Глава 121.

Скарлетт подняла уведомление с отсутствующим выражением лица. Она долго смотрела на несколько слов, прежде чем спросить:

– ……как Виктор пострадал?

Помедлив, Лив ответила:

– Тебе лучше известно это. Во флоте Саланти…… капитан изначально стоит в первых рядах.

– ……

Снова тьма, – руки Скарлетт задрожали, пока она держала записку.

Сколько дней траура прошло в той проклятой тьме, поглотившей Исаака, а теперь снова эта тьма?

– Так…… что мне делать, получив это? – спросила Скарлетт, кладя кусочек плотного картона поверх газеты.

– Если подождать, разве раненные не вернутся домой? – быстро ответила Лив.

– Не думаю, что Виктор вернётся сразу. Он – командир, к тому же это не в его характере. Он может оставаться там, пока не завоюет южную Вэстину, как и планировалось. Телефон…… мне нужно позвонить.

Услышав слова Скарлетт, Исаак неохотно покатил инвалидную коляску.

Отвезя сестру в комнату с телефоном, он вышел из неё с не слишком довольным лицом.

– Ничего не поделать, – сказала Лив, смотря на застывшее лицо Исаака. – Если скрыть подобное, разве это понравится Скарлетт с её личностью?

– ……это так. Леди Лив говорит верно, – кивнул Исаак, соглашаясь с этими словами.

*****

Скарлетт некоторое время бездумно сидела у телефона, прежде чем наконец позвонила в штаб-квартиру ВМФ. Некоторое время она не могла дозвониться до неё, поскольку семьи других пострадавших делали то же самое. И лишь после нескольких попыток на другом конце линии Скарлетт услышала голос офицера.

– Это Скарлетт Кримсон. Мой бывший муж…… мне сообщили, что сэр Виктор ранен. Каково его состояние? Это не серьёзно?

[– А, простите. Даже если вы являетесь членом семьи, я не могу сообщить вам о состоянии капитана по телефону.]

– Вот как? Тогда как же быть?

[– Мы скоро отправим к вам кого-нибудь.]

– В особняк Кримсон.

[– Да, я понял.]

И телефонный разговор прервался.

Скарлетт вновь посмотрела на плотную бумагу в своих пальцах, но все буквы на ней остались прежними.

Серьёзно. Как человек может быть настолько плохим?

Прошло так много времени с тех пор, как мы развелись, а моё имя всё ещё в его экстренных контактах.

Зачем так поступил, чтобы сообщать мне подобные новости?

– ……отвратительный су*ин сын, – пробормотала Скарлетт, крепко сжимая бумагу обеими руками.

Пока она пыталась убедить себя, что у Виктора, скорее всего, незначительная травма, из штаб-квартиры быстро прибыл морской офицер.

Ранение командира флота было секретной информацией, поэтому мужчина ничего не отвечал на расспросы и даже оставшись наедине со Скарлетт говорил как можно тише:

– Как уже было сообщено, у капитана повреждено зрение. Насколько я понял, его зрение несколько ухудшилось.

– ……насколько?

– К счастью, там находится военный врач, специализирующийся на лечении глаз, и с его слов травма не слишком серьёзная. Не волнуйтесь слишком сильно.

– Тогда…… он не собирается возвращаться в столицу?

– Да, пока что…… он останется на поле боя. Как я уже сказал ранее, травма незначительна и без капитана на поле боя мгновенно упадёт не только моральный дух флота, но и моральный дух всего народа Саланти.

Пусть Скарлетт была рада услышать, что травма оказалась незначительной, но слова о том, что Виктор должен оставаться там, несмотря ни на что казались ей жестокими.

– Виктор…… именно такой человек, – неохотно кивнула она, отвечая голосом, наполненным беспокойством. – Этот человек никогда бы не воспользовался лекарством с пиратского острова.

– ……да. Верно.

Использование лекарств с пиратского острова было противозаконным. Более того, для флота, испытывающего столь сильную неприязнь к пиратам, использование их умений было равносильно потери чести.

