"Лес Клинград с каждым шагом погружался во мрак. Высокие деревья, чьи толстые стволы поросли влажным мхом, нависали над нами, сплетая ветви в плотный полог, сквозь который едва пробивались тонкие лучи света. В воздухе витал запах гниющих листьев и сырой земли, а под ногами хрустели ветки, словно предупреждая о скрытой опасности. Тропа под ногами окрашивалась в серо-зелёные тона, а густой, сырой воздух давил на грудь, словно пропитанный тревогой. Тишина была гнетущей: ни птиц, ни зверей — лишь глухой стук наших шагов.

Я бросил взгляд на Элиану. Она шла рядом, сжимая рукоять меча так крепко, что костяшки пальцев побелели. В её глазах читалась не только настороженность, но и тень сомнения, которую она тщательно скрывала. Геральд, замыкавший отряд, нахмурился и сплюнул в сторону, пробормотав сквозь зубы:

— Ненавижу этот лес. Слишком тихо. Как будто сама природа затаилась.

— Что-то здесь не так, — согласилась Элиана, её голос был едва громче шёпота. — Я чувствую взгляд из темноты.

Я кивнул, ощущая то же самое — холодное, невидимое присутствие, как будто кто-то следил за каждым нашим движением.

Внезапно тишину разорвал крик дозорного впереди. Сердце ушло в пятки, и я почувствовал, как холодная волна страха прокатилась по спине.

— Враг! — донеслось из авангарда.

Я рванулся вперёд, на бегу выхватывая меч. Сквозь густые заросли мелькнул силуэт одного из рыцарей — он отчаянно рубил воздух, пытаясь отбиться от невидимого противника. Его клинок рассекал пустоту, но что-то стремительное ускользало от ударов, растворяясь в полумраке.

Когда я подбежал ближе, они наконец проявились.

Существа словно выросли из самого леса — высокие, костлявые фигуры, окутанные рваными клочьями теней. Их бледные лица с пустыми провалами вместо глаз смотрели прямо сквозь нас. Они бесшумно скользили между деревьями, и эта зловещая тишина пугала сильнее, чем рёв любого чудовища.

— Лесные призраки… — выдохнул кто-то из наших, его голос дрожал.

— Нет, — отрезала Элиана, стиснув зубы. — Это нечто иное.

Я бросился на ближайшую тварь, замахнувшись мечом, но клинок прошёл сквозь неё, как сквозь дым. Холодный ужас охватил меня, когда я понял, что моё оружие бессильно против этих существ. Силуэт лишь колыхнулся, словно от ветра, и тут же метнулся ко мне, вытянув длинные костлявые пальцы. Ледяной холод пронзил меня до костей.

На мгновение я замер. В голове зазвучали шёпоты — далёкие, манящие, тянущие. Они звали меня, пытались вырвать что-то изнутри: воспоминания, волю, саму мою суть. Я почувствовал, как подкашиваются ноги, а разум мутнеет.

Но тут тьму разорвала вспышка.

Геральд сорвал с шеи амулет — подарок придворного мага — Поднял его вверх и крикнул "Свет". Золотое сияние хлынуло волной, отбрасывая тварей назад. Они отпрянули, их безликие лица исказились в беззвучной муке, словно свет жег их изнутри.

— Свет! — крикнула Элиана, её голос прорезал хаос. — Только свет их остановит!

Я встряхнулся, вырываясь из оцепенения, и схватил зажжённый факел. Остальные рыцари последовали моему примеру, поднимая огонь. Тени зашипели, отступая под натиском света. Мы теснили их шаг за шагом, пока они не растворились в глубине леса, оставив после себя лишь едкий привкус страха в воздухе.

Тишина вернулась, но теперь она казалась ещё тяжелее. Никто не решался заговорить первым.

— Что это было? — хрипло выдавил один из рыцарей, всё ещё сжимая факел дрожащими руками.

Я посмотрел на Геральда, затем на Элиану. Её лицо было напряжено, пальцы всё ещё сжимали рукоять меча. Она встретила мой взгляд и тихо сказала:

— Они не просто призраки. Я видела, как они вытягивали из тебя… жизнь.

Я кивнул, чувствуя, что холод ещё не отступил от меня полностью. «

— Такое ощущение, что они хотели забрать меня целиком.

Геральд медленно убрал амулет под доспехи, его лицо стало серьёзным.

— Крепость Тёмных Врат, похоже, не единственная наша проблема. Эти твари… Они могли пробудиться здесь, в лесу. И я не уверен, что они отступят навсегда.

Путь впереди был ясен, но тревога сковывала нас цепями. Мы победили в этой схватке, но Лес Клинград не собирался отпускать нас так просто. Его тёмные глаза — тысячи невидимых взглядов — продолжали следить за нами из-за деревьев, напоминая, что настоящая битва ещё впереди."