— Черт, аккуратнее можно? Я живой все же, боль чувствую! — огрызался Райзен, пока Астир пытался вытащить его Цепями Небес.

Эта беспросветно идиотская ситуация поначалу казалась забавной, но вот уже с десять минут мы никак не можем вытащить Райзена. Изначальная задумка была невероятно проста: Астир призывает Цепи Небес, хватает ими Райзена и, при необходимости, дополнительно расковыривает дупло пошире, чтобы было удобно проводить спасательную операцию. И все начиналось хорошо, даже отлично — Астир создал Цепи Небес и подвел их поближе к Голдриджу. Вот с этого проблемы и начались. Сколько бы Астир ни пытался, нормально схватить Райзена с помощью своей способности ему не удавалось. Цепи, по какой-то причине, буквально отвергали его: они то соскальзывали, будто бы вся одежда Райзена была масляной, то попросту трескались и распадались при более настойчивых попытках. Такой ход дел заметно усложнял нам задачу.

Наблюдая за этими потугами, которые ни к чему не приводили, я даже хотел использовать Буст и вытащить Райзена при помощи грубой силы, но он был против. Все же мы договорились, что если так и продолжится, то я буду вынужден использовать свою силу.

Раздался звук очередной распадающейся Цепи. Золотистые куски, отпавшие от нее, еще при падении начинали растворяться в воздухе, разлетаясь небольшими светящимися частицами, похожими на пыльцу, но состоявшие из преобразованной магической энергии — этера. Зрелище это было весьма красивым и им можно было бы наслаждаться еще долго, поскольку золотистая этериевая пыльца выглядела завораживающе даже сейчас, пускай ее чарующий вид и показывает себя лучше всего в вечернее и ночное время суток; но для нас троих этот неотразимый эффект означал очередную неудачу, а потому и вызывать ничего окромя расстройства и, в некоторой степени, раздражения — не мог.

— Да какого чёрта ты не можешь зацепить меня?!

— Мне откуда знать? Мои Цепи всегда исправно работали, это с тобой что-то не так!

— Со мной? Я, по-твоему, дефектный какой, а?

— Я такого не говорил. Но я бы точно сказал, что похожий эффект наблюдался во время стычки с химерой, когда она одним движением ломала Цепи. У тебя в роду случаем химер не было?

— Каких еще химер, оболтус?! Это ты шутишь так, или хочешь по башке от меня получить?

— Ладно-ладно, успокойтесь, — влез я в спор. — Сейчас не суть важна почему Астиру не удается подцепить Райзена Цепями. Нам важнее просто вытащить его.

— Согласен, но это Райзен первым начал.

— Может и так, но ведь ты продолжил!

— Хва-а-а-а-ати-и-и-ит, — протяженно взвыл я.

— Лады, пацан, твоя взяла. Используй там свой Буст и вытащи меня отсюда. Мне как-то не охота тут сидеть весь день.

— Вот так бы сразу!

Я сжал правую руку в кулак.

— Буст, Буст, Буст!

Вокруг правой руки лишь на миг прошло синеватое свечение, отражавшее цвет как моей магии, так и души. Небесно-синий оттенок, проявившийся ореолом вокруг моего кулака — демонстрация включения личной способности, активации волшебной силы, таящейся во мне.

На моем текущем уровне усиления я могу без проблем пробить толстую стальную пластину. О дереве же и говорить бесполезно — поддастся как миленькое. А так как дело иметь мне придется именно с ним, можно считать, что Райзен уже освобожден из природных оков.

— Только осторожнее, окей?

— Я постараюсь быть максимально осторожным и нежным.

— Не говори это с таким странным выражением лица, черт тебя побери!

— Не огрызайся и молись, чтобы я при ударе о дерево не пробил тебя.

— Ты же сказал, что будешь осторожен!

— Я сказал, что постараюсь. Но гарантии не давал.

— Эй-эй-эй!

Одним четким ударом я пробил ствол дерева и, достиг полой части и схватившись изнутри за древесину, отломил часть этого дуба так, что почти моментально Райзен, прокричав что-то бранное от неожиданности, выпал на землю. Рядом же находился вырванный из злосчастного дерева кусок.

— Прости, но ты заточил в себе нашего товарища. Мы не могли поступить иначе, — прислонив ладонь к коре, попросил прощения Астир. И давно он любит природу?

— Ты еще на колени перед ним стань, — поднимаясь и отряхиваясь, произнес Райзен с явным недовольством в голосе.

Поднявшись, Райзен не успел даже секунды три устоять на ногах, как сразу же упал.

— Вот ведь дерьмо…

Ноги не слушались его. Из-за долгого пребывания в таком нестандартном месте, как огромное дупло, его конечности сильно онемели, из-за чего и отказывались слушаться.

— Ладно, могу пока и полежать, — фыркнул Райзен, распластавшись на траве.

— Ты же Феникс, великая птица, способная перерождаться. Разве ты не должен восстанавливаться на раз-два? — поинтересовался я у мирно лежащего Голдриджа.

— Как видишь, не на всё это распространяется.

— Как интересно. И на многое есть исключение?

— Ты ведь спрашиваешь просто потому, что не хочешь тупо стоять и пялить, как я валяюсь, да?

— Именно. Ну так что?

— Исключений не так много. Восстановление не работает на ментальные проблемы, на онемение, не препятствует болевым ощущениям. Остальное: порезы, переломы, ушибы какие-нибудь — все регенерируется легко и просто.

— А пунктика про защиту от Цепей там нет? — встрял Астир.

— Нет! Наверное… Надо у Ойджена спросить. Он ведь мне про все исключения рассказал.

— Не знаешь детали своей способности? Мне почему-то все о своей силе известно, — пробормотал я под нос.

И ведь действительно странно. Я, как кажется, знаю о своем Бусте все возможное. В то же время Райзен, похоже, не знает некоторых особенностей своего «Феникса». От такого в голову закрадываются мысли, что не все так легко с этими всеми способностями, как хотелось бы. Еще сильнее растет тревога на этот счет из-за того странного сна.

— Лады, хватит базарить, пора идти домой! — пролежав около минуты-двух, Райзен резко подскочил, демонстрируя, что с его ногами теперь все в порядке. — Сейчас мы придем домой, и я хорошенько так огрею Ойджена за то, что оставил меня здесь одного! Пацан, если случайно спалю всю хату — не серчай, я не специально.

А вот с головой у него все еще проблемы. Наверное, кровь с головы вся ушла на восстановление онемевших конечностей. Впрочем, чего я удивляюсь? В этом весь Райзен.

— Серчать не буду, но, если потребуют деньги — платить будешь ты. А их потребуют.

— Эй-эй-эй, попридержи коней, пацан! Так дела не делаются!

В ответ на свои возмущения он получил лишь пожимающего плечами меня. Ну, а что, все справедливо — он сжигает дом, он же и оплачивает все соответствующие штрафы.

Райзен недовольно цокнул языком.

— Ладно, согласен. Хотя от таких условий мой пыл как-то поубавился…

— Вот и прекрасно, теперь все будут целы и даже не поджарены.

— Вы закончили? — явно уставший от нашего разговора Астир взял слово.

— Да, все, не кипишуй, идем уже к Ойджену с Иринкой. Идем ведь, пацан?

— Естественно.

***

Подходя все ближе к апартаментам, мы увидели Ойджена, стоявшего на улице и протиравшего окно. Не похоже, что он чувствовал наше присутствие. Этим решил воспользоваться Райзен.

— Отлично, пришло время возмездия!

— Эй, постой!

— Ты чего собрался делать?!

Наши крики не достигли ушей Райзена, расправившего свои пылающие крылья. Резким взмахом своих крыльев он ринулся вперед, выставив перед собой кулак, покрытый пламенем.

— Ойдже-е-е-е-е-ен! — прокричал он на всю округу.

Но Ойджен спокойной развернулся, встав лицом к Райзену. Он не паниковал, не пытался прятаться. Было явное ощущение, что он или стал полностью бесстрашным, как воины из легенд, или подобная ситуация повторяется уже не впервые. И я ставлю на второй вариант. Лишь перед самим столкновение, он весьма неожиданно отошел в сторону, подставляя под удар идеально чистое окно. Явно не ожидая такого, Райзен в спешке взмахнул крыльями, отлетая назад и оставляя после себя потоки горячего воздуха, которые Ойджен легко перенаправил, пользуясь своей магией.

Мы спешно подбежали к Райзену, который как раз приземлился и убрал свои крылья.

— Что ж, вижу, тебя все-таки освободили.

— Да, освободили, и у меня есть к тебе вопросы! Как я туда попал, и почему ты мне не помог?!

— Как ты туда попал, спрашиваешь? Понятия не имею. Мы с Ириной пытались освоить эти ваши магические кухонные технологии. На тебя мы и внимания не обращали. Но потом я решил глянуть, не проснулся ли ты. К моему удивлению, на диване тебя не было. Сначала я проверил спальни, но и в них было пусто. Лишь пройдясь немного от дома, я увидел тебя, торчащего из высокого дерева. Я еще подумал, что оно весьма странное: когда мы сюда приходили, подобного дерева не было.

И ведь правда. Мы приходили и уходили только этой дорогой, но дерева с подходящим дуплом не было.

— И поэтому ты оставил меня там?!

— И да, и нет. Я знал, что наш самозванный лидер и Астир скоро вернутся. Они должны были скоро вернуться. А потому решил кое-что проверить.

— Проверить?..

— И проверка увенчалась успехом.

Мы услышали древесный треск и скрип веток. Огромная тень опустилась на землю.

— Разожги наши угли души! — смесь неестественно искаженных высоких и низких голосов послышалась из-за спины. Одного лишь голоса было достаточно, чтобы понять — позади стояло нечеловеческое создание.

Обернувшись, перед нами предстало чудовище — то самое дерево. Но теперь кора его тлела, часть веток приняла вид, подобный рукам, а выше разломанного дупла светилось два тусклых желтых огонька.

— Это еще че за черт?! — немного пятясь назад, сказал Райзен.

— Не знаю, но его нужно остановить!

— Полностью поддерживаю! — согласился со мной Астир.

— Это — твое дерево, — пояснил нам Ойджен.

