Южная Облачная Страна.

Бессмертный город Огненной Хурмы.

Родовое поместье семьи Нин.

Сегодня был важный день для семьи Нин — день объявления итогов.

Около сотни подростков, шестнадцати-семнадцати лет, собрались у доски с результатами. Все они обладали потенциалом к культивации и были надеждой семьи Нин.

— Не толкай меня!

— Эй, подвинься.

— Вижу! Вижу своё имя! Двадцать девятое место! О боже, я в числе тридцати лучших!

Внезапно один из подростков в толпе вскинул руки в торжествующем жесте.

Толпа, которая до этого шумела и толкалась, на мгновение замерла. Все взгляды устремились на ликующего юношу, полные зависти.

Этот Великий Экзамен был для них крайне важен. Теперь они больше не могли просто обучаться в семейной академии , сосредоточившись только на культивации. Им предстояло вступить в различные отрасли, работать и приносить пользу производству.

Тридцать лучших по итогам экзамена получали возможность присоединиться к ключевым сферам деятельности семьи Нин, что сулило им гораздо более светлое будущее.

С течением времени подростки, попавшие в топ-30, либо громко смеялись, либо прыгали от радости. А те, кто оказался ниже, выглядели угрюмыми и подавленными.

Шестнадцать лет назад семья Нин пережила массовое переселение, понеся тяжёлые потери. Они бежали в Город Огненной Хурмы в жалком состоянии.

Но со временем восстановились, вновь окрепли и, в конце концов, сумели пустить корни, став одним из значимых кланов культиваторов в городе.

С самого рождения детей семьи Нин проверяли на талант, а затем ежегодно трестировали до двенадцати-тринадцати лет.

Тех, у кого выявлялся потенциал к культивации, отправляли в академию , где они обучались за счёт клана и могли полностью посвятить себя развитию.

Среди толпы находился подросток с запоминающейся внешностью, но одетый довольно просто. Его звали Нин Чжоу

Лицо Нин Чжоу было полно беспокойства, когда он напряжённо смотрел на доску с результатами.

И вот, он увидел своё имя — тридцать первое место!

Совсем немного не хватило до заветной тридцатки…

Нин Чжоу замер, потрясённый.

В следующий момент его тут же вытолкнули из толпы другие подростки.

К нему подошёл высокий и стройный юноша, дружески похлопав по плечу:

— Нин Чжоу, ты обычно занимал места в двадцатке. Почему в такой важный момент показал столь слабый результат?

Нин Чжоу даже не нужно было поднимать голову, чтобы понять, кто перед ним.

Он всё же поднял взгляд.

Конечно же, это был Нин Цзи.

Нин Цзи смотрел на него с сочувствием и заботой, но в глазах мелькал скрытый оттенок злорадства. В Академии он всегда уступал Нин Чжоу по всем предметам, но на этот раз ему удалось его превзойти — и как раз на Великом Экзамене!

Взгляд Нин Чжоу стал рассеянным. Он снова машинально посмотрел на доску объявлений и пробормотал:

— Я… сам не знаю…

Вокруг него было немало других подростков с похожими выражениями лиц, что только подчёркивало торжествующий вид Нин Цзи.

В этот момент к ним подошли двое других подростков.

Нин Цзи бросил на них взгляд и, с самодовольной ухмылкой, снова похлопал Нин Чжоу по плечу:

— Я пойду. А ты лучше возвращайся домой. Родители заждались результатов экзамена.

Пришедших звали Нин Чэнь и Нин Юн,

Нин Юн небрежно сказал:

— Нин Чжоу, я видел твой результат. Видимо, сегодня был не твой день.

Нин Чэнь толкнул его локтем:

— Даже если не его , он всё равно набрал больше, чем мы.

Нин Юн поморщился:

— Но какое в этом теперь значение? Он не вошёл в топ-30, а значит, мы в одинаковом положении. В предприятия семьи Нин нас не возьмут.

Нин Чэнь вдруг сказал:

— Я слышал, что даже тем, кто занял места до тридцать пятого, можно попасть в семейные предприятия. Нужно лишь, чтобы за тебя поручился кто-то влиятельный, или… если есть связи.

— У тебя ещё есть шанс.

Глаза Нин Чжоу вспыхнули надеждой:

— Правда?!

Нин Чэнь кивнул:

— Поспеши. Поговори с дядей и тётей. Эти места ограничены, и если замешкаешься, их займут другие.

На лице Нин Чжоу появилось волнение:

— Я… я сейчас же побегу к ним объяснить всё! Спасибо!

С этими словами он бросился прочь, переходя на бег.

Нин Юн смотрел ему вслед с неоднозначным выражением лица и пробормотал:

— Выходит, Нин Чжоу действительно возможно сможет попасть в семейные предприятия семьи Нин.

Но Нин Чэнь лишь покачал головой:

— Сомневаюсь.  Я случайно услышал кое-что про его семью…  Его отец погиб до его рождения.

А когда ему было всего год или два, мать тоже скончалась от болезни. Он жил в доме у дяди, но хорошей жизни там не видел. Его двоюродный брат постоянно его притеснял.

Дядя с тётей к нему холодны. Если для попадания в семейные отрасли нужны связи и подарки, они вряд ли захотят тратиться на него.

Нин Юн нахмурился:

— В такой важный момент? Они же понимают, что это решает его будущее!

Нин Чэнь вздохнул:

— Кто знает…

——————

В это время.

Главный особняк семьи Нин.

— Госпожа! Госпожа! Вы заняли первое место на Великом Экзамене! — взволнованно вбежала служанка, её лицо пылало от радости.

В центре комнаты, склонившись над столом, сидела Нин Сяохуэй, потомок главной линии семьи.

Она не отвлеклась.

Её тонкие пальцы скользили по бумаге для талисманов, оставляя за собой холодный след. Вскоре перед ней появился талисман Леденящего Мороза.

Нин Сяохуэй взглянула на него и удовлетворённо улыбнулась.

Она опустила взгляд на свои руки и тихо пробормотала:

— С Нефритовыми Ледяными Руками мне было предначертано блистать в искусстве создания талисманов. Что особенного в первом месте?

— Среди моих сверстников нет никого, кто мог бы соперничать со мной.

Её взгляд скользнул по пальцам.

Её лицо было обычным, но руки — восхитительными, словно выточенными из белого нефрита. Длинные, изящные пальцы, безупречно ухоженные ногти, мерцающие, как жемчужины в воде.

В лучах солнца её запястья казались полупрозрачными, а нежные голубые прожилки напоминали нити из нефрита.

Она не спеша развернула ладонь.

Изящно сложив пальцы в печать, она замерла, словно ледяной цветок, раскрывающийся под солнцем.

Служанка, затаив дыхание, пробормотала:

— Как красиво…