Паллида появилась с Хешнелем и Геммой как раз к рассвету, самое раннее, когда они могли прибыть, имея право заявить, что ждали день, как мы от них и хотели. Их металлический фасолекорабль опустился на поле в полумиле от Бетель, и я прошёлся по дороге поздороваться.

- Есть несколько вещей, которые вам нужно знать - сказал я практически без преамбулы. - Во-первых, наш дом магический и разумный. Она с горячей страстью ненавидит Утера, она не любит, когда ей угрожают, она не любит, когда кто-то хвастается своим могуществом, и она, в недавнем прошлом, демонстрировала пристрастие к насилию в качестве способа донести свою позицию. Однако она ценный член нашей команды, так что постарайтесь её не злить.

- Звучит миленько - ответила Гемма. Её голос был хриплым. Она всё ещё выглядела болезненно старой, её шерсть оставалась серовато-белой, а кожа там, где я её видел, сморщенной и обвисшей.

- Второе, что вам стоит знать, это то, что она может слышать и видеть всё, что кто-либо говорит или пишет, только что мысли не читает - продолжил я. - Я не хочу вводить никого в заблуждение относительно наличия приватности, когда её в действительности совсем нет.

- Погоди - сказала Паллида, взглянув в сторону дома. - О какой дистанции идёт речь?

- О - сказал я. - Ты сейчас в ней.

В норме так не было бы, но Бетель расширилась под землёй, вроде того, как на самые высокие здания на Земле ставят причальные мачты или радиобашни, чтобы можно было заявлять о дополнительной сотне футов высоты. Она протянулась как раз под дорожкой.

- Бл* - сказала Паллида. Её кожа была розовой, как жевачка, но её губы были слегка более тёмного цвета, и она нахмурилась. На неё была её маслянисто-чёрная обтягивающая броня, но своё копьё она с собой не взяла - или, возможно, просто спрятала в экстрамерном пространстве. - Вы же знаете, что мы пришли с миром, верно?

- Я знаю - ответил я. - Я просто сообщаю вам информацию, которую, по моему мнению, вы хотели бы знать. Это не приставленная к голове пушка, я просто осторожно даю вам знать, что мы вооружены, так что не пугайтесь, когда увидите пушку. Ну, как-то так… надеюсь, получилось понятно?

- Ценю - ответил Хешнел. Лицо тёмного эльфа всё ещё было изуродовано, глаз слишком большой, а плоть всё ещё пятнистая и источающая жидкость. Каковы бы ни были их возможности в исцелении, определённо быстро справиться со своими поражениями они не смогли. Из "Книги Крови" я знал, как он пережил яд; общий иммунитет к ядам - одна из характерных черт тёмных эльфов.

- Ну, и сколько пушек у вас есть? - спросила Паллида.

- Меньше, чем думаете - ответил я. Слегка помедлил. - Извини за вчерашнее. Ты принесла клятву, а я отмахнулся, мне не следовало так поступать. Я был не в состоянии мыслить ясно, по очевидным причинам.

Паллида взмахнула рукой.

- Утер был таким же, хотя, думаю, он не понял, насколько я была серьёзна.

- Она вломилась в его дом, чтобы его обокрасть - сказал Хешнел.

- В мою защиту, у него было слишком уж много барахла - ответила Паллида. Она повернулась ко мне. - Очевидно, меня простили, со временем.

Она чуть запнулась.

- И, очевидно, случившееся с Фенн серьёзнее, чем кража доли магии, я не хотела ставить это на один уровень, я просто…

- Всё нормально - сказал я, заставляя себя расслабиться. - У меня было время переварить. Больше, чем один день.

Вероятно, меньше, чем мне нужно.

- Ну, я пришла с дарами - сказала Паллида, указывая себе за спину, где стоял корабль. - Не знаю, хотите их сейчас или потом.

- Потом - сказал я. - Если только у вас нет какого-то способа мгновенного воскрешения, а я полагаю, что нет. Если там есть некие фигуральные пушки, о которых мне стоит знать, я хотел бы узнать о них сейчас. Вчера мы не добрались до этого, нас прервали.

Бетель, несомненно, нацелила на них свой сенсориум, что включит анализ обережника совместно с Граком. Я их уже предупредил, что они под наблюдением, правда, только тогда, когда они уже были в зоне.

- Моя броня устойчива к оберегам - сказала Паллида. - Когда я облачена, я тоже устойчива к оберегам. Полагаю, это то, о чём вы хотите знать.

- У меня есть набор бутонов - сказал Хешнел, указывая на свой лацкан, где они аккуратно расположились. - Моя специализация - связь, как и у моего ментора, однако у меня есть набор боевых и прикладных сортов, часть из них восходят к выведенным Вервином. Всего тридцать бутонов. Мне их перечислить?

- Нет - сказал я, стараясь не смотреть на его обезображенное лицо, и в то же время не не смотреть на него.

- Помимо этого, мой плащ способен скрывать меня от того, чтобы быть замеченным - сказал Хешнел. - Я ношу ожерелье, способное сохранить мою голову в идеальной сохранности и способной к речи в случае моей смерти. На моей коже Семь Псалмов, благодаря которым меня сложно физически ранить, если только таковые усилия не будут предприняты восемь раз.

Он чуть помедлил.

- Думаю, это то, что вы сочтёте самым важным, если не хотите полный список.

- Оружия нет? - спросил я.

Хешнел, подняв бровь, указал на бутоны.

- Намёк понял - ответил я.

- У меня есть Двадцать-клинок - сказала Гемма, указав себе на бедро. - Ножны способны накладывать яд усилием воли, и хранят несколько десятков. Помимо этого есть амулет, возвращающий выпущенные в меня пули и стрелы, пояс, помогающий отслеживать пути клинков, и браслет, поглощающий яды. Последний был подарком от Делы, дан в ночь перед тем, как вы были атакованы. Полагаю, это было чтобы оставить меня в живых.

Она сняла его с запястья и протянула мне.

- Я больше не хочу его носить.

Я уставился на него.

- Безопасно - прозвучал голос в моём ухе. - И на всякий случай закрыто оберегом.

Я принял браслет и надел его.

- Спасибо - сказал я. - Мы все вместе в этом.

- Это ещё посмотрим - ответила Гемма, чуть наклонив голову.

- Вот как? - спросил я.

- Я не клялась вам в верности - ответила она. - Нарушение прав гостей частично падает на мои плечи, но обуза не абсолютна.

