Глава 3 — Аукцион. Часть 2.

Пока голубоглазый юноша рассматривал древнее здание, из выхода для прислуги вышел, одетый в смокинг, мужчина. Он был довольно высок, сероглаз. Главной его чертой были пышные усы. Несмотря на статное телосложение, седина на висках говорила о немалом возрасте.

“Вы должны были прибыть полчаса назад.” — монотонно произнес он.

“Мы приносим вам искренние извинения.” — так же монотонно ответил стражник, сделав легкий поклон.

“Что ж, не будем более задерживаться. Прошу пройти за мной.” — сказал он, указав рукой в сторону от здания.

=====

Войдя в небольшое соседнее здание, перед юношей предстала лестница. Стук. Стук. Стук. Разносилось эхо шагов по, будто тянущемуся в саму геенну, коридору. Множество теней, отбрасываемых тусклым свечением настенных свечей, элегантно двигались, исполняя свой прекрасный танец на каменных стенах. Вдруг сквозь монотонный ритм шагов, один за другим стали доноситься голоса. По мере приближения к выходу, посаженные в сердце юноши, семена страха постепенно оплетали его душу.

“Что со мной будет? Чем я это заслужил? Нужно бежать, но смогу ли?” — водоворот хаотичных мыслей проносился в голове у безвинного пленника.

Но несмотря на свои мысли он двинулся вперед. Ступенька за ступенькой, перебирая, будто налившимися свинцом, ногами он приближался к голосам. Каждый шаг казался ему вечностью, и тени вокруг становились все более зловещими.

Наконец, они достигли конца коридора. Сопровождающий их мужчина открыл металлическую дверь. Перед юношей предстал огромный подземный зал, протягивающийся вперед на несколько десятков метров. По бокам от них располагались десятки тесных камер, что были наполнены существами всевозможных рас. Остроухие, покрытые шерстью или чешуей, огромные и маленькие. И все они были узниками. Теми, кто, как не сложно догадаться, в ближайшее время будет продан.

Спустя мгновение, в нос побледневшего юноши врезался отвратительный запах выделений и копоти от настенных факелов.

Скриип...

Справа донёсся звук открывающейся двери. В коридор вышли несколько мужчин, одетые в стёганные куртки.

“Заприте его в отдельную камеру. И будьте с ним помягче, он — особый товар.” — приказал седеющий мужчина, указав на пленника рукой. Как вдруг...

Бахх!!!

Раздался звук удара. Черноволосый юноша, под действием адреналина, предпринял отчаянный шаг, ударив своего надзирателя в лицо. Пока стражник приходил в себя, тот рванул в сторону выхода. Проскользнув в приоткрытую дверь, он побежал вверх во лестнице, но...

Крррзкт...

Раздался странный треск за его спиной. Секунду спустя спину юноши пронзила острая боль. Он упал на ступени. Неподконтрольное ему тело испытывало невероятную боль, извиваясь из-за десятков судорог, что схватили все его мышцы. Несколько стражников схватили его за дёргающиеся конечности и, протащив пару десятков метров, бросили в камеру, словно мешок с мусором.

=====

“Так вот каков аукционный дом.” — проговорил блондинистый мужчина, выйдя из экипажа.

Внешне ему можно было дать около двадцати шести лет. В ярко-зелёных глазах, похожих на два изумруда, отражалось, играющее на ветру, пламя настенных факелов. Он был среднего роста, весьма худощав, но не слишком. Одетый во фрак с накинутой на плечи тальмой он направился в главный вход огромного здания. С каждым шагом доносившиеся спереди разговоры, самых разнообразных людей, становились все сильнее и сильнее. Как только мужчина минул вход пред ним предстал огромный зал. Богато украшенная хрустальная люстра висела по центру всего помещения, словно миниатюрное солнце, освещая всех и вся. С платформы на втором этаже доносилась прекрасная живая музыка. Десятки элегантно одетых людей ступали по мраморному полу, ведя непринужденный разговор о предстоящих торгах, политических изменениях, войне или просто вопиющих сплетнях.

“Моррис!” — вдруг вскликнули откуда-то справа его имя.