— И что же нам с ним делать? — попросил я совета.

— Уничтожать, разумеется. Ты же лидер. Вот стресс-тест твоих руководящих навыков.

— Какой еще стресс-тест? У вас с Райзеном один мозг на двоих?!

— Эй, пацан, обидно вообще-то!

— Молчи и жги его! Астир, попытайся сковать этого… эту… это безобразие!

— Понял. Цепи Небес!

— Разожги нас! — протяженно завопило ходячее дерево.

— Ловлю на слове, — с усмешкой произнес Райзен. — Феникс!

И где же полагающиеся патрули стражи, когда они так нужны? Что во время стычки с Райзеном, что сейчас — хоть бы кто рядом был!

— Буст! Буст! Буст! — я начал готовиться нанести удар.

Цепи Астира охватывали тлеющую кору ожившего дерева, не давая ему спокойно двигаться, в то время как постоянный натиск кружащего вокруг Райзена, стрелявшего прямо по цели огненными шарами, сильно мешал древу предпринимать какие-либо еще действия. Все его внимание было приковано только к Голдриджу.

— Какой отличный шанс, — прошептал я сам себе.

Направив усиление в ноги, я совершил резкий скачок вперед. Уже в пути я перенаправил остатки Буста в руку, которой нанес мощный удар. Волна от этого удара была настолько сильной, что пробила дерево насквозь, отчего оно завопило.

— Ты не тот, кто нам нужен! — резкими и хаотичными движениями оно пыталось меня ударить, но Цепи Небес продолжали окружать дерево, сковывая любые его движения. — Разожги нас! Стань нашим топливом! — потеряв ко мне интерес, оно продолжило свою охоту на Райзена.

— Прости, но кормом быть я не подписывался, — Райзен начал копить пламя в руке. — Эль Фесо!

Сильный и массивный поток пламени устремился ровно в древо. Крик агонизирующего дерева впился в мои уши, принося дикий дискомфорт, сопоставимый с болью. Но вдруг оно утихло, а когда я снова посмотрел на то место, где оно стояло всего несколько секунд назад, то обнаружил лишь возвышающиеся к небу желтые огоньки. Астир, похоже, тоже не ожидал подобного, поскольку Цепи Небес просто бесцельно висели, а некоторые из них, ввиду длинны — лежали на земле.

Еще одним свидетельством окончания боя служили хлопки Ойджена, который в такой манере решил поздравить нас с победой.

— Браво. Могли бы работать и более слаженно, но в целом чувствуетесь, как команда, — прокомментировал Ойджен. — Ирина, можешь наконец выходить.

Последнее он сказал, кинув на двери взгляд через плечо. Уже через миг двери распахнулись, и оттуда вышла Ирина. Выглядела она очень и очень виновата. Будто бы приняла участие в афере, которая ставила на кон чью-то жизнь. Что, вообще-то, правда!

Она медленно подошла ко мне и, взяв за рукав, тихо произнесла «прости, я была против этой идеи, но он сказал, что все будет под контролем», а потом добавила «а еще мы так ничего и не приготовили». Она продолжала стоять, направив свой взгляд в землю. Но с причинами, почему она согласилась поддержать Ойджена и почему они так ничего не приготовили мы разберемся потом.

— Объяснись, — приказным тоном я обратился к Ойджену.

— Поспокойнее, я все объясню. Видишь ли, тот, кого вы сейчас убили, зовется энтиггом. Эти поистине ужасные существа маскируются под самые обычные деревья. Энтигги бывают разные. Конкретно этот — тлеющий, питается магами огня. Энтигги выслеживают своих жертв и в момент, когда цель засыпает, начинают воздействовать на разум, подзывая к себе. Это и случилось с Райзеном.

— Погоди-ка, а на кой они это делают?

— Очевидно, чтобы питаться. Проще говоря, ты, Райзен, если бы не своевременное спасение со стороны Вена и Астира, мог стать переваренным топливом для «углей души» этого энтигга. Все просто.

— Значит ты… оставил меня умирать?! — пламя Райзена вспыхнуло с невероятной и невиданной ранее силой. Он был больше похож не на мага пламени, а на пылающего монстра.

— Спокойной, Райзен, все было под контролем. Обычно они съедают свою жертву сразу, но ты встрял, образно говоря, между горла у этого энтигга. Когда я понял, что дерево, в котором ты застрял — энтигг, я собирался поднимать тревогу. Но прикинул и понял, что оно не сможет проглотить тебя еще в течение восьми часов. За это время наш лидер и Астир точно вернулись бы. А нет — мы с Ириной пошли бы тебя освобождать. При любом раскладе твое освобождение привело бы к пробуждению энтигга, что, собственно, и случилось. Все просчитано, — он поправил очки в свойственной ему манере.

— Я никогда не сомневался в твоих аналитических способностях, Ойджен, — обратился к нему Райзен. — Но сейчас была большая вероятность, что ты мог ошибиться. Больше такого не делай. Никогда.

Я… Я не могу поверить. Он подставил Райзена, заранее продумав, что дерево за нами пойдет? Я… просто хочу ему врезать!

— Вен… — Ирина, стоявшая рядом со мной, отреагировала на мой резкий порыв в сторону этого горе-аналитика.

— Что такое, лидер? Хочешь еще что-то… — не успев договорить, Ойджен получил смачный удар прямо по лицу, отчего его очки слетели на землю.

— Ах… Ладно, с твоей точки зрения, я этого заслужил, — потирая щеку, на которую пришелся удар, тихо сказал Ойджен.

— Ох, не только с моей, а с любой адекватной точки зрения!

— Быть может и так. Но, знаешь, матч уже начался. Мне удалось куда детальнее рассмотреть участников первого боя. Они сильны. Во много раз сильнее нас.

— И что? Это не дает тебе права подвергать нас таким опасностям!

— Опасности — лучший тренер. Тебе нужно будет руководить нами, оценивая возможности каждого. С деревом ты управляешься, и то неидеально. Слишком сильно подставляешься под удары. А что будет на Турнире? Тебе нужно узнавать о враге как можно больше, используя как можно меньше собственных ресурсов. Ты же пускаешь все на самотек, отдавая лишь расплывчатые указания.

— Моя команда — не мои рабы.

— Но ты наш лидер. Бремя решений и их последствий лежит на тебе. Ты не даешь конкретики в своих указаниях. Поверь мне, ты еще не раз вспомнишь мои слова.

— Что же, раз бремя решений на мне, то я решаю следующее: об этой ситуации мы забудем, но впредь она не повторится, понял? Вы, моя команда, — не тряпичные куколки, которыми я буду воротить, как угодно. Мы сумеем адаптироваться и будем кооперироваться без жесткой хватки лидера. Тебе все ясно?

— Ладно, я принимаю твоё решение. Раз так того желаешь. Но просто знай, что мои действия направлены на благо нашей команды.

Что на него нашло? Еще с утра он был приветливым, даже больше обычного, а уже сейчас такой холодный и жесткий. А ведь даже и половины дня не прошло! Может, это на него так голодный желудок действует.

— С твоего позволения, лидер, я отправлюсь смотреть матч. Нам ведь нужно как можно больше сведений о потенциальных противниках, верно?

— Верно. Раз тебе так сильно нужно моё одобрение, то ты его получил.

Подобрав очки, отряхнув и надев их, Ойджен отправился в дом.

— Вот ведь придурок… — недовольно цокнул Райзен. — Я, конечно, знал, что он печется о нашей слаженности. Но что б подставлял нас? И подумать не мог.

— Я тоже. Подобные действия со стороны Ойджена настораживают. Я верю, что он совершает их из добрых побуждений. Но осадок все равно остается, и он весьма неприятный.

— Не вы одни испытываете подобное. Ирина, расскажи, как это было.

Услышав, что к ней обращаются, она немного повеселела. Скорее, она считала, что я буду злиться на нее. Осознание же обратного заметно подбодрило ее.

— Когда Ойджен вернулся домой, он просто сказал мне, что с Райзеном «почти все в порядке». Он описал мне это страшное дерево, как и вам, а после изложил свой план. Я была в ужасе! Мне хотелось самой попытаться помочь Райзену, но потом мне стало немного страшно, и я послушалась Ойджена. Когда я увидела эту громадину, нападающую на вас, я чуть было не выскочила вам на помощь. Но тогда бы Ойджен только разозлился, а я не хотела нас всех ссорить. Я и не думала, что он все подробно расскажет. Прости, Вен… Я так волновалась, когда-то дерево замахнулось на тебя, но и пальцем не пошевелила, чтобы помочь.

М-да, ситуация не из приятных. Но нельзя же и дальше мусолить эту тему, верно?

Я подошел к ней поближе, и грозно на нее посмотрел.

— Больше не ведись на поводу у Ойджена, ладно?

— Конечно! Я бы и сейчас не согласилась, не будь ситуация такой опасной.

— Вот и отлично. Тогда с этой темой окончательно покончено.

— Пс-с-с, Астир, видал как он на нее глянул? Во зверь, а? — демонстративно прошептал Райзен.

— Да, но я не думаю, что он как-то не так на нее…

— Не-не-не, ты ничего не смыслишь в этом, — Райзен расплылся в какой-то странной улыбке. — Такой взгляд, понимаешь, может быть только в одном случае.

— Ладно тебе, хватит нести всякую чушь, — попытался я его утихомирить.

— Скажи, — Райзен щелкнул пальцами и указал на Ирину. — Ты ведь заметила, верно? Подобного взгляда удостаивается лишь та, что…

— Да хватит уже!

— Э-э-э, я… Не знаю… — дала ему свой ответ покрасневшая Ирина.

— Хех, значит, мои догадки верны!

Понятное дело, что он так решил сменить тему. Но его методы и выбранная альтернатива просто ужасны!

— Ну давай, не томи, говори же… — продолжал этот нелепый спектакль Райзен.

— Я… Я тут вспомнила, что мы так ничего и не приготовили, а все наверняка голодные, особенно Вен с Астиром!

— На самом деле мы… — я уж было хотел сказать, что о нас не стоит так сильно беспокоиться, ведь мы успели перекусить по пути, но тут…

— Чего?! Ничего не приготовили? — взорвался Райзен, полностью позабыв о мусоленой им теме. — Вот ведь неучи, вы хоть ничего не сломали?