Даже когда в прошлом я просила его найти лекарство, чтобы вылечить глаза Исаака, Виктор не поколебался в этой уверенности. Поэтому он был невероятно взбешён, когда узнал, что меня допрашивала Королевская полиция и я продала его за это лекарство.

– Какое счастье. Травма незначительная, – с облегчением выдохнула Скарлетт.

– Да. Всё именно так. Я…… возможно вы хотите, чтобы я и дальше уведомлял вас, леди Скарлетт?

О травме Виктора было рассказано Скарлетт потому, что она была единственным человеком, которого он записал в качестве члена семьи, но из-за того, что они находились в разводе, морской офицер, казалось, беспокоился о том, может ли он продолжать рассказывать ей об этом и дальше.

Скарлетт ненадолго задумалась и кивнула:

– Да. Я буду признательна, если вы продолжите рассказывать мне об этом.

*****

Спустя 3 дня после победы в первом морском сражении флот Саланти вошёл в южную Вэстину.

Первое морское сражение дало флоту Саланти контроль над южным морем. Образец №2 благополучно вернулся, показав, что пусть мощности Саланти не хватает в количественном отношении, у них всё ещё есть отличные шансы на победу в качественном отношении.

Несмотря на то, что по прямой расстояние составляло всего 20 морских миль, из-за сложной береговой линии время полёта занимало значительно больше. Но благодаря захвату ключевого острова Фиэв перегруппировка форта стала проходить легче.

Бомбардировки, которые корабли Саланти, включая Рубит, начали с побережья в направлении городов на юге Вэстины, мгновенно превратили эту территорию в хаос.

Вэстина предвидела подобную военно-морскую стратегию Саланти, но не могла предсказать, что это произойдёт всего лишь через 3 дня после сражения в море.

Значительная часть войск Вэстины была отправлена через горы на дирижабле для наземного сражения с Саланти, а большая часть оставшихся сил была захвачена в плен или убита в предыдущем сражении в море, поэтому для Вэстины было невозможно немедленно пополнить их.

Но самое главное богатство Саланти заключалось в её командирах. После того, как армейские подразделения, сосредоточенные вокруг Уолдо, подверглись нападению и атакам со стороны ВВС Вэстины, они постепенно объединились и высадились на юге для проведения совместных операций с ВМФ.

На захват южного города Вэстины ушло меньше 12 часов.

Лишь тогда Виктор впервые после получения травмы смог получить полноценный отдых.

– Каким бы лечебным не был отдых, плохо если его недостаточно, – сказал Эван, подходя к кровати, на которой сидел Виктор с завязанными глазами. – Отдыхайте больше. Пусть врач сказал, что всё в порядке, я считаю, что вам стоит отдыхать куда больше.

– Я уже отдыхаю.

– Вы должны отдыхать более комфортно.

Виктор больше ничего не ответил. Эван, прекрасно знающий, что капитан не из тех людей, которых волнует реакция собеседника во время разговора, сегодня ощущал себя без причины неловко, поэтому ещё раз подчеркнул:

– Вы ведь слышали? Вам правда не стоит переусердствовать.

– Понял, теперь уходи.

Эван неохотно покинул каюту, услышав приказ Виктора. И тут же обратился к ожидавшему у двери врачу по имени Чейз:

– Тщательно проверяй, нет ли дополнительных последствий. Капитан не может ходить, скрывая своё красивое лицо под очками.

– Да, замкапитана, – неловко рассмеялся Чейз, после полушутливого, полусерьёзного приказа Эвана.

После того, как Эван ушёл, а Чейз зашёл в комнату, в спальне некоторое время царила тишина.

Чейз, делающий вид, что ничего не происходит в присутствии Эвана, заговорил таким голосом, словно вот-вот заплачет:

– Тогда я поменяю повязку.

Напряжение, которое он ощутил, впервые получив приказ осмотреть травму Виктора, было неописуемым. Чейз стал военнослужащим на ВМФ потому, что восхищался Виктором, и поскольку специализировался на офтальмологии, ощутил огромное давление, когда зрение кумира оказалось в его руках. Несмотря на то, что мужчина выплакал все слёзы, которые были у него, ему всё равно было не по себе.

И эта дрожь напряжения после лечения сменилась печалью.