Обернувшись в сторону, откуда доносился голос, он увидел полноватого мужчину лет тридцати пяти, одетого в слегка жмущий ему фрак.

“Я так и знал, что ты придёшь. Неужели тебе все-таки удалось заполучить спонсоров для этой авантюры!” — приближаясь с несвойственной для его тела быстротой, проговорил тот.

“В-верно...” — промолвил Моррис, натянув фальшивую улыбку на свое лицо.

“Черт побери. Я поставил на эти торги все, что у меня есть. Если ничего не окупится, то эти бюрократические ублюдки спустят с меня шкуру живьем!” — мельком пронеслась в его голове мысль.

Действительно. Эти торги — сущая авантюра. Однажды, проходя мимо кабинета руководителя, он застал разговор своего босса с неизвестными личностями. Они обговаривали продажу человека, у которого не было эссенции. А ведь это априори невозможно! Будь то человек, животное, монстр, дерево да даже камни — во всем есть эссенция! Если у чего-то ее нет — оно разрушается. Это абсолютный закон нашего мира. Будучи крайне заинтересованным этим вопросом, Моррис прислонился к двери, в надежде расслышать дальнейший разговор. Однако неизвестный собеседник, заметив что-то неладное, направился по направлению к двери. Из-за чуткости этой таинственной личности Моррису пришлось быстро ретироваться с места шпионажа.

День спустя он узнал о том, что на аукционе будет выставлен единственный в своём роде объект, не имеющий эссенции. Поняв, что это его шанс продвинуться по карьерной лестнице, блондинистый мужчина судорожно начал искать людей, что заинтересуются в спонсорстве его идеи. Минуло несколько дней и наконец, найдя инвесторов, он прибыл в аукционный дом.

“И кто же откликнулся на твою идею?” — прервав ход мыслей Морриса, задал вопрос мужчина.

“Барон Ларци и Виконт Лаурет.” — последовал незамедлительный ответ.

“Вижу у тебя талант... находить неприятности. Из всех дворян и купцов ты выбрал самых ужасных. Неужели ты не слышал о их нраве?”

“Слышал, но выбора все равно не было. Ради такого шанса можно и рискнуть, не так ли?”

“Твоя правда. Но будь осторожен. Если ничего не выйдет — в нашей стране станет на одного молодого ученого меньше.” — проговорил он, и повернувшись удалился.

“Сам знаю...” — буркнул себе под нос молодой ученый и направился вглубь зала.

=====

Гонг...

Гонг...

Гонг...

Раздался звук колокола, что предвещал о начале торгов.

И без того оживленная толпа взбудоражилась еще сильнее, постепенно стягиваясь в направлении дверей, ведущих в аукционный зал.

Минув настежь открытые двери, молодой ученый увидел великолепно украшенное помещение. Высокие потолки с роскошными лепнинами и хрустальные люстры создавали атмосферу величия. В центре зала находился подиум, на котором уже стоял ведущий, активно переговариваясь со своим помощником и ожидая окончательного прибытия гостей.

Моррис, прислонившись к стене, внимательно разглядывал лица потенциальных покупателей, среди которых были как знатные аристократы, так и ученые, коллекционеры, представители торговых объединений, музеев. В его сердце бушевали эмоции: здесь, среди всех этих людей, ему предстояло сразиться за то, что могло стать ключом к его исследованию.

Как только аукционист поднял молоток, зал замер в ожидании.

“Дамы и господа, рад приветствовать вас в столь радостный час. Сегодня у нас в продаже уникальные лоты, каждый из которых обладает своей историей и неповторимой уникальностью. Не будем же зря терять время. Наш первый лот — редчайший манускрипт четвертой эпохи, который, как говорят, принадлежал одному из сильнейших магов того времени.”

Взгляд Морриса заострился на подиуме, когда манускрипт был выставлен на обозрение. Страницы, покрытые изысканным узором и утонченным почерком, сверкали при свете люстр.

Аукционист продолжал: “Стартовая цена — тысяча золотых!” Зал оживился, а руки зрителей потянулись к номерам. Моррис, воздержавшись от ставки, сглотнул ком в горле. Из-за ограниченности финансов он не мог позволить себе лишние торги.