— Вроде нет, но я теперь уже и не уверена, — нервно хихикая ответила Ирина.

— Иринка, со мной на кухню! Буду тебя обучать работе с передовыми технологиями. А что до вас, — Райзен указал на меня и Астира. — Готовьтесь вкушать совместные кулинарные шедевры! Я заставлю вас растаять в блаженстве от вкусной еды. И только попробуйте мне потом сказать, что вам что-то не понравилось — быстро заставлю понять, что моя готовка шедевральная!

— Не волнуйся, Райзен, я уверен в твоих навыках.

— Вот и отлично. Так, бегом! — он схватил Ирину за запястье и повел в дом.

— Потом расскажете, где были, — Ирина, которую чуть ли не силком тащили во имя обучения новым навыкам, махнула нам рукой.

Так мы остались с Астиром стоять в гордом одиночестве у дверей собственных апартаментов.

— Да уж, с ними не соскучишься, — Астир облегченно выдохнул. — Ойджен меня изрядно удивил. Хорошо, что все так благополучно кончилось.

— Согласен. Он повел себя весьма нетипично. Но, знаешь, Ойджен не из тех, кто будет делать что-то просто из вредности. Я уверен, что у него были причины для подобного.

— И все же нам их вряд ли удастся когда-то узнать, так? — продолжил мою мысль Астир.

— Увы, но так. Ты ведь достаточно много с ним общался, не можешь хотя бы предположить, почему он подставил нас?

— Нет. Причины такого поведения — загадка даже для меня. Сомневаюсь, что даже Райзен его понял. Скорее, он просто принял эту выходку как данность.

— Принимать подобное… Они сильно друг другу доверяют.

— Не удивительно.

— К слову о доверии.

— Хм?

— Астир, будем ли мы кому-то говорить, что встряли в дело о пропаже тех детей?

— Все же поправлю тебя: это я встрял. Ты мне сильно помог, правда, но именно поэтому я и…

— И должен принять мою помощь. Астир, ты ведь меня знаешь. Должен ведь понимать, что просто так я теперь не отстану и буду с тобой до самого конца.

— Что ж, такое тебе свойственно, — на лице Астира вырисовалась легкая улыбка горечи. — Быть может так и лучше. Сам я вряд ли смогу им помочь.

— Вот именно! Если есть я, то нечего все делать самому, — я сильно похлопал его по спине, чтобы растормошить. — Выше нос, вместе мы точно их спасем. Мы найдем ответственных за пропажу детей и заставим их заплатить за это.

Астир одобрительно кивнул.

— Не думаю, что наши проблемы будут интересны Ойджену и Райзену. Вернее, я бы сказал, что они уважают наше личное пространство и не лезут особо в наши дела. А вот Ирине, как мне кажется, можно рассказать. Тем более она уже выразила заинтересованность. Да и она наверняка, как обычно, будет волноваться за нас, если будем держать ее в постоянном неведении. Особенно за тебя, Вен.

— Почему это «особенно»?

— Быть может, ты и не замечаешь, но Ирина уделяет все больше и больше внимания тебе. Заметно, как она обращает внимание именно на тебя.

— Погоди, ты ведь не…

— Я не обижаюсь ни в коем случае. Я просто говорю это к тому, что такими темпами плоские шутейки Райзена будут все больше походить на реальность, а с тем будет и расти ее желание быть вовлеченной в происходящее. В первую очередь, из-за тебя. Так что ей стоит все излагать как есть.

— Хорошо. И не стоит вестись на эти Райзеновские россказни. Он ничего не понимает, да и вообще, как можно воспринимать его всерьез в такие моменты? Это ведь все подколы и несмешные шутки.

— Быть может оно так и есть, и я попался под влияние его шутовских навыков. Я же просто поделился мыслями в слух. Ладно пора закрыть эту тему, — Астир сделал важный вид. — Лидер, отправимся ли мы смотреть первый матч Турнира?

— Еще спрашиваешь? Конечно же! Сначала он был мне не настолько интересен, но после слов Ойджена, что там по-настоящему сильные маги — мне захотелось даже глянуть. Так что пошли, пока все не закончилось!

Так мы отправились к остальным в дом. Ирина выслушивала лекции от Райзена по эксплуатации передовых магических технологий, а мы с Астиром, подсев к Ойджену, приступили к просмотру первого боя Турнира, транслируемого при помощи магической проекции, исходящей от специальных устройств, поставленных в гостиной заранее.

Первый матч: Сети Рыцарства против Копья Судьбы. Последние — команда Лонгина, который так хвалебно отзывался о своих товарищах, что, по его словам, все должно было бы закончится, еще не начавшись. Но матч начался, а преимущества у Лонгина пока что нет. Интересно, действительно ли его команда так хороша, как он твердит?

§§§

На арене стоит шум переговаривающихся зрителей. Каждый из них пришел сегодня, чтобы узреть своими собственными глазами первую победу и первое поражение. Битва команды Копье Судьбы и Сети Рыцарства должна начаться совсем скоро. Толпа ждет этого знаменательного мига, когда ведущий объявит команды и прояснит, как будет проходить первая Турнирная игра. Ожидание этого момента будоражит и волнует не только болельщиков, некоторые из которых уже успели рассориться друг с другом по причине отличающихся фаворитов. Организаторы Турнира, в частности, Процитус Кайсари и Зехс Гремори волнуются о возможном срыве такого важного события, в то время как Лихту Мазерсу — как всегда все равно. Гвардия осматривает каждый угол, каждый закоулок, внимательно проверяет все возможные места и всех подозрительных личностей. Но ни переживания Директора Ассоциации, ни посланника Ее Величества, ни даже безразличного волшебника не должны быть заметны людям. Для зрителя, все происходящее должно казаться идеально продуманным, а сам он — полностью защищенным. От Турнира его ничего не должно отвлекать.

И вот, ожидаемый всеми момент настал. Проекция ведущего и судьи в одном флаконе предстала перед огромной аудиторией.

«Доброе утро, Рейтенар!»

Стоявший доселе небольшой шум резко превратился в восторженный гул.

«Вы все собрались здесь ради этого момента, и вот он настал! Я, Вальтер Грэн, с гордостью объявляю о начале первого боя! Считайте, что Турнир начинается по-настоящему! Поприветствуем же наших участников. Две команды, что станут первопроходцами Турнира. Копье Судьбы и Сети Рыцарства!»

Врата на арене начали медленно подниматься и из огромной арки медленным шагом начали выходить команды. Лонгин и Армор Грейсон вели свои команды к центру арены, где должен был решиться режим матча и его зона проведения.

Пускай это и было начало самого первого матча, но трибуны уже скандировали имена своих любимчиков. Чаще всего среди них мелькали имена лидеров обеих команд. Люди болели за тех, кто приглянулся больше всего по Церемонии открытия — кому понравились команды чисто из названия, кому благодаря составу, а кто просто бросил жребий и таким образом выбрал фаворитов — все сейчас поддерживали претендентов.

Стоило командам подойти к центру, как ведущий вновь заговорил.

«Сейчас, командам необходимо подтвердить свою готовность начать первый бой. Оставить все колебания и волнения позади и вступить в схватку волшебников! Но перед началом боя, от господина Грейсона последовало предложение. Господин Лонгин и господин Армор Грейсон оба охарактеризовали себя в поданной биографии как людей чести. Так пускай же их орудия решат готовы ли они. Я попрошу господина Лонгина и господина Грейсона скрестить оружие, будь то магия или сталь. А мы же посмотрим на это поистине достойное зрелище и поаплодируем нашим претендентам!»

С самой церемонии открытия тайна способности Лонгина начала интересовать не только команду ВАИРО. Самодовольство и уверенность Лонгина, вкупе с его подавляющие магической аурой породило множество предположений о природе его силы среди других команд. Одни пытались навести справки у знакомых, другие зацепиться за то, что Лонгин связан как-то с Ассоциацией. Но Процитус, продвигая Лонгина на Турнир, тщательно позаботился, чтобы малейшие знания о его способности не выскочили из уст знающих людей, ведь для Директора Ассоциации способность Лонгина — главный козырь, который использовать можно лишь с момента крайней необходимости. Но даже так, Армору Грейсону удалось выудить крупицу информации о силе Лонгина. Пускай это и немного, но ему удалось узнать, что лидер Копья Судьбы владеет магическим оружием невероятной мощи, одного взгляда на которое будет достаточно, чтобы потерять всякую веру в победу. Армор Грейсон сразу же догадался, что это оружие, следуя из названия команды Лонгина, — копье. Но догадки без доказательств ничего не стоят. Идеей скрестить оружие он решил вынудить Лонгина показать свою способность.

И все же, Лонгин уже знал, как выкрутиться из этой ситуации.

— Мордред, — он отвел руку в сторону и раскрыл ладонь.

— Слушаюсь, — верный рыцарь сотворила магический меч в руке и протянула его Лонгину.

— Неужели самому нечего предложить? — раздраженно спросил Армор. — Как это жалко выглядит.

— Эй! Мастер Лонгин имеет полное… — Мордред хотела накинуться на Грейсона, но Лонгин жестом остановил ее.

— Все, что принадлежит моей команде — принадлежит и мне. Все, что принадлежит мне — принадлежит и моей команде. Подобное зовется «доверием». Известно ли тебе такое слово, Армор Грейсон? — Лонгин направил лезвие в сторону противоборствующего рыцаря.

— Известно и, полагаю, не меньше, чем тебе, — Армор направил свое оружие в сторону Лонгина и их клинки скрестились.

Резким движением они синхронно отдернули свое оружие и на месте, где пересекались их мечи возник столб света. Мелкие частицы чистого света, кружившие вокруг столба, очаровывали своей красотой всех присутствующих. Подобно игривым светлячкам, они вихрем обволакивали свет, струившийся нескончаемым потоком в небо. И если восторг от подобной картины участники Турнира скрывали, то зрители, наоборот, ликовали. Все, как и говорил Мазерс еще на Церемонии открытия: «магия должна быть красивой». И она была таковой. Но совсем скоро красоте было суждено отступить, дав волю более дикому и грубому проявлению магии, которое можно увидеть лишь в битве. Столб света начал расширяться, и яркий свет поглотил всю арену. Уже через несколько секунд ведущий продолжил говорить.