- Для ясности, ты не принимала участия в атаке? - спросил я.

- Нет. Я сражалась за вашу защиту - ответила Гемма. Она не выглядела раздражённой этим вопросом, но было сложно сказать наверняка, поскольку выражения лица антропоморфной лисы крайне отличались от человеческих.

- Я не хочу бросать вызов твоей чести - сказал я. - Просто хочу быть уверен, что мы все понимаем друг друга.

- Ну, это, типа, сомнительно - сказала Паллида, тоскливо усмехнувшись. - Я даже не знаю, какую книгу мы читаем. (пр. переводчика: на предыдущей строке ГГ сказал “I just want to make sure that we’re all on the same page”, буквально - "я просто хочу сделать уверенностью, что мы все на одной странице")

- Есть ещё кое-что - сказал я. - С нами Рэйвен.

Паллида откинула голову, открыв розовое горло, и простонала.

- Как много она знает?

- Столько же, сколько и вы - ответил я. - Возможно, чуть больше, учитывая её статус. Определённо есть то, о чём она нам не говорит.

Мы не провели обещанное ей введение в курс дел; это было намечено на раннее утро, но они прибыли ещё раньше.

Я провёл взглядом по этой троице. По тому, как Рэйвен говорила об Утере, было очевидно, что у неё с ними будут трения, учитывая, что их планом было жахнуть по Утеру атомкой, как только он появится. Я не был уверен, что мы все можем быть союзниками, тем более друзьями, но я не знал, насколько глубоки разногласия. Бесконечная Библиотека, по словам Хешнела, должна быть "нейтральна", и по идее это должно распространяться на Рэйвен, которая главный библиотекарь, но я совсем не был уверен, что это сохранится перед лицом Утеро-подобной сущности на горизонте.

- Мы все будем участвовать в беседе. С этим есть какие-то проблемы?

- Нет - ответила Паллида. - Могу я сперва объяснить свою сторону истории?

Я помедлил, не уверенный в необходимости этого. Все остальные были в доме, и слушали разговор, передаваемый Бетель. Рэйвен была изолирована, и ей даже не сообщили, что сенсориум Бетель уловил спуск с неба "Выхода". Амариллис была против того, чтобы я отправлялся один после того, как Бетель обошлась с Рэйвен, но я возразил, что Рэйвен - особый случай, который вряд ли повторится, и у Амариллис не было выбора кроме как уступить.

- Ладно - сказал я. - Вкратце?

- Хочешь, чтобы я выдала краткое изложение тридцати лет истории? - спросила Паллида, подняв бровь.

- Ты же часть этого времени была мертва, не? - спросил я, сдержав порыв скрестить руки на груди.

- Ну, да, часть этого времени я была младенцем - сказала Паллида, махнув рукой. - Всё, что я говорю, это что когда мы туда придём, она что-то скажет, потом я что-то скажу, и у вас не будет контекста, а короткая версия - это то, что вы после этого всё равно получите. Или она вам уже говорила?

- Нет - сказал я.

- Для неё это важно - сказал Хешнел.

- Ну, давай - сказал я. - Выдавай контекст.

Паллида прочистила горло.

- Реально не думала, что буду сегодня рассказывать эту историю - сказала она. - Это начинается… ады, полагаю, когда я вломилась в хранилище Утера.

Она помедлила.

- Какую часть истории ты знаешь?

- Достаточно - сказал я. - Я читал его биографии.

- Ну, это было после Тёмного Короля и до Семнадцати Мечей - сказала Паллида. - Я составила планы, заплатила нужным ребятам, проскользнула через его обереги, и пробралась в его хранилище, только чтобы выяснить, что он ожидал меня в удобном кресле, с арбалетом, направленным мне в сердце.

Она вздохнула.

- Извини, я чутка пропущу. Я оказалась у него на службе, временами путешествовала с ним, когда он меня призывал, и использовала мои специфичные навыки для решения интересных проблем. Это было неплохой жизнью, пока Утер не попросил меня пробраться в замок одного парня, где меня поймали и обезглавили.

- И это был первый раз, когда ты умерла у него на службе - медленно произнёс я. Паллида кивнула.

- Я переродилась, перетерпела детство с матерью, презирающей меня за то, что я не было дочкой-человеком, которую она хотела, а затем в возрасте пяти лет сбежала, чтобы снова найти Утера. В те дни ренацим не были хорошо известны в Англицинне, и у кооперативов не было нынешнего влияния… ну, неважно, я действительно стараюсь излагать вкратце. Суть в том, что в итоге я воссоединилась с Утером и его компанией. Впрочем, хотя я и была способнее человека моего возраста, толку от меня было немного, так что Утер припарковал меня в замке Каледвич, в котором он проводил всё меньше времени, ожидая, пока я возвращу себе всю полноту моей полезности.

- Так он рассматривал народ - сказала Гемма, едва не огрызаясь при этих словах. Это было странно горькое обвинение, учитывая, что Гемма с ним никогда не встречалась. У меня было немного информации о Лисьей Страже, только то, что они существовали, когда Утер начинал, и состояли целиком из лис-Анималия.

- У меня к нему претензий в этом плане нет - сказала Паллида. - Тогда уж точно не было. Он платил моим учителям, я росла с его детьми, я питалась лучше, чем во всех жизнях, и спала на комфортной кровати… ещё раз извини, стараюсь покороче. В итоге я присоединилась к его лагерю, оставив позади друзей из замка, и снова начала работать на него, обычно те дела, что не совсем легальны, очень опасны, и с высокой вероятностью снова меня убить. Несколько раз он спасал мою жизнь, когда становилось кисло.

Она чуть помедлила.

- В любом случае, мы с Рэйвен на тот момент были одного возраста, и мы быстро сдружились. Ей было двенадцать уже сотню лет, а мне было двенадцать в тысячный раз, так что у нас было больше общего друг с другом, чем у почти всех вокруг Утера.

- А потом вы рассорились - сказал я.

Паллида поменяла позу.

- Погоди, я подхожу к этому - сказала она. Что бы там она ни собиралась сказать, похоже, она действительно считала, что это будет смягчено длинной подводкой. Я всё ещё чувствовал вину за то, что по мудацки отнёсся к принесению ей клятвы верности, так что был склонен выслушать. - Ну, Далия пропала, и это было большим, "свистать всех наверх!", событием, но в итоге сложилось впечатление, что она просто исчезла, ни требований выкупа, ни ещё каких-то, и никаких улик. Утер был не в себе, вероятно впервые в жизни, яростным и скорбным, с перепадами настроения, не знал, что делать. В итоге это типа затихло, поскольку было ничего не сделать… и тогда появился Хелио.

