили к обеду. Во время разговора за едой Скарлетт взяла брата за руку, чтобы осмотреть, и обнаружила у него на ладони мозоли.

- Только посмотри на свои руки, у тебя так огрубела кожа.

- Это же замечательно, да?

- Что прости? Я не вижу в этом ничего замечательного.

- У меня наконец-то появились следы от тяжелой работы. Я ведь не работал ни дня в своей жизни.

Исаак был в восторге и коснулся рукой кончиков пальцев Скарлетт. Так как она каждый день работала с мелкими деталями, они шелушились и были усыпаны мелкими царапинками. Осторожно ощупав её ладони и пальцы, он вскоре улыбнулся.

- У тебя тоже красивые руки.

- Ну, раз ты так говоришь, наверное, это так. – неуверенно ответила Скарлетт, затем она заметила выпуклость во внутреннем кармане пиджака, которую повесил рядом Исаак, и достала оттуда небольшую коробочку.

- Ах, это подарок для тебя.

- Что? Для меня?

Когда Скарлетт открыла коробочку, то обнаружила серьги в виде бабочек, сделанные из тонкого слоя серебра.

- Зачем тебе покупать для меня такие вещи? - изумленно воскликнула Скарлетт.

- Я... я просто хотел купить тебе подарок с моей первой зарплаты.

Вынув серьги, которые приобрел для неё брат, она положила их на ладонь и некоторое время любовалась ими.

- Как красиво...

- Правда? Фух, я так переживал, что тебе не понравится.

Поскольку Исаак выбирал своими чувствами, полагаясь на руки, он очень нервничал в ожидании реакции сестры.

Скарлетт надела серьги со смешанными эмоциями. Тот факт, что ей сделал подарок Исаак, её брат, о котором ей нужно было заботиться, заставил её почувствовать себя странно.

- Ты действительно не обязан дарить мне такие подарки.

- Ну, что думаешь? Тебе они идут?

Обычно это должен спрашивать человек, надевший вещь, но в их случае задал вопросы Исаак, слегка наклонив голову вбок. Поэтому Скарлетт ничего не оставалось, кроме как улыбнуться и сказать:

- Да, конечно.

Ответив, она некоторое время ничего не говорила, и Исаак занервничал.

- В чем дело? Что-то не так? – спросил он.

- Хм? Нет, ничего.

- Скажи мне.

Скарлетт намеренно громко рассмеялась, услышав встревоженный голос брата.

- Все нормально. Не переживай.

Она не могла рассказать Исааку, что нарисовала чертеж биплана, иначе он тоже был бы вовлечен в это и оказался в опасности.

Скарлетт нарезала хлеб, сложила квадратом лист бумаги и разложила кусочки на нем так, чтобы было удобно брать.

- Ты все еще носишь повязку на глазах? - спросила Скарлетт, пока Исаак ел хлеб.

- Ум? Да. Я уже привык к этому, к тому же я боюсь, что люди будут потрясены, увидев мои глаза.

- С чего ты взял? Все будет в хорошо, ты можешь её снять. - сказала Скарлетт и дотронулась до повязки, но Исаак неожиданно резко отпрянул от неё.

Брат никогда прежде не избегал её прикосновений, поэтому Скарлетт была обескуражена его неожиданным действием. Однако, быстро взяв себя в руки, она с нарочито небрежным смешком произнесла:

- Ну, как хочешь. Если тебе это не по душе, я не стану насильно заставлять тебя.

- Прости.

- Тебе не за что извиняться.

Они не стали дальше развивать эту тему, а просто поели и поговорили об интересных вещах из своей повседневной жизни. Закончив обедать, Скарлетт сказала, что ей нужно кое-куда зайти на другой стороне озеро, и он перевез её на плоте на противоположный берег.

Когда сестра ушла, Исаак закрыл глаза руками. Стоило ему так сделать, как тут же прибежал Карел, владелец плота.

- Младший господин, у вас снова болят глаза?

Благодаря своему красивому лицу, Исаак был очень важной частью рабочего процесса, поскольку привлекал огромное количество пассажиров на плот. Для владельца плота он был все равно что драгоценная жемчужина.

Исаак слегка улыбнулся и покачал головой.

- Все в порядке. Это не потому, что они болят.

- Если у вас снова заболят глаза, сразу скажите мне. Ваше состояние – это самое важное в нашем бизнесе на плотах.

- Не нужно преувеличивать…

- Я ничуть не преувеличиваю. К сожалению, из-за того, что вы не можете видеть собственное лицо, вы не поверите мне, сколько бы я ни расхваливал вашу красоту.

Такое уверенное заявление вызвало улыбку на губах Исаака.

Однажды после применения лекарства, которое принесла Скарлетт, он почувствовал ужасную боль в глазах, скрытых за повязкой. В тот день Карел смог увидеть, что скрывалось под повязками. И судя по тому, как он отреагировал – едва не свалившись в обморок, казалось, это зрелище было невыразимо отвратительным. Так что Исаак никогда не смог бы снять их на глазах у Скарлетт. Но он не возражал против того, чтобы носить повязку всю оставшуюся жизнь.

Если таким образом он не разобьет сердце Скарлетт, он сможет легко это пережить.