«Первый бой начинается! И какое чудо! Нашим командам сильно повезло, ведь магический жребий решил выдать им наиболее подходящий режим: командную битву! Режим, в котором побеждают те, кто одолеет всех противников! Нас ждет поистине ВОЛШЕБНАЯ БОЙНЯ! Командам дается всего пара минут на изучение карты, которая располагается на базе у каждой. А дальше вам придется действовать уже на поле брани!»

Свет, скрывший арену от посторонних глаз, имел и чисто практическое применение. Это был эффект от инновационной системы Ассоциации Магов, разработанной совместными усилиями всех трех организаторов. Знания Лихта Мазерса, ресурсы Процитуса Кайсари и финансирование королевского двора сделали возможным создания уникального вида волшебства: преобразования реальности. Действуя на изначально ограниченной площади, эта магия переносит все внутри в особый пласт пространства, где создает с нуля любую картину. Так создаются случайные поля боя, на которых сражаются команды. Свойства этого подпространства были настроены задолго до начала Турнира, а потому изменение их прямо во время матча невозможно, что убирает всякую возможность жульничества. В перечне таких свойств лежит, к примеру, особый телесный барьер, минимизирующий шанс убить человека даже при нанесении, казалось бы, смертельных ран, а также система телепортации с поля боя в случае серьезных травм, магического истощения или потери сознания. Эта идея, изначально предложенная Процитусом, служит для гарантии наибольшей безопасности как участников, так и зрителей. И все же, система не идеальна. Это понимали все в организаторском составе, но ее все равно решили использовать по полной программе. Все происходящее же внутри этого подпространства, транслируется на специальные экраны, а также полностью имитируется на арене, чтобы зрителю было максимально комфортно наблюдать за происходящим.

Команды уже занимались изучением карты местности. База каждой находилась в небольшой деревенской хижине и, похоже, само поле боя представляло собой иллюзорную деревню.

Лонгин лишь мельком увидевший карту, плюхнулся на дешёвое кресло.

— Разбирайтесь там сами, — махнул он рукой.

— Э?! Мастер Лонгин, а вы что будете делать? — спросила Мордред.

— Хм, наблюдать, конечно же, — закинув ногу на ногу сказал владелец святого копья. — Я не собираюсь идти на передовую, мы же не хотим, чтобы враг узнал о моей способности раньше времени, верно?

— Ох, право слово, — произнес мужчина, ранее встреченный Веном у Марко перед Церемонией открытия. — Сейчас все только и делают, что пытаются понять о вашей силе и о том, кто вы на самом деле.

— Так что, мы одни, босс?

— Да, Зефадор Молгин. Ты, Деорса Тод и Мордред отправитесь в бой. Ваших сил будет более чем достаточно, чтобы победить. Малышка Тиара же останется здесь со мной. Возникнут проблемы — докладывайте. И не стесняйтесь пользоваться силами нашей целительницы — возвращайтесь, как только посчитаете нужным. Покажите этим слабакам настоящую силу.

— Я, конечно, не эксперт, но не стоит считать сразу первого попавшегося оппонента слабаком, — Деорса взял слово.

— Не перечь мне, Деорса Тод, я прекрасно осведомлен о силе наших врагов. И я знаю, чего от них ожидать, — Лонгин выдержал небольшую паузу и продолжил. — Хочу также указать вам на весьма важную вещь, о которой вы должны помнить каждую секунду боя.

— Слушаем, мастер Лонгин! — энергично приступила внимать словам своего лидера Мордред.

— За этим боем наблюдает Астир Дуллканис и Вен Антем. Я уверен, я чувствую это.

— Ох, вы все же встретили парнишку, — тихо сказал Деорса.

— Верно. Полагаю, образ недоверчивого и явно недоброжелательного юноши сильно отличается от того, что ты видел у портного?

— Ох, верно. Надеюсь, вы ему не нагрубили хоть? Он весьма добрый малый и…

— Фха-ха-ха-ха! За кого ты меня держишь, Деорса Тод? Я общался с ним так, как посчитал нужным, но там не было напрасной грубости.

— А была только необходимая, да?..

— Необходимая грубость — не грубость вовсе. Она возводится в ранг вынужденной истины, которая обязана быть высказана.

Деорса лишь озадачено покачал головой и решил более не затрагивать тему общения Лонгина с противоборствующей командой.

— Так что нам с того, что кто-то наблюдает, босс? Сейчас много кто смотрит.

— Но важны именно эти двое. Не смейте ударить в грязь лицом, пока они наблюдают. Покажите им свою силу, свои умения. В конце концов, если вы опозорите себя, то и меня тоже. Вы же не хотите этого?

— Ни за что не опозорим вас, мастер Лонгин!

— Мордред. Ты, как и всегда, подаешь правильный пример. Ну же, не медлите — добудьте нам победу!

— Слушаюсь, босс.

— Ох, разве у нас есть иной вариант, кроме как победить?

— Отличный настрой! Мордред, возьми карту местности.

— Хм? Ладно, — Мордред взяла свернутый пергамент. — Но я не понимаю зачем.

— По ней можно найти кратчайший путь назад. А зачем тебе этот путь назад — узнаешь потом.

Рыцарь в отполированной автоброне кивнула.

Так отряд из трех бойцов отправился в битву, пока их лидер и Тиара Танир, обладавшая силами исцелять раны, оставались сидеть на базе, представлявшей собой относительно просторный дом с несколькими комнатами, стоящий на самом краю поля боя. Сама же спроектированная арена представляла собой проекцию зеркальной деревни, где одна половина была полностью идентична второй, а посередине арену пересекал ручей, через который вело три моста: на самом севере, юге, а также между ними. Расположения всех домов, мостов и изгибов ручья были изображены на карте, выполненной в схематическом виде.

Довольный началом, Лонгин устроился поудобнее, ожидая хороших вестей от своей команды.

— Я не малышка… — послышался недовольный голос, исходивший из угла комнаты.

Голос этот принадлежал Тиаре Танир — пожалуй, если не самой молодой участнице всего Турнира, то самой молодой в команде Лонгина. И зная это, иначе как «малышкой» ее не назовешь.

— Хм? А кто же ты тогда?

— Не знаю, но точно не «малышка»! — недовольная, она скрестила руки на груди и отвернулась. — Я полноценный член команды, не надо со мной обращаться, как с ребенком!

Лонгин издал короткий смешок.

— Я и не умаляю твоего членства в команде. Более того, твоя полезность не сравнится с остальными, ведь именно ты можешь выручить остальных в час нужды. И все же, твой возраст и характер не позволяют мне называть тебя иначе, — Лонгин развел руками. — Воистину, тебе остается лишь смириться с таким положением дел.

Недовольно фыркнув, Тиара удалилась в другую комнату, оставив Лонгина в одиночестве, которому он был скорее рад, чем недоволен.

***

— Ох, ну и лидер у нас, конечно…

— Что-то не нравится, Деорса?

— Лонгин с одной стороны излишне уверен, а с другой уж слишком осторожен. Я ведь не один так думаю, правда?

— У босса на то свои причины, Деорса. Лучше сейчас тебе думать не о боссе, а о врагах. Чувствую, они рядом.

— Ох, неужто они нападут на бедного, старого, хромого человека?

— Ха, — Зефадор усмехнулся. — Накинутся как хищник на бедную жертву.

Зефадор Молгин и Деорса Тод остались вдвоем, после того как вспыльчивая Мордред решила остановить потенциальных врагов на юге, оставив на них центр. Пускай они и были против такого необдуманного действия, но Мордред было не остановить и она понеслась сломя голову к южному мосту, в надежде встретить там Армора или любого другого члена Сетей Рыцарства.

— И все же, какое занятное местечко нам попалось, — Деорса окинул взглядом округу. — Лонгин хоть и предупреждал нас о подобном, но я и подумать не мог, что все будет настолько реальным.

— Оно и есть реальное, Деорса. Просто по-особенному.

— Как думаешь, они скопировали это место с какой-то реальной деревушки или полностью спроектировали ее самостоятельно?

— Странные тебя мысли посещают. Какая разница? Эта деревня, существуй она взаправду или нет — поле боя на Турнире.

— Ох, да я просто пытаюсь отвлечься. Волнительный ведь момент! А вдруг у них кто-то сильный? Ох, и страшно же мне!

— Тебе стоит бояться в последнюю очередь. Просто придави их своей силой и готово.

— И все же это так непривычно, ух!

Деорса и Зефадор резко переменились в лице и напряглись.

— Я ведь не один это почувствовал, а, Деорса?

— Не один. Небольшое покалывание в груди.

— Как и думала, — из-за угла одного из деревенских домов показалась розововолосая девушка. — Моя способность на вас не сработает, какая жалость.

— Ох, а вот и первый противник! Милая леди, прошу простить дальнейшую грубость с нашей стороны. Увы, но мы на поле брани.

— Раз знала, что ничего на нас не сработает, то, чего одна пришла? — поинтересовался Зефадор.

— Одна? — девушка озадаченно покачала головой. — Ах, так вы еще не заметили остальных? Не хочу вас расстраивать, но я тут совсем не одна.

Она похлопала в ладоши.

В этот же миг на Деорсу обрушился шквал магических лепестков. Но были таковыми они лишь по виду, ведь одного взгляда на них было достаточно, чтобы осознать их необычность. Они были остры, подобно наточенному кинжалу.

— Берегись! — Зефадор махнул рукой и из нее высвободилась волна синего пламени, защищавшая Деорсу от атаки сверху.

— Фух, пронесло. Благодарю.

— Не теряй бдительности, это не магия девчонки!

— Даже так?

— Именно так, — перед Деорсой с Зефадором предстал очередной участник команды Сети Рыцарства.

Вышедший из вихря разноцветных лепестков мужчина не сильно выделялся на фоне остальных участников. Одетый в преимущественно темные одеяния, он обладал одной отличительной чертой — брошью в виде синего драгоценного камня, закрепленного на груди.

— Хах, так вот кто устроил эту атаку. Может, представишься хоть? — Зефадор обратился к новому противнику.

— Не вижу в этом никакого смысла.

— Да ладно тебе, Райн, представься им. Пусть знают, от чьей руки они сегодня улетят прямо в ротацию лузеров, — со смешком сказала розововолосая девушка.

— Хм, если смотреть на это с такой стороны… Меня зовут Райн Эйнсворт. А вот эту бесполезную выскочку — Венди Грейнзер.

— Райн и Венди, да? Два на два. Правда, одна уже признана бесполезной даже своим товарищем. Ну и плохи ваши дела, ребята, — самоуверенно произнес Зефадор. — Эй, Деорса, покажешь ему, что бывает с теми, кто нападает так подло?

— Ох, наказание за преступление. Достойное воздаяние за такой ужасный поступок. Подобное… мне по нраву. — Деорса стукнул тростью по земле и Райн моментально повалился на землю, будто бы на него свалился груз невиданной тяжести.

— А-а-аргх! Что ты сделал?! — неспособный хоть как-то сдвинуться, Райн испытывал сильнейшее давление. Будто бы сила притяжения для него увеличилась в несколько раз.

— Ну как тебе там, под грузом собственных грехов? — насмешливо сказал Деорса. — Будешь плохо себя вести и я усилю давление.

— Ублюдок! — сквозь зубы прорычал Райн. — Венди, сделай что-нибудь!

— Я бессильна против них, сам ведь видел. Создай там лепестки свои или еще что.

— Я не могу сконцентрироваться! — сквозь боль ответил Райн.

— Ох, не советую тебе сопротивляться, будет только хуже.

— Ладно, Деорса. Хватит с ними играться. Заканчивай с цветочником, а я займусь девчонкой.

— Ладненько. Уж прости, но это ваш конец, — Деорса еще раз ударил тростью о землю.

Но на сей раз ничего не произошло.

— Хм, ничего не понимаю.

— Что такое, Деорса? — в руке Зефадора вспыхнуло синее пламя.

— Я… Не чувствую магии.

— Чего?!

Их взгляд устремился на Райна, покорно лежащего на земле. И хоть он лежал так, будто бы на него действовала способность Деорсы, он улыбался. Злобная ухмылка укрыла хитрое лицо Райна Эйнсворта.

— Боюсь, наш конец еще не скоро настанет, — он сотворил над собой еще несколько острейших лепестков и направил их в Деорсу. — А вот ваш уже близок!

— Вот ведь надоел! — Зефадор выпустил поток пламени из руки, сжигая все запущенные лепестки.

В этот момент Райн подорвался с земли. Любое его движение сопровождалось вихрем лепестков: каждый взмах руки, каждый шаг.

— И я не цветочник! — острые лепестки окружили руку Эйнсворта. Пользуясь такой возможностью, он попытался нанести удар по Деорсе, но тот быстро пресек прямой удар своей тростью и откинул нападавшего.

— Ох, да не обижайся ты так. Лучше скажи, твоих ли это рук дело?

— Нет, я тут ни при чем, — пожал плечами Райн.

— Очень жаль, так бы я решил эту проблему куда быстрее.

— Не зевай, Деорса, помогай! — Зефадор создал огненное лассо и накинул его на Райна, после чего начал набирать пламя для мощного выстрела, который бы наверняка завершил этот бой.

Ситуация была наиболее неблагоприятной для Райна — так считал Зефадор. Ведь действительно, будучи скованным пламенем, что без проблем раньше сжигало без остатка твою магию, мало что можно сделать. И все же…

Вокруг Райна закружил очередной вихрь лепестков и огненное лассо упало на землю, утратив своего узника. Сам Эйнсворт же появился за спиной Зефадора.

— Бу! — тихо произнес он на ухо огненному волшебнику.

— Да сгинь уже! — потоки пламени окружили волшебника и резко распространились вокруг, отгоняя почуявшего безнаказанность Райна. Но поток лепестков спас его и на этот раз, унеся подальше от Зефадора.

— Пламя хаотичное, жестокое и бессердечное. Оно способно лишь нести разрушения, — начал Райн. — Мои лепестки в стократ лучше твоего огня. Подчиняясь моей воли, они могут быть нежнее шелка, оберегая и помогая мне. Либо же могут стать острее стали, карая моих врагов. Я могу выполнять две функции, а ты — лишь одну. Чувствуешь моё превосходство, волшебник синего пламени?

— Какой-то ты больно никчемный для того, кто заявляет о превосходстве. Чего ж тогда еще не одолел нас? Один обессиленный, а один — владеет каким-то там огоньком. Превосходство налицо, так, где же победа, м?

— Зефадор, — Деорса подошел к своему соратнику и начал говорить тихо, чтобы остальные ничего не слышали. — Я уверен, что это дело рук кого-то из их команды. Виновник не мог далеко уйти — сомневаюсь, что сила запрещать использовать свои умения другим действует на большой дистанции. Так что найди того, кто отобрал у меня магию и одолей его. Если магия вернется, то я покончу с этими двумя.

— А ты выстоишь? Этот Райн, похоже, не дурак и понимает риски отпускать нас. Он будет пытаться тебя добить, чтобы побыстрее закончить и со мной, — полушепотом ответил Зефадор.

— Выстою ли я? Ох, у меня нет выбора.

Зефадор кивнул.

— Не оплошай, старик.

— Ох, я не настолько уж и стар, — Деорса ухмыльнулся и похлопал по плечу Зефадора.

Зефадор сконцентрировал магическую силу в руках.

— Ну что, наговорились?

— Вполне! — вся накопленная магическая сила выплеснулась огромным потоком синего пламени. Огненная стена, образовавшаяся в ходе этой атаки, была насколько большой, что затмевала собой небо: небесная лазурь обратилась сумеречным цветом. И этого было достаточно, чтобы полностью пропасть из виду врагов. Пользуясь таким прекрасным моментом, Зефадор направился на поиски обладателя способности, что способна убрать у человека магию, а Деорса, без каких-либо сил, остался, чтобы выступить против Райна Эйнсворта.

Огонь рассеялся.

— Ну и чего же вы добились этим… — осознание ситуации начало подступать к Райну. — Ах, вот оно как. Весьма глупо. Я быстро отправлю тебя к лекарям, уж поверь.

— Не говори гоп, Райн. Пока что ты меня даже не поцарапал.

— Хочешь, исправлю это недоразумение?

— Ох, попытайся, — Деорса ухватился за трость ближе к середине длинны. — Коли не пустословишь.

Райн не знал жалости. Казалось бы, лепестки не могут навредить. Пожалуй, самая прекрасная часть любого цветка — лепестки — никогда и ни у кого не могла бы ассоциироваться с битвой волшебников. Но в этом и была суть магии — перевернуть представление о привычных вещах, манипулировать невозможным, воплощать идею в материю. И пускай выглядит это обычно завораживающе прекрасно, но также часто эта магия становится инструментом для совершения кровавых дел. Так было и сейчас.

Прекрасные цветочные лепестки со свистом, подобно выпущенной мастером-лучником стреле, пролетали мимо Деорсы. Вернее было бы сказать, что лишь некоторые из них пролетали. Все так, как и говорил Райн — они были подобны стали. Так же холодны и столь же остры. Но сейчас это были уже не пустые слова. Эти изящные на вид лепестки создавались лишь для одного — разорвать, пронзить, порезать плоть и обрушить гнев своего владельца на душу врага. И у них это получалось. Вылетая из рук Райна еще чистыми и прекрасными, они испарялись, будучи окропленными кровью Деорсы. Небольшой порез тут, маленькая царапина здесь — эти лепестки раз за разом врезались в плоть Деорсы, разрывая его одежду. Часть он ловил тростью, от части — уворачивался. Но были и те, что поражали бессильного волшебника.

И все же он держался, как и обещал. По рукам и ногам ручейками стекала кровь, но Деорса продолжал стоять ровно. Его пальцы немели, но он продолжал твердо держать свою тростью. Он не знал, сколько еще так ему предстоит держаться. Но знал точно, что если проиграет, то Райн сразу же переключится на Зефадора, а допускать этого никак нельзя. Да и в конце концов, он ведь участвует на Турнире в команде Лонгина. Он не имеет права проиграть кому-то вроде Райна.

Бесконечный обстрел закончился. Но не от того, что у Эйнсворта иссякла мана, нет. Ему просто надоело. Надоело всячески пытаться сломить своего оппонента и лицезреть неудачу.

— Райн, ты немного перебарщиваешь, — высказала свое мнение Венди.

— Молчи… — раздраженный Райн перевел свой взгляд на Деорсу. — Ты… Почему ты никак не упадешь?! Любой другой уже бы выбыл!

— Ох, объяснить, почему? — дрожащим от боли голосом спросил Деорса. — Причина проста. Просто ты бьешь как-то слабовато.

Кровь вскипела в жилах Райна, подобно раскаленному железу. Красные глаза покраснели еще сильнее от злобы. Он на протяжении нескольких минут терзал Деорсу. И все без толку. Ярости Эйнсворта не было предела. Он издал рев, какой повторить не сможет даже разъяренный лев.

— Я покажу тебе свою силу! — стиснув в ярости зубы прорычал Райн. — Я уничтожу тебя!

Райн начал концентрировать столько магической силы, сколько мог себе позволить. Он брал настолько много, что трава под ногами начала двигаться, будто бы дул сильный ветер. Но причина была не в природном явлении — вихри магической энергии окружали Райна, готовящегося нанести удар, что был бы способен снести несколько каменных стен. Деорса понимал, что, скорее всего, после этого удара он попадет в список пораженных. Но даже так он сможет лишить Райна всех сил, что помешает ему в дальнейшем расправиться с Зефадором. Ради подобного Деорса был готов пожертвовать собой в этой схватке.

Закончив все приготовления, Райн сотворил несколько тысяч лепестков, что выстроились, образовав копье исполинских размеров.

— Хья! — Райн, используя остатки своей силы, направил это копье в Деорсу. Победа в этой битве была за Сетями Рыцарства.

Но тут…

Уголки губ Деорсы приподнялись. Он почувствовал небывалый прилив сил. Чары, отбиравшие возможность пользоваться магией, спали.

— Гравитационная Скорбь! — Деорса использовал ту единственную силу, что у него была.

Всё вокруг было окружено пылью. Деорса, получивший магию обратно, использовал слишком много силы. Но это именно то, что было нужно. Ни один лепесток так и не добрался до цели, но пылевой заслон мешал грамотно оценить ситуацию. Используя свою силу, он аккуратно опустил всю пыль, чтобы увидеть результат своих действий: все вокруг поддалось его способности. Здание, из-за которого вещала Венди, лежало в руинах, а сама земля под ногами вдавилась в себя же на несколько сантиметров вглубь. Не было ни следа ни Райна, ни Венди. И все же Деорса понял, что если бы он слышал комментатора, вещавшего для зрителей, то сейчас точно внимал его словам о выбывании двух участников команды Сетей Рыцарства: Райна Эйнсворта и Венди Грейнзер. А вместе с тем и всхлипы зрителей, радовавшихся победе Деорсы, которая далась ему таким болезненным путем.

Возле уха Деорсы образовался небольшой магический круг золотистого цвета.

— Эй, старик, слышишь меня? — проверял связь Зефадор.

— Да, прекрасно слышу.

— Я нашел того, кто отобрал твои силы. Это была еще одна девчонка. Малявка хорошо пряталась, еле ее нашел. Магия вернулась, да?

— Да, и весьма вовремя.

— Отлично, тогда расправься с теми двумя, пока они ничего не поняли.

— Ох, боюсь, с этим будут небольшие проблемы.

— Что такое? — озадаченно спросил пламенный волшебник.

— Ну, как бы сказать. Они уже выбыли.

— Хах! Ай да старик. Отлично. Насколько сильно ты пострадал?

— Дай подумать… — Деорса осмотрел себя. Израненные руки и ноги, разорванная и пропитанная кровью одежда — вот что он увидел. Он задумчиво почесал серебристую бороду. — Хм, одёжку придется подлатать, а так всего пара царапин.

— Ты слишком долго задумываешься перед ответом, когда лжешь. Не рыпайся там особо, я приду и подберу тебя. А потом отведу тебя к Тиаре, понял?

— Да-да, хорошо. Только вот еще что, Зефадор.

— М?

— Спасибо, что управился с ней так быстро.

— Ты шутишь? Я бы мог и быстрее, если бы знал, где она прячется.

— И все же ты вовремя с ней закончил. Еще бы пара секунд и я бы пал в бою. Ох, храбрый герой, выстоявший перед шквалом вражеских атак! Бесстрашно сражавшийся до конца! Такая слава ждала бы меня.

— Не драматизируй. Тебя бы просто перенесло без каких-то травм отсюда. Ну всё, хватит болтать. Если заметишь врага, сразу бей тревогу. Конец связи.

— Да, конечно, — сияющий магический круг растворился в воздухе. — И вот их Лонгин назвал «слабаками»? Кто же тогда будет для него сильным?

***

Рыцарь в серебристых сияющих доспехах. Дикий рыцарь. Рыцарь предательства. Зверь, облаченный в броню.

Народ по-разному отзывался о Мордред. Те, кого она защитила, высказывались о ней лишь в хорошем ключе, в то время как те, от кого она защищала невинных — ненавидели всем сердцем. И на то были причины. Грубая и вспыльчивая, но при этом не лишенная чувства долга и чести, Мордред представляла серьезную опасность для любого, кто станет у нее на пути. Огромная скорость боя, высокая выносливость, несгибаемая воля и верный клинок — все это у Мордред было.

Правда, стоит отметить, что многие считают, что подобными качествами могут обладать лишь рыцари-мужчины, а потому Мордред скрывает свой настоящий пол. В связи с этим в народе ходит молва о парне-вигиланте, помогающим обездоленным своей силой. И никто из спасенных не знает, что за толстым закрытым шлемом автоброни — особого доспеха, подключенного к магическому потоку носителя — скрывается не мужественный воин, а девушка с прекрасными зелеными глазами и золотистыми волосами. Но это никак не мешало ей быть настоящим рыцарем.

Зато природная вспыльчивость не играла на руку даже ее союзникам. Сказав, что займется врагами у южного моста, Мордред покинула своих союзников — Зефадора Молгина и Деорсу Тода и отправилась ждать потенциального врага сама. Хоть она и не знала наверняка, будет ли у южного моста хоть кто-то, но она чувствовала это. Будто бы какая-то неведомая сила подсказывала ей, что именно там она сможет сразиться с врагом. И чувство ее не провело.

Добежав до южного моста, рыцарь, облаченная в автоброню, увидела своего соперника. Еще на подходе Мордред оценила своего оппонента, ведь это первое, что нужно сделать перед боем: у южного моста стояла на вид невысокая девушка с длинными светлыми волосами, облаченная в белый плащ с краями золотистого цвета; на груди, пусть и еле как, Мордред смогла разглядеть латную пластину, защищавшую, очевидно, от ударов в сердце и в область легких; в остальном же враг был одет весьма легко, из-за чего скрывающая свои истинный облик рыцарь сразу же подумала, что в бою противник будет стараться отдалиться от Мордред. Завидев рыцаря, девушка начала радостно махать рукой.

— Э-э-э-эй, сюда! — крикнула она Мордред.

«С чего это она такая дружелюбная? Здесь явно что-то не так», — в голове Мордред промелькнула тревожная мысль.

Добравшись до участника команды Сети Рыцарства, Мордред призвала свой верный клинок — Кларент, и воткнула его в землю.

— Приветствую тебя, неизвестная волшебница. Мое имя — Мордред, — гордо произнесла рыцарь.

— Приветики! Э, погоди. Ты сказал «неизвестная»? А-а-а-а, ну почему все вечно так думают? Я — парень!

— Кхм… Прошу принять мои искренние извинения, — Мордред склонила в голову в знак извинений, но в голове у нее была одна мысль: «Серьезно? Вот это — парень?!».

— Да ладно, ничего страшного, — теперь уже парень махнул рукой. — Таким уж уродился, слишком женственным. Я, кстати, Керенн Белл. Член ордена паладинов.

— Па… Паладинов! Это честь для меня.

— Ой, не смущай меня, меня не так давно туда приняли, так что я еще не достоин подобного отношения.

Встретиться с членом ордена паладинов — великая честь для любого рыцаря. А схлестнуться с ним в поединке — возможность, на которую претендовать могут лишь избранные. Пускай этот орден и родом из Альбио — страны, находящейся на западе от Рейте, за берегами большого Белого моря — но молва о нем ходит по всему миру. Паладины — воины света, сражающиеся во благо своей страны и простых людей, изгоняя всякую нечистую тварь, будь то заплутавший злобный пневматид или даже могущественный демон. Независимо от того, кто предстанет перед паладином, он почует всю мощь праведной ярости этих бойцов. Потому встреча с одним из них уже успела стать тем, что она высечет в своей памяти так же, как высекают знаменательное событие на камне, оставив воспоминание об этой встрече на всю жизнь.

— Ну так что, будем сражаться, или как? Я не для восхищений тебя сюда подзывал.

— Конечно будем.

— Ну так и чего тогда не нападаешь?

— Ты безоружен.

— А?

— Я не собираюсь нападать на безоружного. Покажи проявление своей силы и тогда я нападу.

— А если я просто попытаюсь прибить тебя, но без оружия, то что будешь делать?

— Буду защищаться, очевидно же.

— Хм… ну ладно. Раз так того желаешь, то начну с простенького, — потоки маны начали собираться в ладони Керенна, пока не приняли форму сотканной из света глефы. Глефы, на клинке которой была гравировка, представляющая его в виде клюва какого-то мифического животного. — Так пойдет?

Керенн положил глефу себе на плечо, будто бы владение таким длинным оружием не представляет совсем никакого дискомфорта даже одной рукой. И отчасти это была правда, ведь магическое оружие, будь оно сотворено из простой магии или при помощи особой способности, для владельца весит ровно столько, сколько он хочет. Любой другой схватившийся за это оружие моментально почувствовал бы его массу, в то время как для Керенн оно может быть легче пушинки. Пускай обычно владельцы подобного оружия и просто подбирают комфортный для себя вес, но иногда этой возможностью пользуются более изощренно. К примеру, чтобы быстро опустить оружие вниз, необходимо просто многократно увеличить его массу, чтобы рука сама опустилась под неподъемным весом, а потом в нужный момент вернуть его в нормальное состояние. Подобный способ хоть и опасен, но в случае с достаточно выносливым и крепким волшебником может возыметь неплохой эффект.

— Ха, совсем другое дело! — Мордред вытащила меч из земли. Хоть вела она себя и уверенно, но на самом деле ее волновал этот бой. Конечно, она целиком и полностью знает свои возможности и Керенн, очевидно, им не ровня. Но идти с мечом на такое длинное оружие как глефа — рискованно даже для нее. Вся сложность заключается в сокращении дистанции, чтобы было комфортно пользоваться мечом. В то же время, рыцаря волновало и то, что Керенн назвал глефу «простеньким». Это, вероятно, указывает на наличие и иных козырей в руках паладина.

Мысли обо всем этом бушевали в голове Мордред, но вести себя она должна уверенно, не показывая своих опасений. Ведь именно так сражаются те, кто стоит под знаменем Лонгина.

— Знаешь, Мордред. Я не совсем уверен, что ты будет биться со мной серьезно. Многие не бьются со мной и в полсилы, хотя многих я одолел бы, сражайся они хоть сверх возможностей. Поэтому, хочу сразу оговорить условия боя. Ты не против?

— Нет, возражений не имею, — Мордред покачала головой.

— Отличненько! Тогда, хм… О, знаю! — Керенн показал пальцем число «один». — Если ты будешь сражаться серьезно и победишь, я поделюсь с тобой важной информацией о нашем лидере.

— Об Арморе?

— Да! Он кое-что нам сказал перед боем. Очень важное, что тебя, конечно, заинтересует. Не волнуйся, оно того стоит. Ну так что, по рукам?

Мордред утвердительно кивнула.

В ее голове начали появляться самые разные мысли на этот счет, но одно она понимала точно — не будь информация действительно достаточно важной, Керенн бы никогда не предложил ее взамен на хороший бой.

— Прекрасно, тогда начнем! — Керенн сделал резкий выпад вперед с выставленной глефой.

— Пусть песнь наших клинков зачарует публику! — Мордред приняла удар своим мечом и два воина застыли, пытаясь пересилить друг друга.

Мордред, чья сила была в скорости и грубых, резких движения стояла против Керенна, чья прерогатива была еще неизвестна. Они скрестили клинки и начали свою битву.

Отразив первую атаку паладина, Мордред ринулась вперед, издав боевой клич. Керенн отпрыгнул настолько далеко, насколько ему могло позволить его тело волшебника. Теперь уже не паладин был нападающим, а рыцарь, клинок которого испускал с каждым ударом кровавые волны чистой магической силы. Немного отступив, Мордред вновь ринулась в бой с еще большей скоростью. Она атаковала настолько быстро, что лязг стали не умолкал ни на секунду. Магическое оружие ревело, рассекая воздух и сталкиваясь с себе подобным.

Но и Керенн не собирался сдаваться. Он сдерживал все удары Мордред, которые временами были настолько быстрыми, что уследить за ними было практически невозможно. Паладин терпеливо держал натиск кровавого рыцаря и ждал удобного момента для контратаки. И такой момент наступил. Керенн что есть силы нанес удар глефой в правый бок Мордред, отчего ее автоброня немного поцарапалась. Отпрыгнув друг от друга, паладин и рыцарь решили перемолвиться парой слов.

— Неплохо сражаешься, алый рыцарь

— Алый? Меня так еще не называли. Признаюсь, подобное прозвище мне по нраву. И, признаться, ты меня изрядно удивил — смог найти окно для своего удара в шквале моих атак.

— Ха, тебя это удивляет? Тогда следующее тебя совсем поразит. Вижу, ты достоен увидеть мою силу. Свалинн! — перед паладином образовался прекрасный щит. Большой щит был похож на два крыла, а посередине были кругом выгравированы какие-то неизвестные золотистые руны, излучавшие таинственную силу. — Познакомься, это Свалинн! Мой верный щит.

Свалинн закружился вокруг Керенна, явно давая понять, что пользоваться паладин им может даже дистанционно.

— Щит, значит? Так твой козырь — защита?

— Правильно, — паладин щелкнул пальцами. — Молодчина, что угадал.

— Ха, тогда бой станет еще интенсивнее. Мой козырь — атака. Посмотрим, достаточно ли твоего щита, чтобы защититься от моего меча.

— Только сразу предупреждаю. Он так много впитывал в себя солнечных лучей, что сам стал своего рода Солнцем. Поэтому бей по нему аккуратнее, ладно?

— Ты видно шутишь.

Мордред еще крепче ухватилась за Кларент. С криком «продолжаем», рыцарь выпустила магическую энергию через автоброню и пошла в атаку. Изначально наступая с обычной скоростью, она моментально разогналась до невероятных скоростей — настолько больших, что человеческий глаз более не был способен видеть ее. Но Керенн ориентировался не по глазам, а по окружающей магии. Так наступление алого рыцаря продолжилось. Удары были стремительнее ветра и смертоноснее любой другой подобной атаки. Одного попадания было бы достаточно, чтобы Керенн проиграл. Но паладин не был так прост. Свалинн, великий щит Керенна, вставал на защиту своего хозяина от каждого удара даже несмотря на превосходящую скорость противника. Скорости, который обычный человек даже при всем желании достичь не был способен. А золотистый паладин и алый рыцарь сражались на подобных скоростях. Это была битва настоящих сверхлюдей, зовущихся «волшебниками». И пускай они не метались огненными шарами, не изменяли ландшафт силой мысли и не стреляли разрядами молнии, они все равно показывали, что достойны называться магами.

Львиный рев схлестнувшейся в битве Мордред слышался отовсюду, ведь она была буквально везде. Временами она двигалась настолько быстро, что отталкивалась от воздуха, воспаряя и атакуя Керенна сверху. Но даже так он сдерживал рыцарский натиск. Но вот, на один удар он не успевал подставить щит. Окно возможностей, окно победы открылось перед Мордред, которая совсем позабыла, что глефа никуда не делась. Мощный удар пришелся по ней и пускай оружие и раскололось на части, сам Керенн оставался невредимым.

Мордред тяжело дышала. Битва на такой скорости требовала невозможного количества магической энергии. С боевым кличем, она нанесла еще один, самый мощный удар мечом, какой только могла нанести. Свалинн немедленно переместился, приняв весь удар на себя. Удар был настолько мощным, что Керенну пришлось поддерживать щит руками, но даже так земля под его ногами просела под давлением алого рыцаря, а ударная волна достигла моста, стоящего в пятидесяти метрах от места битвы.

Мордред отскочила назад.

Тяжело дыша, она обратилась к паладину:

— Впечатляет. Мой Кларент ударил по твоему Свалинну более двухсот раз, и все же твоя оборона не спала, паладин.

— Я удивлен не меньше. Скорость, с которой ты сражаешься — поразительна. Я не думал, что существуют люди, что способны двигаться так быстро. Должен признать — ты сильнее всех, кого я встречал за свою жизнь. Честно говоря, на Свалинне даже царапины появились, а такого еще никогда не было.

— Ха, царапины? Да я раскрошу его!

— Не похоже, что ты пойдешь на второй заход.

— На такой скорости — нет. Но вот немного помедленнее смогу.

— Не нужно.

— А? — недоумению Мордред не было предела. — Почему?

— Все дело в том, что полезная информация, которую я хотел тебе дать, будет бесполезна, если мы продолжим дальше. Я уверен, что ты сможешь сражаться так часами. И я вижу, что ты не скрываешь свои сильные стороны, полагаясь на скорость. Все как я люблю!

— Тогда что ты предлагаешь?

Паладин выставил перед собой щит.

— Еще никому не удавалось его пробить. Докажи, что подобное — возможно. Я ведь вижу, что в Кларенте скрыто много силы. Высвободи ее. Прямо в меня.

— Хе, потом не жалуйся.

— Готов сказать тебе то же самое. Свалинн собирал энергию каждого удара. Настала пора высвободить ее всю.

Два воина решили завершить свой поединок наиболее достойным образом — показав друг другу всю свою силу. Они не собирались играть в поддавки, не собирались хитрить или как-то выкручиваться. Они желали лишь продемонстрировать свою силу. Узнать, кто же по итогу достойнее нести звание «победитель» в этой битве.

Алый рыцарь взяла Кларент двойным хватом. Клинок загудел, а с него со всех сторон начала сочиться магическая энергия красного цвета. Мордред готовилась закончить все одним ударом.

Руны на Свалинне начали светится ярким свечением. Любому, даже мельком глянувшему на щит человеку показалось бы, будто он смотри прямо на солнце. И так оно и было. Даже Мордред, стоявшая поодаль в шлеме щурила глаза от настолько яркого света. «Подобный свет настолько же яркий, как от Лонгинуса», — подумала алый рыцарь.

Два оружия, что достойны стать легендами этого мира, будучи легендами мира другого. Кровавый Меч Кларент и Щит Солнца Свалинн. Два артефакта, таящие в себе невообразимую силу. Мастер-волшебник с первого же взгляда на них понял бы, что могущества, скрытого в них, хватит на уничтожение целого селения или даже города.

— Сва… — закричал Керенн.

— Кла… — взревела Мордред.

— линн!

— рент!

Лишь миг все было спокойно.

Неудержимая энергия высвободилась всеразрушающим потоком из Кларента и Свалинна. Яркий желтый свет столкнулся с темной алой энергией, напоминавшей молнию. Два потока чистой силы, от столкновения которых земля под ногами полностью выгорела, вода вышла из ручья, а все окружавшие двух бойцов дома и мост были снесены в одночасье.

Сила, достойная зваться легендарной, была высвобождена уже в первом бою. Пускай ни Мордред, ни Керенн не знали, что говорит комментатор и как реагируют зрители, но они чувствовали, как все затаили дыхание, волнуясь за исход столкновения подобного могущества. Желтый свет и алая молния закружились в смертоносном танце, пытаясь пересилить друг друга.

И все же.

Идеальной защиты не бывает.

Свалинн дал слабину. Алая волна обрушилась на паладина. Волна, пожравшая свет, поразила Керенна. Неспособный сдерживать ее, он отдался воле судьбы и принял свое поражение.

Алая волна сошла. Вокруг царила пустота. Все растения, что тут когда-то росли, все деревья, дома — всего этого больше не было. Столкновение воли двух бойцов, желавших показать себя настоящих, разрушило все, что было.

Алый рыцарь упала на колени, опираясь на свой меч. Мордред была без сил.

— Похоже, я проиграл, — весь изувеченный, Керенн лежал на полностью выжженной земле. — Слушай меня, Мордред. Армор Грейсон решил обойти всех и направится прямо к Лонгину. Он хочет сразить его сам. Хочет увидеть его силу.

— Что? Ты шутишь, — Мордред собиралась подорваться с места, но с грохотом упала на черствую землю. В ней не было ни капли силы даже устоять на ногах.

— Он передвигается медленно. Но вполне возможно, что он уже достиг вашей базы. По его мнению, Лонгин именно там. Это то, что я собирался сказать тебе.

— Но… — Мордред протянула руку к Керенну, но тот разлетелся миллионом маленьких частиц, что свидетельствовало о переносе с поля боя. — Дерьмо!

Со всех оставшихся сил алый рыцарь ударила кулаком по земле.

Неожиданно, она почувствовала, как кто-то пытается с ней связаться.

— Прием, это Зефадор. Мордред, объясни, что у тебя случилось?

— В каком смысле?

— Да в прямом! Мы с Деорсой только что увидели громадный желто-красный взрыв. Волна была настолько сильной, что до нас дошла!

— А, ты об этом. Забей, это я сражалась с одним парнишей.

— Как понимаю, он проиграл?

— Конечно! Никто от такого не выстоит.

— Отлично. Мы одолели еще троих. Остался только главарь, так?

— Да. И насчет него, — Мордред, так и не договорив, сильно закашляла, отхаркнув немного крови.

«Неужели настолько перестаралась?», — с осознала она с ужасом.

— Мордред, что насчет Армора?

— Он у мастера Лонгина.

— У босса?! Но ведь ему нельзя пользоваться своей силой.

— Вот именно. Нужно спешить.

— На мне тут сильно израненный Деорса. Мы сейчас идем на базу, но помочь вряд ли чем сможем. Да и ты самая резвая из нас. Босс ведь дал тебе карту? Сориентируйся, как быстрее дойти. Как только мы прибудем, я окажу тебе поддержку. Удачи, Мордред. Конец связи.

Мордред осталась наедине со своими мыслями.

Она понимала, что Лонгину нельзя показывать свою способность. Никто из врагов не должен увидеть главный козырь в рукаве Копья Судьбы. В то время как цель Армора Грейсона — раскрыть всем его силу.

«Как же так… Я не могу позволить Армору добиться своего. Я…», — Мордред пребывала в отчаянии от бессилия. Она поддалась на провокации Керенна и использовала всю свою силу. Сейчас она даже сомневалась, было ли это предупреждение от паладина жестом доброй воли или же жестокой издевкой.

«Я должна… исполнить свой долг. Я дала клятву рыцаря. Я обязана!» — опираясь на верный клинок, алый рыцарь поднималась на дрожащие ноги.

«Если я смогу поглотить еще немного силы, то обязательно успею» — промелькнула мысль в голове.

И Мордред приступила к исполнению задуманного.

С яростным криком она принялась поглощать алую энергию из округи, оставшуюся здесь после столкновения с силой Свалинна. Автоброня, раскрывшаяся для поглощения маны, резко закрыла все ходы, как только дальнейшее поглощение было бы слишком рискованным.

Получив временный заряд энергии, Мордред волей открыла секретный отсек автоброни на запястье и достала оттуда карту местности.

«И как я буду ориентироваться, если все снесло к чертям? Ладно, разберусь. Мастер Лонгин, я иду!»

И верная рыцарь устремилась к тому, кому поклялась в верности.

***

Лонгин сидел в приватизированном кресле. Откинув голову и закрыв глаза, он просто отдыхал, ожидая победных вестей от своей команды. Полностью расслабленный, неготовый к любой схватке. Словом, он был идеальной жертвой для Армора Грейсона, успешно продвигавшегося к дверям базы Копья Судьбы.

Так как поле битвы представляло собой две зеркальные половины, Армор отлично представлял планировку чужой базы. Он знал, где будет стоять каждый стол, стул, где будет окно, в какую сторону повернута мебель. В своей голове он проработал множество вариантов защиты от силы Лонгина. Получив сведения от своей команды, Армор наверняка знал, что ни Мордред, ни Деорса с Зефадором ему не помешают. Оставалась лишь Тиара и сам Лонгин.

Пускай Армор был и не самым умным или сильным членом команды, но целеустремленности ему не занимать: поставив перед собой цель раскрыть всем силу Лонгина, он не собирался останавливаться, даже если придется проиграть.

И вот она. Заветная дверь простенькой на вид деревенской хижины. Но аура превосходства, сочившаяся через щели не оставляла сомнений — внутри сидит главная цель, Лонгин. Не церемонясь, Армор выбил дверь и сразу же сотворил свой магический клинок. Может этот меч и был безымянным, остроты и опасности в нем не меньше, чем в именном. Холодная сталь всегда эффективна, а уж когда она сотворена из магии, так тем более.

Перед Армором предстал Лонгин во всей своей красе. Расслабленный, невозмутимый и нисколько не удивленный появлением главы Сетей Рыцарства на пороге своей базы.

— Приветствую тебя, Армор Грейсон. О правилах приличия ты, очевидно, даже краем уха не слышал. Но представим, что это ты просто так сильно постучал, а я дал тебе разрешение войти, — Лонгин указал на куски выбитой деревянной двери. — Согласись, постучись ты как любой нормальный человек, ты произвел бы совсем другое впечатление. Но ты решил поступить методом варваров, что же, примем это как данность и забудем.

— Хватит пустой болтовни, Лонгин. Раз ты не удивлен моему появлению, то должен догадываться, зачем я здесь.

— Да, конечно, — на лице Лонгина красовалась ехидная ухмылка. — Ты спаситель всех несведущих. Мессия, что разоблачит опасного врага и расскажет всем правду о его скрытой силе. О страшном могуществе, которым этот враг владеет. Так ведь, да?

— Можно и так сказать.

— Ну давай, гений, показывай, как ты собираешься вынуждать меня использовать скрытую силу. Неужто опять что-то про честь начнешь задвигать?

— Нет, сделаю проще, — Армор быстро, подобно порыву ветра, подобрался к Лонгину и занес меч на его шеей.

— Ты ведь в курсе, что моё поражение ничего не изменит? Я просто буду в стане выбывших, но оставшаяся команда разберется с тобой.

— Разберется? Мои ребята как раз занимаются твоими. Как думаешь, непробиваемый щит проиграет хоть кому-то из твоих? Или может… — безудержный смех прервал речь Армора. — Что смешного?!

— Да ничего. Просто, знаешь, когда ты гордишься своими соратниками, ты и говоришь о них с гордостью. Не хвалишься их придуманными титулами, не пытаешься парировать оппонента вбросом о том, какие же именно твои товарищи сильные. Подобные заявления исходят не из бравады, а из настоящей уверенности. У тебя же высказывания берут свое начала именно из первого. Как и сам ты — обыкновенный хвастун.

— Мой меч все еще готов отправить тебя в лекарскую койку, Лонгин.

— И это ничего не поменяет, как я уже и сказал.

— Поменяет. Ведь для тебя будет позором проиграть такому, как я.

Впервые за долгое время самовлюбленная ухмылка сошла с лица Лонгина.

Армор сказал правду. Он понимает, что Лонгину нечего терять, кроме своей гордости. И именно по ней решил ударить лидер Сетей Рыцарства.

— Значит, готов рубить безоружного? А как же рыцарская честь? — Лонгин попытался задеть Армора.

— Честь? Она меня не волнует. Победа — вот это настоящая честь. Честь зваться победителем. Каким бы исход этой ситуации ни был — я выиграю. Ты или падешь от моей руки и я стану тем, кто впервые сразил и опозорил тебя. Либо же ты покажешь всем свое могущество и я стану тем, кто помог остальным. Сказка, а не исход, согласись.

— Вот оно как, — ухмылка вновь воцарилась на лице Лонгина. — Руби.

— Уверен? Готов нести позор проигравшего?

— Давай быстрее. А то вдруг я передумаю и прибью тебя на месте?

Армор приготовился к удару. Каждой частичкой своего разума Грейсон хотел, чтобы Лонгин передумал. Но решение лидера Копья Судьбы было неизменным. Он все еще расслабленно сидел в кресле, ожидая судьбоносного удара. Клинок, занесенный высокого над шеей Лонгина, со свистом полетел вниз.

Но вместо звука врезания в плоть по комнате раздался лязг стали о сталь. И комнату покрыла алая энергия.

— Что? Но как?! — Армор начал паниковать. Керенн должен был победить, ведь Свалинн ничем не пробить, а его владельца — никак не одолеть.

— Я прибью тебя, подонок! — яростно прокричала Мордред. Из-под ее шлема капала кровь. — Никто не навредит моему!..

Резким движением она отвела клинок Армора в сторону, а затем оттолкнула его как можно дальше от Лонгина.

Убедившись в сохранности Лонгина, алый рыцарь набросилась на Армора, как хищник на свою жертву. Грейсон еле успел среагировать и вовремя подставить меч, защитившись от удара.

Все пошло не по его замыслу. И он всем сердцем не хотел проиграть так.

Отбив атаку Мордред, Армор замахнулся своим мечом, но быстрый, словно молния, удар алого рыцаря тотчас же пронзил Армора, пробив его толстый доспех. Глава Сетей Рыцарства сплюнул кровь. Он был поражен. Стальной меч с грохотом, как и его владелец, повалился на пол. Армор чувствовал неведомую силу, что тянет его. Он понимал, что совсем скоро исчезнет и ничего поделать с этим уже не сможет.

— Армор Грейсон, — обратился к поваленному рыцарю Лонгин. — Увидь разницу между тем, кто считает честь методом достижения цели и тем, кто видит в чести собственное чувство достоинства. Это то, в чем ты оплошал с самого начала, коллега. Ты не был рыцарем, хоть и состоишь в соответствующей организации. Ты был простым меченосцем в жестяной броне, считавший себя рыцарем.

— Лонгин…

— Я раскрою тебе небольшую тайну, Армор Грейсон. Моя способность действительно могущественна. А потому применять я ее буду лишь в битве с достойным. Ты в эту категорию не входишь. Стань лучше и тогда, если выйдет, мы сразимся вновь, но на этот раз без секретов и хитростей. А так… ты проиграл.

Армор растворился на тысячу огоньков.

С его поражением проиграла и его команда. В комнате вновь стало тихо и спокойно, будто бы решающей стычки тут и не было.

— Мордред.

— Да, мастер Лонгин? — алый рыцарь преклонила колено.

— Я не сомневался в тебе. Но, как вижу, тебя неплохо потрепали.

— Это лишь моя оплошность, не стоит переживать из-за этого.

— Не стоит? Пожалуй, я буду решать, что стоит делать, а что нет. В любом случае Армор ведь был последним, так?

— Да. Остальных удалось победить мне и Зефадору с Деорсой. Правда, Деорса сильно пострадал, насколько я знаю.

— Ничего. Мы залечим его раны. Вы все заслужили отдых. Особенно ты, Мордред. Твой Кларент, как и было обещано, защитил мою жизнь.

— Мастер Лонгин, у меня есть вопрос.

— Внимаю.

— В самом начале вы дали мне карту, сказав, что так можно будет легко найти путь назад. Неужели вы…

— Знал обо всем? Отчасти. Я догадывался, что все обернется подобным образом. Но я не знал деталей. А потому безмерно благодарен за добытую победу. Первый бой закончился нашим триумфом. А посему остается лишь наслаждаться им.

Так Копье Судьбы завоевало свою первую победу на тяжелом пути к званию чемпионов.