Она сглотнула.

- Утер принял его, возможно потому, что скучал по своей дочери, или чтобы примириться с тем фактом, что он не мог найти общий язык со своими сыновьями, или… я не знаю, что он думал, только что Хелио присоединился к нам, и мы втроём, Рэйвен, Хелио, и я, несколько коротких недель приключались, пока Утер не выяснил, что Хелио на самом деле Далия, которая сбежала из дома и превратилась в мальчика с помощью магического пояса.

Она взглянула на дом.

- У них была большая ссора в походном дворе Утера, с присутствием всех его Рыцарей и нас, спутников. Она, в возрасте одиннадцати лет, выглядела идеально непокорной настолько, насколько я когда-либо видела, а он был поглощён гневом. Впрочем, в итоге он примирился, и позволил ей участвовать.

- Ты не собираешься произнести эту фразу? - спросил Хешнел. Паллида помедлила, поджав губы.

- Я стараюсь быть краткой - сказала она. - Но, ладно.

Она вздохнула.

- В том их противостоянии Утер не то, чтобы орал, но он был зол, говорил о всех тех беспокойстве и страдании, что она вызвала, сбежав, относясь ко всему этому как к игре, а потом заговорил о поясе, который она использовала, чтобы стать мальчиком, и он сказал "Ты вообще понимаешь, насколько это нелегально?", что было первым, что заставило её замешкаться. Она впервые за какое-то время подала голос, поскольку он вроде как хотел услышать ответ, и она уверенно спросила его, в каком преступлении она виновна.

Паллида посмотрела на меня, задержав взгляд на пару секунд, и слегка улыбнулась, вроде бы непроизвольно.

- И? - спросил я.

- Фальшивомужчинство - сказала Паллида, усмехнувшись. (пр. переводчика: в оригинале - male fraud. Долго думал, как это перевести, чтобы было хотя бы слегка забавно. "Подделка мужчины" как вариант). - И с этой подколкой словно всё напряжение в комнате испарилось, и всё было прощено.

Она повернулась взглянуть на Хешнела, увидеть, удовлетворён ли он, и он ей слегка кивнул.

- Была причина, почему народ любил Утера - сказала Паллида, но произнося это, она выглядела слегка печальной. - В любом случае. Далия осталась Хелио, и этот секрет придержали, поскольку принцесса, путешествующая и приключающаяся вместе со своим отцом - решительно не то, как делались дела, даже если бы она не была столь юна. Утеру, похоже, нравился этот обман.

Палида выглядела погружённой в мысли, вероятно, погрузившись в воспоминания пятисотлетней давности. Я не был уверен, насколько старо это её тело, но согласно сказанному о ренацим в "Книге Крови", их воспоминания и навыки были тем чётче, чем ближе они к возрасту прошлой жизни.

- У тебя были отношения с Далией - сказал я.

- Дерьмо - сказала Паллида, очнувшись от своей задумчивости. - Это было удачное предположение, или ты уже знаешь эту историю? Всё-таки Рэйвен тебе сказала?

- Это было обоснованное предположение - ответил я. - Я видел, как ты смотришь на Амариллис.

Паллида покраснела, её щёки стали тёмно-розовыми.

- Ну… - сказала она. - Да, мы с Далией вместе приключались, иногда с Рэйвен, иногда без, и мы с Лиа начали вырастать, оставив Рэйвен позади, и… это Рэйвен застукала нас вместе.

Похоже, ей было некомфортно.

- Но, видишь ли…

- Прости - сказал я, подняв руку, а затем взглянув на Гемму и Хешнела, чтобы увидеть, не смогу ли уловить некие подсказки по контексту по их реакции. - Какая часть этого скандальна, если вообще есть? Думаю, я упускаю культурный контекст.

Паллида на пару секунд уставилась на меня.

- О - сказала она. - Верно, ну Далия могла переключаться между тем, чтобы быть девушкой и парнем, но, эм, когда Рэйвен нас застукала, она была в первом виде, а не во втором.

Я нахмурился.

- И у Утера были с этим проблемы? - спросил я.

- У Утера с этим была уйма проблем - сказала Паллида, скривившись. - Я, на самом деле, наполовину уверена, что кучу философии он придумал не сходя с места, чтобы объяснить, насколько много у него с этим проблем. Другие короли и политики всегда находили его немного жутким, поскольку его образ споров с другими был таким, словно для него это один из видов боевых искусств, которыми он овладел. Меня этим приложило в полную силу.

- Но - медленно произнёс я - он действительно видел проблему в том, что вы обе женщины?

- Лиа так не считала - сказала Паллида. - Она полагала, что часть этого было чушью, которую он говорил, потому что звучало хорошо, а остальное, по его мнению, верно, но она не думала, что он действительно так считает. Она разорвала его аргументы и обратила его риторику против него, но это всегда получалось, когда она выговаривалась мне, а не лицом к лицу с ним. Вся стоическая решимость в мире не могла сделать её лучшей спорщицей, чем её отец.

- О - сказал я, слегка нахмурившись, обдумывая это. К гомосексуализму относятся так же неодобрительно, как и к большинству межвидовых браков, но он не был нелегальным, по крайней мере, насколько мне известно. Однако во времена Утера… ну, не думаю, что это действительно имеет значение. - Полагаю, гэгом это не закончилось?

- Нет - ответила Паллида. Она поёрзала, что заставило её маслянистый доспех отобразить новые ленты разноцветья. - В любом случае. Полаю, можно пропустить то, что там было после этого, поскольку оно на самом деле не так важно. Несколько лет спустя Утер отправил меня в опасную миссию, и я снова умерла. Когда произошёл Большой Финал, мне было около десяти лет, но я там присутствовала.

- Что случилось с Далией? - спросил я.

- К этому моменту она облачилась в Красную Маску - ответила Паллида. - Она спокойно прошла Большой Финал, обошлось парой шрамов, и прожила остаток жизни в Сидии как одна из защитников города. Она была там большой фигурой, но всегда не хотела, чтобы народ знал, что она была дочерью Утера, и всё дерьмо, что подняли в Англицинне её братья… она не могла этого вытерпеть.

Паллида снова помедлила.

- Далия в дальнейшем интересовалась только женщинами. Рэйвен может поднять это. Она считает, что это моя вина.