Травма Виктора оказалась серьёзнее, чем ожидалось. Шанс на выздоровление был, но только в том случае, если не дать свету попасть на глаза в течении месяца. Если же он продолжит смотреть на свет, то была высока вероятность ослепнуть.

В день получения травмы, Чейз рассказал Виктору о том, что его состояние тяжёлое и тот, на мгновение задумался, чтобы ответить:

– Обязанность врача ведь хранить тайны пациента?

– Ве, верно, капитан.

– Нам придётся лгать, чтобы получить хоть какой-то шанс на победу.

– Что? – Чейз подавил свой страх и попытался сказать, что делать подобное ни в коем случае нельзя, но Виктор даже не пожелал слушать.

На самом деле, в глубине души Чейз знал, что Виктор говорит правду.

Все тактики исходили от Виктора Дамфэльт и именно он был источником морального духа флота Саланти. Было ясно, что моральный дух ВМФ Саланти резко упадёт, если обнаружится, что он получил серьёзное ранение.

В конце концов, на собрании в тот день Чейз солгал, сообщив, что травма глаз Виктора незначительна и сможет зажить за 3 дня, поэтому никаких проблем с отправкой его на поле боя не будет.

Как и ожидал Виктор, наступление, проведённое до того, как Вэстине удалось укрепить свой флот, имело блестящий результат.

Но, как предсказывал Чейз, зрение Виктора стремительно ухудшалось. Когда руки врача задрожали от сдерживаемых слёз, Виктор спросил:

– Почему всё дрожишь? Время, когда ты был только что вылупившимся цыплёнком, давно прошло.

– ……

– Переставай плакать. Ты даже не ребёнок.

– ……простите меня, капитан, – Чейз изо всех сил старался сдерживать слёзы, но те лишь сильнее хлынули по щекам.

– Если бы слабая страна потребовала мирных переговоров против страны, которая хочет войны, её не стали бы слушать, – цокнув языком, равнодушно сказал Виктор. – Нам необходимо было заблокировать южное море Вэстины. Ты же понимаешь.

– Вы можете потерять своё положение.

– Не волнует.

– Как это не волнует……

– Добившись мирного соглашения я всё равно планировал уйти в отставку.

Военный врач был встревожен, но сам пострадавший был крайне спокоен.

С момента своего рождения, Виктор только и делал, что бежал к одной цели, не щадя своей жизни. «Вот тут-то моя роль и заканчивается», – подумал он в тот момент, когда получил травму.

Мужчина почувствовал себя гораздо более спокойным, когда понял, что теперь может отдохнуть. Но он также был немного разочарован тем, что ему приходилось сойти с корабля, на котором он провёл большую часть своей жизни.

– Не волнуйся, я сейчас возвращаюсь в столицу, – сказал Виктор. – Даже раскрыв свою травму, я всё равно смогу жить в столичном особняке.

– Капитан……

Пока повязка была снята, Виктор ненадолго открыл глаза и посмотрел вперёд. Его зрение стало размытым, и он не мог видеть чётко.

Прищурившись, мужчина посмотрел в зеркало.

К счастью, никакой разнице внешне нет.

– Всё нормально, – проглотив слёзы, сказал Чейз. – Вы можете использовать лекарство, которое использовал граф Исаак Кримсон. Было ведь доказано, что оно работает без побочных эффектов?

– Даже когда моя жена умоляла спасти его, я не спас, потому что следовал лишь своим принципам, – ответил на его слова Виктор, словно спрашивая о какой чуши говорит подчинённый. – Я не могу использовать его теперь.

В глубине души он считал, что это небеса наказывают его.

Даже если Скарлетт и правда бы продала меня за это лекарство, имел ли я право злиться?

Теперь я хочу дать ей всё, что она пожелает.

Скарлетт не хочет покидать Саланти и хочет продолжить жить на 7-й авеню, поэтому единственным способом осуществить это являются мирные переговоры.

Я должен устроить их.

Виктор планировал сохранить в тайне от Скарлетт тот факт, что его зрение никогда не восстановится.

Даже если она ненавидит меня, это не изменит того факта, что полная тьма – её старая рана.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –