От молнии Сетсуну защитила худая девушка.

Она прибежала от жриц и оказалась между Сетсуной и Ашубой.

И точно щит прикрыла девушку.

Прежде чем молния успела ударить в спину, тело Машури засияло.

Она упала на Сетсуну.

— Машури!

Девушка подхватила её перед падением.

— Сетсуна...

Церемониальная одежда на спине оказалась выжжена. На коже тоже был ожог.

Но... Она не умерла. Не умерла. Выжила. И от неё исходило голубое свечение, напоминающее огонь. Свет алхимии.

— Машури! Ты в порядке!

Она подняла голову, но глаз не открыла.

— Машури... Твои глаза...

— Не переживай. Я ими всё равно не видела. Куда важнее... А, ух... А-а!

Всё тело девушки начало корчиться от боли.

— Машури!

— Ух! Не просто потеряла, эта боль... Заставляет страдать всё тело...

— Машури... Что с тобой случилось?..

— Всё хорошо. Со мной всё нормально... Сейчас надо бежать отсюда, тут нечего делать.

— Нечего?

И тут всё задрожало.

С потолка посыпались камни.

... Землетрясение? Нет, это...

— «Песчаный червь» пробудился...

Барьер духов был разрушен.

И позади прозвучал рёв.

Хотелось обернуться, но она не могла отвести взгляда от мужчины, смотревшего на Машури.

Инквизитор в чёрном видел, что происходило сзади.

Он не продолжал нападать, потому что внимательно следил.

Губы Ашубы искривились:

— Мечница Вадатсуми. Это твой гость...

— Нет, нет!

Не открывая глаз, Машури повернулась к нему.

— Это не вина Сетсуны! Это мы запечатали «песчаного червя», а хаос здесь устроил ты! — сказала она.

Девушка выбралась из рук Сетсуны и встала на свои ноги. Прикусив губу, она точно что-то терпела.

— Еретичка!

— Называй мня как хочешь. Но то, что ты сделал...

Машури повернулась к лежавшим жрицам и священнику.

Они не двигались. Огонь жизни в них угас.

Лишённая зрения Машури «видела» это.

— Какой ужас...

— Какие-то проблемы? Я же говорил. Я отправляю грешников к богу. В этом я убеждён лучше кого бы то ни было!

— Твоё прошлое было ужасным. Но ты выбрал неверное будущее, — Машури обращалась к Ашубе.

Из закрытых глаз вытекали слёзы.

— Ты жалок...

— Что?

— Твои действия непростительны.

— Непростительны? Хо. Даже если так, что с того?

— Тебя надо судить.

— Я инквизитор. Это я всех сужу, а не меня.

Сетсуну выворачивало от его слов.

А, точно.

Этот мужчина уже...

Девушка поняла.

«Ты тоже преступница! И отправишься к богу!»

Эти слова были направлены не ей.

Мужчина знал, кто он...

Раз, видя слёзы Машури, он ничего не понял, ему стоило винить лишь себя.

— Ты выбрал неправильный путь, инквизитор Ашуба.

Взгляд Ашубы переметнулся на Сетсуну.

Она приняла его. И страха в её глазах больше не было.

— Я поняла. Ты был таким же как я. Боясь чего-то лишиться, я хотел быть на стороне тех, кто отнимает. Тогда ничего не заберут.

Она училась обращаться с мечом и сражалась с теми, кто пытался что-то у неё отнять.

— Ты такой же. Не хочешь, чтобы судили тебя, потому судишь сам... И веришь, что так никто не будет винить тебя.

Сетсуна поняла. Это неправильно. Только не так.

Просто становиться сильнее неправильно.

Тогда как правильно? Этого она пока не знала.

— Став инквизитором, ты решил, что получил индульгенцию. И тебя больше никто не обвинит.

— Мечница Вадатсуми, что ты пытаешься сказать...

— Но твоему сердцу неспокойно. Когда-нибудь... Кто-то из твоей родной деревни придёт и расскажет о твоём преступлении. И этот страх не уходит. Глубоко в душе ты знаешь, что сделал. Ты судишь других, поддерживая своё положение и успокаивая себя. Потому ты...

— Замолчи!

— «Восемь взрывов»!

Молнию Сетсуна отразила катаной.

Она смогла выдержать. Из меча вышел фейерверк искр, по телу прошлось онемение, но гнев был сильнее боли.

— Не может быть! Приняла и вытерпела?!

Сетсуна уже приближалась к нему.

— Ашуба! Искупи свои грехи!

— Не недооценивай меня, девчонка! «Святая сфера»!

Сетсуна уходила от светящихся сфер. Магия — вещь сложная, но от магии молнии она могла уклониться и подходила так, что её даже не задело.

— «Звёздный поток»!

Она взмахнула катаной. И вспышка поглотила Ашубу.

Мужчина попытался остановить лезвие света катаной, которая находилась в его руке.

Но его задумка не увенчалась успехом.

— Что?!

Лезвие света разрубило катану и достало Ашубу.

Рана была неглубокой. Девушка попала, но и только. И всё же эффект был.

— Глаза! Глаза-а-а-а-а!

Ашуба выронил катану и схватился руками за лицо.

Между пальцев текла кровь.

— О, не вижу! Где ты... Еретичка! Вы забрали у меня всё! Не прощу, не прощу... Вы должны умереть! Умрите! Умрите, умрите, умрите!

Из глаз лились кровавые слёзы, а сам Ашуба атаковал магией, но ничего не видел, потому не мог попасть в Сетсуну.

Вся магия уходила в пустоту. Даже уклоняться не надо было.

Ревя, Ашуба повторял «умри», и, шатаясь, шёл вперёд...

Он не видел. Куда же он шёл?

Он ничего не видел. Куда же он направлялся? Миг, когда Ашуба выбрал неверный путь.

А, он направляется сюда...

— Твои злодеяния вернулись к тебе... — прохрипела Машури.

Голос Ашубы таял.

«Песчаный червь» проглотил его. Вниз упала только обувь.

Пережевав, червь заревел.

— Следующей буду я.

— ... О чём ты?

— Ты же помнишь, о чём говорил священник? «Песчаного червя» может подманить жрица, в теле которой много алхимии. Это существо питается алхимией в телах живых существ.

— Вот как. Для этого и нужен алхимик...

По спине пробежал холодок. Так Машури станет следующей... Нет, стоп...

— Смотри!

«Песчаный червь» поднял голову и посмотрел на потолок.

— Наверху?..

— Похоже он увидел что-то на поверхности.

Там есть кто-то, у кого ещё больше алхимии!

Потолок был высоким, даже вытянувшись «песчаный червь» не мог до него достать. Потому направился к стене.

Ударившись головой об стену, он начал крошить землю. Вертясь, он копал.

— Плохо! Надо предупредить всех.

— Да. Пошли назад!.. А.

— Всё хорошо. Глаза не видят, но я могу «видеть». Побежали.

— Хорошо. Но... Дай хоть за руку возьму.

Сетсуна подняла фонарь, валявшийся рядом с жрицами, и схватила Машури за руку.

— Полагаюсь на тебя.

Сетсуна и Машури поспешили назад.