- Ладно - сказал я, кивнув. - Полагаю, я достаточно введён в курс. В другой раз попрошу менее сокращённую версию, возможно, даже сегодня, но пока что нам всем нужно присесть и обсудить следующие шаги.

* * *

- Хешнел, Паллида - сказала Рэйвен, кивнув каждому, когда мы вошли в большой конференц-зал. Она чуть помедлила, увидев лису-Анималию. - Простите, не имела удовольствия. Лисья Стража?

- Так точно - ответила Гемма, слегка поклонившись.

- Не подумала бы, что член Лисьей Стражи свяжется с этими кругами - заметила Рэйвен. Гемма пожала плечами.

- Я родилась в эту роль, но это не значит, что и все мои мысли будут в неё укладываться.

Рэйвен провела взглядом по этой троице, пока они усаживались.

- Не уверена, насколько меня всё это устраивает - сказала она мне.

- Как и я - ответил Хешнел.

- У всех нас есть причины присутствовать здесь - сказала Амариллис. - Джунипер - продолжение того же феномена, что сделал Утера гораздо, гораздо более важной персоной, чем кто-либо имеет право быть. Он общался с тем, кого мы считаем творцом и величайшим хозяином Аэрба и других планов. Что нам нужно - это информация, контакты, и ресурсы.

- Я принесла ресурсы - сказала Паллида. - Реликвии и деньги, включая "Выход". Они ваши.

- Утер закапывал сокровища - сказала Рэйвен. - Часть из них были вырыты, когда стало очевидно, что он не вернётся, но другие мне одной было слишком опасно добыть. Я могу сказать вам их местонахождение.

Она вздохнула.

- Также я готова привести Джунипера в Бесконечную Библиотеку в надежде использовать его талант.

- Только меня? - спросил я.

- Только тебя - ответила Рэйвен. - Это позволит нам узнать, что произойдёт в твоё отсутствие, с оставшимися на месте другими фигурами.

- Я не уверена, что мне нравится отношение как к фигуре - сказала Солэс, слегка нахмурившись.

- Приношу извинения - кивнув, сказала Рэйвен. - В наших расчётах мы так рассуждаем. Я скорректирую свою манеру речи.

- Ты собираешься попытаться промыть ему мозги - сказала Паллида.

- Полагаю, у нас будет время поговорить - ответила Рэйвен. - Это сложно назвать "промыванием мозгов". И также я хочу указать, что во время моего пребывания на посту главного библиотекаря я поддерживала Библиотеку строго нейтральной.

- Моя подружка вчера была убита - сказал я, мой голос был холоден. - А ещё я едва избежал того, чтобы по мне жахнули атомкой. Я никуда не пойду без всей доступной мне огневой мощи.

- Ты получишь гораздо менее ясную картину будущего - сказала Рэйвен, нахмурившись мне. - Утер всегда отправлялся один.

- Я не Утер - сказал я. - У меня нет Рыцарей, у меня есть компаньоны. Я прислушиваюсь к их советам и не держу от них секретов. Утер также не говорил вам, что он грёзотёртый. Его образ действий не такой, как мой.

Рэйвен сглотнула.

- Его манера действий несколько десятков раз спасла мир. Это не преувеличение.

- Я с ним об этом поговорю - ответил я.

- Простите? - спросила Паллида, широко раскрыв глаза. - Он… Рэйвен, он жив?

- Это неясно - ответила Рэйвен.

- У меня есть основания полагать, что я могу найти и вернуть его - сказал я. - Как минимум, я должен быть способен задать ему несколько вопросов и получить несколько ответов.

Текст квеста был несколько расплывчат, но я был в достаточно мере уверен, что в итоге не будет "о, на самом деле он умер пятьсот лет назад и его душу совершенно невозможно восстановить, простите". К тому же система стёрла все следы Фенн, и её квест компаньона полностью исчез из журнала.

- Этого вы нам не говорили - тихо произнёс Хешнел. Я старался не смотреть на него слишком внимательно. Я не был уверен, по силам ли мне восстановить его лицо, но пока кто-то этого не сделает, это было отвратно, особенно учитывая как спокойно он держался с этим уродством.

- Если бы Утер вернулся во времена нужды, вы бы попытались отвезти его в Синие Поля и жахнуть атомкой, верно? - спросил я. - В качестве, вероятно, части большего плана?

Хешнел бросил взгляд на Рэйвен, и кивнул.

- Как ты вообще можешь думать, что Вервин этого хотел бы? - резким тоном спросила Рэйвен.

- Сейчас очевидно, что Вервин был в каком-то смысле ослеплён Утером - сказал Хешнел. - Все вы были.

- Ты всё ещё - сказала Паллида.

- Я единственная, кто остался - сказала Рэйвен с мрачным видом.

- Если только он сам не жив, или восстановим - сказал Хешнел.

- Мы полагаем, что дело с ним обстоит так - сказала Амариллис. - К сожалению, возможны небольшие проблемы. Рэйвен, можете немного просветить?

Рэйвен слегка нахмурилась.

- Я очень долго ни с кем не делилась выясненным - сказала она. - Это информация, которую я намерена ревностно защищать, особенно учитывая, что это может означать мою жизнь.

- Всё нормально - сказал я. - Мы можем вдаться в детали потом.

Я серьёзно не хотел давить на Рэйвен, поскольку это было единственным оставшимся у нас рычагом, пока мы ещё в этом доме.

- Короткая версия - Утер Пенндрайг, вероятно, где-то в карантинной зоне Фел Сид. А если нет, то по крайней мере там мы получим информацию о следующем шаге.

Паллида уставилась на меня, приоткрыв рот, а на лице Хешнела была гримаса.

- Насколько бы ни было моё мнение значимым - я считаю любой план, связанный с проникновением в домен Фел Сида полным безумием - сказала Амариллис. - Я сделаю это, если буду считать, что другого выбора нет, но отправляться туда, чтобы спасти моего предка, который вполне может быть безумен, сломлен, или бессилен, откуда нам знать, отдаёт скверной способностью принятия решений.

- Я склоняюсь к тому, чтобы подождать - сказал я. Мы говорили об этом в палате. Я рассказал её что знаю о Фел Сид, каким я его придумал, плюс изменения, внесённые по ходу сессии, и она задала свои проясняющие вопросы, но если вкратце - она поверила мне, когда я сказал, что у Фел Сида нет известных мне слабостей. - Нам нужно больше информации об угрозах, с которыми имеет дело Аэрб. Сейчас мы спотыкаемся почти вслепую, и, похоже, Библиотека посчитала нас виновниками конца света уже трижды.