“Тысяча сто — у нас есть ставка! Кто готов предложить больше?” — проговорил ведущий, указав на участника под номером сорок семь.

“ Три...два...”

“Тысяча двести!” — прервал отсчет ведущий и указал на участника под номером двадцать три.

“ Тысяча триста!”

“Тысяча пятьсот!”

После нескольких раундов ставок, сумма быстро возросла до невероятных значений.

“Пять тысяч! Кто-нибудь хочет предложить больше?” — задал вопрос ведущий.

Но на этот раз продолжения не последовало.

“Пять тысяч раз. Пять тысяч два. Пять тысяч три... Продано мужчине под номером сорок семь!” — вскликнул он, указав на покупателя рукой.

“И наш следующий лот...”

=====

Час спустя.

“Дамы и господа! Прошу минуточку внимания. Наш следующий лот абсолютно уникален. До сегодняшнего дня нечто подобное никогда не появлялось на торгах. Этот лот — дитя иного мира! Уникальное существо, что не обладает даже каплей эссенции!“ — громким голосом проговорил ведущий, подогревая толпу.

В зале воцарилось напряжение, как будто каждый присутствующий знал, что это не просто предмет, а нечто большее. Ведущий обошел подиум и поднял занавес, открывая таинственную клетку, в которой находился... человек.

“Стартовая цена — пятнадцать тысяч!” — объявил аукционист, и в зале раздались перешёптывания. Некоторые зрители начали нервно переглядываться, другие, наоборот, излучали азарт, готовясь вступить в борьбу за загадочного юношу.

Моррис знал — это его шанс. Он поднял номер, но затем заметил, что и другие участники начинают поднимать свои номера с все большей энергичностью.

“Шестнадцать тысяч раз. Кто готов предложить больше?” — продолжал ведущий, и напряжение в зале достигло предела. Каждая новая ставка поднимала цену до небес, и вскоре сумма перевалила за полмиллиона.

“Восемнадцать тысяч” — один из участников, знаменитый коллекционер, уверенно поднял свой номер, предлагая астрономическую сумму. Словно в ответ на это, Моррис почувствовал, как его сердце замирает.

Моррис понял, что должен действовать. Он поднял номер с решимостью, готовый рискнуть всем, чтобы заполучить это создание. Внутри него разгорелась борьба: разум говорил ему остановиться, но нежелание упускать редчайший шанс подталкивало вперед.

“Восемнадцать тысяч раз!” — произнес ведущий, не подозревая, что впереди развернется настоящая битва.

Толпа оживилась, и напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Моррис почувствовал, как холодный пот выступает у него на лбу.

“Девятнадцать тысяч!” — выкрикнул он, поднимая номер с почти фанатичным упорством.

В зале раздались шепоты удивления. Коллекционер, услышав ответную ставку, на мгновение замер. Его лицо исказилось от гнева, но он быстро собрался и бросил вызов:

“Двадцать тысяч!”

Моррис ощутил, как земля уходит у него из-под ног. Ситуация становилась критической. Он знал, что сейчас или никогда.

“Двадцать одна тысяча!” — произнес он, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно, хотя внутри него бушевали страх и тревога.

“Двадцать пять тысяч!” — гремел ответ коллекционера. В зале раздались восклицания, и все взгляды устремились к Моррису. Он не мог позволить себе отступить, зная, что это может быть его единственный шанс.

“Двадцать шесть тысяч.” — вновь поднял ставку Моррис.

Мгновение тишины. Все замерли, ожидая ответа. Коллекционер, явно недовольный развитием событий, начал нервно покусывать губу. Наконец, он поднял номер, но не с готовностью.

“Двадцать семь тысяч.” — прозвучал его голос, хотя было видно, что он уже не так уверен.

“Тридцать тысяч!” — отчаянно выкрикнул Моррис, словно бросая вызов всему залу.

На этот раз ответа не последовало.

“Тридцать тысяч раз. Тридцать тысяч два. Тридцать тысяч три. Продано!” — воскликнул аукционист, и Моррис почувствовал, как поток эмоций захлестнул его. Толпа взорвалась восторженными шепотами и аплодисментами, но для него время как будто остановилось.