- Правило трёх - сказала Рэйвен, кивнув. - Мне следовало это заметить.

- Как они вызвали конец света? - спросил Хешнел.

- Широкое распространение проблематичной технологии, во первых - сказала Рэйвен. - Синтетические материалы во-вторых. Третье - проблематичный контакт с сущностью, хотя это больше предположение с нашей стороны, учитывая место. Это мог быть кто-то другой.

Она пожала плечами.

- Я не могу сказать вам о сущности больше. Об этом знают пятеро, и временами есть впечатление, что это на четверо больше, чем стоило бы.

- В таком случае как мы об этом узнали, если никто не знает? - спросил я. Я хотел бы, чтобы она поделилась этим прошлой ночью, но когда она прибыла уже было слишком поздно, и мы ещё довольно долго разговаривали, обо всём, что казалось важным.

- Это неясно - Рэйвен вздохнула. - Все пятеро из нас находились в Библиотеке, что означает - либо оно было независимо обнаружено снаружи, либо кто-то организовал утечку.

- Снова секреты Библиотеки - произнёс Хешнел, с лёгкой ноткой неприязни. Рэйвен на это не ответила.

Я повернулся к Хешнелу.

- Наш брифинг вчера был прерван. Ещё есть вещи, которые нам нужно знать, если знание о них не сведёт нас с ума, не взорвёт мир, или ещё как-то приведёт к катастрофическим последствиям. - Я перевёл взгляд обратно на Рэйвен. - Любой из вас может ввести нас в курс сейчас.

Рэйвен пристально взглянула на Хешнела.

- Полагаю, начнём с прерывания карантинов - сказала она. - Мы временами видим в Библиотеке записи о них, хотя этого никогда не происходило в реальном мире. Обычно мы не предпринимаем действий в связи с этим, за исключением кооперации с имперскими наблюдательными станциями. Они всегда происходят в далёком будущем, это один из стандартных вариантов окончания цивилизаций либо жизни, и мы буквально ничего не можем сделать для сдерживания угрозы. Я упомянула это в первую очередь потому, что если вы найдёте некий способ нарушения принципа отчуждения, то вполне возможно, что вы случайно устроите конец света.

- О - сказал я. Помедлил. - Я нарушал принцип отчуждения дважды. В обоих случаях по мелочи, впрочем.

Рэйвен уставилась на меня, её глаза под чёрными прядями волос были широко раскрыты.

- Как? - спросила она.

- Я был не в курсе - сказал я. - Видите ли, я полагал, что принцип отчуждения скорее рекомендация, чем правило, и никто меня не поправил, пока не стало слишком поздно.

Никто не улыбнулся. А вот Фенн бы это понравилось.

- А серьёзнее - продолжил я - я не знаю. Моя сила, и предположительно Утера, связана с принципом отчуждения, и способна выборочно игнорировать его при особых обстоятельствах. Полагаю, технически один из этих двух случаев - из-за выданного мне сверхсущностью Аэрба подарка.

- Ты можешь нарушать сдерживание карантинных зон - сказала Рэйвен, уставившись на меня.

- Я на самом деле не знаю, как - сказал я. - Но это, вероятно, возможно.

- Ты можешь нарушать сдерживание карантинных зон и ты хочешь иметь дело с Фел Сид! - произнесла она, подняв голос и привстав над своим креслом.

- Возможно, чтобы Фел Сид был способен забрать способность? - спросила Амариллис. - Кто-либо когда-либо приобретал Сноровку Утера, или ещё как-то мог использовать его способности?

Рэйвен уселась обратно в свой кресло.

- Нет - сказала она. - Но суть не в том. Суть в том, что бегство Фел Сида из карантинной зоны почти гарантированно приведёт к концу цивилизованной жизни на Аэрбе. Всё, что останется - его невесты и его звери плоти. Это не то, чем можно рисковать без плана, и я знаю, что у вас нет плана, поскольку вы услышали о том, что Утер там, вчера, вы понятия не имеете, где в зоне он находится, и все мои планы были слишком рискованны, когда я планировала рискнуть своей жизнью и жизнями других, не всем Аэрбом.

Я знал Рэйвен как сдержанную, прямолинейную, но уважительную, даже когда ей отрезали пальцы, однако это сейчас, наконец, словно зажгло в ней огонь.

- Есть детали, с которыми следует поработать - сказала Амариллис, слегка кивнув. - Прежде чем мы станем составлять планы, нам нужно знать угрозы. Вы можете продолжать.

Рэйвен поджала губы, словно была сотня вещей относительно Фел Сид, что ей нужно было сказать, однако она проглотила свои слова.

- Есть пять неизвестных Империи в целом проблем, с которыми имеет дело Аэрб в целом - сказала Рэйвен. - Мы можем начать с проблемы в адах, поскольку она наиболее поджимающая в настоящий момент, и та, которую мы наименее способны решить. В нескольких таймлайнах произошла инфернальное объединение, ещё в двух - полное инфернальное вымирание, и причина объединения предположительно - тот эффект, что иначе вызывал вымирание. Объединение приводит к атаке на Аэрб, которую смертные цивилизации не могут выдержать. Поскольку мы не имеем понятия, что там на самом деле происходит…

- Это она - сказала Паллида, указав на Валенсию. - Она может убивать инферналов своим разумом.

Рэйвен остановилась и уставилась на Валенсию.

- Как? - наконец, спросила она.

- Удер давал своим компаньонам некую меру силы, не так ли? - спросила Валенсия. - Убийство инферналов на расстоянии - один из аспектов моей.

Похоже, Рэйвен не знала, как на это реагировать.

- Мы были образцами в своих родах деятельности - наконец, сказала она. - Поначалу казалось, что он собирал тех, кто были гораздо выше среднего, но позже…

Она помедлила, словно не зная, как это выразить.

- Мы были могучи, да, мы обладали некоей долей его Сноровки, каким-то образом, хотя мы не могли определить, как и почему. Ничего сравнимого с тем, о чём вы говорите. Триллион инферналов, умерших от вашей руки?

- Пока нет - сказала Валенсия. - Но я совершенствуюсь.

- Нам нужен мораторий на убийство инферналов - сказала Амариллис, произнеся это с железным тоном приказа, который она редко использовала, и который, вероятно, был бы неэффективен против Валенсии, если бы она использовала для этого собрания инфернала. - Настоящий мораторий, не использовать их ни для чего, пока мы не разберёмся с этим.

- Я не могу слушать, что они говорят, если не убиваю их - сказала Валенсия. - Это полезно для отслеживания слухов и публичной информации обо мне.

- Вы можете видеть там внизу? - спросила Рэйвен. - Вы и в плане разведки полезны?

- Она сравнивала эффект с скафизмом души - сказал Хешнел.

- Как я погляжу, мы побеждаем в четверти случаев - сказал я. - Эти шансы выше, чем я дал бы. Не то, чтобы мы планировали попытаться, в любом случае, учитывая очевидные неизвестные в том случае, если инферналы начнут сражаться за свои жизни.

- А после вчерашней демонстрации они не начнут? - спросил Хешнел.

- Валенсия убила несколько сотен на стадионе в одном из верхне-средних адов - сказал я. - Это было очень публично.

Рэйвен закрыла глаза и глубоко вздохнула.

- Ладно - сказала она, открыв глаза. - Инферналы знают, кто, что, или где? Я полагаю, нет.

- Считайте это пока что неважным - сказала Амариллис. - Взаимное введение в курс дел важно, и мы подойдём к этому, но мы не хотим бесконечно уходить в сторону, донося друг до друга информацию максимально неэффективным образом.

Рэйвен нахмурилась.

- Ладно.

Ей понадобилась секунда на то, чтобы собраться и взять себя в руки. Я задался вопросом, не думает ли она о грубой силе, которую дом готова направить в её сторону, если она заупрямится. Она даже не смотрела в сторону, где сидела Бетель (на этот раз действительно сидела, было не просто пустое кресло для целей запугивания).

- Двигаемся дальше - сказала она, и вздохнула. - Широко известно, что Аэрб плоский, но немногие осознают, что у него две стороны, та, на которой мы живём, и ещё одна в примерно восьми тысячах миль под нами, где сила гравитации инверсирована. Между двумя сторонами существует единственный короткий путь в карантинной зоне под названием Врата Лерона, и Другая Сторона пять веков ограждена от Аэрба обороной, созданной Утером. В последний раз, как я слышала, они отправили группу рейдеров прощупать Врата, но эта информация извне Библиотеки, не из прочитанных нами книг. Разумеется, если вы нарушаете зоны отчуждения, то, вероятно, нам всё-таки следует беспокоиться.

- Другая Сторона не является немедленной заботой - сказал Хешнел. - Если они продолжат давить, или найдут путь через оборону Утера, тогда, вероятно, придётся беспокоиться.

Осмотревшись, я заметил, что Амариллис глубоко нахмурилась.

- Могу я спросить, почему именно эту проблему нельзя передать широкой международной общественности?

- Другая Сторона обладает магией, отличающейся от нашей - сказала Рэйвен. - Они могут использовать свою здесь, и мы можем использовать свою там. (пр. переводчика: похоже, здесь снова была правка текста автором, причём вносящая непонятки. В предыдущей версии было сказано "их магия у нас работает, наша у них - нет", то есть у "Другой Стороны" есть преимущество, из-за чего их и рассматривают как проблему. В текущей версии остаётся непонятно, в чём собственно проблема.) У них есть свои собственные смертные виды, некоторые - с врождённой магией, и собственные порядка миллиарда реликвий. Нас беспокоит, что у них есть, или они могут в итоге разработать, способ проникать сюда, не использующий Врата Лерона, и такое тем более вероятно, чем больше народа знает о них.

- Основываясь на Библиотеке? - спросила Амариллис.

- Частично - сказал Рэйвен. - Утер наносил несколько визитов туда на протяжении лет, и обдумывал направления, учитывая, что он видел в плане их ресурсов и возможностей. Большинство реликвий не работают на такое расстояние, но несколько редких работают, и к ним относятся реликвии мем-класса. У Утера была брошь, позволяющая ему телепортироваться к последнему, кто произносил его имя. Он так изначально попал на Другую Сторону, и когда вернулся домой, больше никогда её не использовал, опасаясь оказаться там.

Она помедлила, пережёвывая свои слова.

- У нас есть несколько проходов на Другую Сторону, инструменты, припасённые Утером на тот случай, если нам понадобится вернуться туда, не компрометируя целостность Врат. Я не думаю, что это будет нужно, и я не недостаточно знаю о ваших способностях, чтобы сказать, разумно ли это, но тот факт, что они послали рейдеров, беспокоит.

- Тот факт, что происходит столько всего беспокоящего одновременно, был нашим знаком перегруппироваться - сказал Хешнел.

- Безграничная Яма - направление, через которое они могут пройти? - спросил я.

- Нет - сказала Рэйвен. - Она безгранична. Вервин всегда говорил, что эта космическая топология вызывает у него головную боль, а он был нашим экспертом по этой теме.

- Пока Утер его не убил - сказал Хешнел. - Убил, даже не сказав, почему.

- В другой раз - сказала Амариллис. - Я сомневаюсь, что мы можем решить это разговором, если до сих пор не решено.

Она кивнула Рэйвен.

- Вы можете продолжать. Дальше Внешние Пределы, если можно.

Рэйвен взглянула на Хешнела, который помотал головой настолько слегка, насколько было ему по силам.

- Прошу прощения - сказала Рэйвен. - Это имеет меметическую природу.

- И вы не можете даже описать природу угрозы? - спросил я. - Не можете даже описать эффект, который делает разговор о самой угрозе опасным? Поскольку вы все, похоже, знаете, и вы все вроде как живы.

- Мы защищены - сказал Рэйвен. - Утер нас защитил. Не то, чтобы было невозможным, что вы сможете повторить это достижение, но Утер смог это сделать только после того, как превзошёл очередного мастера, а все мастера, что могли вас научить, сейчас мертвы.

- И среди них Вервин - сказал Хешнел.

- Да - сказала Рэйвен, поджав губы.

- То есть у нас тут утраченная магия, которую мне нужно сперва найти - сказал я. - Ладно, запишу это в свой список "необходимо сделать".

Я молча подождал, не выдаст ли мне система какой-то текст квеста об этом, но она сохраняла молчание, что стало в какой-то мере типично после смерти Фенн. Я не был уверен, испытывать ли из-за этого отсутствия облегчение.

- Это всё? - спросила Амариллис. - Пять угроз? Ады, Внешние Пределы, Другая Сторона, и все вещи, которые нам вроде как запрещено делать, плюс Зверь Пустоты в качестве проблемы, с которой будет иметь дело международная общественность?

Квест Принят: Общая Трагедия. После открытия Зверя Пустоты пустотные оружие и инструменты были объявлены международным законодательством нелегальными, и используются лишь с дорогостоящими разрешениями либо в ситуациях, когда это необходимо. В этот раз этого было достаточно. Сейчас Зверь Пустоты снова зашевелился, и имперских схем контроля будет недостаточно.

- Эм - сказал я. - Насчёт этого. Сценарий два.

- Что это значит? - спросила Рэйвен с тревогой в голосе.

- Какая часть? - спросила меня Амариллис.

- Зверь Пустоты - сказал я. - Цитирую, "имперских схем контроля будет недостаточно".

- Бл* - сказала Амариллис.

- Что происходит? - спросила Рэйвен.

- Сообщение от сущности, с которой вы связаны? - спросил Хешнел, подняв бровь.

Я бросил взгляд на Амариллис.

- Да - сказал я. - Амариллис, время для объяснений с нашей стороны?

Амариллис недовольно скривила губы. Это была информация, которой она не хотела делиться.

- Способность Джунипера существует на более высоком уровне, чем магия. Мы не полностью уверены, что способность Утера была такой же, но есть, по крайней мере, набор общих точек.

Она подняла руку в перчатке (было всё ещё сложно не думать о Траур как о перчатке Фенн) и достала четыре папки. Незримая сила Бетель подтолкнула все их по столу.

- Мне не очень нравится делиться этим с вами, но Джунипер высказался в пользу прозрачности. Это то, что он видит, когда закрывает глаза на три секунды.

Наши четверо гостей принялись просматривать бумаги. Там были кое-какие правки (самое заметное - в биографиях персонажей), и кое-какая информация была опущена, но не изменена, однако это было самое большее, что мы кому-либо рассказывали.

- Утер обладал этой силой? - спросила Паллида, быстро просматривая листы. Рэйвен действовала неспешно, страница за страницей, читая достаточно быстро, но судя по движениям глаз, тщательно.

- Мы не знаем - сказала Амариллис. - Это возможно. Если и да, он, очевидно, никогда никому не говорил.

Она взглянула на Рэйвен.

- Или?

- Я не знаю - сказала Рэйвен, не отрываясь от бумаг, которые читала, и определённо в состоянии без проблем разделять фокус. - Он никогда не объяснял Сноровку, только сказал, что она у него появилась вскоре после того, как его семья была убита Тёмным Королём. Я не знаю, говорил ли он Вервину или кому-то другому, только то, что он не говорил мне. Нечто подобное…

Она помедлила, на секунду остановившись на чём-то на бумаге, прежде чем её взгляд вновь принялся двигаться туда-сюда.

- Страница, озаглавленная "Навыки", похоже, содержит список магий, некоторые мне известны, другие неизвестны, включая карантины, но не все из них… что такое Эссенциализм?

- Это название, которое когда-то использовалось для магии души, в ранней истории - сказал Хешнел.

- Вы маг души? - спросила Рэйвен, подняв взгляд от бумаг.

- С каждым из этих навыков связано число - сказал я. - Числа были отредактированы. Некоторые из этих навыков недоступны мне без цены. Те, что карантинированы, теоретически возможно использовать в карантинной зоне, но мы не пробовали, и не знаем, каов будет результат.

- Вы не ответили на вопрос - сказала Рэйвен.

- Да, я маг души - сказал я. - Это одна из горсти магий, в которых я достиг определённого уровня мастерства.

Я полагал, что Паллида и остальные уже знают, учитывая, что я сделал, чтобы спасти остальных членов моей партии. (По крайней мере, большинство из них).

- Он не из старой породы - сказала Солэс, глядя на тёмного эльфа. Хотел бы я знать, насколько на самом деле исправился Хешнел Элек. А ещё задаюсь вопросом, насколько полно удаление его магии души.

- Мы можем оставить часть неизбежных вопросов на потом - сказала Амариллис. - Большинство внесённых мной правок и ретуширования были в направлении невыдавания сильных и слабых сторон.

Она вздохнула.

- Часть причины, почему я показываю вам это, в том, что нам нужна помощ со специфичной проблемой, с которой, вполне возможно, Утер имел дело и справился. Когда Джунипер выполняет задачи в этом списке, озаглавленном "Квесты", или ещё как-то достигает чего-то имеющего значение для внешней сущности, он в итоге видит изменение этого числа, называемого "уровень". Это сопровождается сильным приливом удовольствия, сила которого повышается с каждым достигнутым им уровнем, сопровождается тенденцией к насилию и потерей сознания, и вызывает чрезвычайное привыкание. Извне имеются физические признаки, включая лёгкий гравитационный эффект и прилив золотого света. В прошлый раз когда он достиг уровня побуждение было превыше его способности исправить его без внешнего вмешательства. К сожалению, с каждым уровнем он становится сильнее, и нет гарантий, что внешние вмешательства останутся эффективны, особенно если это произойдёт, когда он один. В случае, если это произойдёт, он, веройтно, пойдёт в разнос.

На комнату опустилось молчание.

- С Утером такого не было - сказала Рэйвен. - Если и было, то оказалось решено прежде чем я присоединилась к группе.

- Какова природа внешнего вмешательства? - спросил Хешнел. Он нахмурил одну бровь; вторая, на изуродованной стороне его лица, отсутствовала.

- Магия души - сказал я. - Мне требуется маг души для снижения значения, поскольку в последний раз сам я этого сделать не смог.

- У вас есть второй маг души? - спросил Хешнел. - Помимо вас?

- Да - сказал я. - Это необходимо знать, учитывая, что эту практику не одобряют.

- Насколько хороши вы или они в магии души? - спросил Хешнел, чуть наклонившись вперёд. - Насколько полон дар Сноровки?

- Я достаточно хорош - сказал я. - Есть другие дисциплины, которые вероятно были бы полезны с этой проблемой, если бы я знал, какие, поскольку некоторые из перечисленных здесь навыков имеют синергии, не упоминающиеся, пока не выполнены нужные условия.

Я пожал плечами.

- К этому моменту я не думаю, что ответ в магии души, по крайней мере не в ней одной, и не существует мага души, которому я доверил бы работу над моей душой.

- Помимо того, который уже работает над твоей душой - сказала Гемма. Было в её голосе лёгкое повышение тона, из-за чего это почти, но не совсем, звучало вопросом.

- Полагаю, я знаю того, кто может помочь - сказал Хешнел. - Он был магом души во время Второй Империи, моим учителем искусства, выжившим при захвате Манифестом Имперского Города. Он был не просто магом души, но исследователем, и чрезвычайно хорош в этом. Это потребует определённых усилий, но он скорее всего ещё жив, живёт в пожизненном заточении в разумной тюрьме, куда был отправлен контримпериалистами. Я слышал, что он сумел сохранить свои способности, частично из уважения к нему магов души.

Я уставился на Хешнела, не зная, что сказать, поскольку я был на девяносто процентов уверен, что он говорит о…

- Фаллатер Вайтшелл был моим отцом - сказала Валенсия. Я едва не забыл, что она с нами за столом. Её взгляд был где-то далеко. Я вспомнил клетку, из которой её достали при нашей первой встрече. Со всем происходящим с ней временами было сложно помнить условия, в которых она страдала до нашей встречи с ней. Я ощутил укол сочувствия к ней.

- Был? - спросил Хешнел, сфокусировавшись на этом слове.

- Отцом подростка-нонанимы? - спросила Гемма.

- Что? - спросила Рэйвен.

- Бывшей нонанимы - сказал я, взмахнув рукой.

- Нет - сказала Валенсия, нахмурившись и повернувшись ко мне. - У меня всё ещё нет души.

- Я просто пытался прояснить - сказал я, но на самом деле это было не то, я просто ляпнул, не подумав. У нас был целый разговор о том, что она настаивает на терминологии, и я облажался. Я повернулся в сторону Рэйвен и воспользовался магией крови, чтобы быть уверенным, что не краснею. - Она всё ещё нонанима, в том смысле, что у неё нет души, но у неё нет риска инфернальной одержимости. Собственно, наоборот, как мы говорили. Когда она убивает их, она может поглощать их и использовать их воспоминания и навыки.

Рэйвен слегка расслабилась, но я видел, что она остаётся напряжена.

- Фаллатер - настойчиво сказал Хешнел. - Он мёртв? И это произошло в последние несколько лет?

Я решил пойти напрямую, не подбирая слова.

- Мы встретились с ним. Он убил одного из членов нашей группы, он использовал свою магию, чтобы произвести отвратительно неэтичные изменения Гракуила и Амариллис, затем попытался проделать то же со мной. С этим была изрядная толика угроз и шантажа с его стороны. - Я чуть помедлил. - Не знаю, кем он был, когда вы были знакомы, но тот, с кем мы встретились, не оставил нам возможности рабочих отношений, которые оставили бы наши разумы и души целыми. Мне пришлось его убить.

Губы Хешнела сжались.

- Где вы с ним встретились?

- Мы отправились в тюрьму на острове Сулид - сказал я. - Он был там с примерно двадцатью другими, чьи души он изменил до неузнаваемости. Он намеренно создал Валенсию как нонаниму, и держал её запертой в клетке. Какое-то время мы всё же пытались работать с ним. Он был тем, кто изначально научил меня магии души.

- Ментор, умерший от твоей руки - сказал Хешнел натянутым голосом.

- Не думаю, что сравнение уместно - сказала Амариллис. - Мы были знакомы с Фаллатером меньше дня, прежде чем он обратился против нас, и…

- Нет никаких свидетельств, что Вервин когда-либо обращался против Утера - сказал Хешнел. Он поднял голос, чтобы перебить её. Изуродованная часть его лица пульсировала, и начала истекать белой жидкостью.

- Я этого и не говорила - ответила Амариллис. - Вы позволяете своим эмоциям взять верх над вами. Я понимаю, что тут имеется изрядная история, большая часть которой нам неизвестна, но…

- Никому не следовало говорить тебе, что это Утер убил Вервина - сказала Рэйвен, подняв голос. - Какова бы ни была причина Утера, мы можем лишь или принять то, что он сделал, или нет. Ты не знаешь его так, как знаю я, он не стал бы делать ничего с любым из нас, если это не необходимо. Он…

- Он вообще сказал тебе, что это значит? - спросил Хешнел. - Он убил Вервина, признался в этом перед всеми, сказал, что это было необходимо сделать, и после, тот гигантский монумент в Вервиниуме… параграф достижений, но над ним четыре большие, загадочные буквы. Я спрашивал его, но он лишь печально улыбнулся.

- Он сказал, что это главная суть Вервина - ответила Рэйвен. - Послание, которое может заставить богов смеяться над приватной шуткой. Я попросила о большем. Все мы это делали. Он умел заставить других умолкнуть и отправиться в следующее приключение.

Она слегка наклонилась вперёд.

- Хешнел, было время, когда Утер был твоим союзником, когда ты умер бы за него, и даже после того, как Вервина не стало, ты верил в Утера. И я знаю, что было сложно, когда он ушёл, что всем нам пришлось драться зубами и ногтями, я знаю, что он не оставил после себя никаких подсказок, но так полно его бросить…

Она подняла руки.

- Мы слишком ему обязаны.

- Простите - сказал я, когда между ними воцарилось морозное молчание. - Может кто-нибудь ввести меня в курс, что там написано на могиле Вервина?

- Мне тоже любопытно - сказала Амариллис, слегка нахмурившись. Это казалось деталью, которую она должна была знать, и, возможно, она сердилась на себя, что этого нет в её банках памяти. С другой стороны "что написано на монументе Вервина?" казалось несколько слишком далёкой деталью, так что, возможно, ей просто не нравилось, что от неё ожидалось, что она будет знать.

- Нижняя часть - ода тому, что он сделал - сказал Хешнел. - Я решил, что это было благородно со стороны Утера, когда впервые это увидел. Вервин был его ментором, прежде всего и в первую очередь, и это будет тем, как его запомнит история. Когда я выяснил, что произошло с Вервином, это обрело более мрачный тон, поскольку, возможно, Утер пытался создать некую дистанцию между ними после факта, не признавая, что Вервин сделал Утера тем, кем он стал. И тем не менее эпиграф затенён четырьмя буквами, начертанными на скрижали столь же большой, как та, что содержит все достижения Вервина. И-П-Д-М.

(пр. переводчика. В оригинале - D-M-P-C, и это расшифровывается Dungeon Master Player Character. Или, по русски, Игровой Персонаж Данжн Мастера. Сперва хотел оставить интригу и объяснить в следующей главе, но это было бы несколько нечестно - вероятно, часть читателей знают эту аббревиатуру. Да и нагуглить можно, по крайней мере английскую версию.)